Сабина Немез прочитала сообщение на мобильном. Оно было от Марка Крюгера, её коллеги из отдела технической экспертизы БКА, с которым она познакомилась в прошлом году на новогодней вечеринке БКА.

Марк был на год старше её и ботан, как все компьютерщики, но настоящий профессионал в своём деле. К тому же у него были отличные связи с «Дойче телеком» (Deutsche Telekom — немецкая телекоммуникационная компания), которыми он иногда пользовался. Путь был не совсем легальный, но, если выяснялось что-то интересное, она всегда могла задним числом запросить у прокуратуры судебное распоряжение.

В списке Марка она нашла звонки доктора Катарины Хагены — последний разговор вчера вечером состоялся в двадцать один тридцать. С её стационарного телефона. Разговор длился двенадцать минут. Вскоре после этого, согласно предварительному патологоанатомическому заключению, она скатилась с лестницы в своём доме и осталась лежать на ступенях со сломанной шеей.

Сабина уставилась на телефонный номер. Она его помнила. Это был номер сотового телефона Анны Хагены, с которой Сабина разговаривала сегодня днем. О чём беседовали сестры? И почему Анна умолчала про этот телефонный разговор?

Сабина сейчас это выяснит. Она сидела в машине перед домом Анны Хагены, где они с коллегой договорились встретиться в двадцать один час. Было уже пять минут десятого.

Но сначала Сабина должна была узнать кое-что ещё. Она позвонила в отдел технической экспертизы и попросила соединить её с Марком Крюгером.

— Господи, я ещё не закончил, — раздраженно пробурчал Марк, услышав её голос.

— Я просто хочу знать, была ли Анна Хагена вчера вечером в Берлине.

— С помощью пеленгации телефона я могу лишь выяснить, где находился её мобильник в определенный момент, если он был подключен к сотовой вышке, но не где была она сама.

— Я это и имею в виду.

— Мы, конечно, из БКА и иногда даже умеем творить чудеса… — Он сделал паузу и начал насвистывать вступительную мелодию из фильмов о Гарри Поттере. — Но для всего нужно время.

— Спасибо, Фродо.

— Но Фродо не…

— Я знаю. Позвони, как только что-нибудь выяснишь. — Она прервала связь, потому что не хотела пускаться в нудную дискуссию с Марком, и убрала телефон.

21:15.

Сабина вышла из машины и потянула спину. Хотя уже начинало смеркаться, жара все ещё стояла невероятная. Кожа Сабины была покрыта испариной, которую сейчас холодил ветерок.

Вокруг головы Сабины кружились мошки. Она отмахнулась от насекомых и направилась к дому. Где-то поблизости стрекотали кузнечики. За городом было значительно прохладнее, чем в самом Висбадене, но здесь на тебя сразу накидывались надоедливые комары.

Сабина позвонила в домофон современного жилого дома напротив таблички Хагена.

Раздался щелчок.

— Алло? — ответил мужской голос.

— Это Сабина Немез, Федеральное ведомство уголовной полиции Висбадена, у меня встреча с Анной Хагеной.

— В настоящий момент её нет дома.

— Можно мне подняться?

Нет ответа.

В следующий момент зажужжал дверной замок.

— Четвертый этаж, — раздался мужской голос из домофона.

Сабина проигнорировала лифт и побежала вверх по лестнице. Новые напольные плиты сияли в неоновом свете. Пахло силиконом и чистящими средствами.

На четвертом этаже в конце коридора открылась дверь. Худой тренированный мужчина средних лет, с черной бородой стоял, прислонясь к дверному проему. Из-за него с любопытством выглядывала девочка лет семи, с длинными светлыми волосами. Она была уже в пижаме и держала в руке зубную щетку. Сабина сразу заметила на ней темно-серый пластиковый каркас с ремнями, распорками и шарнирами, который начинался у стоп и доходил до самых бедер.

Сабина показала своё удостоверение.

— Я коллега Анны. Можно войти?

Мужчина все так же преграждал ей вход в квартиру.

— Анны нет. Я её гражданский муж, но если речь идёт о рабочих вопросах, то не могу вам ничем помочь.

Сабина внимательно изучила мужчину. Он был по крайней мере на восемь или девять лет моложе Анны.

— Где она?

— Вы разминулись с ней. Анна была какое-то время дома, а потом снова уехала.

— Вы знаете куда?

— Она сказала, ей нужно ненадолго в бюро. — Он погладил дочь по волосам. — Иди в ванную, я сейчас приду, это быстро.

Девочка стояла как вкопанная.

— С мамой что-то случилось?

— Нет. — Сабина, улыбаясь, наклонилась к девочке. — У меня три племянницы твоего возраста. Как тебя зовут?

Девочка уставилась на неё.

— Что вам нужно от моей мамы?

— Поговорить с ней.

— Вы из больницы?

— Я? — Сабина удивленно наморщила лоб. — Нет, я мамина коллега.

— Иди уже! — велел ей отец.

— Спокойной ночи. — Девочка сунула зубную щетку в рот. — Меня зовут Анни, как маму. — Она развернулась и неуклюже заковыляла в своём каркасе вглубь квартиры.

От этого вида у Сабины сердце разрывалось. Она понизила голос:

— Я не знала, что у Анны такая маленькая дочь.

— Это моя дочь от предыдущих отношений. Мы с Анной вместе шесть лет. Мы не женаты, но Анни знает её с младенчества, поэтому называет мамой.

— Это результат несчастного случая?

— Церебральный паралич.

— Мне очень жаль, — произнесла в ответ Сабина, хотя точно не знала особенностей болезни.

Очевидно, мужчина заметил это по её взгляду, потому что оглянулся, чтобы удостовериться, что девочка скрылась в ванной, и лишь потом заговорил:

— При рождении её мозг был поврежден из-за недостатка кислорода. Поэтому группы её мышц работают неслаженно.

— А этот каркас…

— Ортез. Он активирует мышцы и служит опорой Анни во время ходьбы. Но вы ведь не поэтому здесь?

— Нет. — Сабина сглотнула и заговорила ещё тише: — Почему она так боится за свою мать?

— Анна была несколько раз в больнице, и Анни, видимо, услышала это, хотя мы хотели скрыть от неё. У Анны рак щитовидной железы.

О, чёрт! Беда не приходит одна.

— Её работодатель знает об этом?

— БКА? Конечно. — Мужчина опустил взгляд. — Но Анна отказывается от химиотерапии и не хочет оставлять службу. — Он взялся за ручку двери. — Это все? Я должен позаботиться о дочери.

— Ещё один вопрос. Анна была сегодня в Берлине? — В этот момент в подъезде погас свет. В квартире горела лампа, и Сабина видела теперь только силуэт спутника жизни Анны Хагены. Особенно бросались в глаза его широкие плечи.

— Да. Но она вернулась раньше, чем планировала.

— То есть?

— Она была здесь уже после обеда, но сразу поехала в морг. Вероятно, чтобы опознать сестру.

Трупы давно уже идентифицировали по одним лишь отпечаткам пальцев и ДНК, но Сабина решила промолчать.

На лестничной площадке открылась ещё одна дверь, и свет упал в коридор. Муж Хагены никак не отреагировал, он словно смотрел сквозь Сабину в никуда.

— Можно мне всё-таки войти и подождать Анну в квартире?

Мужчина помотал головой.

— Если хотите, можете подождать её перед домом. Анна наверняка скоро вернется.

— На какой машине она ездит?

— На красной «тойоте».

Дверь на площадке закрылась, и снова стало темно.

— Спасибо. — Сабина дала мужчине свою визитку. — Пожалуйста, позвоните мне, когда она придёт домой. Это важно. Спокойной ночи. И всего хорошего вашей дочери.

— Спасибо, доброй ночи.

Мужчине не позавидуешь. Он совсем замотался. Сабина развернулась и пошла вниз по лестнице. По дороге к выходу она набрала номер Анны Хагены, но тот был занят. Затем она позвонила вахтеру с главного входа в БКА, чтобы узнать, входила ли Хагена в здание. Он посмотрел в компьютере и ответил отрицательно.

«Так я и думала».

Несмотря на больного ребёнка и смертельный случай в семье — в настоящий момент Сабина чувствовала, что осталась в дураках. Когда она вышла на улицу и вдохнула спертый теплый ночной воздух, зазвонил её сотовый.

«Хоть бы это была Хагена». Сабина тут же ответила, но звонила не Хагена.

— Привет, это я, — сказал Марк Крюгер.

— А, ты, — разочарованно пробормотала она.

— «А, ты?» — передразнил он её. — Я думал, ты ждешь моего звонка с нетерпением?

— Конечно, жду. Что ты выяснил?

— Так, сначала: Фродо из «Властелина колец»…

— Марк, пожалуйста!

— Ладно. — Он начал печатать на клавиатуре. — Вчера вечером, около половины десятого, Анна Хагена вела телефонный разговор.

— Это мы уже знаем — двенадцать минут, со своей сестрой, — перебила его Сабина. — Но где она находилась в это время?

— Её сотовый был подключен к берлинской вышке, недалеко от улицы Курфюрстендамм.

— Курфюрстендамм длинная.

— У Мемориальной церкви кайзера Вильгельма.

Недалеко от которой проходила конференция по безопасности. Значит, Анна Хагена сказала правду.

— О’кей, спасибо.

— Тебе это помогло?

— К сожалению, нет, — вздохнула она.

— Если выяснится, что я изучал данные коллеги, тогда мне…

— Да всё в порядке! От меня этого никто не узнает. Спасибо. Я твоя должница.

— Кино?

— Не против, только я сама выберу фильм. — Она положила трубку.

Теперь у неё было свидание, но так и не было ответа, на который она надеялась. Два вопроса по-прежнему оставались открытыми: о чём говорили обе женщины? И почему Анна не упомянула этот разговор?

Сабина направилась к своей машине. Вдалеке раздался гудок поезда и послышался металлический стук приближающихся колес.

Что-то во всей этой истории было не так — подсказывала ей интуиция, которая до сих пор редко ошибалась.

 

 

Отправить