Когда Лукас вернулся домой, Джонни лежал на диване перед телевизором.
— Привет, здоровяк, — сказал Лукас и бросил ключи на комод.
Джонни приподнялся на локте.
— Это ты мне или сэру Мелкоту?
Жужжание заставило Лукаса обернуться — как раз вовремя, чтобы увидеть, как радиоуправляемая машинка врезается ему в пятки. Следом подбежал Леон, сжимая в руке пульт.
— Пап, она такая классная!
Лукас улыбнулся сыну, радуясь уже тому, что тот всё-таки играет с машинкой. Джонни спрыгнул с дивана и набросил куртку.
— Мне уже пять раз звонили, бегу. Я, конечно, не хочу ныть, как баба, но мог бы хоть позвонить — сказать, когда вернёшься и жив ли вообще.
Лукас положил ему руку на плечо.
— Да, прости. Знаю. Правда, виноват.
Джонни шагнул ближе и обнял его.
— Слушай, что бы ты там ни натворил, я твой лучший друг. Не забывай.
— Знаю. — Лукас крепко прижал его к себе. — Люблю тебя, брат.
— А меня ты тоже любишь, папа?
Оба опустили глаза на Леона, который удивлённо смотрел на них снизу вверх. Лукас отстранился от Джонни и присел рядом с сыном на корточки.
— Конечно. Больше всего на свете. Прости меня, сынок, я так хотел быть там с тобой. Ну, расскажи, как всё прошло, с кем ты сидел…
Он осёкся. Леон его уже не слушал — всё внимание мальчика приковал экран.
— Смотри, пап, ты по телевизору!
Пока Лукас оборачивался, Леон успел подскочить к пульту и прибавил звук. При виде картинки у Лукаса подкосились колени. Во весь экран — он сам. Снизу ползла строка: «Лукас Ф. — берлинский Гаситель Света?» И только теперь до него долетел голос ведущей:
— …под подозрением находится тридцатишестилетний ивент-менеджер Лукас Ф. Действительно ли он и есть берлинский Гаситель Света? О ходе расследования полиция пока воздерживается от комментариев.
Оцепенев, он лишь краем сознания отметил, что Леон повернулся к нему.
— Пап, а что такое «гаситель света»?
Не дождавшись ответа, мальчик повторил настойчивее:
— Пап?
— Не верь всему, что показывают по телевизору.
Свой голос Лукас услышал будто издалека, словно говорил кто-то другой. Рядом мелькнула тень — голос ведущей оборвался, экран погас.
— Вот чёрт, — выдохнул Джонни и швырнул пульт на диван.