Франко узнал о потере золота после того, как взял Мадрид, но долгие годы хранил молчание, боясь обрушить и без того слабую после войны испанскую валюту. Кроме того, у него не было документальных доказательств сделки. Только осенью 1956 года, когда начались переговоры об установлении дипломатических отношений между СССР и Испанией, испанский посол поинтересовался золотом. Франко нужны были средства: золотые резервы Банка Испании в то время составляли всего 200 млн долларов. Примерно в то же время Франко получил формальные доказательства сделки. В ноябре 1956 года в эмиграции в Париже умер бывший министр финансов, а затем премьер-министр республиканской Испании Хуан Негрин. Его семья передала Франко хранившуюся в тайнике в США советскую расписку в получении золота. Незамедлительно в январе 1957 года Испания официально потребовала вернуть золото. Хрущев публично ответил в апреле по радио Москвы и статьей в «Правде»: СССР получил золото по просьбе республиканского правительства и в уплату за военную помощь; все золото было потрачено на эти цели еще до окончания гражданской войны, после чего СССР предоставлял Республике кредиты. По заявлению Хрущева, Испания осталась должна Советскому Союзу 50 млн долларов.
