Загрузка...
Книга: Тайная история сновидений. Значение снов в различных культурах и жизни известных личностей (психонавтика)
Назад: Проводник
Дальше: Глава 10 Марк Твен и его рифмы жизни
Сновидение о войне и освобождении от рабства

Она находится в пустыне, где много камней и зарослей. Что-то шевелится среди камней. Огромная змея поднимает голову и начинает двигаться по направлению к ней. Вдруг ее голова превращается в голову мужчины с большой колючей белой бородой, который смотрит на нее «жаждущим взглядом», как будто хочет с ней заговорить. Рядом с ним возникают еще две головы с лицами более молодых мужчин. Затем перед ней возникает целая толпа людей. Они наносят удары по головам молодых мужчин, а потом и по голове старика, который продолжает смотреть на нее «жаждущим взглядом» [45].

Гарриет познакомилась с этим мужчиной в образе змеи через несколько дней после увиденного ею сна в апреле 1858 года, когда Джон Браун нанес визит в ее дом. Только что вернувшись из Канзаса, где он огнем и мечом сражался против прорабовладельческой группировки «Пограничные хулиганы», этот фанатичный аболиционист начал собирать чернокожих солдат для своей ниспосланной свыше миссии – поднять восстание рабов на юге. Между Табмен и Брауном установились хорошие отношения. После их первой встречи капитан Браун написал одному из своих сыновей, что Гарриет была «по природе своей самым настоящим мужчиной, лучшим из всех, что ему доводилось встречать» [46]. Вскоре он начал звать ее «генерал» Табмен.

В следующем году она сопровождала Брауна в Бостоне, где он собирал деньги и оружие при поддержке других аболиционистов. Однако его роль в приснившемся Гарриет сне внушала ей тревогу. Хотя некоторые беглые рабы из города святой Екатерины присоединились к небольшой армии Брауна, его люди рассчитывали на активное участие Табмен в запланированном нападении на Харперс-Ферри, но не могли найти ее в период с июля по сентябрь 1859 года.

В ночь на воскресенье 16 октября 1859 года, когда Браун вместе со своими людьми напал на арсенал, застав врасплох одинокого охранника, Табмен была в Нью-Йорке. На расстоянии она почувствовала «трепет, трепет» в своем сердце, который обычно предупреждал ее о приближении опасности. Гарриет сказала хозяйке дома, где жила, что «должно быть, это капитан Браун попал в беду» [47].

По какой-то причине Браун со своим небольшим отрядом укрылся в арсенале, вместо того чтобы уйти, забрав с собой оружие, которое они могли унести. Вскоре они оказались в окружении морских пехотинцев под командованием Роберта Э. Ли. Сон Гарриет о трех поверженных головах полностью осуществился, когда Джон Браун, одетый во все черное, прибыл к месту своей казни, сидя на собственном гробу, и двое его сыновей погибли вместе с ним. Табмен сказала Эдне Чини: «Джон Браун не погиб на виселице… Он не был смертным человеком, в нем был Господь» [48]. Святой и мученик для многих аболиционистов на севере, «человек, вселявший ужас» в сердца южан и людей, придерживавшихся умеренных взглядов [49], этот странный выдающийся человек так и не смог достичь успеха в жизни за исключением того, что способствовал началу гражданской войны.

Гарриет Табмен была уверена в неизбежности отмены рабства. Она описала будущие события известному чернокожему аболиционисту Генри Гаррету в начале 1861 года. Гаррет ответил, что не верит в возможность освобождения чернокожих рабов при его жизни или даже при жизни его внуков. Табмен заверила его в том, что он ошибается. «Вы увидите это, и это случится очень скоро. Мои люди свободны! Мои люди свободны» [50].

Но Гарриет также предвидела задолго до начала гражданской войны, что отмена рабства произойдет только с помощью оружия. Она, как Браун и его «Тайная шестерка» (в которую входил ее первый биограф Франклин Сэнборн), верила в то, что как порабощенные, так и свободные афроамериканцы должны взять в руки оружие, чтобы принять участие в своем освобождении.

* * *

После того как Союз завладел островами Си-Айлендс у побережья Каролины, Табмен отправилась на юг, чтобы оказать поддержку первым отрядам чернокожих солдат, которые состояли из бывших рабов. Поощряемая губернатором Джоном Эндрю из Массачусетса, она стала разведчицей и шпионкой под видом медсестры и поставщика провизии. Табмен ходила по улицам Бофорта в Южной Каролине во влажную жару, когда под ногами постоянно раздавался хруст устричных раковин. Она встретилась с генералом Дэвидом Хантером, который привел Линкольна в ярость, преждевременно объявив об отмене рабства и вооружив некоторых из бывших рабов. Сведущая в траволечении, она делала отвары из местных корней и трав, чтобы помочь армейскому врачу вылечить солдат от дизентерии; после этого доктор попросил ее приготовить столько этой смеси, чтобы можно было вылечить весь полк. Табмен сопровождала рыжеволосого полковника Джеймса Монтгомери и его «контрабандистов» – бывших рабов второго полка Южной Каролины – в рейде на реке Комбахи, в результате которого было освобождено восемьсот рабов и захвачено много риса. Хотя изначально предполагалось, что Гарриет будет выступать в роли переводчика для офицеров Союза, она обнаружила, что разбирается в языке гулла не лучше самих военных. Однако когда отчаявшиеся жители островов Си-Айлендс стали хвататься за гребные шлюпки, угрожая опрокинуть их, Гарриет внезапно запела песню, прибегнув к помощи своего выразительного голоса. «Тогда они вскинули руки и начали радоваться и славить Бога! А гребные шлюпки отплыли от берега. Я продолжала петь до тех пор, пока все не оказались на борту шлюпок» [51].

Табмен выражала свое недовольство Линкольну, откладывавшему объявление об отмене рабства, о котором она так мечтала. Она просила его поторопиться, говоря: «Бог не даст мастеру Линкольну одержать победу над югом, пока он не примет верное решение» [52].

Праздник по случаю торжественного подписания Линкольном Декларации об освобождении состоялся 1 января 1863 года вблизи города Бофорт в Южной Каролине. В дубовой роще собралась огромная толпа, и серый мох свисал над головами чернокожих женщин в «тюрбанах» и чернокожих солдат в широких малиновых штанах-зуавах. Гарриет не присутствовала на этих празднествах. «Я отметила свой юбилей три года назад. Тогда я радовалась всему, чему могла; больше я не могу радоваться» [53]. На своем портрете, который был сделан в то время, она держит в руках винтовку.

* * *

В конце войны Гарриет вернулась к себе домой в Оберн, штат Нью-Йорк, где жили ее родители и другие члены семьи. Когда она показала свой правительственный билет проводнику-расисту на поезде из Филадельфии в Нью-Йорк, это не произвело на него никакого впечатления. Он закричал на нее, что компания не позволяет каким-то «дешевым черномазым» сидеть среди белых господ [54]. Когда проводник попытался высадить ее из вагона, она сцепилась с ним и вскоре стала одерживать верх благодаря своей удивительной физической силе, которую приобрела, работая на полях и лесных складах. Однако другие белые мужчины пришли на помощь проводнику. Они сломали Табмен руку и несколько ребер, пока пытались затащить ее в багажный вагон. Это тяжелое возвращение домой никоим образом не предвещало появления новых прав для афроамериканцев или персональных льгот для Гарриет после окончания гражданской войны.

Гарриет Табмен прожила еще более пятидесяти лет, о ней то вспоминали, то забывали, и она испытывала нужду, прикладывая неимоверные усилия, чтобы накормить своих родителей, братьев и огромное количество бездомных людей, которые искали убежища на ее маленькой ферме в Оберне. В течение многих лет Табмен пыталась выхлопотать себе военную пенсию, но так и не получила то, чего заслуживала. Она нашла своего биографа в лице Сары Брэдфорд, которая писала детские книги, преподавала в воскресной школе и читала библейские истории престарелым родителям Гарриет. Полностью посвятив себя подготовке к поездке в Европу, Брэдфорд поторопилась составить первый вариант ее биографии, уделив недостаточно времени редактированию совсем еще сырого материала, например, о том, как Гарриет узнала о предательстве своего мужа. Брэдфорд (которую также оставил муж) убрала этот эпизод из второго издания книги. Королева Виктория, прочитав более поздний вариант биографии Брэдфорд, пригласила Гарриет на праздник по случаю своего дня рождения. Книга принесла Табмен достаточно денег, чтобы оплатить закладную на свою ферму в Оберне.

Неверный муж Гарриет, Джон Табмен, был убит вскоре после окончания гражданской войны в стычке с белым мужчиной. Возможно, Гарриэт нашла бы свое счастье во втором браке с отважным человеком, который был моложе нее на двадцать лет, но он был болен туберкулезом, и вскоре ей пришлось взять на себя роль сиделки.

* * *

Неудивительно, что Гарриет Табмен продолжает вдохновлять людей и в наши дни. О ней можно узнать в популярных биографических изданиях и на выставках, посвященных Подземной дороге. В сновидениях некоторых наших современников Гарриет Табмен появляется в образе посланника или почтальона, который подсовывает письма под входную дверь дома.

Впервые я увидел ее в образе ожившей камеи, находясь в промежуточном состоянии между сном и бодрствованием в своем доме в городе Трои, штат Нью-Йорк. Впоследствии я узнал, что Гарриет возглавила в Трои толпу, освободившую беглого раба Чарльза Налле, которого собирались вернуть обратно на юг согласно закону о беглых рабах. В моем любимом сне о Гарриет Табмен она дежурит у окошка весьма необычного почтового отделения: здесь вы можете найти свои потерянные или не доставленные по адресу сновидения.

Назад: Проводник
Дальше: Глава 10 Марк Твен и его рифмы жизни

Загрузка...