Загрузка...
Книга: Война на Украине день за днем. «Рупор тоталитарной пропаганды» (военный обозреватель)
Назад: Глава 3. Киев и русскоязычные города. Военные события
Дальше: Глава 5. Анализ событий изнутри. Дальнейшие прогнозы

Глава 4. Ключевые материалы по Новороссии

2014 год

 

6 июня. «Хитрый план» Путина

На сегодняшний день 2 основные линии объяснения поведения России таковы:

а) Путин все слил.

б) Путин реализует хитрый план.

По первому пункту, который подразумевает полное сбрасывание в утиль Юго-Востока (под давлением США и НАТО), эти причитания несколько опережают события, ибо по моей информации (подробности которой пока раскрывать не могу), определенная помощь оказывается, хотя с моей точки зрения, ее хватает лишь на ограниченное поддержание сопротивления.

По второму пункту, все происходящее сейчас объясняется в таком ключе, что США хочет втянуть РФ в войну, а Путин все понял и уклонился от войны, ведя тонкую игру нацеленную на захват всей/части Украины.

На деле, обе точки зрения являются лишь частью картины российской политике на Украине. Я бы может быть и поверил в «хитрый план Путина» и даже забыл про еще недавно гремевший по соц. сетям «хитрый план Януковича», если бы не знакомство с предшествующими событиями.

Дело в том, что изучение политики РФ на Украине демонстрирует целый ряд стратегических провалов внешнеполитического курса.

Уже при Путине (президентство Ельцина состоявшее из различных предательств опускаем), Россия потерпела крупное поражение в 2004 году, когда ставка на Януковича и «Партию Регионов» (которых открыто поддерживал лично Путин) была бита американцами осуществившими государственный переворот и приведшие к власти марионеточное правительство Ющенко (где было немало членов нынешней фашистской хунты). Россия 5 лет вынуждено терпела результаты своего поражения, после чего «оранжевые» обанкротились и к власти прорвалась все та же «Партия Регионов» в обнимку с Януковичем. Это в РФ трактовалась как реванш. Харьковские соглашения и продление договора о базировании ЧФ, рассматривались как стратегический успех обеспечивающих вхождение Украины в будущее интеграционные проекты на базе РФ.

В 2014 году, Россия в очередной раз потерпела крупное поражение в Украинском вопросе, когда американцы, реализовали свой план по приведению к власти очередного марионеточного правительства полностью зависимого от Вашингтона. Вместе с «хитрым планом Януковича», американцы спустили в туалет планы Кремля связанные с сохранением внеблокового статуса Украины и зависимого режима Януковича, повязанного газовыми контрактами и теми кредитами, которые ему давались в рамках Харьковских соглашений. Приказали долго жить и планы по включению Украины в ТС, которыми пестрил официоз 2012–2013 годов.

Но к счастью для Кремля, Вашингтон тоже не идеален, и в планы американцев по установлению контроля над всей территорией Украины, вкрались существенные ошибки, связанные как с недооценкой уровня возможного сопротивление на местах, так и с идиотизмом исполнителей (в числе которых были украинские фашисты). Поторопившись с захватом власти, напугав население рейдами фашистских отрядов и вбросив истеричную идею запрета русского языка, американцы фактически допустили восстание на части территорий бывшей Украины, создав для РФ удобные возможности для компенсации уже понесенных убытков.

Некоторые считают, что это было частью иезуитского хитрого плана США, чтобы разжечь именно гражданскую войну, в которую втянется Россия и которая потерпит в ней поражение.

Но история Крымской весны показывает, что само восстание в Севастополе стало неожиданным для всех участников конфликта, развивалось оно в начале без участия России, а его последствия стали неожиданными для Вашингтона, где после переворота рассматривали всю территорию Украины — включая Крым и Донбасс как неотъемлемую собственность того режима, который был приведен к власти в Киеве.

Восстание в Севастополе помноженное на местный сепаратизм, было по сути проигнорировано Киевом, который не сделал ничего, чтобы реально удержать город. В Кремле увидели в этом симпатичную возможность, осуществить «рейд на Приштину № 2», благо местное население там наиболее лояльно Москве, да и воинских частей там имелось немало. Была спланирована и осуществлена блестящая комбинированная (без шуток) спец. операция по обеспечению перехода Крыма в состав РФ. Она неизбежно будет изучаться в учебниках для специалистов «узкого профиля». Выглядела она еще более эффектно, нежели разгром грузинской армии в 2008 году.

Американцы и тем более Киев, ее проморгали. Инерция этого успеха, создало не только эффект временной консолидации общества, но и породила в правящих кругах определенную эйфорию, которая смотрелась весьма странно на фоне произошедшей чуть ранее политической катастрофы. Было объявлено, что после долгих лет «без идеологии» и национальной идеи, наконец то идея найдена — это воссоединение разделенного народа и де-факто «собирание земель». В оппозиционной патриотической обществе (и даже в части общественно лево-патриотической) происходящее начало восприниматься как некий разрыв шаблона — мол мы годами твердили про антинародный режим Путина, а он…

Крым-наш! послужил катализатором ура-патриотического подъема (в духе начала первой мировой войны), с колес которого и рассматривалось происходящее на Донбассе. Предшествующая политическая катастрофа краха режима Януковича, стала восприниматься как досадное недоразумение.

Но если в Крыму Кремль действовал в условиях максимального благоприятствования — американцы не успели среагировать, а Киев так и вовсе проспал происходившее, то на Донбассе развитие процессов отпадения Донецка и Луганска от Украины встретило определенные трудности.

Сейчас модно среди провластных политологов списывать все на неправильное население, мол «моя хата с краю» и «лишь бы не было войны», поэтому так все плохо, почему мол Путин должен воевать, если все по домам сидят. Это правда, но это только часть правды, который такие авторы пытаются так сказать замазать целый ряд провалов российской политики на Украине, в том числе провалов самого Путина и Лаврова как министра иностранных дел.

Дело в том, что самоорганизация людей на Юго-Востока годами подавлялась украинской властью, включая и «Партию регионов» на которую ставила Россия и которая в деле ликвидации пророссийских организаций достигла даже больших успехов, нежели правительство Ющенко. Кремль на все это взирал с олимпийским спокойствием. Консул РФ в Крыму Андреев, например, называл местных сепаратистов (во многом благодаря которым получился Крым-наш!) провокаторами подрывающими территориальную целостность Украины. С бандеровцами на улицах Киева, кроме КПУ да витренковцев, практически никто бодаться не ходил. Организаций для этих задач создано не было.

В Кремле считали, что экономических и политических рычагов давления на режим Януковича, более чем достаточно для реализации своих интересов на Украине, но государственный переворот 20 февраля выявил несостоятельной этой политики. Симптоматичные признания Пушкова, лучше всего говорят о некоторых причинах произошедшей катастрофы.

Такие уроки обычно оплачиваются кровью.

Пока российский капитал тешил себя иллюзиями о том, что можно ценой кабальных контрактов (которые стали таковыми благодаря «оранжевым» — если кто забыл, то пересмотр цены затеяли именно «оранжевые») реализовать вопросы базирования ЧФ, контроль над стратегическими предприятиями и влияния на политическую систему. Дешевый газ, закрытие глаз на его реэкспорт, различные экономические преференции, дешевые кредиты и прочее — по сути ложились в фундамент сугубо антироссийского и русофобского государственного образования, ибо пока в Москве пробавлялись примитивными идейками Чубайса на тему «либеральной империи» и экономического контроля над бывшими республиками СССР, американцы годами воспитывали антироссийскую элиту и молодежь. За 23 года они воспитали целую генерацию политиков ориентированных на Вашингтон и Брюссель. Воспитали целое поколение молодежи, для которых Россия главный идеологический и мировоззренческий враг. Были созданы обширные информационные сети, контролируемые СМИ, агенты влияния и установлен контроль над частью силового аппарата Украины.

У нас любят высмеивать лакейство бандеровцев перед американскими послами, которые по телефону раздают указания украинским официальным лицам. Тут на самом деле смешного мало. Американцы занимаются тем, что по хорошему должны были бы заниматься Черномырдин и Зурабов. Сравните скажем уровень влиятельности Тефта и Зурабова на Украине. Это ведь один из ответов на вопрос, почему американцы захапали Украину, а Россия только Крым. Кто несет ответственность за то, что Зурабов на фоне Тефта выглядит жалкой молекулой в плане наличия рычагов влияния на происходящее на Украине.

Россия если и пыталась заниматься тем же самым что и американцы, то делала это топорно в стиле «вот вам деньги, крутитесь как хотите» (и то часть денег еще на местах разворовывали местные так сказать «патриоты» — условно говоря, по линии Госдумы выделяется 100 000 долларов на развитие «русского мира», из которых 20–30 % распиливают еще в Москве, примерно столько же деребанят местные «вожди», а остатки идут на куцые митинги, выставки и прочие мероприятия для отчетности, которые создавали симулякр, а не реальное пророссийское движение) или же взывая к уже уходящим понятиям «славянского братства», «дружбы народов» или аморфной идеи «интеграции в ТС». В результате, когда начинало доходить до дела, как в 2004 или 2014 годах, у Москвы просто не оказывалось под рукой необходимых инструментов противодействия. Их не было, потому что они не образуются из воздуха — их готовят годами. В этом собственно и состоит один из секретов успеха американцев в организации таких переворотов — почву для них готовят годами.

Поэтому не вина населения, что эти инструменты не были созданы. Американцы их создали, Москва — нет. И эта проблема именно времен путинского правления, когда под рассказы о «вставании с колен», российская политика на Украине была неадекватна угрозам, которые здесь вызревали (хотя о том, что Украина (не путать с УССР) существует только и исключительно как антитеза России, писали многие, в том числе и я). Причем это были угрозы не только для местного населения, но и для самой России. Сейчас этот капитальный косяк пытаются спихнуть на «крайние хаты», которые тоже виноваты в своих нынешних и будущих несчастьях, но с ними же практически не вели работу. А вот американцы на Западной Украине и с Киевской элитой работу вели, годами и десятилетиями, поэтому и возникает столь нерадостная картинка, когда они дергая за нужные ниточки раз за разом ставят на Украине свое правительство, а самоорганизации населения Юго-Востока хватает лишь на весьма ограниченный отпор.

Как это выглядит, иллюстрирую на личном примере. Еще до референдума в Крыму, в Севастополь прилетели крупные российские медийщики (фамилий не называю), была организована встреча местных блоггеров, журналистов, IT-шников и прочих «креаклов» участвовавших в том или ином виде в поддержке Крымской Весны. Был там и я. Собственно в чем было предложение, «москвичи» хотели на базе местных специалистов развернуть «антимайдан ТВ» (полноценный телеканал типа «Громадское ТВ»), то есть создать информационный противовес американской «мозгомойке» за счет местных кадров, под которое даже были готовы дать деньги из государственных фондов. Но так как все это предполагалось создавать на пустом месте, а трудностей было немало — идея как таковая не реализовалась. Самое смешное и грустное в этой ситуации, что это «антимайдан ТВ» надо было создавать еще 2–3 года назад, а не искать по провинциальным городам фрилансеров, которые сделают то, что за 5-10 млн. евро делают американские и европейские специалисты оперативно разворачивающие инфраструктуру информационной войны. Именно наблюдая за такими запоздалыми реакциями, лучше всего понимаешь, что присоединение Крыма к РФ, плод крайне удачно совпавших обстоятельств, под которыми порой не было какой-то серьезной и многолетней работы.

Для адекватного отпора требовались реальные пророссийские партии с серьезной финансовой поддержкой и ориентацией на Москву, многолетние программы воспитания необходимых кадров, создание молодежных патриотических организаций полувоенного толка, которые подобно бандеровским бандам, могли быть быстро преобразованы в вооруженные иррегулярные части. Но все это было упущено, в результате чего — реальных пророссийских политиков на Украине почему то не оказалось. Печальный итог 14 лет украинской политики, который и списать то не на кого.

Поэтому когда говорят о «хитром плане Путина» сейчас, то он прямо скажем совсем не стыкуется с довольно посредственными результатами глобальной российской стратегии на Украине за прошедшие 14 лет. Тут можно вспомнить разве что анекдот про Чапаева и пластилин, который ныне тщательно пытаются изобразить в официозной аналитике.

В силу «крайних хат» и косяков предшествующей политики, эйфория в Кремле постепенно начала рассеиваться на фоне нарастающих санкций со стороны США, которые не будучи опасными сами по себе, обозначали нарастание прямого конфликта со слабеющим, но все еще крайне опасным мировым гегемоном. Инерция «Крым-наш!» тем не менее влекла Кремль к продолжению действий направленных на отрыв Новороссии. Имела место и определенная орг. поддержка, и информационная накачка (в размерах меньших, нежели у США) Но к концу апреля, в этом линии наметились определенные колебания связанные с нарастающим давлением и угрозой реальных экономический санкций.

Некоторые забывают, что уже в 2013 году, по официальным заявлениям из правительства РФ экономика балансировала где-то между стагнацией и рецессией. И Крым никак не изменил и не мог изменить серьезных экономических проблем в экономике РФ (не менее серьезных, нежели в экономиках США и ЕС). Санкции и их последствия, означают, что правительству даже не получится закрепиться на рубеже «стагнации» и экономический спад станет очевиден (см. опыт Ирана). Поэтому политика политикой, русский мир русским миром, но угроза экономического спада, который мог повлечь за собой слом политической системы, начала явственно вырисовываться несмотря на временную консолидацию общества.

Решающим днем судя по всему было 24 апреля, когда на фоне штурма Славянска колонны украинской армии начали двигаться на Донбасс со стороны Изюма и Запорожья. В тот же день, пришли в движение российские части, которые двинулись к границам с Украиной.

После обеда в Москве началось заседание СНБО с участием Путина, где решался вопрос на тему ввода войск на Украину. И если кто помнит историю с несостоявшимся выступлением Путина, то оно не состоялось именно потому, что решение о вводе войск не было принято — как в следствии отвода украинских войск, так и в связи с угрожающими окриками из Брюсселя и Вашингтона.

То есть как минимум в период 24 апреля, вопрос о реальном вводе российских войск существовал без всяких хитрых планов и считался одной из возможных реакций безотносительно «крайних хат» и «третьих уровней санкций». Именно в период до 24 числа в пропаганде были популярны тезисы о том, что российская армия легко дойдет до Днепра, что плевать на США, мы дойдем до Львова и так далее. Потом последовал разворот в направлении «почему воевать не надо».

После 24 апреля, внешнее давление на РФ нарастало, а поддержка населения на Донбассе росла недостаточно быстро. В это же время, США приводили в порядок инсталлированный в Киеве режим, который в мае перешел к открытой карательной операции на Донбассе в куда как более жестких формах, нежели 24 апреля, когда Россия двинула войска к границе.

Поэтому с мая, несмотря на ужасающие зверства творимые фашистами, Кремль ведет себя крайне сдержанно, ограничиваясь определенной неофициальной поддержкой и публичным недовольством. Когда в Киеве убедились, что США смогли достаточно надавить на РФ и та отказалась от идеи немедленного ввода войск, хунта немедленно приступила к полноценной карательной операции, в который применяются уже все возможные средства огневого поражения, включая авиацию, танки, тяжелую артиллерию и РСЗО.

И Россия была вынуждена все это проглотить, потому что обстоятельства изменились. Поэтому вместо движений войск — мы видим озабоченность дипломатов, а вместо лозунгов на тему воссоединения народа и собирания земель, размышления о хитром плане. Да и широких митингов поддержки ДНР и ЛНР (аля Крым) не наблюдается, отмашки нет.

Вся его «хитрость» новой информационной политики, помимо информационного прикрытия предшествующих провалов 2004 и 2014 годов и сохранения лица перед угрозами запада, заключается в том, что опосредованная негласная поддержка (которая отрицалась и будет отрицаться), не позволит военным путем нейтрализовать Новороссию, но при этом не меняет подавляющего превосходства хунты в технике.

Поэтому текущий сценарий, как раз наиболее удобен США, так как конфликт затягивается (чего якобы в рамках хитрого плана Путин пытается избежать), образуя рядом с границей с РФ незаживающую рану (гражданскую войну нельзя просто так прекратить — американцы уже своего добились), попутно обеспечивая предпосылки для размещения американских и натовских войск на Украине (база НАТО в районе Харькова, при сохранении у власти нынешней хунты, дело 2–3 лет).

При этом американцы имеют плюсы как в случае ввода российских войск, так и в случае полного слива Москвы. Они несмотря на потерю Крыма, при разыгрывании ситуации с Донбассом, при любом раскладе будут в выигрыше, так как либо Путин обвалит свою консолидированную стабильность сдавая Донбасс, либо будет вынужден ввязаться в войну на левобережной Украине, осуществляя ее раздел, не мирным, но военным путем, что США вполне устроит, в плане обозначения «врага», под которого можно выбивать бюджеты для Пентагона и спецслужб.

Россия действует именно что по обстоятельствам, в зависимости от меняющейся обстановки. Как более слабое империалистическое государство нежели США, Россия естественно стремится уклонится от прямого столкновения с гегемоном, как это делает экономически более сильный Китай. Донбасс в этом вопросе становится заложником этой «политики по обстоятельствам», когда подпитка идет, чтобы сопротивление не закончилось, но этой подпитки совершенно недостаточно для реализации мартовских планов Кремля.

Все это будоражит патриотическую общественность, которая предчувствует слив Новороссии. Рассказы про «хитрые планы» призваны оттянуть момент открытого взрыва недовольства, который разрушит пост-крымскую консолидацию (как кризис 2008 года разрушил консолидацию общества после 888). При этом, надо понимать, что в Кремле осознают губительность той вилки решений, которую предлагают американцы — война на левобережье будет крайне обременительной для российской экономики и позволит американцам оттянуть свой собственный крах. Отказ от войны — означает постепенную гибель Новороссии и последующий раскол в российском обществе, когда значительный сегмент патриотической общественности удостоверится, что Путин-предатель и при любых потрясениях революционного характера будет выступать против действующего строя. Вкупе с левой, националистической и либеральной оппозицией, это создает серьезную потенциальную угрозу для основ путинского режима.

Поэтому вместо явного слива или же явного объявления войны, Кремль пытается удержаться в промежуточной позиции, между подчеркнутым миролюбием и негласном помощью, что и является «хитрым планом». Как и у «хитрого плана» Януковича у него есть единственный, но смертельный порок — он слишком очевиден и против него легко играть. Именно поэтому фашисты столь нагло и цинично убивают людей, а американцы столь же цинично это одобряют, так как есть понимание позиции России и вполне понятны шаги направленные против этой позиции.

Россия проигрывает про любой реакции. Вводит войска — отлично, получаем удобную войну у границ конкурента, где можно заработать денег и ослабить противника. Не вводит — получает рост внутренней напряженности и крах право-консервативных иллюзий, а так же формирование агрессивного русофобского государства у своих границ.

Надежды на то, что экономика догонит и люди выйдут на улицы против хунты понятны, но не учитывают того факта, что режим уже открыто перешел к открытому террору против несогласных, на который американцы закроют глаза, как это сделали в Египте позволив военным убить несколько сотен исламистов. Киеву насколько это возможно будут давать деньги (как последнюю дозу для героинового наркомана) и будут закрывать глаза на любые зверства. В случае захвата Донбасса, хунта естественно будет списывать все беды на Россию и Путина, оттягивая свой неизбежный конец. За это время все мало-мальски пророссийские и антифашистские организации будут зачищены и при любых сценариях, России будет крайне трудно опереться даже на эту, крайне хлипкую точку опоры. Поэтому затягивание существования фашистской хунты, однозначно в пользу США, ибо каждый день ее деятельности, это еще один день отрыва Украины от России. Последствия этих дней потом будут сказываться в течение многих лет и даже десятилетий.

В конечном итоге, Кремлю придется выбрать, где последствий будет меньше, при чем с точки зрения самовыживания режима Путина, оба варианта при всех своих минусах примерно равноценны и основой решения — сливать или не сливать Новороссию, будет именно вопрос последствий. Все это не есть часть какого-то злого умысла связанного с нежеланием Путина принимать Донбасс в состав России (он бы и рад бы его принять, но есть целый ряд внешнеполитических трудностей). Все это является последствиями предшествующей политики России в украинском вопросе. За это ныне расплачиваются как погибающие ополченцы, так и сам Путин, вынужденный принимать решения в ситуации, где однозначно позитивных для России шагов уже нет. Так что ничуть не удивлюсь, если в обозримом будущем, Путин таки введет войска, хотя столь же не удивительно будет, если Москва и дальше будет «выражать озабоченность» очередными преступлениями фашистов.

Кто-то скажет, не слишком ли пессимистично? Нет товарищи, это объективная реальность с которой нужно считаться, дабы не питать излишних иллюзий. Значит ли это, что наше дело проиграно? Конечно нет. Лично я уверен, что хунта будет повержена и виновники кровавых преступлений за них заплатят, в том числе и своими жизнями. Когда начинались события в Севастополе, которые привели нас всех туда, где мы находимся сейчас — мы действовали без оглядки на Россию, потому что надо было просто вставать и бороться, ибо сидя на диванах, трудно менять историю. Как говорили классики, в борьбе обретешь ты право свое.

Касательно того, прав ли я на тему «хитрого плана» Путина, то пока лишь могу отослать к тем товарищам, которые попрекали меня за критику «хитрого плана» Януковича. Как говорится, ну и где сейчас Янукович со своим «планом»?

Ну а там, время покажет, кто был прав в конечном итоге.

 

19 июня. Ах, если бы знать…

Как уже указывалось в популярном материале про «хитрый план Путина», история российской политики в отношении Украины если чем то и характеризуется, то в первую очередь терминами непоследовательность и ситуативность. Попытки отрицать это доходили до смешного, вроде оправданий причин поражения РФ в 2004 году тем, что якобы перед «оранжевой революцией» никакой системной внешней политики в отношении Украины не велось. В этом стремление выгородить косяки начальства, глупости даже больше чем невежества, ибо не понимая причин предшествующих неудач, крайне трудно рассчитывать на успехи в дальнейшем, так что подобные пропагандисты скорее оказывают «генеральной линии» медвежью услугу в духе пропагандистов позднебрежневского периода — побольше колебаний вместе с линией партии, даже если понимание линии партии отсутствует как таковое.

На деле, нынешнее поведение России, при всей странности и непонятности этого подхода для окружающих, как раз типично, в том числе и в плане двусмысленности этого поведения.

Когда от России требуют слить Новороссию или же наоборот броситься на ее защиту, как правило за рамками этих вопросов оставляют предшествующий опыт, который во многом и определяет столь надоевшую многим двусмысленность происходящего.

1. Государственный переворот в Киеве был неожиданным для Кремля как и скорость обрушения режима Януковича, которого Москва опосредованно поддерживала, как политически, так и экономически.

2. В ходе последующих событий, Москва удачно воспользовалась подвернувшейся возможностью отжать Крым, за что спасибо хунте и тем офицерам, которые гениально спланировали комбинированную специальную операцию по разгрому украинской группировки в Крыму без стрельбы.

3. На волне победной эйфории, в Кремле всерьез задумались о том, что Крымом можно не ограничиваться и заинтересовались идеей Новороссии/Юго-Восточной Федерации, когда несколько областей Украины либо входят в состав РФ, либо же становятся основной независимого от Украины и зависимого от РФ государства.

4. На поддержку этой идеи были брошены значительные организационные и информационные средства, при этом подразумевалось и даже открыто заявлялось (в том числе и самим Путиным), что в случае чего, РФ без колебаний введет войска для защиты «своих». Пик этой линии пришелся на конец апреля, когда 24 числа в Кремле по факту движения механизированных колонн хунты всерьез обсуждали вопрос о вводе войск.

5. Решение тем не менее не было принято. Хунта войска отвела, а давление с Запада резко усилилось — санкции не являлись прямой угрозой. но в них содержался огромный потенциальный риск для РФ несмотря на весь ура-патриотизм в духе «да что нам эти санкции, да мы…» Это было в полной мере осознано руководством РФ к концу апреля.

6. С конца апреля пошел пересмотр линии поведения, когда мартовская ура-пропаганда и эйфорические мечтания «да мы за пару дней до Днепра дойдем», сменились осознанием, что не все так просто и момент для беспрепятственного силового вмешательства в какой-то мере уже упущен. Произошло это в силу оперативной помощи, которую США и их сателлиты начали оказывать своим марионеткам, ввиду чего складывание новой власти после государственного переворота происходило быстрее, нежели это подавалось в марте 2014 года. Вкупе с слабой организованностью пророссийских сил на Юго-Востоке (причины этого указывались в материале «Хитрый план» Путина), Россия оказалась перед необходимостью более активного вмешательства в происходящее, так как хунта с помощью американцев набирала силу быстрее, нежели разрозненные пророссийские группы, действовавшие без общего плана, единого координационного центра и внятной информационной стратегии. В течение апреля, пока Россия благодушно смотрела за медленным развитием ситуации на Донбассе, хунта смогла подавить открытые выступления в Николаеве, Запорожье и Харькове. 2 мая грянула Одесская Хатынь и когда она осталась без последствий, в Киеве поняли, что Россия на данном этапе войска не введет, что и послужило спусковым крючком активизации идущей сейчас карательной операции (в ходе нее с обеих сторон погибло уже более тысячи человек). Этот переход от готовности ввести войска 24 апреля до фактического спуска на тормозах массового убийства в Одессе, заложил основу столь популярному ныне тезису «Путин все слил».

 

7. В момент перехода от позиции прямой поддержки восстания на Донбассе к опосредованной поддержке добровольцами, оружием и информационным прикрытием, мартовская пропаганда времен «Крым-наш» из резко позитивной, стала играть крайне негативную роль — многие люди искренне поверили в то, что говорил Путин и что обещалось восставшей Новороссии и даже Крым уже не грел сердца патриотов.

8. Изменение политики Кремля начало вызывать когнитивный диссонанс. Как известно от любви до ненависти один шаг. Сама мысль о том, что Новороссию могут сдать или допустить ее гибель, для многих оказалась неприемлемой. Естественно возникает желание найти виноватого, и Путин тут в силу данных обещаний, оказывается одной из первых мишеней. Таким образом изменение политики в отношении Новороссии приводит к разрушению патриотической консолидации, которой Кремль смог добиться после присоединения Крыма. В патриотической среде начали зреть настроения основанные на утверждении, что «Путин предал». После известных заявлений Стрелкова, эти настроения вырвались наружу, когда часть патриотической общественности ставит вопрос ребром — или вводите войска или Путин предатель. Вот так вот примитивно, но в этом как раз очищенная суть.

9. На деле, еще в феврале никакого присоединения Новороссии не планировалось и близко. После присоединения Крыма, в Кремле посчитали, что таким же макаром можно присоединить и Новороссию, но недооценили противодействия со стороны США. После оказанного давления, Кремль был вынужден спрятать свои проявившиеся амбиции и вернуться к уже знакомой по 23 годам «незалежности», тактике лавирования, когда как минимум публично приходилось терпеть даже явные оскорбления и унижения. Но заявленные претензии на Новороссию, придали позиции РФ определенную инерцию, когда на фоне нарастающего давления со стороны США, предпринимались неофициальные действия направленные на то, чтобы Новороссия не захлебнулась сразу. В результате возник неофициальный канал помощи, который вкупе с помощью обычных граждан и добровольцев, создал для новых государств возникших на обломках Украины некоторую материальную базу. В итоге, действия России на фоне карательной операции свелись к тому, чтобы обеспечивать некий минимальный уровень для продолжения восстания, но его оказалось ясно недостаточно для военной победы над хунтой. Во второй половине июня, ситуация стала совсем тяжелой и из ДНР уже открыто пошли заявления, что если Россия не увеличит помощь и не введет войска, то проект Новороссии будет уничтожен.

10. Несмотря на огромные потери хунты в живой силе и технике, кольцо вокруг ДНР и ЛНР начало сжиматься, так как хунта смогла нарастить достаточное кол-во живой силы и техники, чтобы начать попытки создать кольцо окружения вокруг ядра восстания. На данном этапе, продвижение войск хунты идет довольно медленно, но риск стратегического окружения сохраняется. Одно дело удерживать город, другое дело — защищать открытые пространства на границе, которые крайне уязвимы для ударов авиации. Этот риск в полной мере осознается и на Донбассе и в Кремле, что и приводит к простой вилке решений — или слив Новороссии или же ввод войск. Вилка образуется в результате того, что промежуточный вариант с неофициальной поддержкой дает возможность поддерживать сопротивления, но не обещает победы, о чем уже открыто говорят те, кто сейчас воюет на Донбассе. Варианты в духе «ждать зимы, а там хунту прижмет» не работают, потому что велик риск, что ДНР и ЛНР не доживут до зимы. Как уже говорилось ранее, оба варианта — и вводить войска, и признание неизбежного поражения Новороссии несут для РФ целый спектр крайне неприятных последствий из которых сейчас мучительно выбирают в Кремле.

 

Ввод войск и сдача Новороссии.

Говоря о вводе войск, надо четко понимать, что наиболее благоприятный для этого момент уже упущен — их можно было ввести без значительного сопротивления в марте-апреле, когда кроме нескольких разрозненных отрядов фашистских боевиков, у хунты практически не было серьезных средств противодействия, ибо армия находилась в полностью разложившимся состоянии. Ввод войск действительно привел бы к продвижению армии РФ к Днепру, разоружению большей части армейских подразделений бывшей армии Украины и разгрому немногочисленных сил хунты на Левобережье. В условиях слабости хунты и вакуума власти на Юго-Востоке, армия РФ вполне могла обеспечить занятие территорий необходимых под Новороссию, при этом после фактической ликвидации украинской армии на Левобережье, шансов отбить все это военным путем у хунты просто не было. Таким образом, произошел бы раздел Украины по Днепру. В Киеве бы сидело нынешнее марионеточное правительство (еще более слабое и еще более зависимое от своих спонсоров и фашистских радикалов), а в Харькове сидело бы аналогичное правительство зависимое от РФ.

Никакой партизанской войны не было бы и близко — война на Донбассе показала крайне низкую боевую подготовку фашистских боевиков, которые даже имея американскую экипировку и технику предоставленную украинской армией, воюют просто отвратительно. В условиях марта-апреля, для партизанской войны просто не существовало материально-технической базы и не имелось должного кол-ва людей.

Опираясь на армейские и специальные части, а так же создаваемую сверху армию Новороссии, любое потенциальное сопротивление давилось довольно легко, тем более что большая часть населения Новороссии сидело бы по домам и смотрело чем все закончится — если уж даже массовые убийства его мало трогают, то попытки отдельных фашистов поднять его на борьбу с Новороссией были бы еще более бесплодными. Борьбой с бандеровцами занимались бы легализованные организации вроде «Оплота» и различные добровольческие дружины, которые РФ могла вооружать так же, как это делают американцы и олигархи, вооружающие свои карательные батальоны.

В итоге, возникло бы слабое государство в духе Приднестровья, выгодное РФ с точки зрения политики и престижа, но крайне обременительное с экономической точки зрения с фактическим разрушением надежд «влиться в Запад».

К середине июня эта возможность была упущена. Сейчас речь уже не идет о Новороссии, а о спасении ДНР и ЛНР, а сама перспектива Новороссии весьма туманна. Если с военной точки зрения разгром группировки хунты на Донбассе дело максимум недели (боевые качества украинской армии даже в боях с ополченцами прямо скажем не очень высоки), то в связи с разгромом части сопротивления на Левобережье, усложняется создание новых государственных структур в условиях преодоления последствий террора и репрессий, что увеличит нагрузку на армию и ФСБ, а риски связанные с партизанской войной и террором увеличились, так как с апреля, фашистские организации стали более структурированными и обрели дополнительных сторонников.

С учетом санкций, которые неизбежно последуют за вводом войск, экономика из официальной стагнации сваливается в системную рецессию, которую без модернизации модели экономического развития не преодолеть (по официальным же заявлениям) даже в условиях мирного времени. В условиях идущей войны, это будет означать консервацию сложившихся экономических порядков, включая неизбежный экономический спад, на который наложатся еще и расходы на ведение войны.

При этом Россия окончательно выкидывается из «клуба своих» вместе с навязчивой идеей наших ельцинско-путинских либералов вписаться в «благословенный Западный мир» поближе к столбовой дороге цивилизации. Получается, что 23 года страна занималась мягко говоря ерундой, пытаясь пролезть туда, где ее не ждали и в итоге все свелось все равно к борьбе за сферы влияния со все теми же противниками. правда уже не на территории центральной Европы, а на границах с Белгородской областью. Ответит ли кто-то за эту политику?

Тем не менее, ситуацию подталкивают к вводу войск в куда как менее выгодных условиях нежели 2 месяца назад. Повторное выдвижение войск к границе на фоне вялой реакции на совсем уж невменяемое поведение хунты (которая уверена, что РФ на ввод войск не решится — гарантии судя по всему дают американцы, отсюда и совсем уж безумные акты насилия) является по сути данью общественному мнению, которое требует ввода войск. Симптоматичное признание Маркова о том, что если российские СМИ будут показывать ситуацию на Донбассе в полном объеме, то может случиться бунт с требованиями ввести войска, хорошо говорит о том, что Кремль по прежнему пытается сохранить пространство решений, не выбирая один из вариантов, хотя понимает, куда склоняется общественное мнение. С одной стороны идет материальная помощь, с другой стороны ее уже недостаточно. Есть «молчаливые вежливые люди» которые не светятся, но их так же недостаточно — спецназ не может полноценно воевать с регулярной армией.

СМИ с одной стороны дежурно показывают преступления хунты, с другой — занижают градус. Митинги проводятся, но так как власть их практически не организует, то и результат по сравнению с митингами за Крым, налицо. Пока эта политика продолжается — пространство решений сужается. Стрелков недавно обозначил, что время по сути выходит.

В ряде конспирологических теорий основанных на вере в «план Путина», считается, что это правильная линия поведения, потому что США мол выгодно втянуть РФ в войну на Украине и пожать плоды этой войны. Но проблема в том, что США уже достигли стратегической победы (про трудности и проблемы США в украинском вопросе — в отдельном материале напишу) в феврале и снимут сливки как в случае втягивания РФ в войну на Украине, так и в случае слива Новороссии. В обоих случаях РФ будет нести те или иные потери — в людях, в экономике, в политике. Разумеется главной целью США в Украинском вопросе является ослабление РФ. Это собственно обычное поведение империалистических держав. США как более сильная империалистическая держава пытается ослабить конкурента создавая ему проблемы рядом с его границами, при этом при любом из выбранных сценариев, Вашингтон свой гешефт получит. США не так принципиально, останется под их контролем вся Украина минус Крым или же только половина Украины — это ресурс, который сейчас активно используют, ставя перед РФ задачи связанные с неизбежными потерями, ослабляющими РФ.

Так как РФ от ввода войск на Украину с апреля начала уклоняться, то активизировалась карательная операция (с благословения США), которая каждым своим днем разрушает ту консолидацию общества которая возникла в РФ после Крыма, ибо возникает когнитивный диссонанс между эйфорией марта-апреля и реальностью мая-июня. Часть общества уже начинает задавать неприятные вопросы, что так же вполне устроит США, которые таким образом отыгрываются за свою ошибку с упущенным Крымом. Это разумеется не значит, что в РФ будет свой «майдан» как мрачно пророчит Стрелков. Для этого еще не сложились экономические условия, но в случае, если хунте удастся утопить в крови ДНР и ЛНР, последствия для РФ будут столь же катастрофичны, как и втягивание с многолетнюю партизанскую войну на Левобережье. Значительная часть патриотического лагеря (которая поверила Путина) окончательно удостоверится, что «власть-предала» и отшатнется от текущего право-консервативного дискурса, который выстраивает Володин.

При любых волнениях в крупных городах, эти люди будут поддерживать лозунги связанные со сменой власти, а так как либералы отторгнутые властью ныне окончательно склеились в узкую прослойку демшизы, то эта часть патриотической общественности становится питательной почвой не для «майдана», а бессмысленного и беспощадного русского бунта. То есть те силы, которые Кремль сам высвобождал в ходе своего поворота вправо, станут для него враждебными и опасными смыкаясь с националистами, создавая потенциальную угрозу. Фактически это будет удар по опорной базе режима, которую выстраивал Володин. Это не вопрос падения рейтинга — рейтинг всегда можно нарисовать. Это вопрос разрушения идеологического конструкта, ибо сдав Новороссию, Кремль своими руками зарубит концепцию «собирания земель» и «защиты соотечественников», потому как в патриотических головах будет неизбежно зреть мысль — чтобы начать защищать соотечественников и собирать земли, надо сначала зачистить Кремль от предателей. Это не значит, что они пойдут штурмовать Кремль — сил у них таких нет — но в случае обострения социально-экономической ситуации в стране, это плохо скрываемое недовольство полезет наружу.

Помимо этого, Украина будет окончательно потеряна для любых российский проектов на пост-советском пространстве став опорной базой антироссийской и русофобской политики США и их сателлитов, а серьезных пророссийских сил, там в ближайшие десятилетия ожидать не стоит. Размещение войск НАТО на временной или постоянной основе, это так же вопрос времени. Когда-то не верили, что американские самолеты будут патрулировать небо Прибалтики. Украина в этом плане ничем не хуже, особенно учитывая фактическое участие американцев в войне на Донбассе. Если потребуется эскалация в отношениях с РФ, базы на Украине обязательно появятся — режим который это обеспечит уже установлен в Киеве.

Разумеется, огромный поток беженцев с территории Донбасса, создаст дополнительные экономические и социальные проблемы, при этом с ними на территорию РФ будет проникать фашистская агентура, которая будет действовать в рамках реализации планов фашистов по экспансии на территорию РФ. Отторгнуть что-то от РФ они конечно не смогут, но перейти к террору на территории РФ — вполне. Фашизм — это война, и сдав ему Украину, можно лишь получить небольшую отсрочку, перед схваткой уже непосредственно на территории РФ.

Так же осложнится вопрос с Крымом, ибо обеспечив контроль над Донбассом, хунта сможет активизировать агентурно-диверсионную работу на территории Крыма используя агентуру СБУ, боевиков Хизбут-Тахрир и радикалов из Меджлиса. Разумеется при поддержке американцев. Крыму будут создавать максимальные трудности, хотя на данном этапе отобрать его у РФ без ядерной войны невозможно.

 

В сухом остатке.

На сегодняшний день решение о вводе войск или же сбрасывания Новороссии в отбой (в обмен на Крым или вследствие давления с Запада) не принято. Кремль по прежнему пытается усидеть на двух разъезжающихся стульях, пространство между которыми усилиями США и хунты увеличивается. Выбрать так или иначе придется, потому что при текущих тенденциях на фронтах ДНР и ЛНР, уже в краткосрочной перспективе может встать вопрос их военного поражения, что всеми участниками конфликта будет трактоваться как поражение Кремля. И Кремлю придется либо силой переламывать ситуацию силой (в худшей редакции), либо проглотить повторное унижение в украинском вопросе, смирившись с победой США, утешая себя тем, что хоть Крым урвали (с паршивой овцы, хоть шерсти клок).

По сути весь выбор Кремля, это выбор между двумя крайне неприятными вещами, поэтому колебания Путина и его администрации понятны — помимо различных плюсов (с их точки зрения) каждое из решений несет с собой крайне много проблем. Но отсутствие выбора, по сути, еще хуже этих решений, так как или сдача Новороссии (после многомесячной героической борьбы) или ввод войск (против уже организованного противника) — к чему в конечном итоге все сведется — будут нести на себе тяжелый отпечаток упущенного времени и накопившихся последствий.

На мой взгляд, вариант с активизацией силовой поддержки несколько более вероятен, нежели капитуляция по Новороссии, потому что сдача Новороссии с моей точки зрения будет для Путина фактическим самострелом, а как показали события 2011–2012 годов, Путин отнюдь не склонен к суициду.

Насколько это так, увидим в ближайшие недели — все будет зависеть от того, сможет ли хунта силой взять один из ключевых городов — если такая ситуация возникнет, решения о вводе войск или сливе Новороссии придется принять — обстоятельства заставят. Ну а Кремлю как раз не привыкать действовать по обстоятельствам в отношении Украины.

P.S. Некоторые считают, что нечего обсуждать планы начальства, «мол сперва стань Путиным, а потом критикуй» перефразируя аргументы из цикла «Сперва добейся», мол люди занимающие государственные посты лучше знают чего и как. Тем не менее изучение истории показывает, что даже лица занимающие очень высокие государственные посты порой имеют крайне отдаленное представление о происходящем.

В 1963 году Кеннеди любил приводить обмен репликами в 1914 году между двумя германскими руководителями о причинах и расширении той войны. Бывший канцлер спрашивал: «Как же это случилось?», а его преемник отвечал: «Ах, если бы знать!»

«Если нашей планете, — говорил Кеннеди, — когда-либо суждено быть опустошенной ядерной войной и если выжившие в этом разрушении смогут преодолеть огонь, отравление, хаос и катастрофу, мне бы не хотелось, чтобы один из них спросил другого: «Как же это случилось?» и получил невероятный ответ: «Ах, если бы знать!» (с) Барбара Такман «Августовские пушки».

 

7 июля. О политической подоплеке травли Стрелкова

Как вполне очевидно, запущенная вчера компания по травле Стрелкова возникла не на пустом месте и имеет сугубо политический генезис.

Уйдя из Славянска, где как считали многие он умрет вместе со своей бригадой, он стал так называемой «дикой картой», которая поломала целый ряд ранее существовавших раскладов.

На деле, политическая подоплека ухода из Славянска была не менее значимой, нежели военная. Если про военную необходимость ранее уже было подробно рассказано, то пришло время указать и на политическую подоплеку маневра Стрелкова.

После разворота внешней политики РФ на Украине в апреле 2014 года, практически все ниточки решений по Донбассу стали замыкаться на Суркова и даже Володин был де-факто отстранен от курирования вопроса. После того, как стало очевидно, что ввод войск либо откладывается, либо вовсе снят с повестки дня, встал вопрос на тему, что делать с происходящим на Донбассе. Так как по внутриполитическим соображениям слить ДНР и ЛНР было чревато внутренними потрясениями (риск которых куда как более велик, чем некоторым кажется), выбрали промежуточный вариант, когда на фоне отступления официальной дипломатии, Москва продолжала негласную поддержку восставших республик (что потом пропагандисты и выдавали за ХПП).

При этом был взят курс на формирование Новороссии, которую согласно планам должен был возглавить Царев, который находясь в Москве начал получать финансирование (вместе с рядом других лиц, которые должны были подменить его в случае неудачи) и на которого пытались замкнуть так называемых народных губернаторов Новороссии в количестве 7–9 человек, которые являются по большей части виртуальными фигурами. Первая попытка насадить Царева на Донбасс закончилась неудачей — Царев провозгласил Новороссию, а ряд деятелей вроде Болотова и Бородая заявили, что Царев может там у себя объявлять что хочет, но решения принимают другие люди, после чего последовала пикировка фигурантов с обвинениями местных вождей в местничестве. Со второй попытки Царева все таки усадили на Донбасс, так как Москва замкнула на него часть каналов финансирования и гуманитарной помощи и местные вожди были вынуждены смирить гордыню.

Когда развитие ситуации на Донбассе с подачи США обеспечивающих прикрытие хунте стало развиваться в неблагоприятном направлении, был взят курс на создание на территории ДНР и ЛНР своеобразного аналога Приднестровья на базе 2 республик с населением в 7 млн. человек (идея Новороссии из нескольких областей с некоторых пор лишь пропагандистский фантом).

Создание этого проекта пытались согласовать с США и Киевом, но там получили отказ, поэтому был взят курс на договоренности с Ахметовым и его людьми, которым предлагалось под гарантии власти и собственности, поддержать восстание и занять определенное положение в структурах нового государства. Все эти танцы вокруг национализации имущества Ахметова, когда Пушилин сначала грозил все отобрать, а потом выступал Бородай и говорил, что мы же не коммунисты и ничего отбирать не будем, а потом новые угрозы — все равно отберем, пусть даже и не все — это прежде всего внешние отголоски идущих торгов с Ахметовым и его людьми. Сдача Мариуполя, к которой приложил руку Ахметов блокируя внятную работу по подготовке обороны города, это так сказать одна из частей «диалога». История с Ходаковским, который уже в бытность командиром «Востока» продолжал брать деньги от Ахметова и подставлял своих людей, так же часть этих закулисных торгов, когда Амхетов по сути устранял неконтролируемых ополченцев, чтобы они на полном серьезе не начали строить ДНР.

Проблема ДНР собственно в том, что Ахметов до сих пор имеет большое влияние на руководство ДНР и донецкие элиты. Москва этот момент учитывает и пытается с ним (в лице Суркова и ряда ответственных лиц) договориться. Но хунта и США разумеется в курсе этих телодвижений и Ахметова, чьи финансовые капиталы находятся на Западе, держат за одно место куда как прочнее. Поэтому эти торги, не приближают, а отдаляют освобождение ДНР и ЛНР, хотя кураторы украинского вопроса всерьез считают, что их план с Ахметовым выгорит.

Именно эти торги с Ахметовым, который имеет контакты и с Москвой и Киевом, привели к весьма странной ситуации, когда Донецк находясь в состоянии войны, фактически не подвергается обстрелам артиллерией и авиаударам (в отличие от того же Луганска), что намекает на существование неких договоренностей с хунтой, на тему сохранения Донецка подальше от реальных боевых действий, которые шли под Славянском и идут на территории ЛНР. Контакты разумеется осуществляются через представителей Ахметова, которые вхожи и в кабинеты Киева и в кабинеты верхушки ДНР.

При этом в Донецке за 3 месяца саботируются работы по созданию единого военного командования, игнорируется факт наличие органов власти подчиняющихся Киеву, государственное строительство сливается в унитаз, а отряды ополченцев разрознены, слабо организованы и не способны решать задачи наступательного характера — тот факт, что за май-июнь не были организованы группы для удара по внешнему кольцу окружения Славянска лучше всего указывает на нежелание ряда лиц вести войну по настоящему.

В городе процветали мародерство, бандитизм, убийства, крышевание бизнеса, убили помощника Пушилина, пытались убить Губарева, ополченцы больше месяца топчутся под аэродромом, при этом никаких серьезных сил на захват танкового склада в Артемовске так и не было выдвинуто, хотя ничего не мешало выдвинуть имевшиеся танки и БМП из Донецка в Артемовск, добавить к ним 2–3 роты ополченцев и взять наконец вожделенную базу. Этот момент был так же саботирован из Донецка.

К моменту окончания перемирия, в Донецке сложилась обстановка близкая к сливу ДНР, город фактически уклонялся от войны, а местные политики пытались торговаться с Москвой и Киевом, где сама ДНР была по сути разменной монетой, как собственно и жители ДНР, которые стали заложником этого торга.

Стрелков же в Славянске был призван красиво умереть, подальше от этого политического дерьма.

Но в июле, когда стало ясно, что «перемирие» используют для сосредоточения сил хунты на Донбассе, в Донецке начала усиливаться партия поражения, которая не прекращая переговоров с представителями Кремля, фактически начала через ахметовских готовить город к сдаче. Война им была не нужна и Стрелков тем более не нужен — поэтому пока хунта рубила Славянску линии снабжения, пока он не повис на одной Николаевке — никто и близко не думал пробивать к нему устойчивый коридор. Войск из РФ не ожидалось (а ради них во многом и держали Славянск как важный узел коммуникаций), деблокирующего удара тоже. К вечеру 2 июля Стрелков это осознал, хотя судя по его выступлениям, осознание того, что из него готовят бычка на заклание, появилась у него несколько ранее. Плюс была получена информация о том, что в Донецке зреет предательство.

Когда произошел стремительный прорыв Стрелкова в Донецк, это вызвало сначала легкий шок, а потом панику — Стрелков собрал гарнизоны оставляемых городов и пришел в Донецк, чтобы превратить его в укрепленный район и вести с опорой на Донецк и Горловку активную оборону. То есть рушил все планы по мирной сдаче Донецка хунте. Отсюда и обострившиеся вопли Ахметова что «не надо бомбить Донецк», обещания хунты «мы Донецк бомбить не будем» и истерика в интернете «Стрелков несет войну в Донецк». Разумеется он несет войну в Донецк, потому что имелось устойчивое желание сдать Донецк хунте без войны и похоронить ДНР. Этим фактом, Стрелков спутал все карты пораженцам, а так же разрушал комбинации Суркова по переговорам с Ахметовым, в которых Стрелкову просто не было места. Не было места по двум причинам.

1. Стрелков представляет условную «партию войны», которая не хочет мира с хунтой и требует войны на победного конца с подъемам победного флага над Киевом. Ему в закулисных переговорах с хунтой и Ахметовым просто нет места — бои в Донецкой агломерации очевидно приведут не только к затяжному противостоянию, но и многочисленным разрушениям, которые затронут в том числе и многочисленную собственность Ахметова. Не на это он явно рассчитывал, когда заигрывал с ДНР внедряя туда своих людей.

2. Стрелков в силу своих право-монархических убеждений якшается с правыми, националистами и даже полу-фашистами типа Просвирнина, принимая помощь от всех, кто ее даст, без особой разборчивости по принципу — несите все — все приму. Суркову и Ко, не нужна правая Новороссия, с националистических душком, который некоторые деятели пытаются придать образу Стрелкова, который открыто поддерживает Путина и никаких проектов государства имени себя не выдвигает, хотя ему уже приписали намерение захватить Ростов и идти маршем на Москву, что есть полная и очевидная чушь.

Людям типа Суркова куда как ближе люди типа Ахметова, Медведчука, Царева, которым в случае создания «донецкого Приднестровья» и будет делегирована местная власть. Лидеры из народа, вроде Мозгового или Губарева вряд ли будут допущены к принятию ключевых решений — такие люди скорее пугают тех людей, которые привыкли все «решать» в узком кругу «своих».

При этом, власти сами себя начинают запугивать «патриотическим майданом», который как раз и является следствием проводимой Сурковом линии на создание «нового Приднестровья» через переговоры в Ахметовым. Люди, еще вчера состоявшие в пропутинском консолидированном большинстве, не понимая и не принимаю изменившуюся политическую линию начинают сначала задавать вопросы, а потом искать виноватых и рано или поздно утыкаются в Кремль. То есть надо понимать, что именно данная политика разрушает пропутинское большинство и создает угрозу «патриотического майдана», который является лишь потенциальным следствием «Донецких комбинаций» Суркова. И тут кстати нет ничего нового — стоит напомнить, как аналогичные «хитроумные» комбинации Суркова во внутренней политике уже привели к массовым волнениям в Москве после выборов 4 декабря 2011 года, после чего его и выкинули с поста куратора внутренней политики, после чего пришел Володин со своим ОНФ и менее чем за год купировал косяк Суркова, доведя процент поддерживающих Путина с официальных 36 % в январе 2012 до 86 % в апреле 2014 года.

Сейчас судя по всему история повторяется — Сурков начинает заигрываться и подставляет не только ДНР, но самого Путина, раскалывая то самое «пост-крымское» пропутинское большинство, выкидывая часть патриотов в оппозицию и конструируя бумажного тигра «патриотического майдана» из вчерашних поклонников Путина, которым при случае и воспользуются американцы, если всерьез займутся решением вопроса по организации настоящего «майдана». То есть по сути под вопли про «угрозу патриотического майдана», ура-охранители сами готовят для него почву раскалывая пост-крымское пропутинское большинство. Это разумеется довольно очевидно некоторым кругам в Москве, поэтому Стрелкова конечно же предупредили о ситуации складывающейся в Донецке. Не стоит представлять его эдаким Дон-Кихотом. Поэтому когда подозрения Стрелкова дополнились информацией о происходящем в Донецке, был организован стремительный прорыв на Донецк, чтобы в корне раздавить партию пораженцев в Донецке, которая угрожала самому существованию ДНР с последующим сливом всего Донбасса и как потенциальным следствием — революцией в РФ в стиле «русский бунт lite».

Стрелков выйдя из окружения под Славянском, уже привел к тому, что часть потенциальных фигурантов слива ДНР и переговоров с Ахметовым начала разбегаться из Донецка — в неизвестном направлении (по слухам в Мариуполь) выехал бывший командир «Востока» Ходаковский состоящий на зарплате у Ахметова (но тем не менее спокойно катающийся в Москву), украинские органы власти, которые спокойно существовали в Донецке до прихода Стрелкова, так же начали стремительный драп, в городе пошли зачистки еще не захваченных частей, сегодня вот и мэр Донецка Лукъянченко внезапно выехал из города в Киев «на консультации». То есть Стрелков (с вероятной подачи определенных кругов в Москве), просто уничтожает базу для сговора с хунтой и Ахметовым, так как сдать город вместе с кучей ополченцев ведущих бои с хунтой будет малореально, а Стрелков имеет одно из самых больших формирований вооруженных людей и значительный авторитет среди жителей ДНР и ополченцев. Этот авторитет необходимо срочно разрушить, так как он начинает представлять угрозу для проводимой политики.

Поэтому и была запущена пропагандистская компания «Стрелков-предатель», когда различные лицемеры пытаются полить грязью Стрелкова, пытаясь спасти разрушающуюся комбинацию Суркова с Ахметовым и Ко. В этом плане конечно не стоит зацикливаться на Кургиняне и Багирове, это всего лишь говорящие головы, которые доносят до масс определенное послание связанное с огорчением тем, что Стрелков выжил и не дает по тихому «комбинировать» в Донецке, в стиле «а потом пришел лесник и всех разогнал».

Истеричный характер компании, которая началась с подачи Кургиняна (который выстрелил застрельщиком, но не организатором) хорошо показал, что она готовилась на коленке и в спешке, поэтому она и получилась столь не убедительной, а Кургинян окончательно вышел в тираж — слишком примитивными были обвинения в адрес того, кто 3 месяца держал Славянск против превосходящих и обеспечил необходимое время на создание государства, которое усилиями тех, кто сейчас разбегается из Донецка и тех, кто сейчас ерзает на стуле в свете прихода отрядов Стрелкова, так и не было создано. В этом плане и вранье Кургиняна, что «в Донецке все в порядке» так же показательно, с учетом того, что Донецк находился на грани предательства и слива.

Если репутацию Стрелкова разрушить не удастся, то его разумеется постараются убить, как уже пытались убить Болотова и сегодня пытались убить Мозгового, которые представляют «партию войны». Эти люди мешают сговору и сливу, поэтому должны быть либо опорочены, либо уничтожены. В этом плане те персонажи, которые сейчас пытаются облить грязью Стрелкова по сути играют на руку хунте и партии пораженцев, которые готовят сдачу Донецка и закулисный сговор с Ахметовым. Вопрос о том, чего там больше — материального интереса или же идеологических воззрений, сугубо риторический. Сетевые дурачки подхватившие эту волну представляют из себя лишь расходный материал большой политики, которая проводится за спинами тех ополченцев, которые каждый день героически сражаются с превосходящими войсками хунты.

Идеализировать Стрелкова конечно не стоит, из него конечно вряд ли получится толковый государственный деятель, да и идеологические его воззрения прямо скажем специфичны, но дело состоят в том, что своими действиями под Славянском и усилиями российской пропаганды, он из никому неизвестного реконструктора превратился в серьезную политическую фигуру, за которой стоит много людей с оружием… С ним вынуждены считаться, его опасаются и разумеется пытаются уничтожить — как украинские фашисты, так и российские пораженцы.

Тут надо понимать, что Стрелков это один из тех, на ком сейчас базируется реальная, а не виртуальная ДНР. Удар по людям типа Стрелкова, Губарева или Мозгового это прежде всего удар по реальной ДНР, где нет места Ахметовым, Ходаковским или Медведчукам. Поэтому данная ситуация вокруг Стрелкова очень показательна в плане выявления скрытых врагов реальной независимости ДНР. Так что записывайте фамилии и никнеймы этих персонажей, которые вольно или по незнанию выступают в роли могильщиков ДНР. Врага нужно знать в лицо.

 

20 июля. О чем «грустит» Стрелков

Некоторые искренне не понимают, почему с некоторых пор, Стрелков помимо сводок боевых действий, довольно систематически изрекает довольно пессимистичные вещи. На деле тут причины весьма прозрачны.

В мае-июня, когда изменившаяся в апреле политическая линия (вопрос о вводе войск был снят 24 апреля) начала постепенно влиять на оперативно-тактическую обстановку на Донбассе, боевые действия постепенно набирали обороты, приходя к ситуации, когда иррегулярное ополчение оказалось вынужденным воевать против регулярной армии. Этот сценарий на этапе захвата власти в Донецке, Луганске и Славянске изначально не планировался — все закладывались на признание РФ и ввод российских войск.

После начала боевых действий и изменения политической линии, на повестку дня вышел вопрос негласной помощи. Применительно к Стрелкову, чтобы было понятно — за 3 месяца боев под Славянском, у него там было всего 2–2.5 тыс. человек (легкое стрелковое оружие + тяжелые пулеметы, автоматические гранатометы, ПТУРСы (часть нерабочие), несколько ПЗРК и т. д.), всего 3 танка + памятник ИС-3, несколько БМП и БМД, 4 или 5 «Нон», несколько зенитных установок калибром 12,7 и 23 мм. Это примерно размер одной колонны из «военторга», которые хунта сейчас фиксирует почти каждый день. Это примерно все, что получил Стрелков сидя в Славянске за 3 месяца и куцый размер помощи был прекрасно виден по тому, что вывезли из Славянска и по тем крайне куцым трофеям, которые смогла показать хунта (1 БМД, партия нерабочих ПТУРсов, немного автоматов и мин).

Все это удерживало Славянск, Краматорск, Николаевку, Семеновку, Красный Лиман и другие население пункты при соотношении 1 к 3,5–4,5 в пользу противника.

То есть надо понимать, что с точки зрения вооружения, помощь поступала, но была совершенно недостаточной в борьбе с группировкой противника до 10–12 тыс. человек. не говоря уже о танках, артиллерии и авиации. Поэтому по мере развития боевых действий и опережающих темпов наращивания сил противника, Стрелков начал открыто предъявлять претензии, общий смысл которых сводился к тому, что помощь недостаточна.

Тем не менее, кураторы российской политики на Донбассе (а это в первую очередь Сурков, которому передали часть рычагов управления российской политикой на Донбассе, отодвинув от этих процессов Володина) вполне спокойно смотрели, как хунта медленно, но верно охватывала Славянск, замыкая кольцо оперативного окружения. Так же спокойно смотрели и на анклав в Соледаре (охранялся с марта силами спецназа хунты — 150–250 человек), где находилось более 1 млн. единиц стрелкового оружия, которое начало поступать на черный рынок, попадая на вооружение ополченцев и карательных батальонов за деньги (торговать начали ориентировочно в конце апреля-начале мая, когда на вооружении сторон начало массово отмечаться старое оружие). Собственно и сам Стрелков весной писал, что приходилось покупать оружие у офицеров хунты.

Так же за 3 месяца не было организовано внятного штурма танковой базы в Артемовске, где даже по пессимистичным оценкам имелось до 20–25 боеспособных танков, не говоря уже о возможности ремонтировать более-менее сохранившиеся машины за счет совсем нерабочих. За 3 месяца ее так и не удосужились взять, не говоря уже о создании деблокирующей группы, которая могла наносить удары по охватывающим Славянск колоннам хунты, что и позволяло удерживать Славянск и Краматорск далее. Но получилось так, что Славянск окружали и в конце концов окружили, а в Донецке даже не почесались. Про сводки Стрелкова начались писать ересь, что «раз Стрелков грустит, это к успеху», хотя если посмотреть на эти сводки сейчас, то они как раз объективно отражали ухудшающуюся обстановку под Славянском.

Причины этого «игнорирования» Стрелкова вполне понятны, пока он там сражался под Славянском, через Донецк шли переговоры людей Суркова с людьми Ахметова, при этом в самом городе зрел заговор с целью сдачи города хунте.

2 июля пошли бои за Николаевку, что привело к потере контроля над последней значимой трассой, осуществлявшей снабжение Славянска. Стрелков «загрустил» еще больше, стало очевидно, что его вместе со Славянском и гарнизоном давно списали и никто их выручать не собирается. 2–3 июля, когда еще продолжались уличные бои в окруженной Николаевке, где героически сражался отряд Мотороллы (даже несмотря на предательство двух полевых командиров оголивших фланг), в Славянске было принято решение прорываться из окружения, надо понимать, что решение это имело как военное обоснование, так и политическое — Стрелков был предупрежден из Москвы, что в Донецке готовят сдачу города.

В ночь с 4 на 5 июля Стрелков успешно осуществил прорыв, понеся лишь незначительные потери. Этим он поломал все закулисные переговоры людей Суркова с Ахметовым и Коломойским (через людей Кургиняна). Общий смысл этих переговоров заключался в том, что околокремлевские круги, которые представляет Сурков, через российских олигархов (Фридмана и ХХХ) пытался согласовать с украинскими олигархами вопрос о «большом Приднестровье» из Луганской и Донецкой Народных Республик, во главе которых должен был на первоначальном этапе встать Царев, на которого были замкнуты часть каналов финансирования Юго-Востока.

В этих контактах были замазаны мэр Донецка Лукьянченко (бежал в Киев), спикер парламента Новороссии Пушилин (оставлен с поста по собственному желанию), министр ГБ ДНР Ходаковский (оставлен с поста министра, батальон «Восток» преобразован в бригаду и оперативно переподчинен штабу Стрелкова), генерал милиции Пожидаев (управление МВД было зачищено практически сразу после прихода бригады Стрелкова в Донецк). Все эти люди так или иначе были связаны с Ахметовым и для зачистки верхушки ДНР был прислан Антюфеев, который начал наводить порядок, после чего и последовала серия отставок.

Как только отход Стрелкова в Славянск сорвал закулисные переговоры, резко активизировались боевые действия по всему фронту — украинские олигархи, которые контактировали с Москвой, сразу стали мишенью информационной компании, после контактов заместителя Коломойского Корбана с человеком Кургиняна, компания против Коломойского в украинских СМИ приняла масштабный характер, в ход пошли даже традиционные сливы СБУ, вроде разговора о подготовке травли Ляшко, цель которых была настроить фашистских радикалов против одного из спонсоров. При этом открытые заявления Коломойского, Филатова и Корбана о том, что надо конфисковать собственность Ахметова, не нашли широкой медийной поддержки, СМИ хунты вполне себе встали на защиту Ахметова, который уже сдал хунте Мариуполь и готовил почву для сдачи Донецка.

После срыва переговоров, хунта уже совсем перестала стесняться разрушать города и инфраструктуру (шансов то на то, что получить их путем сговора с хозяевами Кургиняна и Ко без боя не осталось), так как только военным путем можно было установить контроль над Донбассом.

Вслед за этим, практически сразу на вооружении ополченцев в довольно большом кол-ве в считанные дни появились танки, БМП, артиллерия (гаубицы Д-30 и САУ «Гвоздика») и РСЗО. То есть чтобы лучше было понятно, за неделю на вооружении ополченцев появилось больше тяжелой техники, чем за 3 предшествующих месяца. Это сразу привело к оперативным результатам — образовался «южный котел», а наступление которое началось 1 июля уже 13–14 июля захлебнулось на всех направлениях. Вполне понятна, что если бы та материальна-техническая помощь, которая последовала в июле оказывалась хотя бы с мая в тех же объемах, то бои бы сейчас шли где-нибудь в районе Изюма, а не под Донецком. При этом, даже несмотря на текущую материально техническую помощь, которая оказывалась и оказывается, темпы накопления живой силы и технике у хунты все равно выше (даже не считая материально-техническую и организационную помощь США и НАТО). Поэтому за счет общего численного превосходства в людях и технике, хунта после поражения перегруппировалась и продолжила наступление, атакуя слабые участки фронта (у ополченцев просто недостаточно людей и техники, чтобы одинаково хорошо прикрыть все).

Чтобы было понятно — Стрелков прорвался в Донецк из Славянска с 1 танком, 3 «Нонами» и несколькими БМД/БМП. На помощь ему проследовали 4 танка, 3 САУ «Гвоздика» и несколько БТР/БМП, чуть ранее под Донецком оказались несколько «Градов». Все это приходилось на широкий фронт растянувшийся от Снежного через Донецк до Горловки и далее к зоне ответственности Мозгового. Что Стрелков мог из этого выделить для Мозгового, он отправил. Сейчас его техника связана боями за Мариновку и аэропорт, а так же обеспечивает оборону Донецка и Горловки. Сил на большее у него просто нет.

Собственно, его продолжающиеся пессимистические заявления исходят от объективной оценки реального соотношения сил на фронте. Фантазии на тему «пуля дура, штык молодец» и «пускай у противника много танков и авиации, а мы его молитвой и боевым духом переломим» понятное дело не могут повлиять на тяжелую оперативную обстановку. Поэтому «грусть» Стрелкова, это по сути попытка донести через общественность (где он пользуется широкой поддержкой) до властей, что ему требуется больше оружия и техники. Само собой такие запросы идут и по закрытым каналам — более предметно и менее эмоционально. Но это лишь один из аспектов.

 

Второй аспект «грустных» заявлений Стрелкова, политический. Провал партии пораженцев со сдачей Донецка отнюдь не привел к ее уничтожению. Как не трудно увидеть из продолжающейся информационной компании против Стрелкова, его пребывание в Донецке явно препятствует планам сговора с олигархами и хунтой на тему будущего Новороссии. Стрелков хочет воевать и идти на Киев, для этого ему нужны люди и оружие, которых он получает в недостаточном количестве.

Но так как эта идея пользуется общественной поддержкой, открыто вести переговоры с хунтой и олигархами на тему будущего «большого Приднестровья» не получается. Стрелков по сути не дает умереть идеи «большой Новороссии», которую Сурков и Ко по большей части списали в утиль еще весной. То есть, Стрелков является политической помехой для попытки политического размена Украины на ДНР и ЛНР. Поэтому его и будут обвинять во всех смертных грехах (провокатор Кургинян в лучшем стиле Доренко сегодня родил, что Стрелков де хотел сбить Путина, ну и следует понимать, что попал в «Боинг»), дабы расчистить сцену для будущего сговора с фашистской хунтой о будущем ДНР и ЛНР. При этом военная помощь для ДНР будет дозированной, чтобы не дать всему сопротивлению сразу схлопнуться (вариант полного слива ДНР и ЛНР для Кремля выглядит крайне обременительным), попутно пытаются обрубить каналы помощи организованные общественностью — блокируются ресурсы информационной поддержки ДНР и ЛНР, закрываются счета, в том числе путем сговора российских банков с СБУ и ее хозяевами.

Провокацию хунты с «Боингом», российская партия пораженцев уже подхватила, фактически подыгрывая пропаганде хунты, вбрасывая тезисы, что за сбитым «Боингом» мог стоять Стрелков и ополченцы, то есть атака на ДНР идет как бы в 2 руки — с одной стороны атакуют США, их сателлиты и хунта, с другой — российские компрадоры-пораженцы и их медийная обслуга, вроде Кургиняна. Вброс про Путина, которого хотел убить Стрелков необходим для того, чтобы где-то на самом верху дали отмашку прекратить поддерживать Стрелкова — то есть картинку создают как для общества, так и для высшего руководства РФ.

Общий смысл операции состоит в следующем — медийно дискредитировать Стрелкова (запоминайте кто в этой компании участвует, по этой волне можно легко определить, кто из говорящих голов завязан на Суркова и тех, кто подготавливает почву для сговора с фашистской хунтой — это и есть медийная инфраструктура настоящей пятой колонны, а не те либерасты-фигляры, которых за нее обычно выдают) и подготовить почву для его замены. Если для этого потребуется слить Мозгового или часть территории вокруг Донецка, это не исключенный вариант, ведь таким же путем совсем недавно готовили почву для «героической гибели Стрелкова в Славянграде». «Героическая гибель Мозгового в Лисичанске» может оказаться для них вполне удобным, чтобы продолжить атаки на Стрелкова, который не смог его поддержать всеми 4 своими танками.

Идеальный вариант, замкнуть военное руководство ДНР на Суркова и Ко, чтобы исключить любую самостоятельность, после чего и приступить к переговорам с хунтой. Пока живы Стрелков и полевые командиры вроде Мозгового, эти планы откровенно буксуют, и пораженцам приходится тратить время и политический капитал на уничтожение Стрелкова.

Для Стрелкова эта атака очевидна, поэтому он как и ранее пытается через общественность донести до общества и властей простую мысль, что слить его просто так не получится (то есть молча на заклание он не пойдет) и что для успеха войны необходима нормальная помощь, апеллируя к «партии войны», которая обеспечивает реальные (а не пиар) поставки и которая заинтересована в распространении восстания за пределы Донбасса. Понятное дело, что он не герой-одиночка и в Москве есть структуры, которые его поддерживают, иначе его давно бы закопали где-нибудь под Славянском.

А обобщенный смысл всей этой московской возни состоит в том, что вариант Стрелкова прост и понятен и Стрелков его «пессимистично» формулирует — либо более активное ведение войны на Украине, либо же капитуляция и перенос боевых действий на территорию РФ, хотя на фоне истерик в стиле «все пропало, все слили», это уже скорее реалистичная развилка, которая очевидна еще с мая. Стрелков ведь не говорит «все пропало», он говорит, что тенденция неблагоприятная. И развитие ситуации подтверждает его выводы.

Партия пораженцев, которая набрала вес после принятия в апреле решения не вводить войска, по прежнему пытается усидеть на уже разъехавшихся стульях войны и капитуляции, надеясь достичь договоренности с фашистской хунтой (чему мешает Стрелков) и украинскими олигархами, дабы получить на выходе решение, которое можно будет представить не как полный слив, на фоне заявлений февраля-марта 2014 года.

В этом раскладе, Стрелков безотносительно его взглядов, уже давно превратился в знамя тех, кто желает продолжения борьбы за всю Украину или хотя бы за ее часть. Оппоненты же Стрелкова, Украину уже давно списали и сейчас изыскивают способ, как бы выскочить из этой ситуации, дабы не вызывать волнений в самой России, даже если в долгосрочной перспективе сдаче Украины будет иметь для России катастрофические последствия. Поэтому пока это противостояние будет продолжаться, Стрелков и будет «грустить» до того момента, пока не будет сделан выбор из двух заведомо неприятных решений. Или же до момента его гибели и получения обоих неприятных решений в одном флаконе.

 

26 августа. Про «работников военторга»

В последнюю неделю на фоне систематических воплей хунты, что она воюет не с ополченцами, а с Российской Армией, активизировались непонимающие граждане, которые задают стандартные вопросы в духе «А правду ли говорит хунта?», «А откуда Т-90?», «А откуда «БТР 82-А?», «А откуда новые гранатометы?», «А кого фашисты в роликах показывают?»

Казалось бы, опыт операции в Крыму, когда российское военное участие с 26 февраля было очевидно, но официально отрицалось до середины марта, должен был помочь понять линию поведения РФ в этом вопросе. Тогда ведь было ровно тоже самое, фашисты точно так же выпускали ролики, где пытались доказывать, что вот здесь кого-то захватили (размахивая паспортами и военными билетами), упорно доказывали, что вот такое оружие и форму не продают в «военторге», что в Крыму нет столько ополченцев, и у которых в природе не могло быть «Тигров» и новейших образцов стрелкового вооружения. Хунта вопила об этом в течение всей весны. На эти вопли официально ложили с прибором заявляя «Никаких российских войск там нет, а ваши доказательства сверните трубочкой и засуньте в одно место». Когда ситуация уже была заиграна, выступил Путин сказал, что да, были. Но это произошло ровно тогда, когда это уже не несло сколь-нибудь значимых последствий для операции.

Я мог прямо в день ввода войск в Крыму написать в блоге, что действует российский спецназ, указать даже номер 91-й бригады ГРУ ГШ РФ которая действовала под видом ополченцев, но пока это официально не признано, этих войск там нет. Таковы правила игры. Несмотря на то, что пишут в блогах или доказывают хунтята. Это весьма своеобразная форма постиндустриальной войны, которую называют «гибридной». Активное участие при официальной позиции «нас там нет» или «Я вам снюсь». Странно, что за прошедшие месяцы войны эту форму не все поняли, хотя она весьма очевидна. Пресловутый «военторг» это ведь не фигура речи. Он может «торговать» активно или не очень, в зависимости от внутриполитических раскладов связанных с тем же Стрелковым или Ахметовым, но факт его наличия очевиден всем, кто более-менее знаком с реальной, а не телевизионной картинкой войны на Донбассе. Разумеется, многие из тех, кто знаком с реальной картиной, все равно будут писать, что «никакого военторга не существует». Это тоже возможная позиция, поддерживающая официальную линию в этом вопросе. Раз нет официально, то действительно ничего нет. На деле, то что просачивается в прессу, это лишь малая часть от реальной картины, которая масштабна и интересна, но о которой пока что говорить несвоевременно, чтобы не навредить общему делу. Официально ничего нет, после окончания войны обнаружится что было и есть. Как все закончится в нашу пользу и это уже перестанет иметь оперативное значение, некоторые подробности оборотной стороны войны на Донбассе выложу в виде отдельной серии статей.

Я вот собственно никогда не скрывал, что «военторг» существует и он действительно существует (именно поэтому я никогда и не писал о том, что РФ полностью слила Донбасс), давая различные объемы военно-материальной помощи воюющим подразделениям, зависящие от от воли тех, на кого эти потоки замкнуты и тех, кто занимается их распределением. С некоторых пор, в «военторге» началась сезонная распродажа и выдача бонусов, которая никак не мешает продолжению официальной линии «Нет и не было, ничего». В интернете можно доказывать сколько угодно, дипломаты будут продолжать играть в пинг-понг, который может длится неделями и месяцами. Есть определенная работа и есть ее информационное и дипломатическое прикрытие. Ровно точно так же как в Крыму. Так как эта игра продолжается и принимается всеми сторонами (казалось бы хозяева хунты уже имеют кучу «доказательств» работы «военторга», но с завидным постоянством они топчутся на месте в стиле «Но вот же вот, этого у ополченцев точно не могло» быть получая уже стандартные ответы в духе «Ну мало ли где и что снимают, и мало ли что там есть у ополченцев, нет у вас доказательств». Так как эта схема циклична, то продолжаться она будет сколь-угодно долго, хоть до взятия Киева или даже Львова, к микрофону выйдет Лавров и расскажет, что Россия не в чем не участвует. И официально так и будет. А то что там написал у себя в блоге какой-то блогер или комментатор, это частные мнения частных лиц. И попробуйте сказать, что эта схема не работает.

Собственно смысл всех этих споров состоит в том, что стороны помимо реальной войны, воюют между собой за создание давлеющей информационнй картинки, чтобы ситуация получила официальную переоценку и в данном случае Россия признала хоть какие-то факты своего участия в войне на Донбассе сейчас (а не когда-нибудь потом, когда ситуация уже будет заиграна).

Поэтому совершенно не важно, какие доказательства реальные или липовые предъявляет хунта, они в любом случае будут отрицаться, потому что таковы правила игры. Когда эта нехитрая вещь станет вам понятна, вас куда как меньше будут волновать очередные «разоблачения» со стороны хунты. На них вообще можно не обращать внимания, так как их приводит враг, против которого идет война на его уничтожение. С точки зрения разворачивающихся наступательных операций к югу от Донецка, это вообще малосущественный вопрос, так как катастрофа южной группировки войск хунты наступает куда как быстрее, нежели любые «доказательства вторжения России» будут иметь хоть какие-то последствия.

А касательно «работников военторга», наличие которых пытается доказать хунта, то официально их там конечно нет. И официально не будет. Ну а дальше я думаю вы и сами все поняли и не будете задавать глупых вопросов.

 

27 сентября. Контуры Большого Приднестровья

К концу сентября шаги сторон конфликта на Донбассе приблизительно очертили контуры будущего непризнанного государства.

1. Совершенно очевидно, что Донецкая Народная Республика и Луганская Народная Республика как в составе Новороссии, так и по отдельности в виде Союза Народных Республик в состав Украины уже не вернутся. Военных путей для включения народных республик в состав Украины уже нет, после военного разгрома в августе, наступательные возможности хунты сильно подорваны. Принимаемые же в ДНР и ЛНР внутренние основополагающие документы характерным образом указывают на то, что народные республики будут существовать как самостоятельные (в меру своей зависимости от России) непризнанные государственные образования, с практически полным набором функций суверенного государства, как то собственная экономика, собственная армия, собственные органы внутренних дел, собственная правовая система и т. д. Все это не будет замыкаться на Киев, а будет существовать параллельно власти киевских гауляйтеров на оставшейся территории бывших Донецкой и Луганской областей.

2. Продолжающиеся боевые действия в районах Счастье, Дебальцево, донецкого аэропорта, Авдеевки и Мариуполя говорят о том, что линия разграничения будущей границы между Украиной и «Большим Приднестровьем» еще до конца не определена. Характерное затишье на ряде участков фронта с продолжением непрекращающейся активности на других участках, говорит о том, что стороны под определенные сроки пытаются увеличить размер контролируемой территории и прибрать к рукам побольше ключевых пунктов.

Проблема на данном этапе для «перемирия» состоит в том, что основная масса военнослужащих армии Новороссии рассматривает как необходимый минимум — освобождение всей территории Донецкой и Луганской областей, поэтому попытки остановить войну на некий линии разграничения, которая разрежет бывшие области Украины пополам, наталкиваются на противодействие военных, которые несмотря на зависимость от гуманитарки с успехом срывают режим прекращения огня. Давление по линии гуманитарки и попытки медийной дискредитации лидеров требующих продолжения войны пока успеха не приносят. На противной стороне ситуация зеркальная, возникновение огрызка «Большого Приднестровья», это хоть и не похороненная еще весной «Большая Новороссия», но все же совершенно не вписывается в картину мира фашистских отрядов, которые пребывали в полной уверенности, что еще немного усилий и Новороссия будет уничтожена военным путем. Сейчас эти отряды пытаются по российским лекалам поставить под контроль через гуманитарку, а особо «упоротых», вроде Ляшко и Яроша, уже открыто поливают в хунтовских СМИ — первого мочит Коломойский, второго СМИ Порошенко. Ярош утерявший вместе с «Правым Сектором» былую популярность, очевидно назначен одним из главных стрелочников, на которого попытаются списать издержки гражданской войны, дабы выгородить Порошенко и прочих спонсоров гражданской войны.

3. Так как никаких разделительных карт или хотя бы общих контуров возможного раздела не публиковалось, остаеться лишь гадать, где в рамках «минского сговора» пройдут контуры границ «Большого Приднестровья», но я бы предположил, что в ходе первого и второго раунда минских переговоров были достигнуто определенное согласованное видение того, где эти границы должны пройти. Отвод войск хунты на ряде участков и приостановка наступления армии Новороссии, направлен с моей точки зрения на воплощение этого видения в признаваемые де-факто (и не признаваемые де-юре) границы Большого Приднестровья.

4. Чем платит за это хунта? Хунта де-факто признает, что вернуть Донбасс под свой контроль она на данный момент физически не может и вынужденно смиряется с утратой полного контроля над еще 2 областями — не признавая их как и Крым де-юре, де-факто, ДНР и ЛНР (в тех или иных границах) как и Крым выходят из состава Украины, хотя о вхождении в состав РФ речь конечно не идет — это скорее еще одно Приднестровье, Косово, Абхазия и Южная Осетия. С другой стороны, хунта фактически легитимизирована Россией как законная власть на Украине и помимо сохранения контроля над оставшимися областями (и некоторой частью бывших Донецкой и Луганской областей), даже получит от России определенную экономическую поддержку, которая позволит пережить хунте зиму — главная идея адептов ХПП, что наступит зима и хунта каюк не оправдается по причинам экономической помощи для Украины со стороны Запада и РФ.

5. Чем платит Россия? Россия вынуждена согласиться с существованием хунты как законной властью на Украине, с которой собственно и осуществляется непосредственные переговоры по разделу бывшей Украины, где в отличие от весенних планов с 7–8 областями, Россия вынуждена довольствоваться Крымом и частью двух областей, уступая американским марионеткам остальную Украину. Здесь все обусловлено отнюдь не тем, что Россия так хочет договориться с хунтой или опасается ее вооруженных сил (для российской армии на данном этапе войска хунты это незначительное препятствие). Основной нерв переговоров, это по прежнему попытки уклониться от прямой конфронтации с США. Отсюда и различные примирительные заявления в адрес США, что Россия не хочет новой Холодной Войны, не хочет гонки вооружений, что Россия миротворец и надо всем договариваться, в том числе и за счет проекта Новороссии. Но проблема тут как и прежде в позиции США. Обама недвусмысмленно дал понять, что примирительные шаги со стороны РФ, вроде согласия отказаться от дальнейшей активной борьбы за остальную Украину и удовлетвориться Большим Приднестровьем — США не устраивают. Обама фактически объявил, что Россия сейчас нечто среднее между вирусом Эбола и ИГИЛ. То есть сделал примерно тоже самое, что сделал Рейган, объявив СССР «империей зла», РФ фактически выписывают черную метку, вычеркивая из списка «рукопожатных государств» и оглашают условия капитуляции — отказаться от политики последних лет и вернуться на путь полной внешнеполитической зависимости от Вашингтона. При этом — с одной стороны Путину как выразителю интересов российскому крупного капитала как бы предлагают почетную сдачу (сдайся, и ты снова будешь рукопожат), а с другой — активизируется работа по «цветному сценарию» в России, где с одной стороны у США есть точки соприкосновения с частью российской олигархии и ее обслуги согласной на капитуляцию, а с другой осуществляется накачка улицы, которая поможет легализовать капитуляцию, особенно в случае принудительной замены Путина на более лояльную США фигуру из военно-политического истеблишмента РФ, либо же на «народного вождя» получившего ярлык на княжение из Вашингтона — наиболее очевидная фигура это Ходорковский.

6. В связи с этим, «минский сговор» не решает и не может решить основных проблем Новороссии и России, так как он не разрешает ключевых противоречий в отношениях с США, которые открыто заявляют, что без возвращения под контроль хунты Донбасса и Крыма, никакого примирения быть не может и Россию будут давить по всем фронтам начиная с санкционного пресса и заканчивая подготовкой «цветной революции» против свеженазначенного «главного плохиша мировой политики». Дальнейшая судьба Большого Приднестровья в этом плане будет зависеть от того, как будет протекать противостояния США и РФ и прежде всего от того, как Россия будет сопротивляться нарастающему экономическому и политическому давлению, а в том что оно будет нарастать особых сомнений нет. Война де-факто объявлена и РФ придеться либо сражаться в ней, либо капитулировать и окончательно прекратить существование России как актора глобальной политики.

Назад: Глава 3. Киев и русскоязычные города. Военные события
Дальше: Глава 5. Анализ событий изнутри. Дальнейшие прогнозы

Загрузка...