Глава 14. Соглашение
Феррара ответила сразу и, выслушав меня, коротко велела:
– Сейчас буду, Вячеслав, ничего там не трогай.
Она отключилась, а я вышел из душного помещения. Краем глаза заметив движение, повернулся в сторону щели между контейнерами, но там уже никого не было. Что-то звякнуло далеко, зашуршало, звук повторился с другой стороны и теперь раздавался по обе стороны перекрытого отрезка. Зашуршало сверху, я вскинул голову, и в глаза попала потревоженная кем-то пыль. В несколько шагов отступив обратно внутрь, я вытащил пистолет. Местные? Что им может здесь понадобиться? Огляделся. Осветительные ленты слишком высоко, не достать, а с ними здесь намного светлее, чем снаружи, и все в контейнере как на ладони. Отойдя к кровати, присел за ненадежное укрытие и крикнул грозно:
– Здесь проходит полицейская операция! Приказываю немедленно покинуть место преступления!
Мне показалось, что шорох снаружи стал даже громче, превратился в тяжелые шаркающие шаги десятков ног. Стало вдруг жутко, что-то древнее пробудилось во мне, отчего волосы на голове зашевелились, пульс участился, а руки, сжимающие оружие, задрожали. Усилием воли загнав поднимающийся ужас обратно в подсознание, я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Стрелять. Я буду стрелять, только если они попробуют войти, не раньше. Живые, накачанные наркотиками под завязку, не осознающие происходящего. Нужно воспринимать их именно так.
Первые неровно стоящие на ногах тени уже показались в проеме, когда вдруг поступил вызов от Бьянки. Она спросила, едва я ответил:
– Господин следователь, какого черта у вас там творится?
– Местные. Чем-то недовольны, но пока не агрессивны. Вы уже на месте?
– Вижу брошенный карт, а еще толпу шатунов. Мы без маячков, чтобы не распугать тут никого, но они нас, кажется, даже не видят.
Действительно, снаружи раздался скрип колес по дорожному пластику, голоса, по стенам контейнеров заскакали лучи фар, рассеянным светом освещая столпившихся в проходе морфов. Их было много, десятки, рассмотреть их раньше не было возможности, слишком уж яркий в контейнере свет, но теперь они заполняли собой все пространство. И замерли, повернув холодные застывшие лица в сторону пробирающейся ко мне подмоги. Феррара все еще была на связи, и я передал ей картинку. Женщина выругалась и отключилась. Сразу за этим раздался голос, усиленный мегафоном:
– Разошлись! Разошлись! Полицейская операция, кто не успеет убраться, поедет с нами!
Одновременно с этим над контейнером, закрывающим проход, взлетели и залили все ярким светом крошечные дроны. Каждый из них был оснащен, помимо фонаря, камерой и нес на себе шокер или метатель дротиков с транквилизатором. Я был знаком с такими еще по работе на Земле. Зомби стояли, задрав головы или то, что их заменяло, затем начали расходиться. При этом действовали они вполне согласованно: ни один не двинулся навстречу полиции, никто не толкался у щели между контейнерами. Понадобилась всего пара минут, чтобы пространство перед моим укрытием освободилось полностью. Дроны преследовали уходящих, и тут же показались первые люди в форме. Двигались они грамотно, быстро взяли под контроль освободившееся пространство, и только тогда появилась Бьянка. Я стоял возле открытых дверей контейнера, когда она подошла, собранная, с кобурой на поясе, совсем не такая, какой показала себя при нашей последней встрече. Заглянула в контейнер, окинув быстрым взглядом, потом спросила:
– Компьютер точно погиб?
– Бесповоротно. Вся нутрянка выгорела.
Она потянула носом, кивнула:
– Проверим. Что-то еще? Приметы? Может, говорили о чем-то?
– Почему вы здесь? – Я сложил руки на груди. – Уверен, что это совершенно не входит в вашу работу. Где Хаммер?
– Не входит, – ответила она, встретившись со мной прямым взглядом. – Хаммер… отбыл по рабочим вопросам, а меня приставили к вам, потому что лучше всего соответствую. По всем параметрам.
Она улыбнулась обещающе, блеснув заинтересованным взглядом. Я кивнул:
– Да, системщик с допусками высшего уровня сейчас как нельзя кстати. Где ваши эксперты?
– Выехали. – Она пожала плечами чуть разочарованно. – Можете пока быть свободны. Но оставайтесь на связи.
Кивнув снова, я двинулся к выходу. Уже возле своего карта, увидел высоко под куполом отраженное мерцание проблесковых маячков: наконец появились эксперты. Уселся за руль, и машина сдвинулась с места.
Улицы и проезды опустели. Морфы разбрелись, скрылись в тенях, карт скрипел покрышками, и это был единственный звук. Выбравшись на открытое пространство, я притормозил и осмотрелся. Палатки и жилые контейнеры были пусты. Уже собрался ехать дальше, когда глаз уловил движение. Между палатками мелькали высокие нечеловеческие фигуры. Карт двинулся, медленно пополз, я выкрутил руль вправо и поехал вслед за морфом.
Метров через тридцать передо мной открылась уже знакомая площадь: меня вынесло на тот самый рынок, который мы проезжали с Войцехом. Сейчас здесь почти никого не было, торговцы и покупатели разбежались в спешке или еще не вернулись, разогнанные полицейскими дронами. В тенях между палатками и тентами замерли тени: кто-то все-таки приглядывал за порядком. Карт медленно катился между рядами, я посматривал на дорогу, но все внимание было обращено на товар. Привычное старье, лом, электроника разной степени износа. Остановился возле разложенных в беспорядке контейнеров, таких же, как едва не купленный мной в прошлое посещение. Но здесь продавались только они.
Я выбрался из карта, огляделся и, никого не увидев, опустился перед импровизированным прилавком на корточки. Пара больших и плоских контейнеров, едва заметных под наваленными сверху. Десятка три разной величины, с индикаторами, светящими красным, желтым, зеленым. Я взял один наугад, покрутил в пальцах. Запорный механизм оказался довольно простым: стоило нажать в определенных местах и потянуть, и контейнер раскрылся. Внутри оказалось сердце. Крупное, больше, чем необходимо норму, оно было запаяно в пластиковую капсулу внутри металлического кожуха, который я только что снял. И оно билось.
– Какого черта? – Мне с трудом удалось не выронить капсулу из похолодевших пальцев.
Я свел половинки кожуха и положил яйцо обратно на тряпку. Проверять остальные желания не было абсолютно. Органы. В капсулах для поддержания жизни, я слышал про такие, но никогда не интересовался. Выскочила запоздавшая подсказка, что ими активно пользуются для транспортировки органов. Но такая технология никак не соотносилась в моей голове с окружающей меня действительностью.
Эхо еще не затихло, как вдруг раздался уже знакомый мне шорох. На свет выходили ободранные болезненные морфы, теперь их стало больше, и настроены они были решительно. И в этот раз со мной не оказалось никого, кто мог бы помочь. Вскочив на ноги, я запрыгнул в карт и вдавил педаль газа, разворачиваясь на крошечном пятачке и едва не наехав на тряпки с товарами. Вслед мне полетели бутылки и обломки оборудования, но, к счастью, ни один предмет не достиг цели.
Позади уже осталась нора шлюза, когда раздался сигнал вызова. Я посмотрел, кто хочет со мной говорить, и принял звонок:
– Что-то случилось, Войцех?
– То же самое хотел спросить, босс. В новостях проскочило, что тебя чуть не грохнули!
– Так и есть. Нужно было кое-что проверить, решил, что без тебя управлюсь.
– Обидное говоришь! – протянул Войцех. – Ты сейчас где?
– На кольце. – Я вывернул руль, объезжая группу нерасторопных ремонтников, скинул ему метку. – Но все равно еду в гостиницу, иди сразу туда.
Войцех отключился, а я пополз сквозь толпу. Та стала гуще, люди и морфы расступались неохотно, да и некуда им было. Воздух прогрелся так, что даже через многоголосый хор слышался натужный рев вентиляции. С трудом припарковавшись, я выбрался и отпустил карт. Тот с удивительной резвостью нырнул в поток, ежесекундно сигналя и свистя покрышками.
Взбежав по лестнице, я прошел коротким коридором и оказался у своей двери. Открыл, ожидая увидеть недовольную рожу ската, но все было спокойно, а дверь в комнату соседа была приоткрыта. Толкнув створку, я осторожно заглянул, однако внутри не оказалось не только морфа, но и его вещей. В комнате было чисто, на кровати белела свежая постель, значит, отбыл сосед давно: уборкой номеров здесь занимались один раз в день. Я попятился в коридор, и в этот момент в дверь позвонили. На пороге стоял Войцех, он шагнул внутрь, заговорил взволнованно:
– Ого, даже целый!
– А что, в новостях сообщили, что ранен?
Я отступил, пропуская его, закрыл дверь. Морф прошел в мою комнату, говоря через плечо:
– Нет, там вообще… Но кто же новостям верит? У нас как: если молчат – то ранен, а уж если сказали, что ранен…
– Понял, – ответил я с усмешкой, – нет, даже не стрельнули ни разу, будь спокоен.
Мы уселись за столом, я вывел интерфейс управления номером, отключил микрофоны и камеры, а затем поставил поверх всего еще и полицейскую защиту. Войцех, кивнув понимающе, сказал, когда я закончил:
– Я тоже подумал, что наш с тобой последний разговор отсюда подслушали, да. Теперь точно безопасно?
– Полностью, – кивнул я уверенно.
– А с камерами что? Теми, что в цеху?
– Люди Хаммера проверяют, там у них какие-то сложности, но обещали к завтрашнему дню разобраться. Устал…
Сейчас главное – понять, кто же этот Войцех. У меня и мыслей не было насчет него, но уж очень хорошо он вписывается в происходящее. Я потер лицо ладонями, тяжело выдохнул. Морф сидел передо мной на неудобном стуле, прямой как палка, но при моих словах собрался, подался вперед, опершись локтями о костлявые коленки.
– Да, сейчас пойду, у самого еще дел куча. Только расскажи сперва, как тебя в трущобы занесло?
– Да так… – Я зевнул широко. – Помнишь, я про туристку рассказывал? С которой прилетел? С ней два техника были. Одного из них видели в районе мусоросжигателя, а потом я его на улице заметил, решил проследить, так, на всякий случай. Ну и попался на глаза местным…
– Понятно. – Войцех напряженно мотнул головой. – Жаль. Я бы очень хотел с ним пообщаться…
– Ты в норме? – спросил я.
Тот ответил суховато:
– Ага.
Он взялся за подлокотники, собираясь вставать, но я жестом остановил его:
– Слушай, нужно кое-что еще выяснить, возьмешься?
Войцех все же поднялся и теперь глядел на меня, вскинув брови.
– Нужно узнать, что там за груз с Марса, из-за которого вышла ссора в мастерских. Желательно с деталями.
– Всего-то? – Войцех изобразил удивление. – Есть, босс!
Он карикатурно взял под козырек, развернулся на месте и вышел. Через пару секунд из коридора раздался скрип, затем его голос:
– А сосед твой съехал? Интересный был тип.
Было слышно, как Войцех закрыл дверь в опустевшую комнату, затем входная дверь щелкнула замком, и в номере стало совсем тихо. Я остался сидеть в кресле, прикрыв глаза. Спать действительно хотелось чертовски. Однако нужно еще кое-что предпринять, прежде чем я смогу позволить себе отдых.
Заперев дверь, я быстрым шагом пошел к лестнице, но спускаться не стал. Вместо этого поднялся на этаж выше, прошел по коридору, сканируя публичные сети, и нашел несколько подходящих. В самый раз для однократного использования. Включив собственное шифрование, связался с Хаммером. Голос его звучал глухо: безопасник, как и я, был на ногах уже очень долго.
– Да, господин следователь?
– Не слишком отвлекаю?
– Для вас – все мое внимание, – ответил он грубовато. – Если вы по поводу видео, то делаем все возможное, и как только будут результаты…
– Я в курсе вашего предложения, – оборвал я его. – И даже подумываю согласиться. Но потребую некоторые уступки с вашей стороны.
– Слушаю. – Голос Хаммера стал совсем сухим.
– Мне нужно знать причины гибели профессора и как это связано с русалкой.
Повисла тишина, затем безопасник спросил с усмешкой:
– Ключи от кошелька не передать? Мы с вами уже обсуждали это. И если вы принимаете мое предложение, то зачем продолжаете настаивать?
– Мне не нужны данные по «Второму Кольцу», постараюсь как-то это пережить. Но я хочу знать, какие выводы сделали именно вы. Считайте это профессиональным интересом.
– Хорошо, – ответил он после паузы и вздохнул. – Мы провели собственное расследование. Профессора заказал его ассистент, младший научный сотрудник Иванов, чтобы присвоить открытие Хоффмана. Все?
– Так не пойдет, – ответил я жестко. – Доказательства? Обоснования? Взяли самого бесполезного, кого не жалко, и теперь делаете виновным?
– Послушайте, там все прозаично и совсем не интересно. Иванов решил, что раз это он обнаружил некий сигнал, то первенство в открытии теперь его. И на всех работах по теме должна стоять его фамилия как соавтора. Хоффман, естественно, не согласился, и тогда ассистент решил профессора убрать. Заплатил сменному технику, чтобы тот подменил баллоны. А когда вы полезли с расспросами, запаниковал. Еще бы: целый следователь с Земли!
Сказал он последние слова с плохо скрываемой издевкой, но я пропустил колкость мимо ушей и спросил:
– Этот техник бывал на Европе?
– Вы удивительно проницательны. Провели ротацию почти сразу после вашего прибытия в систему Ю. К нашему общему счастью, у техника не было времени все устроить как следует. Мои люди уже отправились за ним. Это все, господин следователь?
Я закрыл глаза, постоял, прислонившись спиной к стене. Мимо проходили люди, кто-то даже поинтересовался, все ли со мной в порядке, я лишь отмахнулся. Пауза затягивалась, Хаммер переспросил нетерпеливо:
– Мы закончили?
– Нет. – Если давить, то до последнего. – Что нашел Хоффман?
– Вы покинете систему Ю, господин следователь?
– Обязательно.
– Хоффман открыл странные сигналы. Они приходят из пространства, откуда-то издалека, не из Солнечной системы. Существует ненулевая вероятность, что они технологического происхождения. Они с Ивановым работали над определением точных координат, когда профессора убили. Теперь там все работы остановлены, данные изъяты, а научники станции готовы поубивать охрану и друг друга, потому что им не дают работать по собственным темам. И сразу скажу: нет, все это не имеет никаких точек соприкосновения со смертью Евы Фишер, там совершенно определенно несчастный случай.
– Даже с учетом того, что она открыла внеземную жизнь?
– Даже с учетом этого. Господин следователь… Вячеслав. Отправляйтесь спать, а потом займитесь отчетом. Всю дополнительную информацию по Новотному и его конфликту с Ромашиным я предоставлю.
– Даже так?
– Да. До связи.
Он отключился, я же открыл глаза и пошел обратно к себе. Сказано было многое, и даже наверняка сказанное по большей части правдиво. Но вот в то, что смерть Евы случайна, не верится. Пока не могу объяснить, но что-то цепляет, интуиция не позволяет просто отмахнуться. А вот то, что Хаммер даст мне информацию по ссоре в мастерских, очень даже хорошо. Просто замечательно. Превосходно…
Открыв дверь, я прошел в комнату, рухнул на кровать и позволил себе отключиться.
