Огромные «разрывы» между соврублевой себестоимостью товаров и ценами продажи товаров в золотых рублях (в их номинальном выражении), а также огромные дыры в бюджете страны по причине этих «разрывов» – доказательство того, что золотой рубль Торгсина был всего лишь условной единицей внутренних расчетов и не обладал реальной золотой ценностью. Продавая товары, Торгсин возвращал назад государству не золотые рубли, а выданные сдатчикам боны, отрывные талоны и товарные книжки. Государство нигде больше не могло их использовать. После погашения эти деньги сжигали. Если при оценке валютной эффективности Торгсина не принимать в расчет сумму бумажных «золотых» рублей, полученных Торгсином от продажи товаров населению (табл. 26, п. 3: п. 4в), то убыточность торговой деятельности Торгсина возрастет, а «добытое» им золото существенно подорожает. Стоимость условного грамма чистоты составит в 1932 году 9 руб. 24 коп., в 1933 – 5 руб. 25 коп., в 1934 – 8 руб. 30 коп., в первые три квартала 1935 – 12 руб. 59 коп, а за весь этот период – 7 руб. 68 коп. Таким образом, без учета прихода денег от товарных продаж Торгсина самым рентабельным окажется 1933 год, за ним последуют 1932 и 1934, а последним по рентабельности будет 1935 год. Без учета рублевого прихода от продаж товаров населению себестоимость добытого Торгсином золота окажется выше себестоимости золота Дальстроя в период 1932–1937 годов, но вряд ли будет выше себестоимости гражданской капиталоемкой золотодобычи. Решение вопроса о себестоимости добытого Торгсином золота, таким образом, будет зависеть от позиции исследователя – принимать ли в расчет полученную от продажи товаров рублевую выручку, которая шла на покрытие издержек обращения, или нет.
