У дома Лукас буквально вывалился из машины и бросился к двери. Он был выжат досуха и всё никак не мог уложить в голове услышанное. Йенс Кауфман мёртв. Четыре недели назад выбросился из окна, объятый пламенем.

Лукас озадаченно замер. Входная дверь была лишь прикрыта. Он осторожно толкнул её, заглянул в прихожую и шагнул внутрь.

С кухни доносились шорохи. Этого не могло быть — он только что говорил с Ханной, она в офисе. Взгляд скользнул к подставке для зонтов у двери: из неё торчала детская бейсбольная бита Леона. Лукас выхватил её и, стараясь ступать бесшумно, двинулся к кухне. Половица предательски скрипнула — он застыл и, затаив дыхание, прислушался. На кухне стало тихо. Пульс загрохотал в ушах.

Медленно подняв биту над головой, он двинулся дальше — словно в замедленной съёмке, нога за ногой. У кухонной двери глубоко вдохнул, одним прыжком перескочил порог — и опешил.

Посреди кухни стоял мужчина лет тридцати пяти в тёмно-коричневом старомодном костюме. Очки, коротко подстриженная бородка на совершенно заурядном лице, каштановые волосы — тоже коротко.

Лукас не смог бы объяснить почему, но понял сразу: перед ним полицейский.

— Будьте любезны, опустите биту, — холодно произнёс мужчина и, подкрепляя слова жестом, указал на его поднятые руки.

Лукас покачал головой.

— Сначала я хочу знать, кто вы такой.

— Зиберт. Уголовная полиция. А теперь — биту вниз.

— Что вы делаете в моём доме, какого…

И только тут Лукас заметил женщину у распахнутого окна — она затягивалась сигаретой. Старше Зиберта; пожалуй, чуть за сорок.

— Эй. В этом доме не курят.

Не моргнув и глазом, она затушила окурок о наружную сторону подоконника, закрыла окно и так же сдержанно указала на биту.

— Сандра Янсен. Опустите уже эту штуку.

Лукас нехотя опустил руки, не сводя с неё глаз. В отличие от коллеги, эта держалась жёстко и — в своей суровой манере — была по-своему привлекательна.

— Вот, — коротко обронил Зиберт, шлёпнул на стол лист бумаги и постучал по нему пальцем. — Ордер на обыск.

Лукас бегло взглянул на документ.

— Что? Ордер? У меня дома? Это что ещё такое? На каком основании?

— Не кипятитесь. Коллеги всего лишь немного осмотрелись. Может, всё же присядете?

Лукас в сердцах швырнул биту в угол.

— Нет. Не хочу я садиться. Послушайте, мне что-то подбрасывают. Вот уже несколько дней меня кто-то взламывает, и я понятия не имею кто. Я как раз собирался подавать заявление.

Раздалось шипение. Янсен подошла и встала рядом с Зибертом. В руке у неё был небольшой ингалятор — он тут же скрылся в кармане.

— Как удобно. А мы как раз у вас.

---

 

 

Отправить