Конференц-зал № 17 на третьем этаже главного здания БКА был компактным, но имел большой проекционный экран. Жалюзи были наполовину опущены, работал кондиционер. Пахло ванильным чаем.

Снейдер уже подключил свой ноутбук к док-станции, когда одновременно появились Марк и Мийю, оглядели друг друга и сели за стол.

— Мийю, это Марк. Марк… Мийю, — коротко представил их друг другу Снейдер.

Марк постарался любезно улыбнуться и протянул руку Мийю.

— Я…

— Я знаю. — Мийю проигнорировала руку.

Марк лишь приподнял бровь, но ничего не сказал и подключил свой ноутбук к док-станции.

— Мартен, Марк и Мийю… три «М», — попытался пошутить он, но Мийю, казалось, этого не заметила, а Снейдер лишь поморщился, слегка раздраженный глупой шуткой.

Наконец, Мийю достала из своего небольшого рюкзака тонкий планшет. Снейдер наблюдал за ней. В отличие от других молодых женщин она не была особенно модной. Никакого макияжа, черные джинсы, черный свитер, черные волосы — рюкзак и планшет тоже были черными. Не очень-то изобретательно. Но именно это делало ее уникальной. Она немного напоминала ему его самого, когда он был в том же возрасте и вел максимально простую и продуктивную жизнь, далекую от любых модных тенденций.

Мийю включила планшет.

— Через пятнадцать минут у меня следующий модуль в академии.

«Академия?» — Снейдер недовольно скривился.

— Больше не беспокойтесь об этом.

— О модуле или академии?

Видимо, она спрашивала совершенно серьезно.

— О том и другом!

— Только сегодня? Или до конца недели, или?..

— Пока мы не найдем Сабину Немез, — раздраженно пробормотал он.

Мийю, как всегда, избегала его взгляда, затем она принялась что-то печатать в планшете, шевеля губами:

— …пока мы не найдем Сабину Немез.

Снейдер покосился на экран ее планшета. Мийю действительно это записала. Возможно, все-таки было ошибкой включить ее в группу. Он не стал дожидаться, пока она закончит печатать.

— Сабина Немез вступилась за вас и взяла вас в академию. Теперь вы можете оказать ответную услугу и помочь мне найти ее. Я ожидаю, что вы приложите сто процентов усилий, вы поняли?

— Я поняла, — повторила Мийю. — И я всегда выкладываюсь на сто процентов, — добавила она, как будто это было самой естественной вещью в мире.

— Хорошо. — Снейдер открыл файл на своем мобильнике и положил телефон на середину стола. На всех его смартфонах всегда была активирована функция записи, поэтому каждый телефонный звонок записывался и сохранялся на карте памяти. Теперь он проиграл им пятнадцатисекундный разговор.

«— Да, кто это?

— Алло, Сомерсет… — Сиплое кряхтенье. — Я не знаю, где я… У меня есть возможность сделать только этот звонок.

— Белочка?..»

На этом разговор закончился.

Марк раздраженно поднял глаза.

— Я не знал, что ты…

— Согласно Регламенту о защите персональных данных, это незаконно, но мне все равно. В конце концов, я не публикую содержание разговора, а просто записываю его для себя.

— Ладно, — кивнул Марк, — я могу прослушать разговор еще раз?

Прежде чем Снейдер успел потянуться за своим мобильным телефоном, Мийю в точности воспроизвела разговор, со всеми паузами и интонациями.

— Не так уж много, — удрученно признал Марк.

— На заднем плане слышны приглушенные мужские голоса, вероятно, говорящие по-польски, — отметила Мийю. — Звуки заглушал лай собаки, царапающейся в дверь.

— Это был Винсент, мой пес, — объяснил Снейдер.

— Тот, за которым присматривают ученики академии, когда вы уезжаете?

— Да.

— Ваш голос отдавался эхом, — заметила Мийю. — Где вы находились во время разговора?

— В ванной комнате.

Она принялась печатать в планшете.

— Кто такой Сомерсет? — спросила она. — И кто такая Белочка? Это коды?

— Прозвища.

— А что означают?..

— Это не важно! — перебил ее Снейдер. — Таким образом Немез хотела сообщить мне, что это несомненно она. — Он взглянул на часы. — Через минуту у нас видеозвонок с Польшей. — Он объяснил им, кто такой Крамер, затем дал Марку интернет-ссылку, после чего тот установил соединение и спроецировал свой экран на видеостену.

Точно в указанное в эсэмэске время Крамер появился на экране. На этот раз он сидел в офисе, за его спиной стоял картотечный шкаф, а рядом висел большой плакат с надписью: «Ненавижу, когда начальник нагружает работой за восемь часов до конца рабочего дня».

«Да, Крамер действительно невыносимый шутник», — подумал Снейдер. Мужчина, на вид лет сорока, выглядел столь же необычно, как звучал его голос по телефону: рыжевато-русые взъерошенные волосы, множество веснушек, одно ухо у него было сильно искривлено и оттопырено, а также у него были довольно выраженные толстые губы. В целом он выглядел так, будто поучаствовал не в одном бою, и Снейдер засомневался, станет ли Крамер частью решения или частью проблемы.

— У вас есть хорошие новости? — сразу спросил он, не представляя коллег.

— В принципе, да.

— Что означает «в принципе»? — вздохнул Снейдер. Этот человек проработал координатором БКА в Польше пятнадцать лет, поэтому он должен в совершенстве владеть своим ремеслом. Только бы он не оказался бездарем.

— Итак… — Крамер погладил свою рыжеватую щетину, — мобильный телефон зарегистрирован у польского оператора, а именно у «Польска-Мобиль-Ком».

Снейдер облегченно опустил плечи. Первая конкретная зацепка.

— Мы несколько раз успешно сотрудничали с ними, — пояснил Крамер.

— В принципе, этот оператор всегда быстро и добросовестно пересылает все номера и данные о соединении, даже если номер звонящего был скрыт.

Опять это уточнение. В принципе! Интуиция подсказывала Снейдеру, что расследование будет не таким легким и быстрым, как он надеялся.

— И что дальше? — поторопил он.

— Однако на этот номер мобильного телефона нет договора, а значит, нет и данных о счете. Это просто зарегистрированный предоплаченный мобильный телефон, который раз в месяц пополняется на девяносто злотых — в пересчете это примерно двадцать евро.

— Но он все-таки зарегистрирован? — спросил Снейдер.

— Да. — Крамер небрежно поковырял пальцем в ухе, словно забыв, что они его видят. — Польская полиция уже установила владельца номера с помощью своей программы. Обычно это занимает некоторое время, но я сумел надавить, поэтому мы уже получили информацию.

— Не создавайте интригу, мне нужно имя! — одернул собеседника Снейдер.

Крамер полистал папку и назвал им польскую фамилию, дату рождения и адрес в Варшаве.

— Семьдесят восемь лет, — пробормотала Мийю, не поднимая глаз и печатая что-то в планшете. — Как Сабина Немез заполучила телефон этого человека?

— Понятия не имею. — Крамер поднес документ к камере, и на нем можно было разглядеть седовласого мужчину с залысинами, мешками под глазами и пигментными пятнами на лбу. — Мужчина вдовец, работал в типографии, а затем тринадцать лет наслаждался жизнью на пенсии.

— Наслаждался? — переспросил Снейдер, и его желудок сжался. Он инстинктивно понимал, что ответ ему не понравится.

— Он мертв уже шесть месяцев, — объяснил Крамер. — По всей видимости, украденное удостоверение личности мужчины использовали для регистрации мобильного телефона.

Снейдер мысленно выругался. Он ожидал чего-то подобного.

— Когда был зарегистрирован телефон?

Крамер пролистал документы.

— Первого декабря прошлого года.

— Значит, полгода назад, вероятно, вскоре после того, как мужчина умер, — сказал Снейдер. — Кто-то перепродал его личные данные после его смерти.

Марк скрестил руки за головой и откинулся назад.

— Это значит, что у нас ничего нет.

— К сожалению, — согласился Крамер.

— Есть еще одна возможность, — возразил Снейдер. Крамер подвинулся ближе к камере и оперся локтями на стол, из-за чего изображение задрожало. — Нам необходимо выяснить приблизительное местонахождение мобильного телефона в момент звонка.

 

 

Отправить