Судзуки

Они входят в дом Асагао, но мужчина до сих пор не выказывает никаких признаков готовности бежать. Кроме того, что он сказал, что поверит Судзуки.

– С возвращением, – приветствует их Сумирэ.

– Привет, – говорит Асагао, затем, смеясь, показывает на Судзуки: – Он в итоге признался.

– Признался? – Она смотрит на Судзуки, не пытаясь скрыть своего любопытства. – В чем вы признались, Судзуки-сан?

Не уверенный, как следует отвечать, тот начинает:

– На самом деле я не частный учитель.

– А-а, так вы уже проговорились? – Она с сожалением улыбается – как будто смотрит какую-нибудь глупую телевикторину для домохозяек и разочарована тем, что игроки слишком быстро угадали ответы.

Судзуки проходит вслед за Асагао через гостиную в кухню.

– Вы знали?

– Мы знали с самого начала, – говорит она. – Я изрядно повеселилась.

– Важнее то, что ситуация резко усугубилась.

– Это именно то, что вы говорили по телефону совсем недавно, – отвечает она, сияя.

Судзуки чувствует себя почти оскорбленным ее веселостью.

– Эй, большой братец вернулся! – кричит Кентаро из гостиной.

Его голос заставляет тревогу Судзуки усилиться. Он нахмуривается. «У нас нет на это времени!» Кентаро подбегает прямо к нему и запрокидывает голову, чтобы на него посмотреть.

– А я с самого начала знал, что ты никакой не учитель, большой братец! – с гордостью сообщает он.

Лицо Судзуки вспыхивает. В то же время непринужденная обстановка в доме все больше и больше его нервирует.

– Асагао-сан! – восклицает он, возмущенный тем, что он тут, похоже, единственный, кого беспокоит сложившаяся ситуация.

Асагао садится за обеденный стол и указывает на место напротив, очевидно, приглашая Судзуки тоже присесть. Понимая, что хозяин дома не станет с ним разговаривать, пока он не подчинится, Судзуки неохотно опускается на стул.

– Нам нужно скорее уходить отсюда. Сейчас. Ты сказал, что поверишь мне.

– Да, – Асагао кивает, – Ты говоришь правду.

– Но в таком случае…

Он замечает Кентаро и Кодзиро, которые неожиданно появились за столом.

– Вот, – шепчет Кодзиро еще тише, чем обычно, его голос практически не слышен. Сидя на стуле, он наклоняется вперед и протягивает Судзуки его телефон. – Пожалуйста, прости меня.

Судзуки поспешно выхватывает из его руки телефон.

– Я очень виноват, что взял его у тебя, – Кодзиро склоняет голову.

– Не расстраивайся, все хорошо.

Все совсем не хорошо, но к чему еще больше расстраивать мальчика?

– Это не вина Кодзиро, – говорит Асагао. Судзуки вопросительно на него смотрит. – Я попросил его это сделать. Я хотел посмотреть на твой телефон.

– Но… – От удивления у Судзуки начинает заплетаться язык. – Но зачем?

– Я с самого начала знал, что ты не частный учитель. Я хотел узнать о тебе побольше. Поэтому и сказал Кодзиро взять твой телефон. – Его голос совершенно спокоен.

Сумирэ тоже садится за стол. Выражение ее лица мягкое, но теперь, когда вся семья в сборе, у Судзуки такое чувство, будто он сидит в зале суда под внимательными осуждающими взглядами. Ему кажется, что на улице слышен шум подъезжающих машин. По тихому жилому району разносится звук работающих двигателей. Машин явно не одна и не две. Их много. И все они едут сюда. Пульс Судзуки учащается.

– Асагао-сан, мы должны бежать. Они едут сюда.

– Ты прав. – Сказав это, Асагао не двигается с места.

– Мы должны вызвать полицию! – выкрикивает Судзуки внезапно пришедшую ему в голову мысль. – Я сейчас позвоню. Тебе это может не понравиться, Асагао-сан, но лучше так, чем позволить произойти чему-то ужасному.

Он собирается набрать номер, но видит, что из его телефона вынут аккумулятор. «Ну, конечно, с первого же взгляда было ясно, что он выключен». Ему хочется разбить телефон об пол.

Судзуки чувствует, что сотрудники «Фройляйн» все ближе. Машины подъезжают к самому дому, в двери врываются опасные люди. Он может поклясться, что слышит шаги, хотя в доме никого нет, его бросает в жар, хотя ничего подозрительного еще не происходит. Судзуки точно знает, в какое отвратительное место они увезут всю семью.

«Я просто должен устроить как можно больше шума, – думает он. – Не остается ничего другого, кроме как позвать соседей. Кричать, вопить, устроить пожар, если потребуется». Если он вызовет достаточный переполох, люди из «Фройляйн», возможно, ретируются. «Или, может быть, мы смогли бы подняться на крышу и перебраться оттуда на другой дом…»

– Мы вызовем полицию. Потом поднимемся на второй этаж и выберемся через крышу. Могу я воспользоваться вашим телефоном?

Не дожидаясь ответа, он встает и направляется в соседнюю комнату. Ноги дрожат от страха. У него такое чувство, что в любую минуту они могут отказать. Может быть, он сможет забрать мальчиков и спастись… Судзуки нервно потирает руки. И тут только замечает, что его кольцо пропало.

– Что?!

«Куда оно подевалось?»

Он слышит в своем ухе обвиняющий голос своей погибшей жены.

– У нас нет телефона.

Судзуки оборачивается и видит Асагао, стоящего в дверном проеме между кухней и гостиной. Он пожимает плечами.

– К сожалению, в этом доме нет телефона. Жаль тебя разочаровывать.

– Нет телефона?

Эти слова звучат для Судзуки как приговор всем его надеждам.