– Критерии выбора партнера, романтическое прошлое, взгляды на брак и любовь… – Спустя полчаса изучения записей Ли Бинь подвел итог. – Ся Ци обсуждала с ними исключительно вопросы личных отношений. Обычные женские разговоры.

– Но все не может быть так просто, – возразил Тань Юн. – Иначе она не вычислила бы убийцу.

– Да. Думаю, ключ к разгадке кроется в мелочах. Ся Ци под видом светской беседы искусно вела допрос. Все важные детали скрыты в ответах на вопросы, которых мы никогда не узнаем. Допрашивать женщин снова бесполезно: невиновные, сколько бы они ни рассказывали, не дадут нужной информации, а убийца точно не раскроет ключевых деталей. Это дохлый номер.

– Выходит, ты считаешь, что убийца – обязательно одна из этих четырех?

– Нет, – покачал головой Ли Бинь, – но с большой вероятностью преступница среди них.

– Интересно, какой именно метод использовала Ся Ци, чтобы прощупать их… – пробормотал себе под нос Тань Юн, нахмурившись. – Хорошо бы нам догадаться…

Зазвонил телефон. Взглянув на экран, Тань Юн увидел, что звонит Цзян Мин. Он принял вызов и включил громкую связь, чтобы Ли Бинь тоже мог слышать разговор.

– Капитан Цзян?

– Лао Тань, я только что просмотрел все вчерашние записи с камер наблюдения в «Юэхайване». Подозрительных лиц, пытавшихся проникнуть на территорию, не обнаружено. Так что можно вычеркнуть версию с посторонним преступником. Убийца, скорее всего, кто-то из «Большой семьи».

– Хм…

– Затем я вернулся в участок и тщательно изучил телефон Ся Ци, но не нашел ничего полезного. Сейчас я предполагаю два варианта: либо в ее телефоне действительно не было улик, либо убийца после содеянного удалил все.

– Если верно второе, почему убийца просто не забрал телефон Ся Ци и не уничтожил его? Зачем удалять компромат, но оставлять телефон на месте? – спросил Тань Юн.

– Верно, я тоже над этим думал. Логично, что убийца должен был опасаться компрометирующих материалов в телефоне жертвы. И после убийства проще было забрать телефон, чем тратить время на просмотр и удаление данных. Похоже, телефон оставили намеренно – чтобы мы его нашли.

– Но, капитан, вы сказали, что не обнаружили в телефоне полезной информации. Тогда какой смысл был его оставлять? – продолжил Тань Юн.

– Да, это было бы оправданно, если б убийца хотел подставить кого-то. Но в телефоне Ся Ци – ни в «Вичате», ни в эсэмэс, ни в заметках – нет ничего подозрительного. Поэтому я тоже не понимаю, зачем преступнику оставлять телефон.

Мужчины на секунду умолкли.

– Точно ли целью убийцы была именно Ся Ци? Или ему не важно, кого убивать, – лишь бы число наследников уменьшилось? – предположил Ли Бинь.

– Считаю, эта версия маловероятна, – ответил Тань Юн.

– Почему? – спросил Ли Бинь.

– Потому что это излишне рискованно. Отравление удалось, так как никто не был настороже. Но после этого инцидента и полиция, и члены «Большой семьи» стали предельно бдительны. Тем более мы с тобой, полицейские, поселились в их доме. Совершить убийство в таких условиях в разы сложнее и опаснее. Даже ради увеличения доли наследства нормальный человек вряд ли пойдет на такой риск. Если преступника поймают с поличным или он оставит улики – последствия будут губительными. Можно не только денег лишиться, но и жизни.

– Это логика нормального человека. А если убийца не в себе?

– То есть ты предполагаешь, что он маньяк-психопат? Убивает без причины, просто для удовлетворения своих больных фантазий?

– Такую возможность тоже нельзя полностью исключать.

– Лао Тань, дело Хэ Юйшань двухлетней давности так и не было раскрыто, – вмешался Цзян Мин, – и мотив убийцы до сих пор неизвестен. Как думаешь, убийца тогда и сейчас – один и тот же человек?

– Это лишь домыслы.

– Вот посмотри: если убийца действительно маньяк, то два года назад он убил квартирантку Хэ Юйшань без причины – просто потому, что она жила одна и была легкой мишенью. Затем он затаился на время, пока нынешняя история с наследством не спровоцировала его на новое убийство. Такое возможно?

Тань Юн, глубоко поразмыслив, заключил:

– Нет, навряд ли.

– Почему?

– Я слишком хорошо знаю «Большую семью». Будь среди них такой человек, я бы обязательно заметил. Судя по истории мировой преступности, маньяки-психопаты всегда отличаются от обычных людей манерой речи и поведением. Но члены «Большой семьи» ведут себя совершенно нормально – их взгляды, жесты, речь ничем не выделяются. Капитан Цзян, ты и сам знаешь: некоторые вещи можно подделать, но взгляд и непроизвольные мелкие движения очень трудно имитировать. Особенно учитывая, как часто «Большая семья» устраивает попойки. Сохранять полный контроль над своей натурой в таком состоянии практически невозможно.

– Угу. – Цзян Мин признал доводы Тань Юна обоснованными. – Хорошо, что это дело ведет такой опытный следователь, как ты, который знает все обстоятельства изнутри. Значит, ты по-прежнему считаешь, что убийца действовал преднамеренно…

– Да, но его цель не обязательно связана только с деньгами. Если убийца не глуп, он понимает, что убивать еще кого-то слишком рискованно. А наш преступник не то что не глуп – он чрезвычайно хитер. Поэтому я считаю, что убийство Ся Ци было совершено с особым мотивом.

Полицейские ненадолго замолчали.

– Уже полдень, – сказал Цзян Мин. – Вы еще не обедали? Лао Тань, Ли Бинь, идите поешьте, а потом решите, как действовать дальше.

– Сейчас не до еды, – запротестовал Тань Юн.

– Так нельзя! Нужно поесть. Лао Тань, я знаю, что ты, как руководитель спецгруппы, испытываешь большое давление, но это дело нельзя раскрыть в спешке. Ли Бинь, отведи Лао Таня перекусить.

– Есть!

– Ладно, – неохотно согласился Тань Юн.

– Лао Тань, последнее. Убийца крайне коварен, вряд ли мы поймаем его за день-два. Но нельзя допустить новых жертв. Подумай, как гарантированно защитить оставшихся и полностью исключить возможность нового преступления.

– Хорошо, я понял.

– Идите поешьте. – Цзян Мин повесил трубку.

– Пошли в ресторан. Сегодня я угощаю! – щедро предложил Ли Бинь, буквально вытаскивая Тань Юна за дверь.