Глава 8

Я приоткрыл створку, вышел, вольготно облокотился о решётку ворот. Они были украшены извилистыми металлическими прутьями, изображающими пышную ель — герб рода Земских. Слегка прищурившись, посмотрел на Елизавету Загорскую, стоявшую в окружении охраны, но затем выцепил взглядом другого человека.

— Эй, Демид! — воскликнул я. — Я же сказал тебе приходить только с двумя бойцами, а ты притащил целый кортеж!

Кажется, Загорской не понравилось, что я обошёл её вниманием. Она рассерженно оглянулась на своего охранника. Тот этого не заметил и ответил мне с усмешкой:

— У нас слишком много вещей, втроём не унесём!

Только затем он заметил, что начальница на него недобро смотрит, заткнулся и потупил взгляд. Загорская сердитым шагом направилась ко мне, рявкнув по пути:

— Прочь! Из моего! Особняка!

Охрана сразу подхватилась, и за ней двинулся вооружённый отряд, а из одной из передних машин вдруг выскочили двое аристократов. Знакомых, между прочим.

— О, здаров, Кленовый! Как там тебя, не помню… И… А вот тебя вспомнил, Гроздьев, кажется, верно?

— Гроздин, — буркнул он в ответ.

— Да, точно… Гроздин.

Имени я всё равно не вспомнил.

Оба дворянчика как-то странно взглянули на меня, но затем встали перед своей госпожой, пытаясь её прикрыть или остановить. Наверное, их немного смущала турель на «Буйволе». Баяр занял своё законное место, и теперь это действительно смертоносная и очень опасная штуковина.

— Тише, Ваше Сиятельство, успокойтесь, — хмыкнул я, шагнув навстречу. — А то, глядишь, каблучок сломается. Споткнетесь, упадёте.

Кленовый раздражённо воскликнул:

— По какому праву вы заняли это здание⁈

Вот, чёрт меня раздери, не вспомню, как его зовут.

— Нас пригласила княжна Загорская. Динара Алексеевна, знаете такую?

У меня было чертовски хорошее настроение. Я видел своего противника, и у меня была сила противостоять ему. Более того, я уже успел оценить их силу. Да, там были неслабые противники. А несколько бойцов, кажется, могли представлять действительно серьёзную опасность. Численный перевес опять же, но с этим я встречался слишком часто, чтобы волноваться о таких мелочах. Главное, что я понял — мы были сильнее.

Да, Загорская притащила с собой несколько пулемётов, целый отряд охраны, но… Но мне стоило выпустить против них только близнецов-монголов, и это наведёт такую суматоху, что расправиться с «гостями» не составит особого труда. И, как минимум, их ждут очень немалые потери, и по лицам некоторых охранников, которых я определил самыми опытными, они отлично это понимали. Думаю, всё это не больше чем попытка взять на понт.

— Мы-то знаем, кто это такая, — прорычал Кленовый.

Он как-то уж слишком взъерепенился, глядя, как его госпожа злится. Она реально разъярилась так сильно, будто сейчас из ушей повалит пар.

И он совершил ошибку.

— Я требую, чтобы вы покинули это поместье! — заявил он, шагнув вперёд.

Гроздин, его товарищ, попытался остановить, но Кленовый, слишком поверив в себя, сделал ещё несколько шагов вперёд.

— Иначе, предупреждаю, мы применим силу!..

БАХ!!!

Перед ним вспыхнул мощный разряд молнии. От испуга дворянчик отскочил, споткнулся и смешно грохнулся на задницу. А за моей спиной раздался хохот близнецов.

— Как ты смеешь! — заверещал Кленовый, пятясь назад и стирая свои дорогие штаны об асфальт.

Гроздин подскочил к нему, помог подняться и потащил назад, а тем временем совсем рассерженная княжна Загорская ринулась навстречу. Охранники снова спохватились и тут же последовали за ней.

Я услышал позади движение турели. Жестом указал, чтобы мои бойцы ничего не предпринимали. Если начнётся стрельба, пути назад не будет.

Когда Загорская переступила незримую границу, отмеченную молнией тёмным пятном на асфальте, я резко взмахнул рукой вверх, чем заставил на мгновение остановиться и её саму, и всю кодлу, которая спешила за ней. Зашуршало оружие, бойцы встали в боевые порядки, будто их это могло бы спасти. Однако вместо магии электрических разрядов или какого-нибудь огненного шара я всего лишь потянулся и протяжно зевнул. Всё же проснулся-то всего несколько минут назад.

Ещё я понял, что они меня боятся. Это хорошо и очень правильно.

А вот Загорская осознала, что я издеваюсь, с ещё большим усердием потопала ко мне и остановилась напротив.

— Ты… Разин… я тебя уничтожу! — злобно прорычала княжна.

Она сверлила меня глазами, полными злости. Я почувствовал, как вокруг неё сгущается магическое поле. Неужели решится атаковать?

Нет, справилась с собой. Магическое поле утихло, а я хмыкнул, чуть наклонился и сказал в ответ:

— Ну, попробуй, я хочу на это посмотреть… — а затем, чуть подумав, сменил тон на стальной, с угрозой. — За Петровича ты мне ещё ответишь.

В её взгляде промелькнуло замешательство и, кажется, небольшой испуг. Но через пару секунд она выпрямилась, будто вспомнила, что является княжной, горделиво приподняла голову и процедила сквозь зубы:

— Не понимаю, о чём ты, граф. Но вот это всё… — она окинула взглядом мою группу поддержки, особняк и даже тёмное пятно на асфальте. — Это всё тебе ещё аукнется, помяни моё слово.

Затем она резко развернулась и потопала, цокая каблуками по замёрзшему асфальту, обратно к себе в лимузин. Через минуту весь этот кортеж развернулся и уехал. А ко мне подошли близнецы и разочарованно протянули:

— Ну вот, — вздохнул Бат.

— А я надеялся размяться поутру, — добавил Батар.

Я смотрел вслед уезжающим машинам и обдумывал итоги такого бодрого утра. Значит, всё-таки Загорская виновата в том, что случилось с Петровичем. Я это понял по её реакции. И внутри у меня с новой силой разразилась буря ярости и гнева.

— Ничего, — кивнул я братьям-близнецам. — У вас ещё будет возможность почесать кулаки.

— А вот это хорошо! — хмыкнул Батар.

— Поскорее бы! — вторил Бат.

━—━—༺༻—━—━

 

— Ну, вот и хорошо, все бумаги в порядке, — довольно проговорил Борис Борисыч, подписывая документы. — Думаю, мы можем пожать друг другу руки.

— Я, пожалуй, воздержусь, — буркнула Дина.

Она скрестила руки на груди, отвернулась в сторону, а Борис Борисыч лишь пожал плечами.

Да, это решение далось ей непросто, но Дина отказалась от своей доли в лесопилке. Нам с Алёной удалось убедить её, что это выгодный гамбит. Правда, прежде чем всё закончилось, Борис Борисыч около часа кропотливо изучал каждую букву договора. Неужели он мне настолько не доверяет?

— Отныне мы пользуемся услугами АО «ЭнергоМаг», — довольно хмыкнул Борис Борисыч.

— А ваши друзья? — напомнил я ему, — вы говорили про каких-то товарищей, про связи. Может, есть что-нибудь для нас уже сейчас?

— Да, — перешёл на серьёзный тон Борис Борисыч. — Для начала есть несколько объектов. Первый — автомастерская моего друга. По сути, они контролируют всю автомобильную промышленность Тунгуса. Как понимаете, в последнее время размеры этого рынка сильно возросли. Они хотят расшириться, поставить несколько новых точек. Ещё в планах соорудить небольшой завод по производству деталей и даже целой сборки автомобилей.

— Жирный кусок, — удовлетворённо кивнул я.

Машины имели особое значение в Тунгусе. Вокруг тайга, до ближайшего соседнего города ехать довольно долго, а регулярных рейсов туда никто не организовал до сих пор, даже несмотря на наличие малого аэропорта, хотя тот использовался, по большей части, в рабочих целях. Да что уж, даже до железнодорожной станции ехать около двух часов. В общем, почти вся коммуникация была заточена именно на четыре внедорожных колеса. Не зря ж здесь каждый второй гонял на карьерах.

— Так, а вторые кто?

— Охотхозяйство, — ответил Борис Борисыч. — Оно сейчас активно возрождается. Раньше мелочь была по сути. Кое-как перебивались госзаказами и нашей лесопилкой через лесничество, мы арендовали участки под вырубку и заказывали у охотников очистку местности от крупных хищников и демонов. А теперь они взяли под контроль северную часть тайги. Думают отстраивать что-то вроде базы отдыха, продавать услуги приезжим, особенно корпоратам и аристократам, которые хотят сгонять в лес и пострелять пару зверюшек. Ну или демонов.

— Интересно, интересно, — кивнул я. — И кто же у нас такой предприимчивый?

Дело в том, что раньше охотхозяйство тоже имелось, но слишком уж оно было чахлым. Всё потому, что северную тайгу контролировал Медведь со своей ватагой. Браконьеры не зря обосновались именно в той части леса, где водилось больше животных, в том числе уникальных. А реки, почти нетронутые человеком, были полны рыбы. Правда, демоны тоже жили там как часть общей экосистемы.

— Вот встретитесь и увидите, — как-то подозрительно ухмыльнулся Борис Борисыч. — Думаю, вы с ним знакомы.

— Заинтриговали, однако, — покачал я головой.

Тут в разговор вдруг включилась Дина:

— Через них можно выйти на лесничество?

Борисыч хитро улыбнулся и кивнул.

Ого, да она молодец! Даже я не сразу сообразил. Лесничество сейчас в Тунгусе будет очень востребовано, со всеми стройками-то. Дерева требуется всё больше и больше.

Борис Борисыч передал мне контакты. Мы пожали руки и разошлись, у всех были свои дела. Мы с Диной вернулись в «Тур» Михая. Он, собственно, и выступал сегодня нашим водителем. А в качестве охранника я взял с собой Аи. Близнецов-монголов распределил между Азуми и Алёной.

Бат отправился с Азуми в больницу, где она приступила к обязанностям доктора. Яков Станиславович очень обрадовался, когда услышал о её намерениях поработать на благо Тунгуса.

Батара же я оставил с Алёной. Она вместе с Генкой отправилась в контору, где временно заняла место Петровича. Кажется, Генка был очень рад, что ему не придётся заниматься всей этой бумажной волокитой, а для Алёны это было не только в кайф, но даже не впервой — она уже работала заместителем Петровича и отлично с этим справлялась.

Ну а мы отправились прямиком в охотхозяйство. Голос человека, который ответил мне по телефону, действительно показался смутно знакомым и почему-то нервным. Это немного меня напрягало, однако по прибытии на место я понял, в чём было дело.

Когда мы остановились возле двухэтажного здания из сруба с забитым внедорожниками охотников двором, нас встретил пузатый человек с лысой головой и ожогом на правой стороне лица. Я не сразу его узнал, но спустя пару секунд машинально обнажил меч.

— Эй, стой, стой, стой! Ну! Я исправился, слышь, исправился! — мужик примирительно поднял руки и попятился, упёршись спиной во входную дверь.

Ни меня, ни Аи его слова не убедили, поэтому мы вдвоём шагали вперёд с обнажёнными клинками, даже когда из «Тура» выскочил обеспокоенный Михай.

— Бобр, курва! — прорычал я. — Ты какого ляда здесь делаешь⁈ Нет, подожди, ты как вообще жив остался, скотина?

Да, я его узнал. Это был один из браконьеров, вроде как ближайший соратник Медведя, который в итоге его предал. Он же меня впервые отвёз в берлогу вместе с Черепом, тогда ещё рядовым ватажником, и Малым, которого мне в конце концов пришлось заколоть собственными руками. Ту смерть я почему-то до сих пор вспоминал и каждый раз чувствовал укол совести.

— Ну, это тут в двух словах не расскажешь, — нервно хмыкнул Бобр. — Может, — он кивнул в сторону двери, — может, зайдёте? У меня чай готов как раз… И бублики есть…

━—━—༺༻—━—━

 

Внутри было сыровато и прохладно. Просторное помещение на первом этаже было разделено стеной. За дверью находилась, как я понял, жилая часть, а то место, куда нас пригласил Бобр, было чем-то вроде приёмной. Правда, не очень презентабельной: всё было заставлено оружейными ящиками, на полу валялись шкуры животных, было немного грязновато. На столах стояли пустые банки из-под пива. Видно, что здесь обитали одни мужики, причём не привыкшие к домашнему уюту.

— В общем, мне чудом удалось пережить тот взрыв, — рассказывал Бобр. — Я тогда повздорил с Черепом и убрался в землянку.

— Вы же вроде бы как временную базу использовали тот полуостров? — спросил я. — И успели землянок понаделать?

Если это так, то Бобр мог быть не единственным выжившим. А другие не факт, что собираются исправляться.

— Ну да, — кивнул Бобр, — это у меня привычка такая сразу окапываться. Ну и у меня, и у Медведя была такая привычка. Я один так и поступил, остальные не стали. До этого мы всегда окапывались, даже если на один день останавливались в каком-нибудь временном лагере. Я пытался втемяшить это Черепу, но тот, дурень, меня не слушал. Ну и получилось так, что я вырыл себе яму, которая меня же и спасла. Правда, вот… — он почесал шрам на лице, — немного всё же задело. Я отрубился тогда от взрыва, поле так шандарахнуло, что землянку засыпало. Наверное, меня это и спасло.

Я понимающе кивнул. В принципе, похоже на правду. Бобр выглядел как человек, способный выдержать достаточно сильное поле. Не такое сильное, как я, конечно, но под завалом он мог продержаться.

— Кое-как выбрался. Точнее, меня выкопали, — продолжал он. — Жандармы… в смысле полицейские. А потом закинули в больничку. Несколько месяцев я в себя приходил. Через полгода только оправился.

Бобр слегка поёжился от воспоминаний. А я прикидывал, почему же никто не сообщил, что мы расправились не со всеми. Боялись, что решу доделать дело?

— Потом меня ещё помотали в полиции на предмет дел, которые можно на меня навесить. Но работали мы грамотно с Медведем, а Череп особо не успел напортачить. Так что ничего конкретного нарыть на меня не смогли. К тому же я отбрехался. Сказал, что прятался от браконьеров в медвежьей берлоге.

Бор довольно хмыкнул, радуясь своей находчивости, но мой сердитый взгляд заставил его осечься и продолжить рассказ.

— Потом шлялся по городу. Меня мало кто узнавал, да я и так там нечасто бывал. Но затем я наткнулся на Бориса Борисовича. Он сразу меня узнал, а я и не стал открещиваться. Думал, опять сдаст полиции, начнутся разбирательства. Но Борис Борисович поступил по-другому. Он предложил мне работу. Так что какое-то время я поработал у него на пилораме. Поднакопил деньжат, прикупил себе ружьишко и иногда выходил на охоту. Вспомнить, так сказать, старые деньки…

Он снова чуть было не усмехнулся, но глянул на меня и не стал.

Дина слушала его, нахмурившись. Она оглядывала помещение со скептицизмом и недовольством Но княжна понимала всю важность этого неряшливого домика.

Дело в том, что Тунгус богат не только магией и зверьём, но ещё и лесом. А охотхозяйство было тесно связано с лесным фондом, и, помимо развлечения для пришлых богатеев и не очень, скоро Бобр будет иметь близкой отношение к промышленным поставкам леса, который уже требовался для постоянных строек и расширения города.

Бобр ненадолго прервался, чтобы отхлебнуть травяного чаю. Я тоже пригубил и, надо отметить, бывший браконьер знал толк в таёжном сборе.

— Затем у меня появилась идея заняться охотхозяйством. Ну, точнее, я сначала вступил в должность, а скоро прежний заведующий ушёл на пенсию. Ну, я и стал тут заправлять. Быстро понял, что без браконьеров северный лес вполне себе открыт. Ну, и появились мыслишки, как заняться знакомым мне делом, но только на легальной основе. Рассказал Борису Борисовичу, он предложил помощь, дал денег, вот теперь раскручиваюсь потихоньку.

Бобр закончил. Наступило недолгое молчание, которое вдруг прервал Аи, причём на японском:

— Не один ты, господин, умеете видеть в людях хорошее.

Неужто понял весь рассказ? Растёт самурай!

— Что он сказал? — пробурчал Бобр.

— Похвалил, — ответил я. — Борисыча.

— А, ну, это да, мужик он хороший…

— Ладно, давай к делу. Ты в курсе, зачем мы здесь?

— Да, да, Борис Борисыч всё рассказал! Вот я, кстати, — он вскочил со стола и побежал к шкафчику, в котором, как оказалось, лежали документы. — Я тут всё подготовил, планы там накидал, в общем… на карте всё отметил, объекты будущие раскидал. Этого достаточно?

Я тяжело вздохнул, взглянув на эту груду бумаги. Даже я бы, наверное, сказал, груду макулатуры.

— Ты это, Бобр, или как там тебя по имени-отчеству… — я с подозрением взглянул на первый лист, где коряво карандашом были отмечены места расположения коттеджного посёлка. И довольно кривоватым почерком мне попалась надпись «баня».

Признаюсь, это немного подкупило.

— Давай вот это вот всё в электронный формат переводи, отправь мне на почту, я тебе её скину. И будем смотреть основательно. Нужно будет договор подписать, все дела.

— Да, да, лады, — довольно закивал Бобр. — Спасибо тебе, Бригадир.

Я хмыкнул, услышав эту кличку от кого-то другого, кроме Медведя. Пожал Бобру руку, и мы отправились к следующему будущему партнеру.

Вообще странно, что автомастерской занимался не сам Борис Борисыч. Уж он-то в этом деле понимает. На крайний случай Саня мог бы придумать что-то этакое, но Михай убедил меня, что там и без них всё в порядке.

— Да это ж Гордей, мой одноклассник, — заявил он. — Мы с ним на пару начинали гонять по карьеру. Я его всё время уделывал, хе-хе… Но вот что касается самих железок, тут у меня не было шансов. Договоримся. Уж с ним-то точно договоримся.! Только в магазин надо будет заскочить.

— Зачем? — спросил я, насторожившись.

— Дак это, чтоб смазать разговор, — ухмыльнулся Михай.

Я не стал противиться его замыслу, и мы действительно заехали в магазин за продуктами. Смазка для разговора, судя по всему, должна была подаваться в холодном виде и с закусками. Ну и ещё с Михаем впридачу. Вот он пусть и смазывает.

Скоро подъехали к автомастерской, которая представляла собой несколько зданий, построенных по периметру. Между ними получился внутренний двор. Дом в дальнем углу, самый высокий, был административным. Туда нас Михай и повёл мимо скрежещущих, гремящих и шумящих цехов, откуда то и дело доносились крики, ругань, довольные возгласы и рёв моторов.

А когда мы уже почти зашли через дверь, позади раздался грохот. Что-то упало, тяжёлое и звенящее. Следом раздалась тирада, поносящая какого-то Митьку за его руки, растущие из задницы. Ну, это примерный перевод потока бранных слов.

Мы уже поднялись по лестнице и направились в кабинет. Секретарша пыталась что-то возразить, но Михай по-хозяйски одёрнул её, привычным движением положил на стол шоколадку, при этом прогремев пакетом, и направился к двери.

В кабинете мы обнаружили того самого Гордея, сидящего за столом. Увидев нас, он почему-то занервничал, огляделся, поздоровался и залепетал:

— Игорь Сергеевич, Михай, добрый день, конечно, но… слушайте, может, это… перенесём нашу встречу? Я тут…

— Не стоит! — раздалось сзади.

Мы обернулись и увидели княжну Загорскую, выходящую из смежной комнаты.

— Вы уже здесь, вот и отлично, — она деловито процокала на каблуках по кабинету и уселась на небольшом потрёпанном диванчике, перекинув ногу на ногу. За ней следом вошли господа Кленовый и Гроздин.

Елизавета Аркадьевна одарила меня торжествующим взглядом и ядовито улыбнулась.

— Мы как раз обсуждали детали нашего сотрудничества с Гордеем Игнатовичем, граф. И не волнуйтесь, я не против, чтобы мой конкурент присутствовал на переговорах, — обратилась она к нервничающему Гордею. — Так ему будет легче понять, что шансов у него нет.

Только я хотел сказать ей пару ласковых, как раздался телефонный звонок. Это была Алёна.

— Ответьте, граф, — словно змея, прошипела Загорская. — Не волнуйтесь, мы подождём.

Нажал «принять звонок» и поднёс телефон к уху.

— Игорь, — раздался обеспокоенный голос Алёны, — у нас серьёзные проблемы.

Отправить