— …Пришли вы, — завершила свой эмоциональный рассказ Кора, глядя на свои дрожащие, окровавленные руки.

Сабина занялась Кшиштофом, а Кора поднялась, чтобы поискать мужчину за навесом для машин и в близлежащем лесу. Тем временем прибежали Снейдер и остальные и немедленно присоединились к поискам.

Следующие несколько минут Сабина провела словно в трансе. Она старалась сохранить жизнь Кшиштофу, пока он просто смотрел на нее, отчаянно пытаясь что-то сказать.

— Не разговаривай, — перебила она, — все будет хорошо.

Он не успокаивался.

— Ко… Ко… пе… — хрипел он, и каждый раз из его рта вырывался поток темной крови. Затем он потерял сознание.

Кровь не переставала течь. Так много крови. Повсюду! Затем он просто перестал дышать. Его грудь больше не поднималась, тело обмякло, а сердце перестало биться. «Чертов говнюк, ты не можешь просто так умереть!» Но он перестал бороться у нее на руках, и она разрыдалась.

Наконец подъехала машина скорой помощи. С этого момента Сабина воспринимала происходящее вокруг себя еще острее, словно в искаженном сне. Врач скорой помощи и санитары немедленно начали реанимационные мероприятия, ввели адреналин и применили дефибриллятор. Словно чудом сердце Кшиштофа снова забилось, хотя и очень слабо, на грани полной сердечно-сосудистой недостаточности. Ему немедленно ввели анестезию, интубировали и подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Кроме того, поставили капельницу.

Глаза Сабины все еще горели от слез. Тем временем остальные один за другим подходили к навесу для машин, включая Хокона и датчанина. По их лицам она видела, что преступника не нашли. Марк стоял рядом с ней, обнимая ее за плечи и прижимая к себе. И она была невероятно благодарна за то, что он ничего не говорил, не пытался утешить ее словами, а просто был рядом с ней.

Время до прибытия вертолета, который забрал Кшиштофа в больницу в Осло, где готовилась экстренная операция, показалось ей вечностью. Тем временем Кора повторно рассказала им историю, на этот раз со всеми подробностями.

— И вы не побежали за ним сразу же? — Лицо Снейдера казалось таким суровым и ожесточенным, каким Сабина его никогда раньше не видела. Как будто его высекли из гранитной глыбы всего несколькими сильными ударами.

— Лишь когда Сабина занялась Кшиштофом… Но было уже слишком поздно. Я никого не нашла.

— Как выглядели ботинки?

— Черные кожаные ботинки… широкие спереди, размер не меньше сорок второго, скорее сорок четвертый…

— Пара брюк?

— Я не разглядела.

— Силуэт? Это был мужчина или женщина?

— Трудно сказать, но, судя по росту и обуви, мужчина… — Кора замолчала. Ее лицо было таким же белым, как у Снейдера.

Сабина молча выслушала все еще раз. На ее руках тоже была засохшая кровь. Кровь Кшиштофа… часть его самого, которая до недавнего времени текла по его венам и поддерживала в нем жизнь. От этой мысли ей стало дурно.

Она вытерла слезы с лица. Голос Снейдера и его точные и кристально ясные вопросы постепенно вернули ее к реальности. Что он должен был чувствовать? Для него Кшиштоф был как брат. За исключением Хоровица и, возможно, Дирка ван Нистельроя, он был его единственным настоящим другом, который всегда понимал и принимал его. Тем не менее Снейдер старался не подавать виду и оставался профессионалом. Она буквально видела, как он внутренне борется, чтобы сохранить работоспособность своего ума. Потому что он, как и все они, знал, что Кшиштоф, скорее всего, не переживет этот день.

Сабина глубоко вздохнула, увидев приближающуюся полицию. Хокон об этом позаботился. Сотрудники полиции оцепили место преступления, сделали фотографии, собрали улики и допросили находившихся на территории людей.

Сабина вытерла слезы и посмотрела на Марка. Выражение его лица тоже было окаменевшим. Судя по всему, Сабина единственная расплакалась от шока. За эти годы каждый из них нашел собственную стратегию поведения в таких или похожих ситуациях.

Со сжатыми губами Сабина кивнула Тине. Каково ей сейчас? Они с Кшиштофом сблизились всего несколько часов назад. «Если я не вернусь, устройте мне красивые похороны в стиле викингов», — были его последние слова, обращенные к ним. Как будто он что-то предчувствовал.

— Ты как? — Голос Сабины прозвучал хрипло.

Тина кивнула.

— Кажется, будто все это нереально.

— Я тоже до сих пор не могу в это поверить, — хрипло проговорил Марк.

— К такому невозможно подготовиться, — с горечью добавил Хоровиц, — не помогут даже десятилетия профессионального и жизненного опыта.

Сабина в последний раз вытерла слезы с лица. «Ты тоже должна действовать! По крайней мере, пока ты еще здесь, в Норвегии. Дома можешь рыдать. Но не здесь! И не сегодня!»

Она снова вспомнила последние слова Кшиштофа. «Ко… не…!» Что это могло значить? Насколько она знала, kjøpe на норвежском языке означает «покупать». Или он имел в виду Копенгаген? Может быть, паром до Копенгагена? Но это не имело смысла. Скорее всего, он хотел сказать Копервик, название заправочной станции. Но откуда Кшиштоф мог знать об этой заправке? Кора позвонила на заправку уже после того, как Кшиштоф покинул их офис.

 

 

Отправить