Раз преп. Онуфрий, память коего 4 января, сподобившись божественного видения, прославил Бога и почувствовал в сердце своем божественное действие духовной теплоты. Но в следующую ночь теплота эта оставила его, и его объял страх и трепет. Тогда он сказал руководившему его старцу Григорию: «Отче, божественный огонь угас в сердце моем, — за что я, окаянный, потерпел это несчастье?»

«За что потерпел, спрашиваешь? — отвечал ему старец, — ты возгордился, и за это скрылась от тебя благодать Божия, и вот суждено сделаться тебе посмешищем и радостью демонов, печалию для Ангелов и предметом глумления для людей». — «Увы мне, бедному! — сказал тогда Онуфрий, — Жаль мне трудов своих, жаль и добрых надежд братий… Несчастный! придешь ли ты в самого себя?…»

И он упал к ногам старца и плакал долго, плакал горько и неутешно; потом встал на молитву, ручьями проливая слезы, и до тех пор молился, пока не почувствовал в сердце своем обычной теплоты. И тогда он смиренно сказал своему старцу: «Отче, благословен Бог, мне теперь хорошо!»