Начиналось XIV столетие – грозный век Средневековья, в котором божественное и дьявольское сошлось в непримиримой схватке.

22 сентября 1307 года стало роковым днем для ордена тамплиеров. Королевский совет Франции решил арестовать рыцарей-храмовников. Операция по захвату братьев-рыцарей была практически боевой: сегодня так берут банду – с подготовкой в строжайшей тайне и большим числом участников, которые до конца не знали о плане действий. Командирам доставляли запечатанные конверты с приказом об аресте. Такая секретность необходима была для того, чтобы не произошло утечки информации и никто не успел предупредить рыцарей. Их собирались застать врасплох. Конверты надлежало вскрыть лишь 13 октября 1307 года. Это была черная пятница.

В чем же провинились эти люди? В те времена список преступлений перед Великой инквизицией был традиционным (как и в деле Жиля де Ре): отречение от Христа, культ дьявола, богохульство, распутство, извращения. Многим в то время Орден казался средоточием мистики. Рыцарей подозревали в колдовстве, волшебстве, алхимии и изготовлении мощных ядов. Полагали, что они связаны с темными силами. Еще в 1208 году папа римский Иннокентий III говорил о «нехристианских действах» и «заклинании духов».

Инквизиция давно и успешно применяла пытки, заставлявшие несчастных оговаривать себя и других. Самое успешное ведение следствия, если это можно назвать следствием. От римского папы все это просто скрыли, а Генеральные штаты поддержали французского короля Филиппа IV.

Папа Климент V узнал о деле тамплиеров очень поздно, когда следствие уже шло полным ходом. Он ничего лучше не придумал, как выпустить буллу Vox in excelso от 3 апреля 1312 года. Это была жалкая попытка проявить собственную власть, но присоединиться к тому, что уже свершилось. В булле говорилось, что Орден не может быть осужден за ересь, но поскольку тамплиеры добровольно сознались в заблуждениях, едва ли теперь за ними последуют верующие, а значит – Орден необходимо расформировать и передать его имущество ордену святого Иоанна.

Причиной конспирации при подготовке штурма тамплиеров была вовсе не забота о морали и нравственности, а самая обычная корысть – то, что и является движущей силой большинства преступлений, в том числе и государственных. Слухи о невиданных богатствах тамплиеров, которые изначально называли себя орденом бедных, ходили давно, а поскольку это был орден рыцарей, к их сокровищам подбирались Италия и папство. У храмовников просто не было шансов: если бы их не захватили одни, то арестовали бы другие, тут самым главным было успеть первым.

Нет, речь не идет о снятии отпечатков пальцев в ходе следствия. Все гораздо интереснее и современнее. В нашем сегодняшнем мире богатые и влиятельные люди идут на всевозможные хитрости, чтобы сохранить в неприкосновенности свои тайны и капиталы. Здесь удостоверения недостаточно, ведь можно сделать себе пластическую операцию и стать поразительно похожим на какое-то значительное лицо, документы подделать не составляет труда. А сейчас – небольшое отступление.

Система контроля и управление доступом ныне представляет собой сложное устройство, призванное не допустить в помещение посторонних и сохранить в неприкосновенности засекреченную информацию или материальные ценности. Признак или устройство, по которому можно определить лицо, имеющее доступ, называется идентификатором пользователя. Речь идет об устройстве или признаке самого пользователя. Такими идентификаторами могут быть магнитные и электронные карты, радиобрелки, чипы и прочее. А могут быть отпечаток пальца, отпечаток ладони, изображение радужной оболочки глаза – то есть те физические признаки человека, которые считаются исключительными и неповторимыми. Отсюда и множество детективных сюжетов, в которых преступники являются на засекреченные объекты или в банки с чьими-нибудь органами, позволяющими туда проникнуть.

Тамплиеры для сохранности своих тайн и сокровищ прибегли – впервые в истории – к системе чеков с изображением отпечатка пальца. Каждый вкладчик таким образом мог идентифицировать себя и оградить свое имущество от разбойников.

Тамплиерам, число которых в то время достигло 20 тысяч человек, вменялось в вину то, что они декларировали свою святость и бедность, а на деле активно богатели благодаря крестовым походам и щедрым пожертвованиям (на первом этапе) и деловым качествам (на втором этапе).

Девизом ордена были слова: «Не нам, Господи, не нам, но Имени Твоему воздать Славу!» (Non nobis, Domine, non nobis, sednomini Tuo da Gloriam, лат.). При изучении дела тамплиеров на Божий суд натыкаешься практически все время, и от этого никуда не деться: здесь все каким-то непостижимым образом завязано не на реалиях жизни, не на науке и фактах, которых в то время и быть не могло, а на воле Провидения. Судите сами.

Орден был основан в начале XII века в Иерусалиме и состоял из рыцарей, охранявших Гроб Господень. Из-за наступления мусульман тамплиеры покинули Иерусалим и вместе с тем утратили и священную функцию – то есть божью защиту от реального человеческого зла. Это было их ошибкой в рамках той картины мира, которая существовала в то время.

После ухода из Святой земли главным делом священного Ордена стали… финансы. Практически Орден превратился в банк, который хранил и вкладывал деньги, и в крупнейшего ростовщика, дававшего ссуду весьма влиятельным людям, в числе которых оказался король Франции, особенно невзлюбивший своих кредиторов. Иными словами, орден превратился в крупнейшего кредитора Европы и умело вел свои дела, вкладывая деньги в строительство дорог и финансовые операции. Крайне интересно, что и эти деловые качества древнего Ордена выглядят очень современно. Сегодня эти заведения назвали бы мотелями (то есть отелями на колесах), в XIX веке они были постоялыми дворами (то есть отелями с лошадьми), а в XIV веке это были комтурии – места для остановки путешественников, построенные и контролируемые тамплиерами. Такой же контроль, подобный современному, осуществлялся на дорогах, причем с тамплиеров пошлина не взималась. Налог на упомянутые ранее чеки был невелик и шел непосредственно в сам орден. Ничего не напоминает? Это же «черная касса» или так называемый общак, куда все члены группировки обязаны сдавать долю от прибыли.

Конечно, не стоит сразу записывать тамплиеров в какое-то преступное сообщество. Скорее они напоминали грамотных и разумных олигархов, которым присуща была и деловая сметка и благотворительность. Они помогали беднякам, строили у себя дома для неимущих, которые всегда могли остановиться там на ночь, поесть и поспать, даже получить немного денег на дорогу. По внутреннему Уставу ордена тамплиеры были обязаны три раза в неделю принимать и кормить бедняков. Это очень напоминает социальную программу современных олигархов, которые осуществляют благотворительные дела по разным причинам: реже – по личному убеждению, чаще – ради частичного снятия налогов и благоприятного имиджа в обществе.

Но любая олигархия – это всегда большой риск, а опасность исходит далеко не всегда от воров и разбойников с большой дороги. Чаще – от тех, кто действительно правит миром и хочет всё экспроприировать и переделить.

Тамплиерам надлежало быть скромными, послушными и целомудренными, носить простую одежду, состоящую из рясы или накидки белого цвета, которые символизировали свет божественной истины. Но вскоре материальные средства и их приумножение стали основным делом Ордена. Опыт множества поколений подсказывает: хочешь быть богатым – не «светись». Вспомним подпольного миллионера Корейко из «Золотого теленка» И. Ильфа и Е. Петрова. Ему, конечно, тоже не повезло, но он долго продержался.

Орден рыцарей оказался на виду у всех, тем более – когда он расширился и приобрел 80 соборов и 70 церквей. Не так уж это и много по нынешним временам, но по тем временам это было очень много. Тем более что к этому прилагались большие земельные владения, дороги, дома и богатства.

Очень скоро тамплиеры приобрели характер организованной иерархии, состоящей из четырех ступеней: рыцарей, капелланов, оруженосцев, слуг. Во главе этой лестницы находился великий магистр.

Филиппу IV Красивому не везло. Он испытывал на себе презрение феодалов, его казна опустела, папские легаты диктовали свою волю, папа грозил отлучением от церкви. Заботы короля сводились к двум проблемам – где взять деньги и как завоевать новые земли. Тамплиерам король задолжал приличную сумму, а короли не любят возвращать долги (это, кстати, тоже было роковой ошибкой тамплиеров), поэтому и началась кампания арестов.

При всей внешней красоте короля трудно было назвать приятным человеком. Но когда ты сам испытываешь нехватку денег и к тому же на тебя давят церковники, неодобрительно косящиеся на богатства тамплиеров, поневоле задумаешься – на чьей стороне лучше оказаться. Король оказался на стороне инквизиции. Говорят, его странная смерть в 1314 году была «черной меткой» Всевышнего – карой за зверское убийство тамплиеров.

Однажды королю доложили, что некий узник, ожидающий смертного приговора, хочет сообщить сведения государственной важности. Это оказался классический случай так называемой подсадки с одной лишь разницей: подсадка, как метод следствия, явление искусственное, а перед королем предстал типичный доносчик, случайно оказавшийся в одной камере с членом ордена тамплиеров. Тот, якобы желая исповедаться в грехах, поведал сокамернику о гнусных обычаях тамплиеров подкупать дворян, прибегать к гаданиям и спиритизму, плевать на крест, вслух отрекаться от власти церкви. По словам того сокамерника выходило, что тамплиеры давно отступили от христианства, превратились в «государство в государстве» и даже готовили переворот.

Заметим, что сегодня любой адвокат может выразить протест в суде одной фразой: «Свидетельство приводится с чужих слов». И судья обязан исключить показания из списка доказательств, потому что свидетель может приводить лишь собственные слова. Однако показания смертника короля не смутили, он наградил доносчика мешочком денег и отпустил его: очевидно, что корыстный мотив человека, купившего себе жизнь и деньги за лжесвидетельство, совершенно не волновал Филиппа Красивого – ему нужна была зацепка. Был ли такой предатель на самом деле? Даже если не было, его стоило выдумать.

Аресты начались в ту самую черную пятницу – 13 октября 1307 года, в 6 часов утра. Давление оказывалось в первую очередь на слабое звено – малограмотных и менее богатых братьев, которые от страха могли оговорить остальных. Под пытками они признавались в самых невероятных грехах и приписывали их остальным. По словам рыцаря Аймери де Вильера, он «признал бы, что убил Бога, если бы этого потребовали». Много раз арестованные впоследствии отказывались от своих показаний, и архиепископ передавал их светским властям для сожжения: на этом настаивал король. Всего с 1310 по 1314 год во Франции были сожжены на костре 72 тамплиера. Их жгли и в других странах, но меньше. Исторической тайной является подобная экзекуция в Италии: там утверждали, что не был сожжен ни один рыцарь, но существует версия о гибели на костре 48 человек.

Лишь в некоторых государствах аресты тамплиеров носили правовой характер: в Англии, Кастилии, Португалии, на Кипре. Иногда и в итальянских землях тамплиеры избегали пыток, и, доверяя их слову чести, их помещали под домашний арест. Германские Майнц и Трир оказались лояльны к рыцарям, но тамплиерам Марбурга не повезло: четыре монастыря были сожжены по воле местной власти.

Больше всего повезло киприотам и жителям Майорки. Влиятельных должников у них не оказалось, и местным властям было не столь уж важно пытать и сжигать рыцарей. Несмотря на то что они оказали некоторое сопротивление властям, их в 1313 году (вот же эта магия чисел!) признали невиновными.

Уцелевших после шестилетнего кошмара тамплиеров начали освобождать из тюрьмы. Некоторые из них вступали в орден святого Иоанна – тот самый, которому по папской воле отошло имущество храмовников. Сегодня то, что произошло, называют обычным ограблением, к которому прибегли хитрые и вероломные люди, пожелавшие воспользоваться чужим имуществом. Никакой борьбы, если не считать небольших вспышек на Кипре и Майорке, по сути, не было. Была непомерная жестокость инквизиции, сломившая волю многих гордых воинов. Многие помнят имя Жака де Моле – лидера Ордена и самую яркую его фигуру. Эта память основана еще и на его предсмертной речи, полной достоинства. Жак де Моле, взойдя на костер, вызвал на Божий суд Филиппа IV, хранителя печати Ногаре и Климента V: «Справедливость требует, чтобы в этот ужасный день, в последние минуты моей жизни я разоблачил всю низость лжи и дал восторжествовать истине. Итак, заявляю перед лицом Земли и Неба, утверждаю, хотя и к вечному моему стыду: я действительно совершил величайшее преступление, но заключается оно в том, что я признал себя виновным в злодеяниях, которые с таким вероломством приписывают нашему ордену. Я говорю, и говорить это вынуждает меня истина: орден невиновен; если я и утверждал обратное, то только для прекращения чрезмерных страданий, вызванных пыткой, и умилостивления тех, кто заставлял меня все это терпеть. Я знаю, каким мучениям подвергли рыцарей, имевших мужество отказаться от своих признаний, но ужасное зрелище, которое мы сейчас видим, не может заставить меня подтвердить новой ложью старую ложь…»

Итак, эта речь стала воззванием к Божьему суду, который в то время и при той картине мира был ничуть не слабее человеческого и королевского. Вера людей делала мир необъятным, а земная жизнь была лишь малой частицей божественного мироздания.

Магистр Ордена предсказал Клименту V смерть через сорок дней – то есть тогда, когда его собственная душа отойдет в мир иной. А королю Франции – через год. Помимо этого он предрек папе сожжение его тела и обращение его в пепел. И что же? Все именно так и вышло.

18 марта 1314 года Жак де Моле был казнен. Проклиная короля, папу и Гийома де Ногаре, он не знал, что Ногаре уже нет в живых (тот умер еще в 1313 году). Через 33 дня после гибели Моле (20 апреля 1314 года) Папа Климент V умер после инцидента на охоте. Его тело находилось в церкви перед погребением, однако ночью разразилась ужасная гроза, молния ударила в церковь, и начался пожар. Когда огонь потушили, тело папы было почти уничтожено. А менее чем через год, 29 ноября, умер от инсульта 46-летний Филипп Красивый: этот инсульт был следствием падения с коня и, как считали многие, результатом проклятия. Писатель Морис Дрюон назвал потомков Филиппа проклятыми королями, и действительно: за 14 лет все они погибали при загадочных обстоятельствах, не оставив наследников. Один сын по прозвищу Сварливый заболел лихорадкой и умер в 26 лет, передав правление своему сыну-младенцу. Младенец «правил» всего пять дней и скончался, вследствие чего обрел прозвище Посмертный. Говорили, что умер младенец не без вмешательства своего дяди Филиппа, носившего кличку Длинный. Этот Длинный умер в 30 лет, отстранив от правления сестер и оставив после себя только дочерей, которые по его же собственному закону уже не могли править страной. Династия Капетингов закончилась, и к власти пришли Валуа – их родственники. Их приход ознаменовался началом Столетней войны, из-за которой Жан Добрый умер в плену у англичан, а Карл VI свихнулся. Все Валуа погибли не своей смертью. Наследовавших им Бурбонов тоже преследовали несчастья: Генриха IV зарезали, а Людовика XVI посадили в Тампль, бывшую крепость тамплиеров, а потом обезглавили. При этом кто-то из революционной толпы окунул руку в кровь последнего Бурбона и громко крикнул: «Жак де Моле, ты отмщен!»

Так был осуществлен вполне реальный Божий суд над алчными, жестокими и трусливыми преступниками, которые иной раз находятся на вершине власти и вершат правосудие.

Сейчас от самого Ордена следов почти не осталось: он по-прежнему запрещен папством, а православная церковь называет тамплиеров еретиками. В то же время уже сейчас появилась некая организация, называющая себя тамплиерами. Она направила в Ватикан – еще на имя Иоанна Павла II – письмо с предложением принести извинения за издевательства и позорную казнь рыцарей. Письмо было подписано «Советом священников» и «действующим гроссмейстером». Позднее говорилось о том, что католическая церковь вроде бы собирается предпринять примирительный шаг по отношению к уничтоженному Ордену. С момента разгрома тамплиеров прошло 700 лет, и, возможно, посмертная реабилитация была бы уместна хотя бы по случаю трагического юбилея.