Пятница, 2 октября

 

Сабина вскочила, оставила Пита ван Лона одного за стеклянной стеной в комнате для допроса и захлопнула за собой дверь.

К ней тут же подошёл охранник.

— Допрос окончен?

— Нет, пусть заключенный ждёт меня здесь. Я должна срочно поговорить с директором Холландером.

Надзиратель нахмурился.

— Насколько я знаю, у него сейчас важная видеоконференция с…

— А что насчет его заместительницы, доктора Кемпен? — перебила его Сабина.

— Она должна быть в больничном отделении.

— Можете меня к ней проводить?

Пять минут спустя Сабина открыла матовую стеклянную дверь в кабинет доктора Кемпен. Врач, в джинсах и сером свитере, сидела за письменным столом и обсуждала с медсестрой детали медикаментозного лечения одного из заключенных. Обе женщины замолчали, когда Сабина подошла к столу.

— Доктор Кемпен, простите за беспокойство. — Сабина протянула женщинам руку. — Моя фамилия Немез, Федеральное ведомство уголовной полиции Висбадена и…

— Я знаю, кто вы и зачем здесь. — Кемпен не пожала Сабине руку. Вместо этого поднялась. — Полагаю, что у вас чертовски важная причина для того, чтобы вот так ввалиться сюда.

— Именно. Мужчина, с которым я только что разговаривала в комнате для допросов, не Пит ван Лон.

Доктор Кемпен провела пальцами по седым коротким волосам. Потом бросила суровый взгляд на медсестру, которая тут же молча покинула кабинет.

Только дверь закрылась, Кемпен обошла вокруг своего стола.

— Что вы мелете? Это абсурдно. С кем, по вашему мнению, вы тогда разговаривали?

— Понятия не имею, — сказала Сабина. — Во всяком случае, не с Питом ван Лоном.

— Почему вы так уверены? Вы вообще знакомы с ван Лоном?

— Нет, лично незнакома.

— Ах нет? — Кемпен достала из письменного стола папку и вынула из неё фотографию. — Разве мужчина выглядел не так? Метр девяносто, мускулистый, широкие плечи, вес около девяноста килограммов, короткие светлые волосы и веснушки?

— Внешние данные совпадают. — Сабина взглянула на фотографию. — Но у мужчины опухшее лицо.

— Вы это тоже заметили? — Голос Кемпен звучал уже не так самодовольно. — Он не соблюдал указания персонала, а когда охранники попытались его вразумить, начал биться лицом о стену…

— Дело совсем не в этом! — перебила Сабина врача. — Его голландский акцент пусть и хорошая, но не идеальная копия!

— Вы можете это определить?

— Да, это я могу определить! Кроме того, он перепутал детали своих убийств.

— О’кей, я вам кое-что скажу. — Кемпен внимательно посмотрела на Сабину. — Очевидно, вы не так долго работаете в полиции и у вас мало опыта общения с серийными убийцами. Пит ван Лон просто пытался вами манипулировать! Он в этом настоящий мастер…

— И подушечки его пальцев воспалены.

— Воспалены?

— Да, настоящий Пит ван Лон обжег себе пальцы кислотой пять лет назад. Его раны давно зажили. А у мужчины в комнате для допросов повреждения свежие! Это я могу определить и без многолетнего опыта работы в полиции.

Кемпен задумалась, но Сабина торопила её.

— Мужчина в той комнате — двойник Пита ван Лона.

— Этого не может быть.

— Возможно, Пита ван Лона уже и след простыл.

— И этого никто не заметил?

— Вы сами сказали, что он мастер манипуляции. Мой коллега Маартен Снейдер опасался подобного и уже несколько раз требовал, чтобы личность Пита ван Лона перепроверили.

— Я в курсе обращений Маартена Снейдера, но это абсолютно не нужно. Пит четыре дня находился в изоляторе больничного отделения и только сегодня был отпущен в свою камеру.

— Вчера Снейдер запросил пробу крови для сравнения ДНК.

— Я знаю, мы лишь дождались судебного распоряжения, а потом сразу все организовали. — Кемпен бросила взгляд на компьютер. — Час назад пришло электронное письмо из лаборатории, но у меня были более срочные дела, чем это ненужное…

— Хватит! Чего вы ждете?

— Боже мой! — Кемпен закатила глаза, подошла к своему компьютеру и несколько раз кликнула мышкой. Вскоре из принтера с шумом появился листок бумаги. Она взяла распечатку и в тот же момент изменилась в лице. — Пробы не идентичны.

Напряженные плечи Сабины опустились. Снейдер опять оказался прав.

— Твою мать! — выругалась Кемпен. — Ждите здесь! Я немедленно должна проинформировать директора Холландера, объявить тревогу, запереть всех заключенных в камерах и пересчитать их.

— Вы можете сделать это так, чтобы двойник в комнате для допросов ни о чем не догадался?

— Вряд ли.

— Тогда повремените с этим. Проинформируйте только директора и береговую охрану. Нужно заблокировать все причалы вблизи острова и перекрыть дороги ко всем вокзалам и станциям. А вы должны объявить Пита ван Лона в розыск.

Кемпен помотала головой.

— Конечно, но перекрывать дороги уже бесполезно. Хотя мы отправили пробу крови в лабораторию сегодня рано утром, но взята она была ещё вчера вечером. Если подмена и произошла, то минимум восемнадцать часов назад. Мы даже не знаем точно, сколько дней назад это случилось. Кроме того, я задаюсь вопросом: с кем вы разговаривали в комнате?

— Когда Пит ван Лон получил травмы лица?

— В воскресенье вечером.

— Что ещё происходило в тот день?

Кемпен задумалась на мгновение.

— Наш смотритель маяка устраивал свою ежемесячную барбекю-вечеринку.

— На этой неделе были какие-то кадровые изменения?

— Нам пришлось расстаться с одним психотерапевтом. Ханна Норланд покинула нас утром в понедельник.

Сабина вспомнила слова директора Холландера.

— И к тому же завхоз в отпуске с начала недели.

— Верно, Френк Бруно поехал навестить свою сестру в Крефельде.

— Как выглядит Френк Бруно?

— Высокий, светловолосый, мускулистый… — Кемпен заметила взгляд Сабины. — Нет, эта схожесть просто совпадение.

— А если нет?

— Но Френк ни за что не смог бы сыграть роль Пита ван Лона, для этого он слишком глуп.

— Мужчина, с которым я разговаривала, не произвел на меня впечатление умственно отсталого человека. У Пита ван Лона на запястье есть татуировка в виде часов?

Кемпен побледнела ещё сильнее.

— Да, черт! У обоих одинаковая татуировка. — Она вернулась к столу и снова сделала несколько кликов мышкой.

Сабина подошла ближе и увидела, что Кемпен открыла видеопрограмму и увеличила изображение. Камера на потолке снимала комнату для допросов: мнимый Пит ван Лон сидел на стуле и, упершись ступнями в стену, раскачивался на задних ножках.

Какое-то время Кемпен молча смотрела на экран.

— Но как это возможно? Неужели мы все так ошиблись во Френке?

— Этот обмен ролями вряд ли был спонтанной идеей. Наверняка именно из-за этой схожести Пит ван Лон и сдружился с Френком Бруно. Возможно, уже несколько месяцев или лет назад.

— Я бы это заметила.

— Если Пит ван Лон действительно так хорошо манипулирует людьми в своих целях, как вы говорите, то он наверняка действовал суперосторожно и спланировал все до последней детали.

— Что очень похоже на этого мерзавца! — Кемпен схватила свой мобильник, который лежал на столе, и набрала номер.

Сабина слушала, как врач разговаривала с директором Холландером и передавала ему все подробности.

Сабина подождала немного, потом прочистила горло.

— Мне необходимы личные дела этого Френка Бруно и Ханны Норланд, — прошептала она. — Они у вас есть?

Продолжая говорить по телефону и время от времени получая указания, Кемпен открыла ящик и достала две папки.

Сабина полистала документы, пока не дошла до анкет.

Она быстро вытащила фотографии Френка Бруно и Ханны Норланд из-под канцелярских скрепок.

— Могу я взять эти фотографии?

Кемпен кивнула и завершила разговор.

— Да, это всё равно копии. Извините, у меня нет времени. Я должна оповестить генеральную дирекцию и земельную полицию. — Она хотела уже набрать новый номер, но в этот момент её сотовый зазвонил.

Who let the dogs out, woof, woof…

Сабина уставилась на телефон.

Кемпен ответила.

— Алло? — Через несколько секунд она опустила трубку. — Это звонок с пристани. Катер береговой охраны уже ждёт вас.

Сабина взглянула на часы. Третий час:

— Пусть подождут ещё полчаса. — Она сунула фотографии Ханны Норланд и Френка Бруно в карман брюк. — Мне нужно ещё раз поговорить с заключенным.

 

 

 

Отправить