Загрузка...
Книга: От шнурков до сердечка (сборник) сиос-3
Назад: Небольшой дымок без всякой формы
Дальше: Белое море, чёрное море, красное море

Вагон и маленькая тележка

Вагон и Маленькая Тележка очень любили друг друга.

Все это замечали, но никто над ними не смеялся: над настоящей любовью никогда не смеются. Смеются над всякими тили-тили-тесто-жених-и-невеста или я-вас-люблю-и-обожаю-беру-за-хвост-и-провожаю, а над настоящей любовью — нет.

Потому что настоящая любовь — она прекрасная.

Прекрасной она у Вагона и Маленькой Тележки и была: именно что прекрасной! Их даже никогда поодиночке не видели: выползает Вагон из-за угла — тут же и Маленькая Тележка появляется, успеваешь ободок колеса Маленькой Тележки у поворота различить — значит, Вагон уже за поворотом исчез.

Трогательная такая парочка…

Правда, и склочников хватало, конечно: как же без них-то, без склочников?

— И чего он, — говорили о Вагоне склочники, — постоянно с этой Маленькой Тележкой туда-сюда таскается? Отлично бы все обошлись и без этого… бесплатного приложения!

— Да я же Вагону помогаю, глубокоуважаемые склочники… — вежливо отвечала Маленькая Тележка, дивясь их недогадливости.

Но… что верно, то верно: необходимости в Маленькой Тележке явно не было, потому что Вагон со всем и сам легко бы справился! Он был такой вместительный, что практически всегда заполнялся только наполовину — неважно, какой груз везли. Закажут ему, например, тонну шарикоподшипников привезти — так она, эта тонна, где-то на самом дне колыхается… и не видно её, и не слышно! Но Вагон — перед тем как отъезжать — обязательно горсть шарикоподшипников в Маленькую Тележку бросит (на большее-то Маленькой Тележки, понятное дело, не хватало!) и скажет:

— Поможешь, ангел мой?

— Как же не помочь-то! — со всевозможным участием ответит Маленькая Тележка…

И — покатятся они вместе по рельсам: Вагон и Маленькая Тележка.

Вагон музыку играет, Маленькая Тележка песенки поёт! Так, глядишь, и доедут до места: из Пункта Убытия в Пункт Прибытия.

В Пункте Прибытия радость: шарикоподшипники привезли — целый вагон! И давай Вагон разгружать. А на Маленькую Тележку внимания не обращают.

Разгрузят Вагон — он и говорит:

— Это ещё не всё. Видите, рядом со мной Маленькая Тележка стоит? В ней тоже шарикоподшипники!

А заглянут в Маленькую Тележку — и только рукой махнут: сколько уж там шарикоподшипников — горсть одна!

— Не надо нам, — скажут тогда, — этой горсти. Себе, — скажут, — оставьте!

И улыбнутся приветливо.

Да только с Вагоном разговор короткий:

— Выгружайте, — ответит он строго. — А то я в следующий раз в ваш Пункт Прибытия не поеду!

Ну и начинают разгружать, конечно: Вагона-то как ослушаешься? Тем более что из Маленькой Тележки и разгружать нечего: сгрёб шарикоподшипники в ладонь — вот и вся тебе разгрузка!

А Вагон и Маленькая Тележка в обратную дорогу собираются — назад, значит: из Пункта Прибытия в Пункт Убытия.

— Поехали, ангел мой?

— Поехали!

Вагон музыку играет, Маленькая Тележка песенки поёт — красота кто понимает! Так и приедут домой.

В Вагоне, что и говорить, не всегда только шарикоподшипники возили: куда ж столько шарикоподшипников-то!.. А потом, людям ведь не только шарикоподшипники нужны, но ещё и другие всякие вещи. Спросят их, людей, иной раз:

— Вам ещё один вагон шарикоподшипников подбросить? А они — в крик:

— Нет-нет, спасибо, мы и прежние-то шарикоподшипники не знаем куда девать! Подбросьте-ка нам лучше конфет с печеньем.

Сказано — сделано: нагрузят тогда Вагон конфетами с печеньем — и говорят:

— Ну, вперёд, господин Вагон!

Только Вагон, пока конфет с печеньем в Маленькую Тележку не бросят, с места не сдвинется. Стоит упрямо, что твой ишак, и ждёт. А бросят конфет с печеньем в Маленькую Тележку — сразу запыхтит, запыхтит… глядишь, и тронулся.

— Поехали, ангел мой?

— Поехали!

Вагон музыку играет, Маленькая Тележка песенки поёт — издалека их слышно.

А в Пункте Прибытия — ликование: наконец-то конфеты с печеньем привезли! Конфеты с печеньем — это получше, чем шарикоподшипники. Но не успеют Вагон разгрузить — половины конфет с печеньем как не бывало! К концу же разгрузки — и вовсе ничего нет: грузчики — они ведь тоже люди… тоже конфеты с печеньем любят. Говорят: мы и сами, дескать, не заметили, как все конфеты с печеньем съели, — простите нас, грешных, и не судите строго!

Да и правда — что ж их теперь судить… Конфет с печеньем из живота обратно всё равно не вынешь.

Ну, поругает их Вагон, конечно, для порядка, а они в ответ:

— Мы никогда, ни-ког-да больше так не будем… чем хотите клянёмся, господин Вагон!

Тогда Вагон им говорит:

— Прощаю вас, господа грузчики, в последний раз. Теперь идите домой и там подумайте над безобразным своим поведением!

И господа грузчики, все в слезах, расходятся тогда по домам — думать над безобразным своим поведением, между тем как именно в этот самый момент в Пункте Прибытия и начинается самое главное.

Господин Вагон, подмигнув Маленькой Тележке, оглушительно свистит в два пальца — и Окрестная Детвора, словно только того и ждала, бросается из кустов к Маленькой Тележке. В Вагон Окрестная Детвора даже и не заглядывает: понятное дело, господа грузчики опять целый вагон конфет с печеньем съели.

Но зачем Окрестной Детворе — вагон? Ей и маленькой тележки больше чем достаточно! Набрав полные карманы и подолы конфет с печеньем, Окрестная Детвора расходится по домам, сердечно попрощавшись с Вагоном и Маленькой Тележкой.

— Что бы я только делал без тебя? — качает головой Вагон и долгим взглядом смотрит на возлюбленную.

А Маленькая Тележка смеётся:

— Без меня? Да нет, ты бы и без меня со всем справился. Может быть, не знал бы только, что иногда в большом этом мире всё определяется самой малостью… Поехали, ангел мой!

Назад: Небольшой дымок без всякой формы
Дальше: Белое море, чёрное море, красное море

Загрузка...