Глава 38
Свободная территория. Александр Первенцев. Воздействие четвертого уровня

– Ну вот, – облизнувшись совсем по-кошачьи, проворковала Алёна. – Наконец-то мы совсем одни. Сейчас выпьем, покушаем, и я займусь тобой всерьёз.

– А дома нельзя было? – улыбнулся Санёк, любуясь своей девушкой.

– Какой ты не романтичный, Санечка! – Алёна потрепала его по щеке, царапнула цветными узорчатыми ноготками.

– Ни фига не романтичный, – согласился Санёк. – И голодный к тому же.

– И я! – полыхнула глазами Алёна. И замерла с полуоткрытым ротиком: целуй!

Санёк поцеловал, конечно. С огромнейшим удовольствием. А потом рука сама оказалась на гладком, чуть прохладном бедре, поползла вверх… И была решительно остановлена.

– Выпьем и покушаем, – Алёна открыла глаза и отодвинулась. Потом скинула туфельки и положила ножки Саньку на колени. – Наливай!

Стол был накрыт роскошно: бокалы, приборы, крохотные кучки салатиков на фарфоре. А главные блюда, под сияющими серебряными колпаками, – на еле теплящихся жаровнях. Красное вино в графине, белое – в серебряном ведерке со льдом. И никаких официантов. Алёна всех выгнала. И еще музыка…

«Надо будет спросить, есть ли где курс по винам, – подумал Санёк, пригубив холодную, ароматную влагу. – А то, блин, каберне от бордо отличить не могу».

Впрочем, вино было вкусным.

– Стоило небось дороже, чем аренда дома?

Отдельный кабинет в ресторане «Гурман», где бокал сока тянул на полсотни баксов в земном эквиваленте, – это вообще что-то запредельное.

– Нам по деньгам, – отмахнулась Алёна. – Зато запомнится.

– Не сомневаюсь, – Санёк погладил девушку по ступне и потянулся за салатом…

Не дотянулся.

С треском вылетела дверь, и в кабинет ворвались два живых вихря. Алёну снесло в угол, Санёк успел увернуться, и удар сокрушил не его, а стенную панель. Перед носом мелькнуло что-то блестящее…

…И Санёк перешел на новый уровень сознания без всякой помощи Мертвого Деда. Жизнь, действительно, заставила.

Он будто прозрел. Теперь он увидел, что блестящее – это отполированный до зеркальной чистоты боевой нож.

И остро пожалел, что его собственные ножи остались дома.

Еще он узнал нападавших: Сидор Черный Доктор и Николай Двина. Искатели.

Тут же вспомнились слова эксперта Ильи: о том, что главная опасность грозит Саньку не на Свободе, а в миру. Ну-ну…

Информация проскочила сквозь сознание за доли секунды. Она не имела значения. Тело поймало правильный ритм, предугадало следующее действие: сейчас атакуют вдвоем, чтобы прижать к стене. Санёк видел направление будущей атаки и знал: противники точно так же считывают его движения. И если он сейчас прыгнет через стол, сумеют его перехватить…

Но прыгать надо, потому что от Николая тянет оружейным маслом, значит, у него есть огнестрел, и пахнет искатель примерно как Медвежья Лапа, бросившийся на врага. Значит, он пришел убивать и готов это сделать любой ценой. Если Санёк окажется недостаточно быстр.

Санёк метнулся влево (справа, он помнил, была Алёна, нельзя подставлять ее под случайный выстрел), ухватил со стола нож: для мяса и серебряный колпак с главного блюда.

В воздухе волшебно запахло тушеным мясом.

Снаружи, из коридора, послышался топот.

Нож: Сидора ударил в колпак и пробил его насквозь. Доворот – и клинок вырвало из руки искателя. С холодным оружием у Санька дела обстояли получше, чем у Черного Доктора. Фехт всё-таки. Колпак полетел Доктору в лицо (тот отбил), а нож: метнуть не удалось. Двина оказался на одной линии с Алёной. И уже достал пистолет. Кабинет вдруг показался Саньку чертовски маленьким…

Сверкнула молния. Пистолет вылетел из руки Николая, а его самого крепко приложило о стену. Злосчастная панель опять треснула.

Черного Доктора, тоже полезшего за каким-то оружием, что-то ухватило за шею и рвануло назад. На ковер упал маленький жезл с пульсирующим красным огоньком на кончике.

Санёк медленно выдохнул, возвращаясь в реальный мир.

«Что-то» оказалось рукой контролера, который разжал пальцы, и Черный Доктор безжизненным кулем осел на пол.

Санёк бросился к Алёне, но был остановлен резким окриком:

– Стоять! Ждать!

В проеме двери толпились работники «Гурмана». Входить не смели.

– И кого мы ждем? – резко бросил Санёк, не ощущавший за собой никакой вины.

Его хотели убить на Свободной территории. Насколько он помнил, а память его теперь редко подводила, на Свободе за такое вешают.

– Кого ждем?

– Меня.

В кабинет вошел Илья. За ним, как обычно, – парочка старших контролеров. Заблокировали двери.

– Докладываю… – начал спасший Санька контролер.

– Нет необходимости, – перебил эксперт. – Вы действовали правильно. Благодарю!

Контролер вытянулся и прижал кулак к серебряному значку на груди. Суровое лицо прям-таки озарилось счастьем.

«Ого! – подумал Санёк. – А Илья-то мой, как минимум, генерал».

– И ты молодец! – похвалил эксперт Санька. – Успел второй уровень сделать! Химеры – они везучие.

– Можно мне…

– Не беспокойся. В порядке твоя красавица. Вставай, милая, все закончилось.

Один из сопровождающих эксперта помог Алёне подняться.

– Этих выводи из стазиса, – велел Илья подчиненному.

Тот махнул рукой – Санёк успел заметить татушку «Рахмат Хаджи, второй уровень, контролер», – и оба искателя зашевелились.

– Закрываем? – полуутвердительно произнес контролер Рахмат.

– Нет, – качнул головой эксперт. – Не вижу на них вины!

– Как это?! – воскликнул Санёк.

– Но я сам видел! – поддержал его контролер.

– Их вины я не вижу, – с нажимом произнес Илья. – Они находились под управляющим воздействием четвертого уровня. Противостоять ему они не могли. А вот компенсация пострадавшему за испорченный вечер была бы уместна, – он улыбнулся. Как тигр, увидавший пару привязанных к колышкам козлят.

– Мы сожалеем! – мгновенно отреагировал Двина.

– И компенсируем! – поддержал его Черный Доктор.

– Это не приказ, – подчеркнул эксперт. – Это пожелание. – И, Саньку: – Игрок, подойди сюда. Рукав закатай! – Он указал на левую руку, а когда Санёк выполнил команду, схватил его за предплечье…

Санька будто каленым железом обожгло. Но он сдержался. Не вскрикнул, даже не дернулся.

Эксперт разжал захват. На коже осталась новая татушка: выполненное с фотографической четкостью изображение человеческого мозга. На картинке играли разноцветные искры.

– Цени, – сказал эксперт. – Артефакт от третьего уровня. Общаться с ним ты пока не сможешь. Одно запомни: если начнет белеть, значит, кто-то пытается взять тебя под ментальный контроль. Еще и холодок почувствуешь. А если рядом с тобой окажется подконтрольный, который замыслил… хм… нехорошее, артефакт покраснеет и станет горячим. Конечно, это всё равно, что смартфон использовать исключительно в качестве будильника, но, когда… если, – тут же поправился он, – будешь подниматься дальше, эта штука тебе очень пригодится. Она еще и способностью к саморазвитию обладает.

– Спасибо! – искренне поблагодарил Санёк.

– Береги себя, – посоветовал эксперт, – ты занятный.

И удалился, забрав с собой контролеров.

– М-да, Алёнка, – пробормотал Санёк. – Этот романтический ужин я и впрямь запомню.

Девушка подошла к нему, потерлась носом о плечо:

– Зато мы живы, – напомнила она и поглядела на искателей. С намеком.

– Ща всё будет! – всполошился Двина. – Сидор, ты как?

– Зато живой, – буркнул Черный Доктор.

– Тогда распорядись тут, а я за подарком сбегаю.

– Да ладно! – махнул рукой Санёк. – Вы ж не виноваты.

– Это не тебе, а ей! – Двина подмигнул Алёне. – Хотя… И для тебя тоже что-нибудь найдется.

И смылся.

Мрачный Двина ушел к администратору, и буквально через пару минут тот, сияя профессиональной улыбкой, подскочил к Саньку и пригласил их в другой кабинет, причем побольше и пороскошнее первого, с антикварной мебелью и двумя обнаженными девушками, занимающимися любовью. На картине, разумеется. И выполнено сие полотно было маслом, в хорошем классическом стиле и даже тронуто сеточкой-кракелюром, чтоб ни у кого не оставалось сомнения в том, что это искусство, а не… современное искусство.

Стол накрыли с поразительной быстротой, но с кушаньями пришлось подождать. Зато администратор положил перед Саньком дисконтную карту.

– Двадцать процентов, – сообщил он. – Приложить сюда, – администратор коснулся картой татушки Санька, – и всё. Ресторан приносит извинения за проникновение посторонних!

– Ну что ж, – сказал Санёк. – Самое время выпить. Только не этого, – кивок на серебряное ведро, – а водочки? Ты как?

– А давай! – согласилась Алёна.

И тут появились искатели.

Николай Двина приволок гигантский, метр в диаметре, букет цветов:

– Госпожа, в знак моих глубочайших извинений за то, что я позволил себе коснуться вас без должного уважения! – Искатель вручил цветы. – Осторожно, тяжелый!

– Это целая клумба, а не букет! А как пахнет! Спасибо. Надо сказать, чтобы воду…

– Не надо! На нем – консерватор, – Двина указал на тонкую серую ленту, оплетавшую стебли. – Месяц будет жить и пахнуть.

– А это от меня, – Черный Доктор поставил на стол не слишком чистую бутылочку без этикетки, вдобавок початую. На снежной скатерти она смотрелась абсолютно неуместно.

– Это квест, – сообщил он. – Добыл по случаю. – И, догадавшись, что подарка не оценили, пояснил: – Говорят, кто его выпьет, получает три процента к вероятности достижения следующего уровня. Насчет трех процентов – не уверен, но ничего вкуснее я в жизни не пробовал.

Разлил часть содержимого по рюмкам, остальное спрятал в карман.

– Чтоб наши пути пересекались теперь только по-хорошему! – провозгласил Двина.

Санёк пригубил напиток… И согласился с Доктором. Ничего вкуснее он действительно не пробовал. Это было как… Как глоток родниковой воды после трехдневной жажды, наверное. Только ничто не мешало смаковать каждую каплю.

Искатели ушли. Санёк и Алёна снова остались вдвоем.

– Слушай, – сказал он. – А консерватор, что это такое?

– Приблуда технов, – рассеянно проговорила Алёна, перебирая его волосы. – Если нет времени расчленить труп сразу, заматываешь, и он еще неделю – как новый.

«Полезная вещь, – подумал Санёк. – Железы всякие сохранять. Надо нашим из клана сказать. Хотя они, наверное, знают…