РУВИ. Концепция несовершенного человека скорее всего основывается на его основной позиции как человека-заложника. Эта позиция во многом разрушает его свободу, как внешнюю, так и внутреннюю. Человек может быть заложником разнообразных теорий и практик социальной жизни.

Как человек-заложник он может стать жертвой террора, причем во многих случаях – случайной жертвой.

Человек-заложник определяется диктаторскими режимами. Он напрямую зависит от их идеологий и в любой момент, в соответствии со своими представлениями о власти или независимо от своей воли, может оказаться в тюрьме на многие годы. Человек-заложник зависит не только от ценностей власти, но и от ее капризов, которые тоже можно считать ее ценностями. В отличие от предыдущих эпох нынешний человек-заложник не имеет устойчивого социального места, он не объявлен рабом, пролетарием… Он, плавающая конструкция, может быть другом или врагом власти, нейтральным наблюдателем, асоциальным типом.

Человек-заложник не определяется возрастом, он может быть и подростком, и дремучим стариком. Режим может быть жестоким или беспощадным (в военное особенно время), но статус человека-заложника принципиально не меняется. Человек-заложник может несколько расслабиться во время политической оттепели, но в настоящее время такая оттепель не устранит угрозы международного терроризма. Человек-заложник живет случайной жизнью. Его действия похожи на броуновское движение. Большой ошибкой можно считать исчезновение человека-заложника при западной демократии. Здесь просто другая система заложничества, с одной стороны, более мягкая, более толерантная, но, с другой, такая же психологически болезненная, как и при более жестких режимах, поскольку мы никогда не адекватны своему положению. Сужу по себе. Мы всей семьей почти целый год жили в чудесном дворце на всем готовом недалеко на юге от Берлина, но в конце концов превратились в людей-заложников дворцовой жизни. При демократии человек-заложник часто чувствует свободу как скуку. И хотя скука лучше тюрьмы в Москве или Тегеране, однако, когда я завишу от скуки, мое настроение становится депрессивным.

Случайный человек в незафиксированной социальной позиции будет человеком-заложником в западном обществе, где он зависит от рынка, успеха, скуки, семейной жизни, собственной старости, немощи, смерти. Человек-заложник стал общим явлением, типа овец в Ирландии. Мы не представляем себе пределов своей внешней и внутренней сво-боды, потому и живем в раздрае.

РУВИ. Раз так, то как улучшить условия человеческого существования, как найти применение реформаторам и оппозиции, как не бояться перемен, но остерегаться кровавых революций?

Я. Несовершенство – это еще и тяга к анархии. Найти идеальную власть нереально, но приемлемую, способную жить в мире с соседями, быть готовой к диалогу, компромиссу – это можно, но очень трудно, особенно для тех, кто, как мы, исторически это не проходили, хотя нельзя не попробовать.

При этом я бы с удовольствием бросился на мерзавцев и преступников, хотя опыт Западной Германии учит скорее трусливой осторожности и стремлению не разорвать на части население и территории.

РУВИ (целуя меня и гася ночник). Спать! Россия – клубок взаимных обвинений. Платная сеть обид.