Глава 15
— Знакомый нож, — говорит он гудящим от жара голосом.
«О-о-о», — думаю я, чуя, как воздух вокруг начинает давить теплом, — «Вот этого и не хватало! Ну конечно! Чтобы меня узнал какой-то сраный… стоп».
Температура ползла вверх ещё пока он говорил. Я её почувствовал раньше, чем увидел последствия — кожа на запястьях стянулась, в ноздри ударило раскалённым. А потом посмотрел за его плечо: палатка, из которой он только что вышел… медленно плавилась.
И тут начало доходить.
Случай Насоса… огненная мантия… исчезновение тела…
«Внимание, обнаружен Мировой Босс»
«Огненный Повешенный»
— Это чё… ты?.., — не веря пробормотал я, — Так ты тогда умер⁈
— Длань бога вечна, как и моя жизнь! — на его лице росла улыбка, а температура вокруг поднималась, — Меня вернули, чтобы я закончил начатое…
— … — я снова вздыхаю, понимая, какой же он далбоёб.
— И Я ОЧИЩУ ЗЕМЛЮ ОГНËМ! ОЧИЩУ ОТ ТАКИХ ТВАРЕЙ КАК ТЫ!
Он поднимает руку, сводит пальцы и щёлкает!
Огненные стены поднялись со всех сторон, разрослись до трёх метров в высоту и окружили периметр вокруг нас, очерчивая… арену для боя!
«Так», — думаю, перебирая варианты и понимая, что их особо-то и нет, — «Ну, в этом облике мне точно пиздец».
Смотрю на руки, ноги, короткие пальцы, тоненькие мышцы, низенький рост. Убивать мелочь в целом было удобно, но против двухметрового шамана?..
«Вху-у…», — краем зрения открывая системное уведомление, — «Надеюсь… ты сработаешь»
Я ведь это… качался, пока убивал. Убийство ядом тоже считается ТВОИМ убийством, а потому и сферы я все тоже получил. Уровни вкачал. Все!
Ну и…
Мне в самом конце выпала легендарка. Впервые в жизни. Какая?
«Название: Игнорирование боли»
«Описание: Вы полностью игнорируете всю боль»
«Тип: Пассивное, Физическое, Психологическое»
И схватив себя за лицо, я сдираю кожу. Она отклеивается, она тянет мясо за собой, она пытается содрать мою, настоящую розовенькую кожу за собой следом! Я слышу треск плоти, я слышу мокрые звуки отделяющихся связок и капающей крови!
Но я… совершенно ничего не чувствую. Лишь натяжение в щеке, когда липкая зелёная оболочка пытается от неё оторваться.
*Шлёп* — и гоблинская кожа падает на землю.
Левое плечо хрустнуло, вывернулось назад, лопатка сдвинулась, рука повисла под углом!.. И ничего. Никакой боли.
— Какое же ты… — прорычал Повешенный в теле полугоблина, — БЛЯДСКОЕ ЧУДОВИЩЕ!
Он не даёт мне сбросить облик, вздёргивает руку и бьёт огненным хлыстом!
Я отпрыгнул. Левая нога короче правой, рука болтается в неправильном суставе, половина спины не слушается… и всё равно отпрыгнул! Плевать, что кисть не сжимается. Плевать, что мышцы ждут, пока кость встанет!
Второй хлыст — резче, с разворота! Бах! Попадание по моему плечу! Кожа шипит, кровь бурлит и засыхает… а человеческая рука встаёт в сустав от хлёсткого удара.
— Спасибо, — скалюсь я, приземляясь на ноги.
В меня тут же летит каскад снарядов! Кувыркаюсь, перекатываюсь через плечо, но правая нога хрустнула и вытянулась до нормальной длины, отчего я запнулся. И тут… БАХ! Рядом со мной поднимается огненный гейзер, прямо перед лицом! Я не попал в него просто потому, что запнулся! Сука!
Сам огонь не попадает, но ударная волна сносит назад! И когда я приземляюсь на спину — хруст. Очередной удар, очередная фиксация позвонков на нужное место. В этот же момент бедренная кость потянулась, щёлкнула в тазу, а колено пошло вбок, потом вперёд, вставая на место.
— Я не ведаю, как бог допустил твоё рождение… — прошептал пиромант.
— Меня зачали вне его юрисдикции, — качаю головой, — Видимо, после превращения в босса этажа твоя глухая пизданутость также на порядок подскочила вместе с огненными навыками, да? — хмыкаю.
— О да. И сейчас увидишь насколь…
«Ладно, пора менять роли»
Я смотрю ему в глаза и запускаю Кровавый Взгляд! Способность активируется, испускает зеленоватое свечение… и бьётся прямо о его барьер! Буквально отскакивает, не попадая ему в глаза!
И всё было бы крайне хреново, если бы не Жрец Порчи — ведь Особенность разлилась вокруг зелёным смердящим напалмом, попадая на барьер шамана!
«Тяжёлый, сцуко», — напрягаюсь, дёргая ногой и вставляя её на место, — «Что-ж с тобой делать, падла…»
Повешенный плюётся огнём! Я отскакиваю, ухожу вбок, спиной упираюсь в остатки палатки. Он взмахивает рукой, и весь огонь, который только что ушёл в стороны, извивается и разворачивается ко мне! Я прыгаю — огонь достаёт палатку за спиной. Та вспыхивает разом, с треском, и секунду спустя взрывается снопом огненных стрел, которые уходят вверх и тут же начинают падать обратно — каскадом, сверху, частым.
Бах — ухожу вправо!
Бах — прыжок, две штуки бьют туда, где я только что стоял.
Бах, бах — перекат и земля за спиной горит!
«Ай, к чёрту!»,
Я перестаю уворачиваться и иду вперёд.
Тело в этот момент всё ещё перестраивается. Это нихера не быстрый процесс, особенно в бою! Зелёная кожа сходит лоскутами — под ней мокрая, розовая, человеческая. Левая щека ещё гоблинская, правая уже моя. На одной руке пальцы вытянулись, на другой ещё короткие, кривые. Позвоночник ведёт набок, одно плечо торчит выше другого. Я сейчас не человек и не гоблин — я урод сраный!
И в таком виде я пру сквозь огонь.
Хлыст бьёт по плечу — мясо шкварчит, лоскут зелёной кожи вспыхивает и отваливается, под ним пузырится уже человеческое! Огненная стрела втыкается в бедро! Стена огня бьёт по стопам!
А я не сбавляю шага — на разодранном лице ни одной эмоции. Ведь я же… не чувствую боли.
«Ближе…», — во мне включается что-то звериное.
Я начал сокращать дистанцию. Шаг. Уворот. Принять удар. Не побояться Стены. И ещё шаг!
— Босс! Мы поможем! — каким-то образом через огонь прибегают гоблины.
Ну конечно — вторая фаза, свита босса. Классика!
Вот только это жизнь, и гоблинам компьютер не управляет. У них есть мозг.
И мозг приказал им застыть при виде настоящего чудища, с которого валятся лоскуты гоблинской кожи, которые не реагирует на боль, и которому плевать, что огненная магия спекает стопы до черноты.
Один роняет тесак — просто разжимает руку. Второй пятится, оступается, садится задницей и не встаёт. Третий открывает рот заорать — выходит только сип, воздух, ничего.
«Материал подоспел», — улыбаюсь я, глядя на подкрепление.
Ближнего я хватаю за шиворот и вздёргиваю перед собой ровно когда шаман пускает новый хлыст! Бах! Огонь жрёт гоблина. Тот визжит, дёргается, я держу — рука горит, боли нет, плевать. Когда визг стихает, швыряю обугленный труп шаману под ноги. Тот спотыкается, теряя замах!
Второго добиваю на ходу, не глядя — кинжал в основание черепа. Хруст. Дёрнулся, затих, даруя клинку ещё один удар сердца.
Третий наконец находит голос и орёт. Разворачивается, чтобы убежать…
Но я хватаю его за голову, движением ломаю шею и с разворота швыряю труп прямо в Повешенного. Миг, секунда, и волдыри взрываются кислотой, падая на барьер огненного мага!
Я вскидываю голову, смотрю ему в глаза! Кровавый Взгляд!
Барьер, что активно блокировал капли кислоты на себе, снова отражает попытку ментальной атаки, но её чумной эффект никуда не деётся, и порция смрадного напалма окатывает весь силуэт пироманта, заставляя барьер работать на всю!
Повешенный смотрит на это всё. На трупы, на кислоту и порчу, на редкие остатки гоблинской кожи у моих ног, и на хрустнувшие пальцы, переставшие быть короткими.
И смеётся.
— Тварь! Какая твааарь! — шепчет он, и в голосе уже не превосходство, а что-то близкое к восторгу, — Без лица, без формы. Ты их жрёшь и носишь! Безликое бедствие, спустившееся нести зло!
И тут шаман разводит руки, и весь огонь в кольце разом тянется ко мне!
Но я… я был уже близко. Шаг. Второй. Третий. Я ускоряюсь, игнорируя боль прожжённых стоп, хрустнувших коленей и только отращённых мышц! Ещё шаг. Ещё!
Огонь почти касается меня со всех сторон, а в руках шамана вспыхивает белое гудящее ядро…
Но я был уже тут.
Рука на шею, рука на челюсть. Рывок. БААААХ! И руки сами выворачивают ему шею с ТАКИМ хрустом, что казалось, будто это белая сфера рванула и снесла половину лагеря! Будто удар хлыстом, будто разрыв стального механизма!
Его глаза стекленеют, стена огня пропадает, а ноги подкашиваются. Это даже… жутко. То, под каким ужасающим углом вывернута его голова — жутко.
Естественно, стоять он уже не мог.
— Ха-а-а… ха-а-а… — тяжело дышал я, смотря на труп под ногами, — Ух, чёрт. Чё-ё-ёрт…
Я стою над ним, обгоревший и уставший. Дышу как загнанный! Да, боли нет, но усталость то никто не отменял!
«Сдох…», — думаю, — «Сдох, сука, наконе…».
И тут его тело вспыхивает. Внутри него начинает краснеть жар, свёрнутая шея с хрустом встаёт обратно, сгнившая порченая кожа сгорает и нарастает заново, а из раны хлещет жидкий огонь!
И Повешенный… начинает подниматься.
«Вторая фаза»
«Восставший из пепла Повешенный»
— Да ну какого… — я уже хотел истерично дрыгать ногой.
— Ты ещё не понял? — говорит он с улыбкой, — Мой шрам — моя сила! Я принял её, как принял БОГА! ОГОНЬ В МОЕЙ ДУШЕ СИЛЬНЕЕ ВСЯКОЙ СМЕРТИ! — он вскидывает руку, — И ВСЯ ЕГО КАРА ОБРУШ…
Я пробиваю кинжалом ему под ребро!
— Кха! — кашлянул он, — Ты… с-су…
Вытаскиваю оружие. Напрягаюсь. Удар!
— Кха! — снова кашляет он, а из прошлой раны течет исцеляющий огонь, который стягивает кожу, — Меня не…
Беру его за шею свободной рукой. Вытаскиваю кинжал. Бью в живот! Вытаскиваю — бью. Бью. Бью. Бью.
Как поганую свинью, как манекен, как мешок картошки… я кромсал его хаотично, без смысла и тактики! Я отключил мозг полностью, отдаваясь инстинктам… непонятного происхождения.
Рука сжимает его шею, чтобы тварь не ушла. Рука сжимает нож, что приятно греет руку! С его ран льётся напалм, это правда. Моя кожа шкварчит, а палённая плоть закладывает нос, это да!
Но мне… просто… похер.
— Сука… кха! — кашляет он от вытекающего изо рта жидкого пламени, — Кха, сука… кха! Так… кха… нель… кха!
— Сдохни, сдохни, сдохни, сдохни! — тараторил я в такт каждому удару.
Он пытается отойти — я тяну рукой на себя. Он пытается создать хлыст — резким взмахом подрезаю сухожилие. Сухожилие исцеляется — подрезаю снова. Раны затягиваются? Проделываю новую дыру.
Это настолько дебильно и абсурдно, ситуация настолько фарс, что он… просто не знал что делать?
Стены огня пропали, руки вскинуть я не даю, магию создать тоже.
Плюнуть огнём?
— Нет! — гаркнул я.
ХРУСТ! Стоило ему открыть рот, как я оставляю кинжал в его животе, сворачиваю шею и снова достаю оружие. Шея встаёт на место, Повешенный даже не успевает упасть… как я снова херачу его ножом.
Да когда он умрёт⁈ Сколько ещё можно исцеляться⁈ У меня кончаются силы. У меня буквально немеет рука от количества поступательных движений!
«Почему я так мало дрочил, сукасукасукасукасука!», — ввожу нож, вывожу, ввожу.
— Ыа-а-а-а, блиааааать! — просто воплю, напрягая остатки сил в бедной рукой.
Печень? Исцеляется. Сердце? Похер. Рубануть по яйцам? Плевать. Свернуть шею? Встанет.
ДА КОГДА ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ⁈
Не могу шевелить рукой. Не могу. Просто не могу, сука! Мышцы свело так, что я не способен даже выпустить нож! Рука просто заполнилась цементом, и с каждым ударом тот застывает всё больше!
Я рассчитывал, что моей выносливости хватит на дольше! Что я смогу тупо его перебить! Ну когда-то же он должен прекратить исцеляться как сраный феникс⁈
Нет! Не прекращает!
— Я… — пытается сказать он.
Я вонзаю клинок ему под челюсть! Я даже не могу позволить ему открыть рот, потому что он буквально плюётся огнём! Может он сдаётся? Может хочет рассказать секрет? Я. Не. Знаю! И я уже не могу рисковать!
Это похоже на забивание свиньи с вечной регенерацией!
«Не могу…», — понимаю, что рука тупо отключается, — «Не могу… скоро даже не подниму!»
Я совершил ошибку — я вовремя не поменял руку. Теперь же… как и сказал, я даже не могу разомкнуть кулак. Всё. Кинжал останется здесь до конца боя… или жизни.
Убить…
Убить…
Убить.
УБЕЙ.
Нужно убить прямо сейчас! Всем чем могу!
— Смотри! — ору я, привлекая внимание.
Он переводит взгляд. Кровавый Взгляд! Бах! Попадание! Его глаза заливаются сначала яростной кровью, а затем и зелёной гнилью! Он начинает вопить, моргать, отмахиваться…
Как я сворачиваю его шею, используя кулак как толкатель! Бах! Хруст!
Волдыри на шее вновь взрываются, кислота летит в стороны, а пламя снова его возрождает…
УБЕЙ СВИНЬЮ!
— ЫА-А-А-А!
Шаг. Разворот. Удар.
БААААХ!
И я срубаю ему голову. За клинком следует выскочившее пламя, образуя вокруг нас полумесяц горящего напалма.
Время замедляется. Тело медленно падает вниз, а голова с шокированным лицом летит в сторону… и оба сечения его шеи выстреливают друг в друга огненными жгутами, чтобы соединить вместе.
Да…
Сколько…
МОЖНО⁈
Я вытягиваю руку, даю огненным хлыстам оплести руку, соединить жгуты на ней, прожигая её прямиком до мышц, и дёргаю на себя! Тело и голова притягиваются ко мне. Я задираю руку. Выцеливаю…
И пронзаю его мозг через раскрывшуюся пасть!
Остриё проходит под верхней челюстью и за счёт скорости летящей головы насаживается целиком, да так, что остриё выглянуло из макушки!
Но жгуты стрельнули и тут. Оно, блять, не умирает!
— ЫА-А-А! — и с новым криком усталости, я из последних сил швыряю тело в одну сторону, а кинжал с голову в другую.
Жгуты тянутся! Пытаются соединиться! Я даже слышу, как они пищат и вопят, словно не магия, а настоящий паразит внутри его тела!
Голова падает, катится по земле… и из неё выскакивают огненные лапки!
БЛЯТЬ ОНО ПОПОЛЗЛО К ТЕЛУ!
— ДА ЧТО ЭТО ЗА БРЕЕЕД⁈ — я уже хотел верещать.
Разбегаюсь, целюсь, И ПРОБИВАЮ КАК ПО ФУТБОЛЬНОМУ МЯЧУ, отправляя в полёт через весь лагерь!
* * *
В то же время. Лагерь гоблинов.
Они слышали бой. Они слышали взрывы! Ох, какая же там у Босса шла заварушка! Огонь пылал, гремел, очерчивал арену!
Троица безумцев, желающий выслужиться перед крутым шаманом, прыгнули внутрь в надежде помочь и получить награду… попку там, может, или самогон на грибочках… но они не вернулись.
Ну ещё бы! Ведь там сам Босс! Большой Босс! Огненный, способный спалить всё к чертям!
— Говорят… он бессмертный! — таинственно шептал один из шаманов, — Такова его сила, и таково его проклятье, дарованной самой Смертью…
— И как же его убить? — прошептал впечатлённый лучник.
— Ты… тупорылый дебилоид? — недоумённо повернулся шаман, — Я же сказал — он бессмертный. Никак.
— Никак⁈ — ахнул гоблин.
— Да. Никак. Ведь сама Леди Смерть благословила его…
Голова Босса прилетает с неба и падает прямо в миску со жратвой, оставленную после инцидента со смертельным поносом.
Бум. Плюх.
Шаман, лучник, и все вокруг замерли, глядя на… это. Они даже сначала не поняли, что это голова Босса. Ну, как минимум, потому что оно издало утробный звук не шевеля ртом, заверещало, и из шеи выскочили огненные противные лапки, поднимая башку над землёй!
Глаза были стеклянные, язык висел, а из челюсти торчала рукоять ножа.
Голова вертится на месте, что-то видит, пищит, и начинает резко убегать в другую сторону! Обосравшиеся гоблины сидели и не шевелились, молясь, чтобы это оказалось коллективной шизофренией…
Но затем прибежал другой.
— Где⁈ ГДЕ ЭТОТ ЕБАНАТ⁈
Из-за деревьев выбегает голый психопат с налитыми кровью глазами. Половина кожи у него почернела, причиндал болтался во все стороны, а изо рта едва не шла пена от ярости. Он смотрел ТАКИМИ глазами, что гоблинские штаны начали наполняться ещё быстрее.
Он подбежал к застывшей компашке, встал, и положил одну руку на голову другого. С учётом, что гоблины сидели, а он стоял… и он был голый… и гоблинские головы на уровне его паха…
Неудивительно, почему они ответили.
— Где. Блядская. Голова⁈ — прорычал он, глядя в глаза компашки за столом, — Отвечай, пока твоя глотка не сгнила как у остальных!
— Т-так это в-вы сдела… — дрожащей рукой шаман указал в кусты, — Т-там, л-любезный господин Многоликий… там голова…
Человек щурится, вглядывается… и действительно видит чуть мерцающий огонёк в кустах.
— Ах ты сука!
Разбег, прицел, удар. Гооооол! И голова их вождя улетает вперёд, в сторону выхода из лагеря, и в сторону осаждённой деревушки.
И человек устремляется за ней.
Пиная голову сильнейшего гоблина всего Вуагха… он направлялся на выход, используя башку как проходной билет.
Гоблины взглянули друг на друга. Короткое молчание. Тишина.
— Ну… — начал шаман, искренне думая, что человек его слышит, — Не такой уж босс и крутой, честно говоря.
— Да-а, меня он всегда не впечатлял! — подхватил второй.
— Я вообще по Многоликому фанатею, — присосался и третий, — Классно он нас размотал через понос!
— Да-да! Дристали всем селом! Крутой мужик! И хер здоровый, — его ручонки задрожали, — Он же… он же нас теперь не убьёт, верно?..
И вот в чём суть…
Гоблинов много. Нереально много. Гоблины — очень повержены общему настроению. Это буквально стадо! Именно поэтому орда и них и состоит — они тупые и социальные. И слухи у них расходятся очень быстро, как показал случай с массовой паникой. Это вспышка, пожарище!
И что будет… если в мире, где собираются все души, где силой мысли можно сминать метал, убивать людей и создавать материю…
Очень много существ разом начнут во что-то верить? И плевать, что оно крайне абсурдное и лишь косвенно верное.
