Отступление первое

— Фарин, здравствуй. — В шатер, если это сооружение можно так назвать, вошел седовласый молодой мужчина. — Сиди, сиди, а то еще споткнешься и в ноги мне упадешь. А ты ведь знаешь, что я этого не люблю. И так многие пытаются это сделать, только тебе еще осталось преклонить передо мной колени — и я буду полностью счастлив.

— Учитель, от меня вы точно этого не дождетесь. Я хорошо помню ваши слова: преклоняющий колени признает власть над собой, я же никогда этого не сделаю. Зачем вы пожаловали?

— Пожаловали — какое хорошее слово, — жалуются на тебя, Фарин, и, как ни странно, не твои ученики. Хотя я знаю, как ты их мучишь, то есть учишь, как их по полянам несколько дней гонял Чужак, вдалбливая в эти юные головы основы тактики боя. Жалуются на тебя, Фарин: ты из Закрытого леса сделал проходной двор, с внешними якшаешься, лечишь кого ни попадя, и…

— Это Найтил и Аратрас на меня доносят?

— Если бы, — усмехнулся мужчина, — бери выше, Фарин. Промас начал заявлять о попрании вековых традиций, о нарушении заветов предков-основателей, о вопиющих нарушениях, которые совершают твои бывшие ученики, по какой-то случайности оказавшиеся главными хранителями различных участков Закрытого леса. Что можешь сказать в свое оправдание?

— Вино пить будете, учитель?

— Какое? — заинтересовался мужчина.

— Любимое вино Чужака, диорская лоза, учитель. Влад мне бочонок оставил, когда я начал исследование эльфийского яда.

— Наливай, твои аргументы, как всегда, более чем убедительны. — Мужчина отхлебнул из кубка. — Проведя тщательное расследование, я обнаружил мелкие нарушения, за которые приговариваю тебя к трехдневному посту. Бочонок я заберу с собой. Вино внешних — большая редкость, и я не могу себе позволить пить его в компании нарушителя вековых традиций. Когда же этот старпер сдохнет! Фарин, как я тебе завидую, ты не общаешься почти каждый день со сборищем старых чудиков, не понимающих, что мир изменился и наше добровольное заточение и невмешательство в дела внешних давно не является основой нашего выживания. Что там Чужак учинил на этот раз? Центр прогнозирования и аналитики не давал вектора опасности для него.

— Влад опять умудрился выжить, учитель. Охотники наведались к демонам на пятнадцатый уровень погани. Наваляли им там хорошо, демонам наваляли, но при отступлении у охотников возникли сложности. Влад не хотел или не мог рассказать подробностей. Его голова теперь закрыта для меня, да и для любого другого хранителя. Главное — это то, что трое его друзей ранены, и они умирают. Сейчас все силы моей прецептории направлены на изучение образцов плоти пострадавших охотников. Мы должны найти противоядие как можно скорее.

— И в этом тоже тебя обвиняют, — меланхолично заметил мужчина, наливая себе в кубок очередную порцию вина.

— Да что там они, совсем с ума посходили?! — взорвался Фарин. — Им нужен новый Хелларен? Тогда пусть лучше закажут рейнджерам всех друзей Влада, и тогда мы успеем увидеть второе пришествие Проклятого!

— С рейнджерами ты погорячился, Фарин, они мало того что не будут брать заказов на друзей Влада, — они попытаются убить хранителей, которые им это предложат. Фарин, а ведь это идея! Совет давно нужно почистить от древних дубов. Если несколько из них погибнут, предлагая рейнджерам контракт на друзей их брата, то это никого не удивит.

— А кто будут эти героические рейнджеры?

— Твои ученики, Фарин, они лучшие во всем Закрытом лесу.

— У меня был хороший учитель.

— Хороший, а ты его так бессовестно обманываешь, Влад ведь тебе презентовал два бочонка диорской лозы — второй я тоже забираю, и твой пост увеличивается до четырех дней. Тебе не стыдно, Фарин? Как можно так не уважать своего учителя?

Отправить