Глава 22
Акустические модемы на толкучке тоже попадались. Древние предки известных мне диалапных коммутаторов. Нашелся работоспособный всего за двадцать баксов.
— Дозваниваешься до BBS с телефона, вручную набираешь номер, — начал рассказывать гиковатого вида полный белый парень лет двадцати, торгующий электроникой. — Вот сюда кладешь трубку, на эти резиновые чашки. Затем запускаешь у себя на компьютере терминал. Какая система? Дисковод имеется? У меня есть дискеты и кассеты под все популярные платформы.
Пару секунд колебался, но выдал самый безобидный ответ:
— TRS-80 первой модели. Пришлось ему корпус металлической краской выкрасить, чтобы не фонил.
— Тогда тебе нужен «Омнитерм», отдам кассету с ним за пятерку.
Вот же я транжира! Двадцать пять долларов как ни бывало. Но зато теперь выйду в сеть. Устал уже без онлайна. Там же и компиляторы под свои платформы поищу. На заре зарождения глобальной сети люди охотно делились софтом, не особенно задумываясь над тем, сколько за него заплатили.
А может быть, кого-нибудь из известных в будущем людей на электронных досках объявлений встречу. Тут же силиконовая долина под рукой, которая на самом деле кремниевая, настоящая Мекка для айти. Мне, по-хорошему, вообще стоит в Сан-Франциско, город в стиле диско, перебираться — вся главная компьютерная движуха там.
Нашел еще один бэушный Вик-20, категорически нужный девайс для расширения бизнеса. Торговался с продающим компьютер негром, как турок на восточном базаре, заламывая руки и постоянно порываясь уйти. В итоге сбил цену до психологически приемлемых семидесяти баксов и купил, не забыв проверить работоспособность. Отобьется за пару дней.
Прогулка по толкучке после первых серьезных покупок продолжилась. Мы заглянули в ряды с одеждой и я приобрел для себя парочку дешевых черных футболок.
— Под принт, да, хоми? — осведомился продавец. — Вон там художник, Хорхе. Что угодно за пять баксов нарисует аэрографией.
— У тебя ведь при себе эскизы уточки-канальи? — спросил у Линды. Та не удержалась от легкого смешка. Такой рисунок для всего покрытого наколками художника Хорхе и заказал. А затем — сам от себя не ждал — еще и второй.
— А вот тут уточку-девушку, в том же стиле, пожалуйста.
— Крис, я все равно не смогу ее дома надевать, — попробовала протестовать девушка, — не получится объяснить отцу и мачехе, зачем купила и откуда взяла столько денег.
Мне жалкие пять долларов прямо такой уж тратой не показалось. Ну да, я транжира, не забываем.
— Оставим у меня, наденешь, когда пойдем гулять.
— Тогда уточку вот такой, пожалуйста, — на то, чтобы создать новый эскиз, у Линды ушла буквально пара минут.
— Красиво рисуешь, чикита. Не хочешь к нам на вторую точку? Нормальные деньги поднимешь. Аэрографом пользоваться умеешь? Сама видишь, клиенты в очередь становятся.
— Рисовать и на этом зарабатывать? Мне очень интересно, но пока нет возможности, — призналась Линда.
— А сколько бы ты взял за то, чтобы раскрасить две боковины аркадных автоматов, хоми? — спросил я у художника. — По таким же эскизам. Большую часть просто загрунтовать, но утки должны оставаться узнаваемыми.
Видя, сколько у художника оборудования, отсутствующего у Линды, мне показалось разумным доверить работу профессионалам, оставив за госпожой арт-директором создание персонажей и творческий контроль. На футболках он прямо как живой принтер рисует. Никогда не встречал подобного мастерства. Придуманные девушкой уточки-канальи воплотились, может быть, и не точь-в-точь, несколько рисовку Хорхе упростил, но похожими и узнаваемыми.
— Баксов пятнадцать-двадцать за каждый, — прикинул мексиканец. — Тебе как своему считаю, эсе, для гринго назначил бы дороже.
— Договорились, завтра привезем первую боковину, — возможно, ее одной для привлечения внимания и хватит, автоматы же стоят рядом.
Моя художница слегка насупилась после делегирования.
— Уверен, ты бы нарисовала не хуже, даже лучше, просто не хочу, чтобы ты дышала краской, — объявил ей, предупреждая возможный негатив. Девушки, бывает, обижаются на пустом месте. Не помню подруг из прошлой жизни, но то, что некоторые из них уходили, хотя я ничего такого не делал, зафиксировано четко. О Ктулху, как этот ваш перенос душ работает? Как так, что номер жигулей-шестерки цвета баклажан в памяти остался, а почему свалила девушка, с которой я почти полгода прожил — нет? Я, может быть, хочу избежать ошибок прошлого-будущего!
— И я бы потратила краски больше, чем на сорок долларов, еще и испачкалась бы вся, пришлось бы отцу объяснять, где и зачем я рисовала. И так быстро не смогла бы, провозилась бы весь день. Да, ты прав. Но я хочу находиться рядом и контролировать! Вдруг он испортит наших уточек.
То, что утки уже наши, меня прямо радует. И что обиды никакой не осталось — тоже.
— Вот именно, верно подметила. Если каждый автомат остановить на целый день — это заметные убытки, а так мы обернемся за одно утро.
Не удержались и надели на себя футболки прямо там, поверх другой одежды. Благо художник высушил их мощным феном и на месте прогладил утюгом. Я немного промахнулся с оценкой размеров и на голое тело получилось бы мешковато.
Среди развалов электроники нашелся еще один необходимый мне гаджет — фотоаппарат Полароид. Вместе с кассетой на десять кадров обошелся в двадцать долларов неподалеку от места, где мы купили дискеты.
— Улыбнись, — попросил Линду, — сейчас мы сделаем селфи.
— Сделаем что? — не поняла девушка, но все-таки послушалась, увидев, как я одной рукой направляю на нас камеру, обняв её второй.
— Сфотографируемся. Смотрим прямо в объектив.
О Великие Древние, что за лучезарная улыбка! Линда и раньше меня одаривала ей, но в данную секунду уровень милоты и няшности зашкалил настолько, что моё сердце забилось чаще.
И-и… вышел эпический провал — не имея видоискателя, я нацелил камеру откровенно паршиво и захватил только верхнюю часть головы Линды. От меня же в кадр попала лишь левая половина туловища. О том какое фото получилось максимально размытое, из за фиксированного фокусного расстояния, на которое моя рука не вытягивается, лучше и вовсе промолчать. Я, собственно, и со смартфоном никогда нормально себяшки делать не умел. Что уж говорить насчет архаичного полароида. Внутри головы звякнул виртуальный кассовый аппарат, не добитая посреди дороги жаба потянула лапки к моей шее с целью придушить. Каждый кадр мне обходился примерно в один доллар.
— Не сфотографируете нас? — спросила у продавца фототехники девушка и потеснее прижалась ко мне. Решение лучше найденного мной. Удивительное везение, что хотя бы краешек нас в моё неумелое селфи попал. Вот торгующий техникой чикано видоискателем пользоваться умел и мы таки получили своё совместное фото, приемлемо выглядящее, с первого раза. Ну то есть о том, что полароидный снимок — это настоящее мыльное дно, говорить не стоит. Но, если честно, ничуть не жалею о потраченном долларе. Линда взяла фломастер и подписала фотку «Лучший день в жизни». Ох, малышка, как же тебе фигово пришлось, если поход на барахолку для тебя уже событие.
И последняя по порядку покупка — толстая подборка компьютерных журналов за несколько лет. Ее мне уступили всего за два доллара, что сопоставимо со стоимостью одного выпуска. Отличная находка, как считаю.
Получилась просто замечательная суббота, с какой стороны ни посмотри. Надо будет скататься сюда еще. Желательно вечером, когда начнут крутить кино. А то я всё по сериалам, да по сериалам. Они на голливудщине без обмана крутые, но фильмы-то тоже никто не отменял.
Вернулись домой довольными и сытыми — заехали к тете Розе перекусить. Вообще-то тянуло заглянуть, чем там на авторынке угощают — от тележек с хот-догами и буррито пахло одуряюще завлекательно, но как-то соблюдение санитарных норм чумазыми мексиканцами, стоящими у лотков с фастфудом, у меня сомнение вызывает. А не был ли еще и фруктовый лёд ошибкой? Один лишь дедушка Нургл знает, коснулся ли он той воды, что пошла на мороженку. Пожалуй, надо аккуратнее к уличной еде подходить и кушать только в проверенных местах. Вот наш любимый дайнер на Роско Бульвар как раз такой, даже изжоги ни разу не зафиксировано.
Да-да, именно домой. Я все-таки смог заманить Линду к себе в комнату. Компьютер — лучшая приманка для девушек-гиков, как я и считал. Особенно в сочетании с хитовыми «Замком Вольфенштейн» и «Визардри». Нет, мои игры Линде тоже понравились, но самопал же, изготовленный на коленке, а купил я дискеты с общепризнанными хитами.
— Твоя комната маленькая, но выглядит уютной, — похвалила Линда, оказавшись у нас дома. И она СНЯЛА ОБУВЬ при входе, что само по себе потрясающе. Елена всё еще периодически забывает переобуваться, а уж если в гости к ней заглядывает Кармен или Трейси, то и вовсе бороться бесполезно, хотя я пытаюсь.
— Присаживайся, у меня тесновато, — пододвинул верный табурет, заменяющий мне компьютерное кресло.
— А кровать где? — в общем-то невинный вопрос, дескать, где ты, Крис, спишь, но и на нем скромница Линда слегка покраснела. Должно быть, для нее оказаться в гостях у парня наедине — само по себе смущающе.
— На втором этаже, вон лесенка, там свободно, больше места, чем кажется, — приглашать «полезли покажу» — верный путь ее окончательно засмущать, хотя в теории девушка наверняка не против. Посмотреть, как я живу, имею в виду. Но и насчет остального сомнения совсем невелики — поцелуи у нее по-настоящему жаркие.
— А тут я работаю. Вон в том корпусе плата от Эппл 2.
Оба эти телевизора Линда наверняка запомнила, но ничего похожего на «фи, Крис, ты тащишь в дом всякий мусор» я не дождался.
Две купленных игры манили познакомиться и я доверил выбор монетке, четвертаку, что у владельца двух аркадных автоматов обязательно при себе. Выпала голова мистера президента. Значит, Вольфенштейн. Сам не знаю, почему так назначил.
И какой же отстой! Начнем с того, что игра черно-белая. Два цвета! Я столько бился с тем, чтобы Тетрис получился цветным. Разработчик Принца Персии сумел все шесть оттенков hi-res режима заюзать, а тут игра, удостоенная дифирамбов в прессе и легендарного продолжения — монохромная. Ну не халявщики ли? Нет, я понимаю всю боль от цветовой палитры Эппл 2, но могли бы хоть что-то выжать.
Ладно картинка, не стоило и ожидать чего-то приличного. Пофиг на тормознутые анимации, железо не тянет. Но геймплей… Нет, я понимаю, в каком году живу, но что же всё так плохо и топорно! Ладно нет мини-карты и нужно рисовать лабиринт на бумажке, это я понял еще по статье «Найдешь ли выход?»
Но ждать по две минуты, пока герой копается в сундуке, не имея возможности отменить обыск? А войти в новую комнату и оказаться вплотную к рандомно заспавнившемуся охраннику, который тебя пристрелит в ту же секунду? Пытаться проходить помещение за помещением, без малейшей надежды на успех — вот безумие.
Чекпойнты? Забудьте о них, они для слабаков. Сейвы? Возможность записать текущее состояние на дискету есть — при выходе из игры. Но если тебя убили, то факт смерти сохраняется автоматически.
Моя невинная интерпретация Флэппи Бёрд в сравнении с данным шедевром ретро-гейминга невероятно проста, дружелюбна и красочна. Вот почему наши кустарные автоматы набрали популярность — я геймплей через призму комфорта для современного человека пропускал.
Хотя, должен признать, некоторые игровые механики своё время опередили. Возможность угрожать врагам пистолетом, в том числе пустым — шикарная находка.
— Очень интересная игра, но медленная, — выдала своё мнение Линда, — я бы успела пройти уровень обычной аркады из зала несколько раз, пока главный герой обыскивал сундук. И то, что иногда от меня ничего не зависит — тоже немного злит. Но мне хочется пройти до конца.
Основным игроком у нас сделалась именно девушка, а я так, скромный зритель.
— И еще мне кнопки управления не понравились! Твой вариант с WSAD намного удобнее. Левая рука как будто сама на них ложится.
— И графика некрасивая, — добавил я первейшую претензию, — я однажды сделаю лучше. Ну, посмотрим вторую игру.
Чем же она так хороша, что заслуживает семь сиквелов и бесчисленное число спин-оффов на разных платформах? Чуть вслух данный вопрос не задал, вовремя осекся. Восьмая часть, между прочим, многими рассматривалась, как реальный конкурент великого TES 3.
Я ее пробовал и не понял, в чем прикол. Ни по графике, ни по геймплею, ни сюжетно меня не увлекло. Возможно, проблема в том, что в предыдущие части я не играл и вообще не сразу понял, что это за люди и почему мне надо выполнять их квесты. Не буду хулить игру, у неё есть маленькая армия поклонников, но вот лично мне не зашло. А Морровинд покорил сразу с первых минут и фразы про вчерашний шторм. И то, что сюжетная связь с Даггерфолом-Баггерфолом призрачная, как и и с более ранней первой частью, нахожу очень даже приемлемым. Абсолютный новичок, начав с третьей или пятой части ТЕС, приобщится к миру древних свитков, не испытывая фрустрации. А хардкорным фанатам хватит нескольких ярких отсылок.
Первая часть знаменитой франшизы мне не понравилась от слова совсем. Для геймдизайнеров восьмидесятых почему-то стало аксиомой «игрок должен страдать». Распределить очки характеристик персонажей вручную? Не-не-не, не наш путь. Надо бесконечно бросать игровые кубики, пока тебе не выпадут приемлемые варианты. Ну что за казино? Хотя то, что созданную партию разрешено сохранить на дискету — уже хорошо. Наверняка и вскрыть сейвы текстовым или хекс-редактором не так сложно. Читерство? Да попросту экономия времени.
Перфекционистка Линда рероллила партию, наверное, целый час перед тем, как перешла к геймплею. Я мешать и влезать с советами не стал. Нравится девочке почувствовать себя игроком в Вегасе возле однорукого бандита — пусть развлекается. Кажется, я понял, почему темный владыка в игре безумный — он сделал чересчур много попыток собрать идеальную партию без малейшей надежды на успех. Нет, цитировать Вааса Монтенегро я не прекращу, слишком он во всем прав.
Про игровой процесс скажу лишь то, что он ужасен. Да, легко критиковать, когда видел что-то лучшее. Всё равно, что сравнивать машины начала двадцатого века с современными гибридами или Теслами. И несмотря на понимание собственной предвзятости, я олдскульной РПГ недоволен. Дело даже не в примитивной графике и том, что три четверти экрана заняты белыми буквами на черном фоне. Всё понимаю, жесточайшие ограничения, а мои ожидания — только мои проблемы, как говорил один спортсмен. Главный недостаток игры в том, что ее разработчики явно ненавидели игроков, а может быть, вообще людей, стараясь причинить максимум неудобства на каждом шагу. Все ради затягивания медитативного геймплея на долгие часы.
Блуждания по как бы трехмерному лабиринту, безбожно тормозящему, тому пример. А когда в нем наконец встретился противник, то он предстал в виде крошечного спрайта в середине экрана с пошаговым, в стиле японских РПГ, боем. Всё, что есть — немного текстового описания в духе игровых логов и текущего статуса твоей партии. Полное разочарование.
«Попробуй сделать лучше», скажет кто-нибудь. Ну так для того я всеми силами в индустрию и рвусь — с целью создать нечто более совершенное как можно раньше. Чтобы игрокам по всему миру жилось лучше и веселей, и неудачный результат ритуала воскрешения, определяемый чистым рандомом, не руинил с таким трудом собранный отряд. Все равно что выигрыш на футбольном чемпионате броском монеты выяснять… чем какое-то время судьи и занимались, лишив сборную СССР победы в первенстве Европы.
— Крис! Невероятно! — восхищенно ахнула Линда. — Ты видел? Моя партия только что победила кобольда благодаря подобранным мной атрибутам персонажей! Потрясающе! Эталон игры! Сюда бы еще сюжет посложнее.
Тяжелое детство, восьмибитные игрушки. Ну ничего, моя милая, я тебя еще познакомлю с настоящими РПГ, какими их помню. Нет-нет, я не ревную свою девушку к создателям Визардри! Ну, разве что немного. Потому и придираюсь. Обидно, что счастливый блеск в глазах вызвала их игра, а не моя.
Уходить от меня домой Линда явно не хотела, но, взглянув на часы, ойкнула, стянула с себя футболку с уточкой и побежала обуваться.
— Хеджин меня прибьет не хуже того орка, прикончившего партию! — пояснила она причину легкой паники. Но пара секунд для быстрого поцелуя нашлась. — И Крис… я тоже тебя люблю.
Настолько красной я вьетнамку еще не видел. Может быть, в чем-то права массовая культура и в простых словах есть своя магия? Во всяком случае, мне захотелось ее за руку схватить и никуда не отпускать. Но удерживать не стал.
