Коткин, например, считает, что параметры повседневной жизни определялись планами и намерениями государства. Люди жили и действовали в рамках системы, определенной решениями власти. Поэтому важно рассматривать повседневную жизнь не саму по себе, а в контексте «большой политики». Иными словами, люди были активными игроками, но играли они на поле, параметры которого определялись властью (Kotkin S. Magnetic Mountain. Р. 21–23).
