— Всё-таки объясни, — попросил Деннис, пока они шли к лифту. — Как ты на него вышел?

Безхерц собирался ответить, но у Баума зазвонил телефон.

— Кастелла. Наверняка хочет знать, зачем я ездил к Дрекслеру.

— С ней я разберусь. А сейчас выключите телефоны. Наверху нас ничто не должно отвлекать.

Деннис сбросил вызов и выключил аппарат. Бартоли сделала то же самое. Двери лифта закрылись.

— Дрекслер сказал, что книгу не удастся спрятать в хранилище улик, — начал Безхерц. — «Это моё наследие. Люди его получат. Я позаботился». Не пустая угроза. Иначе он не отдал бы мне единственный экземпляр перед смертью. Значит, есть копия и человек, который обеспечит огласку. Кто умеет превращать кровь в зрелище? Файт Венске.

Северин проверил в зеркале узел галстука.

— Таких, конечно, тысячи. Но Венске продюсирует шоу женщины, которую любил Дрекслер. Таня требовала от девушек подчинения: молчи, делай что велят, хорошо выгляди и не спорь. Для Ансельма — идеал. Венске мог дать ему к ней доступ. Первая связь.

Деннис и Бартоли слушали. Лифт поднимался; Безхерц говорил всё быстрее.

— Дрекслер работал не только в газете. Он редактировал тексты для телевидения. Вторая связь. Допустим, так они и познакомились. Венске наверняка заметил, что Ансельмом легко управлять. Тот мог просить познакомить его с Таней, пытаться сблизиться с ней через продюсера. Ничего не вышло. Тогда вместо сына он решил оставить книгу. Хотел успеть подарить отцу наследника, но пришлось иначе доказывать, что воспитание не пропало даром. Жертв выбрал, наблюдения провёл, стихи написал. Осталось найти человека, который после его смерти сделает из этого легенду. Венске подходил.

Безхерц взглянул на номера этажей.

— Но зачем Венске похищать Таню? — спросил Деннис.

— Чтобы заставить Ансельма действовать. Возможно, Дрекслер испугался. Возможно, Венске опасался, что тот передаст книгу кому-то другому или назовёт его соучастником. Нужен был рычаг. Человека, решившего умереть, собственной смертью не испугаешь. Зато можно отнять того, кого он любит.

Линда не отводила глаз от Безхерца.

— Таню трудно похитить постороннему: вокруг неё всегда люди. А тому, кто входит в этот круг, — гораздо проще. Венске забрал её и поставил условие: закончишь книгу, передашь мне со всеми правами — получишь её живой. Иначе умрёт с голоду. Поэтому убийства начались сразу после исчезновения Тани.

— Почему именно с голоду?

— Он расправился с жертвами меньше чем за десять дней и предупредил, что времени у Тани почти не осталось. Венске занятой человек. Держать её под постоянным присмотром не мог. Значит, оставил одну. Холод, жажда, голод. От холода она могла погибнуть за несколько часов, без воды не протянула бы и этого срока. А вот голод при её весе и зимой… Я бы исходил из десяти-четырнадцати дней, возможно, меньше. Ансельм понимал: когда Венске получит книгу, а сам он умрёт, Таню отпускать незачем. Поэтому понадобился я. «Одну жизнь ещё можно спасти». Её жизнь.

— Почему он не назвал тебе похитителя?

Ответила Бартоли:

— Это нарушило бы договорённость. Он был помешан на обязательствах. На открытое предательство товарища не пошёл бы.

Лифт остановился.

— Одна попытка, — напомнил Безхерц.

Они вышли без спешки.

Пентхаус занимал больше ста квадратных метров. Прихожая, кухня, столовая и гостиная составляли одно пространство. Три стены были стеклянными, от пола до потолка. За ними лежал ночной Берлин — снег, освещённые улицы, крыши.

— Выпьете? — Венске открыл бар, заставленный виски и ромом. — Этому скотчу больше двадцати лет.

На стенах висели фотографии хозяина с немецкими и зарубежными знаменитостями.

— Мы на службе, — отказался Деннис.

Безхерц медленно прошёл по персидскому ковру, осматривая квартиру. Бартоли следила за Венске. Тот налил себе щедрую порцию односолодового виски из Лоуленда, покачал бокал.

— Таню ещё не нашли?

— Нет. И новости хуже, чем мы надеялись, — сказал Деннис. — Коллеги приехали со мной, потому что мы обнаружили связь между её исчезновением и…

Пауза получилась безупречной. Безхерц отвернулся, скрывая усмешку.

— Говорите, — сказал Венске.

Он отпил и сел на дизайнерский стул, обтянутый белой крокодиловой кожей.

— С серией убийств. Мы считаем, Таня тоже стала жертвой Джека.

Венске уже слышал в новостях, что убийцу поймали, хотя имени ещё не называли. Он поставил бокал на барную стойку и провёл левой рукой по волосам.

— Она мертва?

— Не знаем, — ответил Безхерц. — Но похититель мёртв. Спросить, где он её держал, уже не получится.

— Значит, ничего нельзя сделать?

— Можно попытаться. С вашей помощью. Он работал с вашей компанией.

Венске сглотнул. Снова взял бокал и допил.

— Кто?

— Ансельм Дрекслер. Внештатный редактор. Знаете его?

— Дрекслер… Коренастый? Чёрная оправа, пёстрые свитеры? Всё время покачивается?

Деннис показал фотографию.

— Вы серьёзно? — Венске уставился на снимок. — Безобиднейший человек. Странный, да. Зануда, каких поискать. Но убийца?

Он встал и принялся ходить от гостиной к кухне. Современная техника выглядела нетронутой.

— Он был одержим госпожой ван Бойтен, — сказала Бартоли. — Возможно, решил, что только так сможет получить её.

— Допустим. Но я-то чем помогу?

— Он никогда не упоминал место, где бывает один? Куда уезжает, когда не хочет никого видеть? Мы спрашиваем всех знакомых. Сегодня на поиски выйдет сотня полицейских, но нужно понять, где искать.

Венске остановился. Несколько секунд смотрел на мраморный пол, затем повернулся к Деннису.

— И для этого вы явились втроём?

Безхерц не шевельнулся.

— Что вы имеете в виду? — спросил Баум.

— У вас женщина пропадает, время уходит. Нужно опросить всех знакомых покойного. И вместо трёх свидетелей вы втроём опрашиваете одного?

— Вы могли значить для него больше остальных, — вмешался Безхерц. — Как человек, способный познакомить его с Таней.

Венске изучал его лицо.

— Минуту.

Он ушёл в спальню — единственную, кроме ванной, отдельную комнату.

— Он испугался, — прошептала Бартоли. — Невиновный так себя не ведёт. Смерть Дрекслера и без нас его прижала. Сейчас думает, что делать с Таней.

— И что Дрекслер успел нам рассказать, — согласился Безхерц. — А тут ещё мы втроём.

Деннис подошёл ближе к спальне.

— Нужно уходить, — сказала Линда. — Мы его встряхнули. Сегодня он обязательно что-нибудь предпримет.

Из спальни не доносилось ни звука. Баум осторожно постучал.

— Господин Венске, нам пора. Если вы не возражаете…

Дверь распахнулась, едва не сбив его с ног. Безхерц потянулся к кобуре, но Венске уже стоял за спиной Денниса. Левой рукой сдавил ему шею, правой прижал револьвер к виску.

— На меня это не повесите! Таня мне вообще не нужна! Я давно решил убрать её из шоу. Войти возвращается!

— Никто ничего на вас не вешает, — спокойно сказал Безхерц. — Отпустите коллегу. Давайте поговорим.

Венске сильнее притянул Денниса к себе.

— Знаю я ваши разговоры! Не нашли Таню — нужен виноватый. Меня задержат, сольют прессе. Через сутки отпустят, обвинения не предъявят, а для всех я всё равно останусь убийцей! Я сам так делаю каждый день!

— Таня не мертва, — сказала Бартоли.

— Сейчас покажу, кто мёртв!

Он перевёл револьвер на Безхерца. Деннис ударил локтем назад, в живот. Венске согнулся. Баум перехватил вооружённую руку, выбил револьвер и бросил продюсера на пол.

— На террасу! — крикнул Северин.

Линда отступила за стеклянную дверь.

Венске схватил Денниса за ногу и сдавил ахиллово сухожилие. Баум вскрикнул, опустился на колени. Безхерц уже держал хозяина на прицеле. Тот тянулся к револьверу.

— Не двигайтесь!

Венске замер и поднял руки. Деннис встал, шагнул к оружию — и на мгновение оказался между Безхерцем и продюсером. Венске ударил его обеими ногами. Баум рухнул. Хозяин схватил револьвер и вскочил.

За стеклом Бартоли видела, как он целится в Северина.

— Он нужен живым! — крикнул Безхерц Деннису.

Венске проследил за его взглядом и увидел направленный на него пистолет Баума.

Грохнул выстрел. Продюсер обмяк и упал.

— Нет!

Линда вбежала с террасы.

— Он собирался тебя убить! — сказал Деннис.

Он опустился рядом с телом, нащупывая пульс на шее. Безхерц преградил Бартоли дорогу и обнял, отводя от лежавшего человека с оружием.

— Жив?

Баум поднял глаза. Отвечать не пришлось.

Безхерц крепче прижал Линду к себе.

— Чёрт. Ты только что застрелил Таню ван Бойтен.

Отправить