Глава 27
Игровая зона «Мюрквид». Александр Первенцев. Мир юрского периода
Лес кончился. Между опушкой и рекой лежало открытое пространство шириной не менее двух километров. Ничего особенного. Помесь болота и заливного луга. Особенными были его обитатели. Стада динозавров самых разных пород. Санёк не настолько разбирался в ящерах, чтобы определить, кто есть кто. Знал тираннозавров (кто их не знает), трицератопсов и стегозавров. Еще таких здоровенных, с длинными шеями… Знания почерпывались из мультиков и фильмов типа «Парк юрского периода». Трицератопсы – были. Других знакомых пока не замечалось.
Надо отметить, что в большинстве своем ящеры были не так уж велики. Для динозавров, разумеется. Где-то с носорога величиной. Однако попадались и настоящие гиганты, достигавшие в холке метров семи. Впрочем, была и сущая мелочь – человеку по пояс.
– Сколько мяса! – восхитился Медвежья Лапа.
– Я вижу реку, – задумчиво проговорил Кетильфаст.
– Мы все ее видим, – заметил Ворчун. – И что?
– А то, что я не понимаю, что нам делать дальше.
– Полагаешь, эти горы мяса могут нас остановить? – фыркнул Свиди.
– Полагаю, что безбородым дренгам следует держать рот закрытым, – отрезал Кетильфаст. – Ярл?
– Понимаю тебя, хольд, – сказал Хрогнир. – Река есть – нет корабля. Но мы можем собрать плот. А еще нам не помешал бы парус. Жаль, что мы выбросили шкуру последней добычи.
– Не жаль, – возразил Кетильфаст. – Она слишком тяжела. Надо что-то полегче.
– И я, кажется, знаю – что… – проговорил ярл, глядя в небо.
Санёк тоже задрал голову. В небе тоже имелись ящеры. Определить их размер было сложновато, но идея понятна. Кожаные перепонки их крыльев наверняка лучшая «парусина», которую здесь можно раздобыть.
Дахи вынул из чехла лук, но Хрогнир помотал головой.
– Стрелой не взять, – сказал он. – Высоко. Надо их приманить.
– Убьем кого-нибудь – сами прилетят, – заявил Келль.
«Реально – парк юрского периода», – Санёк с восхищением разглядывал удивительную фауну… И не заметил, как отошел от основной группы.
– Эй, Сандар! – окликнул его Дахи. – Глянь-ка! Кажется, кое-кто решил на тебя поохотиться!
Викинги разразились хохотом.
Санёк глянул. И особых причин для смеха не нашел. «Кое-кто» представлял собой хищного динозавра. Сравнительно небольшого – метра два в длину и метр с хвостиком в холке. Но очень зубастого и вооруженного такими когтями, рядом с которыми Санькины ножи смотрелись бы несолидно. И хрен его знает, на что способен этот «малыш» размером с небольшого тигра.
Не желая испытывать судьбу, Санёк дразнить хищника не стал: вернулся к своим. Разочарованное плотоядное тут же развернулось и ускакало восвояси. Именно ускакало – на задних лапах, как кенгуру.
– А я знаю, как нам заполучить парус! – неожиданно заявил Келль. – Слушайте…
Поскольку идея принадлежала Келлю, ему и доверили ее воплощение.
Выглядело забавно: здоровенный волосатый мужик, скачущий на четвереньках, вдобавок имитируя хромоту на «переднюю ногу», в которой было зажато копье.
Нетрадиционные действия Келля сопровождали иронические рекомендации соратников вроде: «задком шибче повиливай» и «бороду ногой почеши».
Келль старался. И присаживался по-собачьи, и «задком вилял». Тоже развлекался вовсю. Наконец, отковыляв метров на пятьдесят от основной группы, завалился на бок, подергался немного и затих. Сдох, типа.
Сработало. Нарезавшие в небе круги «птички» заинтересовались. Парочка спустилась пониже. И еще пониже. Келль лежал, не шевелясь.
– А здоровые тут мышки летучие! – цокнул языком Дахи.
Санёк склонен был с ним согласиться. Он уже понимал, что здорово ошибся, оценивая размеры птеродактилей. У этой парочки размах крыльев был никак не меньше двух метров. Падальщики снижались, Келль лежал… Всё шло по плану. До определенного момента.
Третий небесный охотник появился внезапно. Спикировал откуда-то из бездонной синевы. Падальщики шарахнулись в стороны. Еще бы! Новый летун раза в три больше – прям-таки живой самолет.
Все произошло очень быстро. Викинги заорали, предупреждая Келля. Летающий ящер атаковал на бреющем, но, выходя на цель, резко затормозил в воздухе, поставив крылья почти перпендикулярно земле, и упал на Келля, широко раззявив полутораметровой длины пасть и нацелив когтистые отростки-штыки на сгибах крыльев…
Но викинг не дремал. Успел вывернуться из-под удара, вскочил на ноги, замахиваясь копьем…
Летающий ящер был вдвое выше Келля, потому долбанул сверху здоровенным «клювом». Викинг вновь увернулся и второго шанса летающей зверюге не дал. Увесистое копье с широким плоским наконечником, края которого были заточены не хуже лезвий меча, ударило в змеиную шею ящера и перерубило ее напрочь. Уродливая голова полетела наземь, фонтан крови взметнулся вверх, окатив Келля с ног до головы. Широченные крылья судорожно распахнулись, сбив викинга с ног. Келль откатился в сторону, не выпустив копья, тут же вскочил на ноги, смахнул с лица кровь, приготовился к бою…
Не понадобилось. Крылатый ящер завалился, дернулся разок-другой и затих.
– А я слыхал: если дракону голову срубить, три новые вырастают… – пробормотал Торфи. – Выходит, вранье?
– Где ты тут дракона увидел, мальчишка, – пренебрежительно бросил Торд. – Обычный зверь, только с крыльями.
– Жалко, – пробормотал дренг. – А то стал бы наш Келль неуязвимым, как герой Сигурд. А сердце бы мы на всех разделили…
– Хороший удар, Келль, – похвалил ярл. – Клянусь Мьёльниром-Сокрушителем, я бы сам не ударил лучше!
Келль прижмурился от похвалы, будто кот, которого погладили.
– Ты кровь бы смыл, – посоветовал Медвежья Лапа. – Вдруг она ядовитая?
– Отличный парус получится, – сказал Кетильфаст, щупая тонкую перепонку, покрытую мягким серым пушком. – Прочный и легкий. Келль – ты молодец!
Примерно через полчаса они отправились дальше, к реке. Свернутые в рулон и надетые на палку «крылья» несли Санёк и Торфи. Весили перепонки немного – килограммов тридцать.
А еще Санёк наконец-то увидел тираннозавра. Или нечто похожее на него. Огроменную зверюгу размером с вагон электрички. И порадовался, что динозавр не обратил на них внимания, хотя викинги прошествовали в каких-то тридцати шагах от суперхищника, потому что гордый Хрогнир-ярл не пожелал его обходить. Заметив беспокойство Санька, Кетильфаст успокоил:
– Не бойся, Сандар. У этого дракона довольно свежего мяса, и он не нападет, если мы не станем отнимать его добычу. А мы не будем, потому что вокруг достаточно мяса, которое добыть гораздо проще.
«А ведь могут…» – подумал Санёк с восхищением.
Тираннозавр расположился на туше, вдвое превосходящей его размерами, и насыщался, не забывая время от времени рявкать на вертевшихся поблизости мелких хищников и шугать от добычи крылатых покрупнее.
Вот так они и шли, по болотистой равнине, обходя топкие места и рощицы диковинных деревьев, среди пасущихся травоядных титанических размеров. Шли они спокойно, не скрываясь, будто по своей собственной земле.
Впрочем, динозавры обращали на них внимания не больше, чем на мелких птеродактилей, сидящих на их спинах. Разок за ними увязался детеныш – мелкая зверушка размером с корову, со смешными рожками на голове и шее, но Келль рявкнул на «малыша», и тот дал деру.
Когда чавкающая почва превратилась в настоящую топь, Кетильфаст ухитрился вывести их на голый каменистый гребень, пересекавший равнину – до самой реки.
На подходе к роще из тонких, похожих на пальмы деревьев викингов атаковали два ящера с роскошными цветными гребнями вдоль спины и парой острых рогов, растущих прямо на морде.
К счастью, ящеры были небольшими, примерно с быка, и всего лишь хотели отогнать людей от кладок, на которых сидели их «супруги», такие же мордорогие, но помельче и без цветных «плавников». Впрочем, если бы викингам были нужны их яйца, то рогатым можно было бы только посочувствовать. Но им повезло: людям в настоящий момент нужна была сама роща. Как материал для постройки плота.
– Как думаешь, Дахи, почему на нас никто не нападает? – спросил Санёк.
– А зачем им нападать? – удивился словенин. – Для больших травоядных драконов мы слишком Маленькие. Да и для хищных – тоже. На один зуб. А драконы помельче тоже нас не знают, а хищник не станет нападать на того, кого не знает, если рядом есть привычная дичь. Сам подумай: а вдруг мы – ядовитые? – И вновь застучал топором, превращая похожий на бамбук ствол в деталь будущего плота.
Нельзя сказать, что на них совсем не обращали внимания. Некоторое время поблизости ошивалась стайка небольших, размером с кавказскую овчарку, хищников, не столько охотясь, сколько любопытствуя.
Опасность возникла часа через полтора.
Четверка шествовавших по мелководью гигантов, чьи шеи поднимались над водой на добрых пятнадцать метров, вдруг поменяла маршрут и двинулась прямо к людям.
Санёк, которого из-за бестолковости в плотницких делах поставили в караул, крикнул остальным…
Хрогнир глянул на исполинов, махнул рукой, и все вернулись к работе.
И ярл оказался прав. Громадин заинтересовала не двуногая мелочь, а сама роща. Гиганты принялись объедать листву в мирном соседстве с трудящимися людьми. Иногда они даже поднимались на задние ноги, чтобы дотянуться до верхушек. Грандиозное зрелище.
И да, длинношеии исполины представляли определенную опасность. Могли наступить. Или задеть хвостом. Но этого было не так уж сложно избежать.
Длинношеими заинтересовался сородич давешнего тираннозавра. Остановился метрах в ста, уставился…
Потом пошел в атаку: припустил рысью, да такой, что от каждого шага земля вздрагивала.
Гиганты-травоядные среагировали на удивление проворно. Несколько секунд – и все четверо образовали кольцо задницами наружу. Вернее, хвостами. Хищник тут же затормозил, постоял немного…
И отправился восвояси. Он был здоровенный. Такому ничего не стоило бы сунуть башку в окно второго этажа… Но крестцы длинношеих доходили до высоты третьего.
Работа над плотом заканчивалась.
В понимании Санька плот представлял собой кучу стволов, связанных вместе.
У викингов была другая точка зрения. Плавсредство, которое они соорудили, выглядело куда презентабельнее. Чуть покороче драккара и примерно такой же ширины. С «бортами» и палубным настилом – решеткой из относительно тонких пустотелых стволов местного «бамбука». Сам «корпус» был собран из таких же стволов, но потолще, а для изготовления условного киля взяли древесину другого сорта: тяжелую и твердую. Хирдманам пришлось с ней повозиться, потому что железу она поддавалось плохо. Из такой же плотной древесины были изготовлены руль, три пары весел и гнездо для мачты, на которую пошел самый толстый «бамбуковый» ствол.
Вязали плот, в основном, сыромятными ремнями, которые сначала вымачивали в воде. Кетильфаст ругался: мол, некачественные соединения получаются. Однако, на вкус Санька, вышло очень добротно и даже не без изящества.
Работа заняла два дня, причем ночь между ними выдалась беспокойной. Травоядные гиганты продолжали пастись – темнота им не мешала. Они топтались вокруг, так что вполне могли наступить на отдыхающих двуногих. Что случилось бы с человеком, окажись он под ногой двадцати-тридцати-тонной туши, догадаться нетрудно.
Еще полночи вокруг лагеря болтались какие-то местные хищники умеренных размеров, но с зубами и когтями, которым позавидовал бы тигр. Огня они не боялись совсем, но с людьми решили все же не связываться: напали на какую-то здоровенную зверюгу чуть побольше носорога и вторую половину ночи ее убивали. Шум стоял такой, что Санёк глаз сомкнуть не мог. В отличие от викингов, которые (те, кто не в карауле) спали, как у себя дома.
Днем хищников прибавилось. Прибавилось у них и наглости. Пришлось выделить половину работников для охраны.
Особенно много проблем доставили небольшие, ростом примерно с человека, но очень быстрые твари с когтистыми лапами и маленькими, но очень зубастыми головами. Тут уж работу пришлось оставить всем.
Мелких динозавров было четырнадцать, но нападали двое-трое. Остальные ждали.
Достать их никак не удавалось: от копий и топоров они уварачивались с легкостью, а попавшие в туловище (в шею и голову не получалось – слишком подвижны) стрелы, похоже, не причиняли им особого вреда. И сволочные ящеры норовили напрыгнуть сверху. К счастью, и щиты викингов нормально держали удары изогнутых когтей-кинжалов.
Санёк стоял в общем строю и пару раз тоже отразил наскоки. Не так уж сложно. Тварюга с верещанием взлетала в воздух и обрушивалась на поднятый щит, ударяя в него когтями – на задних лапах они были еще длиннее, чем на передних, – делала попытку дотянуться до человека передними лапами, а когда ее пытались пощекотать мечом, моментально отскакивала назад метров этак на пять. На редкость прыгучая сволочь. К счастью – легкая. Килограммов сорок от силы.
Такая чехарда продолжалась минут пятнадцать. Потом ящеричья тактика дала сбой – коготь одной из поганок застрял в дереве, и прыжок не получился. Зверушка не слетела со щита, а свалилась, опрокинувшись навзничь. И этим тут же воспользовался Келль, всадив ей в брюхо здоровенное копье.
Тут уж заверещали все ящеры разом. И разом же кинулись на людей.
Но не слишком эффективно. Им бы сосредоточить усилия, а они распределили атаку по всей длине строя. Саньку досталась собственная зверушка. Сиганула на щит, полоснула когтями. Санёк хлестнул мечом по конечностям, но тварь ловко увернулась и атаковала снова. Когти с противным скрежетом прошлись по шлему. Санёк всегда предпочитал меч, но сейчас пожалел, что у него нет копья. Положение его было незавидным. Ящер повис на щите. Сорок кило – немного, но когда они достаточно долго грузят твое предплечье… А бросить щит было страшно. Этак ящер вцепится уже не в него, а тебе в живот. И не факт, что кольчуга выдержит. Да и сам удар – неслабый. А ноги у Санька, как и у всех викингов, защищены только кожаными штанами. Для таких когтищ вообще не преграда…
Он думал, а правая рука продолжала работать, меч по-прежнему впустую полосовал воздух, когти царапали шлем… Но Санёк уловил алгоритм атаки. Во-первых, броски следовали с почти равным интервалом, и каждому предшествовал короткий взвизг, во-вторых, бил ящер всегда одинаково: сверху, с оттягом на себя. Надо полагать, до сегодняшнего дня эта тактика была эффективной, но только потому, что зверушка еще не встречалась с людьми. Ящер был быстрее Санька, но, как только схема его атаки стала понятна, скорость перестала иметь значение. Ящер махнул лапами, а Санёк одновременно с ним махнул мечом. С хар-рошим замахом. Одну лапку снесло напрочь у самого локтевого сустава. На второй срубило два пальца, причем один был с главным серповидным когтем. И Санёк наконец-то рискнул выпустить щит, наступил на него сверху, придавливая ящера в земле, и снес хищную голову.
Глянул влево – там Дахи вполне успешно добивал своего звероящера.
Развернулся вправо и перерубил бедро хищнику, повисшему на щите Торфи.
И всё. Помощи никому не требовалось. Больше того, к нему и Торфи уже спешили Лапа и Кетильфаст. Но Санёк справился сам.
Трупы оттащили подальше, и ими тут же занялись птеродактили.
– Дружные дракончики, – похвалил Медвежья Лапа. – Даже волки разбегаются, если убьёшь вожака, а эти – наоборот. И ни один не сбежал. Все пали. Как люди. Скажи, скальд, может, это и есть те потомки людей и злых духов, о которых ты говорил?
– Может, и так, – не стал спорить Торд Сниллинг. – Но, если бы их было больше, нам бы пришлось нелегко.
– Теперь бить их будет легче, – заметил Санёк. – Они на таких, как мы, не привыкли охотиться. Совсем хитрить не умеют, всё делают одинаково.
– Ты тоже заметил? – спросил Хрогнир-ярл.
– Да все мы заметили, – сказал Келль. – Потому и побили их так быстро. Теперь, если один на один, я такого человека-духа за пару мгновений прикончу.
– Вот только одни они не бегают, – заметил Вигфус Лысина. – Думается мне – только стаей.
– Так и мы – стая! – парировал Келль.
– Мы не стая, мы – хирд! – пробасил Кетильфаст. – За работу, хирдманы. Немного осталось.
