Возрождение ростовских звонов

Уши, плечи, язык, сковорода, юбка, пояс… Необычное сочетание слов для описания одного предмета. Однако церковному звонарю сразу станет ясно: речь идёт о колоколе. На Руси издревле колокола очеловечивали – давали имена, хвалили за хорошие вести, а за «провинность» могли высечь, вырвать язык и даже отправить в ссылку.

Судьба была благосклонна к ростовским колоколам, сохранив их в годы войн и революций, разрухи и воинствующего атеизма. А как же звонари? Звонари тоже уцелели.

Ростовские колокола замолчали в 1928 году. Казалось, что лучшие в Российской империи ростовские звоны больше никто не услышит. Но в 1963-м, холодным мартовским днём, над городом снова поплыл тот самый знаменитый звон. Тогда же на киностудии имени Горького, под руководством известного музыканта и искусствоведа Николая Николаевича Померанцева, подготовили первую запись ростовских колоколов.

Это стало возможно благодаря учительнице русского языка и литературы, краеведу Марии Николаевне Тюриной. Перед 1100-летним юбилеем Ростова, в 1962 году, она задалась целью возродить ростовские звоны и осуществила это.

На звонницу, как встарь, поднялись потомственные звонари Михаил Сергеевич Урановский и Николай Григорьевич Королёв. Старейшему звонарю, Александру Сергеевичу Бутылину, было уже за семьдесят, он работал бухгалтером. Также к исполнению звонов были привлечены работник типографии Чушкин и слесарь Шумилин, которые в детстве помогали звонить старшим. Для праздничного звона как раз нужно было пять человек, и Мария Тюнина не без труда собрала их. Звонари не забыли свое мастерство. В тот день они выглядели торжественными, строгими и одухотворёнными.

Это мастерство передавалось из поколения в поколение, им овладевали с детства. Например, Николай Королёв помогал исполнять ростовские звоны уже в девятилетнем возрасте, и в 1913 году посетивший Ростов Император Николай II наградил его золотым рублём.

Запись 1962 года получилась не очень качественной из-за холода и различных помех, особенно из-за скрипов креплений колоколов. Но слух о ростовских звонарях дошёл до кинорежиссёра Сергея Бондарчука, который тогда работал над киноэпопеей «Война и мир». И Бондарчуку понадобились ростовские колокола! У мосфильмовцев запись получилась удачной: работали они летом, техника была более совершенной, да и звонари получили возможность порепетировать. А в 1966 году фирма «Мелодия» выпустила пластинку «Ростовские звоны». Сохранился и небольшой документальный фильм «Семь нот в тишине», в котором можно увидеть легендарных ростовских звонарей. Но главное, что их искусство не умерло.

Борисоглебская часозвонь

Это здание строилось «под часы». И часы – чудо света! – механически связанные с колоколами, в нём были изначально. Потому и называли звонницу Борисоглебского монастыря часозвонью.

В начале ХХ века историк искусства Юрий Шамурин сравнивал Борисоглебский монастырь с резиденцией Ростовских митрополитов – Ростовским кремлем. Справедливость этого сравнения подтверждает в том числе и внешний вид монастырской звонницы с храмом в честь Собора Иоанна Предтечи, размещённым в её втором ярусе. «Одно из чудес русского зодчества XVII века» – как назвал её Шамурин – и впрямь перекликается с Ростовской соборной звонницей. Да и строили их примерно в одно и то же время.

Борисоглебская обитель в XV–XVI веках была великокняжеским и царским богомольем. Царь Иоанн Грозный неоднократно посещал монастырь на Устье и делал пожертвования. Одним из таких вкладов в 1566 году стал колокол весом в 138 пудов. До середины XVIII века царский колокол был самым большим в монастыре. В 1758 году «на сумму монастырскую» был отлит колокол весом в 261 пуд. К этому времени на звоннице висело 10 больших колоколов.

Здание каменной звонницы-часозвони, дошедшее до нас практически в первозданном виде, имело много назначений: в первом ярусе размещалась ризница, над ней располагался храм, престольный праздник которого отмечается на следующий день после Богоявления в честь самого Крестителя Господня Иоанна, а в арочных пролётах верхнего яруса висели колокола.

За четыре года до Октябрьской революции борисоглебские крестьяне решили собрать средства на отливку для монастырской звонницы такого колокола, который превосходил бы все существующие. По их мнению, грандиозному монастырю-крепости не хватало только колокола богатырских масштабов. Настоятель обители архимандрит Власий благословил местных жителей на это благое дело и сам внёс немалую сумму на колокол. Средства на отливку также дали Александр Улыбин и Василий Черепенников – петербургские купцы ростовского происхождения – и другие столичные жители. В октябре 1913 года архиепископ Ярославский и Ростовский Тихон (Беллавин) – будущий Патриарх Московский и всея России, освятил новый колокол. Но уже в 1929 году все монастырские колокола были уничтожены…

Борисоглебский монастырь

В 1988 году, с началом возрождения монастыря, на звоннице установили 18 древних колоколов из сёл Борисоглебского района. В 2009 году, когда в городе Тутаеве на колокольном заводе Николая Шувалова для обители отлили новые колокола, старинные передали в запасники Ростовского музея. Сейчас в пролётах звонницы установлено 10 колоколов, самый большой из них весит 5200 кг.

В 2011-м в верхнем ярусе звонницы была заново написана фреска «Иоанн Креститель – Ангел пустыни», утраченная в годы гонений. И снова звонница показывает ростовцам точное время… Когда монастырь восстанавливали, в специальном круглом окошке вновь поместили циферблат. Старинный механизм был утрачен на рубеже XIX и XX веков, но его заменили новые куранты. Они отсчитывают ростовское время.