Загрузка...
Книга: Ковентри возрождается
Назад: 36. Я смотрю на себя
Дальше: 38. Юные Дейкины становятся взрослыми

37. Брадфорд идет по Темным Тропинкам

Брадфорд Кинз стоял у дома номер 13 в переулке Барсучья Роща района Темные Тропинки. Он теперь уже знал, что Лорен Макскай – это и есть Ковентри Дейкин, и любил он ее сильнее, чем прежде. Ему с трудом верилось, что эта роскошная женщина провела большую часть своей взрослой жизни в таком жутком месте, что ей приходилось шагать по мерзким серым тротуарам и видеть перед собой такой тусклый пейзаж. Его не удивляло, что эта страстная, полнокровная женщина пошла на убийство. Она была волшебница, и пребывать ей надлежало в волшебном царстве, а не среди здешнего убогого нагромождения бетона и кирпича, которое называют районом. Его глаз художника с отвращением смотрел на унылые прямоугольные дома с низенькими входными дверями, на чахлые палисадники. Это же небытие, подумалось ему, и он возблагодарил Бога, в которого не верил, за свою извилистую улочку на окраине, где вплотную стоят дряхлые двухэтажные дома, где на углу магазин, а из окна его гостиной видны напоминающие спички ноги прохожих. Он презирал в доме Лорен нелепые окна и двери в псевдогеоргианском стиле.

«Она замужем за выскочкой», – подумал он, и, снедаемый любопытством, прошел по дорожке к дому, и позвонил в дверь.

Из дома донеслась мелодия «Если б я правил миром», и Дерек Дейкин приоткрыл дверь, насколько позволяла цепочка. Брадфорд никак не ожидал увидеть здесь такого старого человека. Ему небось лет сорок пять, не меньше. Брадфорд не заготовил первых фраз.

– Мистер Дейкин?

– Да?

– Я друг вашей жены.

– Я вас не знаю.

– Да, не знаете. Я ведь сказал: я друг вашей жены.

– Но я знаком с обоими друзьями моей жены. Вы уверены, что у вас правильный адрес?

– Ваша жена – очень талантливая художница.

– Вы просто не туда попали, молодой человек. Ну-ка, будьте любезны…

– Не могли бы вы дать мне какую-нибудь ее вещицу? Мне так хочется что-то на память, пустячок, что угодно, лишь бы можно было подержать в руках…

Косматая борода Брадфорда лезла в приоткрытую на всю ширину цепочки дверь. Он вовсе не хотел говорить подобострастно, но поделать с собой ничего не мог. О, какое унижение! Он знал, что завтра будет ненавидеть себя. Он читал о любви, о том, как она доводит людей до фиглярства, но не в силах был поверить, что и сам до этого опустился. Листая в свое время Юнга, он понял, что он интроверт.

– Вполне хватит носового платка. Может, найдется что-нибудь из нестираного белья?

– Нет, уходите. Уберите ногу и бороду из моей прихожей.

– Я люблю ее, люблю вашу жену и, когда разыщу, возьму ее к себе и никому не отдам! – Брадфорд и не предполагал, что способен кричать с такой страстью.

– Подождете, пока она выйдет из тюрьмы, да? – спросил Дерек.

– Как? Она в тюрьме?

– Нет, – ответил Дерек. – Но будет, когда ее поймают.

– В таком случае я разобью палатку у тюремных ворот.

– Власти этого никогда не допустят. Вы нарушите сразу несколько подзаконных актов.

– Я найму самолет и стану летать над тюрьмой. А к самолету прикреплю плакат: «Я ЛЮБЛЮ ВАС, ЛОРЕН МАКСКАЙ». Она выглянет из своего зарешеченного окошка и увидит его.

– Лорен Макскай? – с облегчением переспросил Дерек. – Я же сказал, что вы перепутали адрес. Фамилия у жены Дейкин, миссис Дерек Дейкин.

Дерек пинком выставил ногу Брадфорда за порог и захлопнул дверь, прищемив клок спутанной бороды безумца. Брадфорд взвизгнул от боли, но Дерек не рискнул открыть дверь и вновь объясняться с этим маньяком; он поспешно отправился на кухню и, найдя ножницы, через щель в почтовом ящике просунул их Брадфорду, и тому пришлось укоротить бороду на четыре дюйма. Брадфорд опустил рыжие клочья в почтовый ящик, но Дерек не желал, чтобы его обвинили в краже, и просунул их обратно Брадфорду. Дереку и без того хватало забот: детям велено быть дома к 14.30, сейчас уже 16.15, а их и в помине нет; воскресный обед обезвоживается в духовке.

Дерек прикрутил газ и пошел в сарай. Ему надо было подготовить черепах к зимней спячке. «Счастливые малышки, – приговаривал Дерек, поглаживая мотающиеся из стороны в сторону доисторические головки. – Вы-то тут совершенно ни при чем».

Назад: 36. Я смотрю на себя
Дальше: 38. Юные Дейкины становятся взрослыми

Загрузка...