Тарас, по обмену «1 000 на 1 000» вернувшийся домой из русского плена, разговорился с Руви и, рассказав о всех ужасах, объяснил, почему, тем не менее, разговаривает с ней – конкретно русской. «Но там у вас попадались, – сказал Тарас, – и те, кто помогали нам, относились по-человечески». Руви всплакнула и пересказала своими словами притчу о луковке:

«Жил-был Пончик злющий-презлющий и помер. И не осталось после него ни одной добродетели. Схватили его черти и кинули в огненное озеро. А ангел-хранитель Пончика стоит да и думает: какую бы мне такую добродетель его припомнить, чтобы Богу сказать. Вспомнил и говорит Богу: “Пончик, – говорит, – как-то раз в ленинградском детстве в огороде луковку выдернул и нищенке подал”. И отвечает ему Бог: “Возьми ж ты, – говорит, – эту самую луковку, протяни Пончику в озеро, пусть ухватится и тянется, и коли вытянешь его вон из озера, то пусть в рай идет, а оборвётся луковка, то там и оставаться ему, где теперь”. Побежал ангел к Пончику, протянул луковку: “На, – говорит, – главнокомандующий, схватись и тянись”. И стал Пончик луковку осторожно тянуть, и уж всю было вытянул, да грешники прочие в озере, как увидали, что Пончика тянут вон, стали все за его хвататься, чтоб и их вместе с ним вытянули. А Пончик-то был злющий-презлющий, и начал он их ногами брыкать: “Меня тянут, а не вас, моя луковка, а не ваша”. Только что он это выговорил, луковка-то и порвалась. И упал Пончик в озеро и горит по сей день. А ангел заплакал и отошёл».