Глава 11

На этот раз спал я крепко, без сновидений, и хорошо выспался. Проснувшись по будильнику, быстро сварганил на кухне пару бутербродов — после вчерашнего «праздника живота» есть-то особо не хотелось — и отправился на работу. Внеурочную.

Весьма радостно было осознавать, что никакого похмельного синдрома я не испытывал. Ну что ж… Я решил сделать скидку на молодой здоровый организм моего реципиента, да и не так уж много я пил на вчерашнем банкете.

А вот когда добрался до работы, то увидел, что лица работников склада были хмурыми и грустными. В воздухе витал конкретный такой аромат перегара… Но учитывая, что сегодня была суббота, Сергей Сергеевич решил дать себе выходной, поэтому никто особо не обращал на это внимания. Ирина, оставшаяся за начальника, по понятным причинам не прессовала их, хотя трудиться все же заставляла. Работа-то никуда не делась!

Со мной Портнова вела себя подчеркнуто нейтрально, словно и не было вчера того поцелуя в машине. Ну и отлично. Я был этому только рад.

Заказов было не так много, да и срочных среди них не имелось, так что, можно сказать, я слегка расслабился. И надо же, что именно последний заказ оказался самым проблемным. И вроде он был относительно недалеко, но я все равно задержался.

Перед пятиэтажкой, куда я должен был попасть, образовалась такая пробка, что даже я на своем юрком транспортном средстве еле протиснулся, выехав на тротуар. Правда, получил в спину немало ругательств в свой адрес от прохожих.

Потом пришлось дозваниваться через домофон до заказчика и ждать, пока за товаром спустится. Им оказалась старая бабка, которая, окатив меня презрительным взглядом и прошамкав что-то вроде «вас только за смертью посылать», забрала коробку с едой, сунула мне в руку деньги и захлопнула перед носом дверь.

М-да… Я что, виноват в пробках? К тому же из-за возни с этим заказом я оказался на складе только в одиннадцатом часу. Портнову уже сменил коллега, так что сдал деньги суровому мужику лет пятидесяти, который смотрел на меня так, словно я что-то у него украл.

Дома был уже в полночь, и надо же… Первый раз увидел Вано реально загруженным работой. Мешать ему не стал, схомячил пару бутербродов с чаем и завалился спать. Как говорится, утро вечера мудренее.

Проснулся в десять утра. Вано продолжал храпеть, совершенно не собираясь просыпаться в ближайшем будущем. Как ни странно, кое-что в холодильнике осталось еще с визита Ксюхи.

Сообразил себе быстрый омлет с беконом, овощной салат и все это залил крепким чаем. До встречи в Магической Школе времени оставалось предостаточно — быть там нужно было к двум часам дня. В общем, торопиться некуда, можно было позволить себе размеренное утро.

Планировал выйти из дома, как и полагается, заблаговременно — где-то в начале первого, чтобы точно не опаздывать и никуда не бежать сломя голову. Конечно, на машине до метро добраться куда проще, но — обещал же Вано. Да и сколько я в школе задержусь — предсказать сложно.

Уселся за ноутбук и первым делом решил узнать, как там поживает эльфийка. Зашел в «Братство». На странице Верейской все было по-прежнему — ничего не поменялось, сообщение висело и набирало комментарии. В общем, как обычно. Глянул на свою страницу — тишина… Или почти тишина. А это что горит? Какой-то новый конвертик, странное уведомление в углу.

Сообщение было от весьма загадочного пользователя с лаконичным никнеймом — просто «Б».

«Приветствую Вас! Не знаю, где Вы сейчас находитесь, но мы можем только определить город и этот аккаунт, который вобрал в себя часть Вашей божественной силы, благодаря чему мы и узнали о Вашем возрождении! Я безумно этому рада. Нам надо встретиться, повелитель. Но немного позже. Я все подготовлю. Ждите от меня сообщения. Преданная Вам, 'Б».

 

Я немного подвис. Вот честно: поначалу показалось, что это очередная странная хрень — возможно, из той же оперы, что и история с Персефоной. Что вообще за цирк тут творится? «Повелитель», «преданная Вам». Как там говорила Персефона — аватар Зевса? Ну бред, конечно. Хотя новая «Б» пока что Зевсом меня не называет, это плюс, пожалуй. Думаю, опять сектанты. Вот уж действительно «повезло»…

И что значит «аккаунт получил часть божественной силы»? Это, блин, обычный компьютер и самая обычная социальная сеть!

В общем, решил проверить страницу этой загадочной «Б» — мало ли? Вдруг хоть какая-то зацепка всплывет. Но, как и следовало ожидать, это не дало ровным счетом ничего. Профиль был девственно чист — ни фотографий, ни друзей, ни подписчиков, ни малейшей информации. Вместо фото только большая угловатая буква «Б».

Создавалось впечатление, что аккаунт зарегистрировали буквально минуту назад. Хотел уже ответить на странное письмо, но вот незадача — сообщения у «Б» были попросту закрыты. Писать, получается, она может, а вот принимать ответ — нет. Красота, да и только! Типа, я тут с вами поиграю, а вы догадывайтесь сами, кто я. Абсурд.

Но, надо признать, вчерашний опыт убедительно показал: этот абсурд вполне может быть опасным для здоровья и даже жизни. Раньше промотал бы подобные сообщения и ни о чем не думал, но вот вспоминаю рыжую сектантку, и становится не по себе. Она явно не ожидала отпора, и в следующий раз все может быть куда серьезнее — кто знает, на что способны эти верующие в «ушедших богов».

Магов в этом мире хватает с лихвой, и если среди них затесались одержимые своими идеями, вроде Персефоны, последствия могут быть не шуточными. Решил: буду максимально настороже, а «Б» пусть пока пишет, что хочет. Короче, внимательно слежу за входящими сообщениями и максимально оглядываюсь по сторонам.

Радовало, что магией я теперь мог пользоваться гораздо легче. После встречи с Персефоной мой источник явно вырос, да и «зарядка» стала быстрее. Однако опираться только на магию — не такое надежное дело, тем более если вдруг силы подведут. Надо подумать об альтернативных вариантах. То есть подробно изучить еще один животрепещущий вопрос — вопрос личного вооружения. Чем я сейчас и занялся.

С огнестрелом здесь дела обстояли, мягко говоря, не ахти. О привычных «пушках», артиллерии, танках и прочих атрибутах моего мира можно было забыть сразу: максимум — пистолеты, винтовки, автоматы, кое-где — пулеметы.

Причину столь ограниченного ассортимента я так и не понял до конца. Видимо, магия здесь настолько крута, что сама по себе служит оружием массового поражения — особенно у тех, кто стоит на верхних ступенях иерархии. К тому же, все взрывные устройства, будь то мины или гранаты, заряжены магически — получается, что и здесь без колдунства никуда.

А вот в плане техники — самолеты и поезда, корабли — все прекрасно, она современная и быстрая, но используется в основном для передвижения, а не для войны. Стоит на судно добавить магическую броню и посадить пару серьезных магов — и вот уже почти эсминец. Аналогично и с летательными аппаратами: на борту имеются маги — и никакая армия не страшна!

Что же касается ручного огнестрельного оружия, в Российской империи на него действуют весьма жесткие законы. Хотя и не столь суровые по сравнению с большинством других государств. Фактически пользоваться огнестрелом могут только армейцы или полицейские, остальным ношение запрещено. Обычному гражданину пистолет категорически не положен — но я, как аристократ, теоретически могу оформить разрешение. Правда, для этого придется сдать не самый простой экзамен и заплатить немалую пошлину. Причем за все действия своей охраны, если таковая будет вооружена, в ответе именно аристократ. Может, поэтому многие предпочитают колдовать, а не таскать пистолеты?

В общем, с моим текущим финансовым положением о подобных разрешениях можно и не мечтать.

Тем временем Вано наконец проснулся. Но, учитывая его грядущие романтические планы, к разговорам на посторонние темы он был совсем не расположен. Что ж, значит, вопросы о богах и сектантах снова придется отложить — здесь уж ничего не поделать.

Попрощавшись с Вано, вышел на улицу и отправился пешком к метро. Как ни странно, дорога заняла примерно двадцать минут — местность здесь своеобразная, «пересеченная», как я бы выразился. Дороги разбиты, везде какие-то ямы, мусор, лужи… Но я срезал путь, прошел пустырем между нашим кварталом и метро. Пешком, кстати, оказалось не сильно дольше, чем на машине — особенно днем.

Почти сразу отметил про себя: ночью этот маршрут повторять бы ни за что не стал — тут даже намека на освещение нет, один кромешный мрак и кусты по сторонам. Сейчас, правда, тоже веселого мало: путь пролегал мимо нескольких компаний местных гопников, которые пили что-то ядреное и провожали меня тяжелыми взглядами. Я даже начал морально готовиться к возможной схватке, но, видимо, после моего «выступления» с Фантом и Бритым меня решили больше не трогать. Похоже, прав Бритый. К магам здесь отношение особое.

В подземке, несмотря на воскресенье, людей было относительно немного. Даже чудо — удалось занять сидячее место! Но буквально на второй станции меня словно толкнуло: появилось навязчивое ощущение, что за мной кто-то следит. Огляделся — люди вокруг заняты своими делами, читают, сидят в телефонах, на меня никто не смотрит.

Но чувство это, как назло, не отпускало до конца поездки. Уже начал думать, что стал параноиком, однако, к счастью, когда выбрался наружу, сразу отпустило. И я наконец смог нормально вздохнуть.

До Магической Школы графа Вырубова добрался без четверти два. К удивлению, граф встретил меня на крыльце — выглядел он так же как и в прошлый раз: безупречно скроенный костюм, цилиндр, трость — словом, элегантное воплощение аристократии.

— Рад вас видеть, Семен. Разрешите мне так вас называть? — доброжелательно улыбнулся граф. — Все-таки я чуть постарше…

— Да без проблем, — пожал плечами я.

— Документы при вас?

— Взял права.

— Отлично, прошу за мной.

Внутри школа выглядела вполне обычно — ничем особенным не отличалась от, скажем, типовой российской школы: раздевалка, за ней длинный коридор, по одну сторону — окна во двор, по другую — ряд дверей в классы. Мы прошли по этому коридору, где сегодня царила тишина и пустота — ни учеников, ни учителей.

— Занятия в школе начинаются через неделю, — спокойно пояснил Вырубов. — Но в субботу и воскресенье их нет. Только факультативы и кружки по желанию. Все же мы частная школа с авторской программой и не следуем стандартам обычных заведений, — тут он не удержался и с гордостью отметил: — у нас своя собственная, уникальная методика!

Я понимающе кивнул — ну, методика, так методика. Для меня это как китайская грамота, но спорить не стал.

Мы пересекли коридор, поднялись на второй этаж и прошли в большую светлую комнату. Здесь в глаза бросались несколько длинных дубовых столов, уставленных всякими причудливыми ретортами и лабораторной посудой, в которой бурлили и кипели разноцветные составы, дымящиеся и вспыхивающие по-волшебному. Всюду тянулись витые трубочки, колбы соединялись между собой стеклянными змеевиками. Вдоль стен — странные шкафы с мигающими лампами, похожие на доисторические ЭВМ из старых фильмов.

В углу стояло огромное массивное кресло, на вид — самый настоящий трон; на его спинке загадочно светился крупный рубин с багровым отливом. В целом комната больше смахивала скорее на логово какого-нибудь алхимика или сумасшедшего научного гения, чем на научную лабораторию.

Посреди этого великолепия находилась худенькая черноволосая женщина неопределенного возраста, одетая в белый халат. О таких обычно говорят — «серая мышка». Есть такой разряд людей, на которых редко обращаешь внимание: прошел мимо, забыл через минуту. Почему-то мелькнула мысль: такие люди — идеальные сотрудники для «наружки» или тайной полиции. Сам удивился, откуда вообще у меня появились такие ассоциации…

— Семен, знакомьтесь, — граф жестом подвел меня к ней. — Это Елена Зарецкая, наша целительница и алхимик. Елена, вот тот самый граф Семен Соболев, о котором я вам рассказывал.

— А, да, — Елена посмотрела на меня взглядом, который обычно предназначается подопытным лягушкам накануне препарирования. — Тот самый загадочный необычный человек.

Тем не менее тон ее был вежливый, даже уважительный.

— Советую слушаться Елену, — мягко улыбнулся Вырубов. — Она отвечает за все испытания и тесты для поступающих, — он кивнул мне и вышел, оставив меня наедине с женщиной и лабораторией.

— Ваше сиятельство, — Елена жестом пригласила меня пройти. — Сюда, пожалуйста…

Я, честно говоря, немного напрягся. Все вокруг совершенно не напоминало современную медицину с ее датчиками, анализаторами и планшетами. Вот что удивительно — в обычной больнице, где я очнулся первый раз, все выглядело почти цивильно, а здесь ощущаешь себя как будто в лаборатории безумного алхимика.

Не удержался и уточнил у Елены, точно ли все безопасно.

Мой вопрос ее явно позабавил, и она весело посмотрела на меня.

— Если хотите, граф, получить точные результаты, то только так! Новомодные клиники хороши для лечения, безусловно, и возможности у целителей в них огромны, но для выведения формулы вашей истинной силы и потенциала тут используются самые надежные, только классические методы.

Дальше я полностью отдался в руки местной властительницы зельеварения и медицины. С интересом наблюдал за тем, как Елена металась между допотопными аппаратами, ловко управляясь с ручками, рычагами и бутылочками, бормоча что-то себе под нос.

Сначала у меня взяли кровь для проверки, потом усадили на тот самый «трон» — с огромным багровым рубином, — после чего вооружились разнообразными странными приборами, начали сканировать, просвечивать, подключать какие-то провода, использовать странные магические щупальца, замерять неизвестные параметры…

Весь этот таинственный процесс вместе с получением результатов анализов длился почти два часа. А в самом конце, когда, казалось бы, уже больше ничего и не оставалось, меня вообще выставили за дверь — мол, чтобы не мешал. В результате минут этак пятнадцать или даже чуть дольше я разглядывал в окно раскинувшийся передо мной двор.

Оторвала меня от этого «увлекательного» занятия появившаяся в коридоре Зарецкая. Вид, надо сказать, у нее был весьма озадаченный, что сразу заставило меня слегка насторожиться, хотя я и пытался не подавать виду. В этот момент появился и Вырубов.

— Ну что? — нетерпеливо поинтересовался он у женщины.

— Сергей Федорович, — обратилась она к директору, — можно вас буквально на минутку? Вы подождете, граф? — последние слова были адресованы мне.

Я только пожал плечами, мол, куда же деваться, конечно, подожду, выбора-то нет.

* * *

— Что такое, Елена? — удивленно осведомился у целительницы Вырубов, когда они, оставив молодого Соболева томиться в коридоре, зашли в лабораторию.

— Я не понимаю, ваше сиятельство, — женщина выглядела растерянной, и это было совсем непохоже на обычно сдержанную и уверенную Зарецкую.

Вырубов слегка напрягся. Он давно знал Елену. Этого «мужика в юбке» обычно нельзя было ничем пронять. Несмотря на невзрачный внешний вид, она была одним из самых строгих, самых требовательных и уважаемых преподавателей в его школе. А если говорить честно — одним из самых компетентных людей в своей области, каким бы сложным ни был предмет или ситуация.

— Чего вы не понимаете? Результаты уже готовы?

— Готовы… Но…

— Что «но»? — недоумевающе спросил Вырубов.

— Вы понимаете, Сергей Федорович, — немного придя в себя сказала Зарецкая, — у графа Соболева очень странные показатели. Его развитие, если судить по основным маркерам, находится на уровне Десятого Круга.

— Какого? — изумленно уставился на нее собеседник, подумав, что ослышался.

— Десятого, — повторила она четко и уверенно, — но это не все. Некоторые маркеры явно говорят о еще большем потенциале…

— Как это возможно? — директор школы, сделав над собой усилие, попытался успокоиться и теперь уже внимательно смотрел на Зарецкую, словно ища в ее словах подвох или ошибку.

— Не знаю, — призналась та, — но в этом мальчике скрыт большой потенциал, который только предстоит разблокировать. Теперь я совсем не удивляюсь, что он сумел защититься от огненных шаров. У него природная абсолютная защита от заклинаний огненной стихии, что встречается буквально раз в столетие, а то и реже.

Вырубов опустился на стул, медленно и чуть задумчиво изрек:

— То есть перед нами…

— Уникум, господин директор, — не дала ему закончить Зарецкая, — я такого никогда не видела. А уж поверьте, я за свою жизнь действительно много чего повидала и испытала. Природная защита от огненной магии плюс потенциал, способный раскрыться в течение нескольких ближайших месяцев при должном обучении как минимум до уровня Одиннадцатого-Двенадцатого Круга.

— Вы понимаете, Елена, что это значит? — взгляд Вырубова, обращенный к женщине, был многозначительным.

— Понимаю, Сергей Федорович, — кивнула она, — прекрасно понимаю.

— Но откуда взялся такой самородок? — пробормотал Вырубов. — Я изучил историю Семена Соболева. У него вообще не было магических способностей, никакой предрасположенности даже. В Магической Школе он поэтому и не учился, не имел даже шанса… Спонтанное пробуждение? В таком-то возрасте? Это, мягко говоря, удивительно.

— Какая разница, когда у него было пробуждение. Главное, что теперь он маг. И он нам нужен, — отрезала женщина, давая понять, что обсуждению этот факт не подлежит, — у него потенциал просто сумасшедший. Не дайте боги, узнают об этом в других школах… Его непременно попытаются переманить. Сергей Федорович, вы сами отлично знаете, что наши ресурсы…

— Ограничены, — поднялся со стула Вырубов и серьезно посмотрел на собеседницу. — То есть он настолько силен?

— Да, — без малейших сомнений и раздумий заявила Елена, — предлагайте любые условия. Он должен остаться у нас!

— Хорошо, — кивнул тот одобрительно, — но у него совсем нет денег. Он вообще работает курьером, чтобы как-то сводить концы с концами…

— Сергей Федорович, — строго, даже сурово произнесла Зарецкая, — мы ему еще приплатить должны, если честно. Вы представляете, если на соревновании школ мы выставим его? Приз наверняка будет нашим! Вы ведь прекрасно знаете, что это престиж и…

— И новые ученики… Вы правы, Елена, — внезапно улыбнулся тот, — перспективы впечатляющие…

— Заключение я напишу и ему выдам. Дайте мне пятнадцать минут, — уточнила она. — Уже сейчас ему можно смело присваивать Седьмой Круг: в заключении будут все рекомендации. Дальше — ваш выход, господин директор.

— Только Седьмой? — озадаченно поднял бровь мужчина. — Это потому, что те Круги, которые до Седьмого, мы можем присваивать без приглашенных магов из Комиссии?

— Именно, — кивнула она, — хотя он может и с Комиссией легко сдать уже на Десятый. Я в этом абсолютно уверена. Но зачем нам торопиться? Не будем привлекать лишнее внимание. Вы же знаете, что делать?

— Знаю, — с легкой улыбкой ответил Вырубов, — знаю, что делать. Пишите, Елена. А я уж постараюсь, чтобы «рыбка не соскочила».

Отправить