Глава 17

Константин лежал на своей постели. Палату наполнял размеренный писк подключённых к его телу медицинских приборов и датчиков. Почти всё время он находился без сознания, придя в себя лишь единожды, после того, как Григорий Распутин буквально насильно вытащил его с того света собственным даром. Всё остальное время с момента своего «спасения» он провёл в забытье, под действием лекарств.

По крайней мере так было до этого момента.

Глаза мужчины резко распахнулись. Грудь вздыбилась в глубоком вздохе, а наложенные на его раны чистые белоснежные повязки начали тлеть. Пробудившаяся в теле графа Реликвия приступила к своей работе. От бинтов пошёл дым, который тут же уловили датчики дыма и забили тревогу.

На счастье персонала, их проинструктировали, что такое возможно. Поэтому сирена была отключена заранее. Тем не менее, даже настоятельное предупреждение и напутствие хозяина клиники не могло полностью возобладать над вбитыми в голову инстинктами и заученными правилами безопасности.

Не прошло и тридцати секунд с момента сработавшей сигнализации, а в палату где лежал граф уже ворвались пара сотрудников клиники с огнетушителями наготове.

Следом за ними в палату влетел дежурный врач, но резко остановился, когда понял, что именно происходит.

Их глазам предстала весьма забавная картина. Обнажённый по пояс мужчина в одних больничных штанах встал с постели, срывая с тела почерневшие повязки и бросая их на пол. Искажённое в гримасе лицо резко повернулось к ним, а глаза горели от едва сдерживаемой злости.

— Где он⁈ — рявкнул граф, да так, что в палате едва окна не задрожали.

— В… ваше сиятельство… — начал было врач, но оказался прерван ещё одним гневным криком.

— Где он, я спросил!

— К… кто? Его сиятельство сейчас не в клинике и…

— Да плевать мне на Распутина! — проорал Браницкий, с яростью сдирая с тела медицинские датчики, будто это были ядовитые змеи. Но уже через мгновение его взгляд вновь оказался направлен на врача. — Где этот ублюдок! Где Рахманов⁈

* * *

— Где он?

Услышав мой голос, лежащий у стойки Брам поднял голову и посмотрел на меня. Но сейчас у меня на него времени не было, хотя и хотелось похвалить его за то, что он хорошо выполняет отданный приказ и от Ксюши ни на шаг сейчас не отходит.

Стоящая за стойкой сестра указала рукой в сторону двери, что вела во внутренние помещения бара.

— Пошёл к себе в кабинет…

— Спасибо, Ксюш, — кивнул я и без лишних разговоров, быстро направился через дверь в коридор.

Ещё не дойдя до двери князевского кабинета, услышал, как он звонит кому-то по телефону по громкой связи. Как раз в тот момент, когда я открывал дверь, мобильник у меня в кармане завибрировал. Заметив моё появление, на лице дяди мелькнуло облегчение и он тут же сбросил звонок.

— Отлично. Я как раз тебе звонил…

— Князь, ты где был? — перебил я его. — Ты вообще в курсе, что произошло?

— Да, — бегло отозвался он. — Кстати, когда узнал, во что ты влез, хотел тебе подзатыльник дать, да жаль, что далеко был.

Говоря это, Князь взял лежащую в кресле сумку и поставил её на стол. Открыл молнию и осторожно извлек наружу небольшой футляр. На вид — сделан из металла. С крупными замками по бокам.

— Я ездил в Ростов, — сказал он, даже не обратив на меня внимания. — Нужно было кое-что узнать…

— Князь, Андрей видит отца.

Едва только стоило мне это произнести, как дядя замер. Словно застыл на месте. Всего на мгновение, но мне и этого хватило. Для человека, который всю свою жизнь приучал себя к тому, чтобы сдерживать и контролировать собственные эмоции, даже такая заминка выглядела слишком красноречивой.

— О чём ты говоришь?

Пришлось пересказать ему всё то, что случилось с нами в порту. Князь слушал не перебивая. Даже уточняющих вопросов не задавал, как обычно привык это делать. Ровно до тех пор, пока я не дошёл до момента нашей с Андреем встречи.

— Он видит своего отца? — уточнил он. — Именно так и сказал? Илью?

Я кивнул.

— Да. Считай, что слово в слово. И при этом он не просто его видит, Князь, понимаешь? Андрей с ним разговаривает… чёрт, ну или думает, что разговаривает. Когда я его видел, он с пустым местом общался. И при этом кто-то там ему явно отвечал.

— Что за бред?

На лице Князя появилось выражение недоумения. Он даже не стал ничего говорить. Просто опустился в своё кресло с задумчивым выражением на лице.

— Ты мне это говоришь? Князь, он выглядит и ведёт себя, как сумасшедший…

— Нет, Саша, это какая-то ошибка. Я хорошо знал Андрея и…

— Настолько хорошо, что не заметил, как он взял под контроль своих опекунов в Португалии? — перебил я его. И судя по всему мои слова оказались для Князя весьма болезненны.

— Туше, — поморщился он. — Но даже так, я никогда не замечал за ним ничего подобного…

— Потому, что раньше такого и не было никогда. Такие вещи не происходят без причины. А мы с тобой оба знаем, что именно с ним случилось. Догадаешься или подсказать?

Мой намёк был слишком толстым, чтобы он пропустил его мимо ушей.

— Его дар, — процедил он сквозь зубы.

— Реликвия, — кивнул я. — Именно. У него пробудилась сила. Это могло стать тригерром? Той точкой отсчета, после которой у него поехала крыша? Вспомни Волкова. Он ведь тоже…

— Что? Думаешь, что сила аристократов сводит их с ума?

Голос Князя прямо-таки сочился сарказмом.

— Нет, Саша, — продолжил он. — Если бы это было так, то все аристократы давно бы превратились в безумных шизофреников. А мы этого не наблюдаем…

— Но, что-то же должно было случится, — не стал я отступать. — Князь, послушай. Он кучу народа перебил. Браницкого чуть в могилу не уложил. У него нет стопора. Вообще никакого. Его нужно…

— Остановить? — закончил за меня Князь и когда я кивнул, сразу продолжил. — Я тоже пришёл к этому выводу. И именно потому я и ездил в Ростов.

Он положил руки на крышку футляра и нажал на замки. Те открылись с негромкими щелчками. Я с любопытством обошёл стол и встал рядом с ним.

— Что это?

— То, что обошлось мне в двадцать миллионов и долг человека, который я приберегал на самый крайний случай, — даже не пытаясь скрыть разочарования в своём голосе произнёс Князь. — Один из коллекционеров задолжал мне, Саша. Очень сильно задолжал. Пришлось стребовать раньше, чем я думал…

— И доплатить?

— Что сказать, он оказался жаден. Хотя, всегда таким был. Так что считай, что мы теперь на голодном пайке, потому, что других денег у меня сейчас больше нет. Последние копейки из карманов выгреб ради этого.

Теперь уже в голосе Князя отчётливо читалось раздражение. Он открыл крышку футляра. Внутри на бархатной подложке со специальной выемкой лежало… да чёрт его знает, что это такое вообще. Больше всего эта штука походила на шип или тонкую спицу с небольшой металической ручкой.

Но форма — дело десятое. Куда сильнее меня заинтересовал материал, из которого эта штука оказалась сделана. И это точно не металл. Больше походило на какой-то камень или, может быть, минерал. Матовый и чёрный настолько, что, казалось, поглощал весь падающий на него свет без остатка. И, что забавно, он почему-то выглядел знакомо. Так, словно кто-то грубо выточил её из одного цельного куска. Где я уже видел нечто подобное. Вроде в мастерской у Лара, если не ошибаюсь. Или нет?

Впрочем, а, зачем, я гадаю?

— Что это? — напрямую спросил я Князя.

— Арлацит.

— Арлачто? — переспросил я.

— Арлацит. Наследие той эпохи, когда наши остроухие друзья находились на пике своего могущества.

— Той эпохи, когда им чуть не надавали по заднице?

— Именно.

— Это тогда они людям Реликвии дали?

— Опять таки, в точку, — кинул Князь. — Вещь крайне древняя. Осталась с тех времён, когда альфы вели свою войну…

— Спасибо, Князь. Мне вдруг всё стало очень понятно, — съязвил я. — А если человеческий языком? Для чего она тебе?

— Всё очень просто, Саша. С помощью него мы лишим Андрея силы.

Эти его слова меня крайне удивили. Лишить силы? Это вообще возможно? Ну, конечно же если в деле замешаны Разумовские. Распутин что-то такое говорил, но о том, что в этом мире есть вещи способные на такое я слышал впервые.

— Это каким ещё образом?

— Тем самым, из-за которого я собирался сейчас тебе звонить. Этот материал реагирует на Реликвию. Если мои источники верны, то с помощью него мы сможем разорвать связь Андрея с даром. Навсегда.

Честно говоря звучало это слишком безумно.

Стоп! Вспомнил! Я знаю, где уже видел такую штуку! Ну не именно такую, но похожую. Браницкий! Он выменял у Хранителя кинжал из точно такого материала во время аукциона. Хотя… Я напряг память и постарался вспомнить, как именно выглядела та штука, но ничего кроме кривой формы кинжала и того, что он был сделан из чего-то похожего на очень темный камень припомнить не смог. Может просто выдумываю себе лишнее?

— Так, хорошо, — я отодвинул кресло и сел в него. — Допустим, что мы нашли Андрея. Что будем делать дальше?

— Для этого его надо сначала найти, — тут же поправил меня Князь, явно не желая делить шкуру ещё не убитого медведя.

Но, что удивительно, кое-какие мысли на счёт поисков своего паршивого братца у меня уже имелись.

— Брам нашёл его в порту, — пожал я плечами. — Может найдёт снова?

— Кто? — не понял Князь.

— Пёс… а, точно. Ты же не в курсе. Я ему имя дал.

Услышав это, Князь чуть ли глаза не закатил.

— Ну наконец-то. Давно пора было. А-то он ходил, как неприкаянный.

— Да не важно, — отмахнулся я. — Суть в том, что если он нашёл Андрея один раз, то, может быть, найдёт его и снова?

Князь поморщился и от него повеяло сомнениями.

— В порту я ещё могу поверить, но чтобы в огромном городе? И, кто вообще сказал, что он здесь? Если он за городом…

— Эй, моё дело предложить, — развёл я руками. — Других зацепок всё равно нет. Так что эта ни чем не хуже любой другой.

Прищурившись, я с подозрением посмотрел на Князя.

— Или, всё-таки у тебя что-то есть?

Думал, что вот сейчас он скажет, мол, да! Есть! Достанет карту. Ткнёт пальцем и скажет: Андрей прячется вот тут и тут! К моему сожалению Князь только пожал плечами и устало откинулся в своём кресле.

— К сожалению, пока что глухо. Мои люди продолжают прочёсывать город, но что до случая в порту, что после, никаких следов. Вообще ничего. Андрей, как сквозь землю провалился.

Внезапно на его лице появилось задумчивое выражение.

— Хотя…

— Что?

— Знаешь, я думаю, что твой пёс действительно может помочь, — сказал он.

— Что? Предлагаешь кататься с ним по городу в надежде на то, что «учует» Андрея? — в шутку спросил я, но к моему удивлению Князь кивнул.

— Именно. Только мы поступим умнее. Разделим город на квадраты. Я возьму ребят и машину. Посадим туда… как ты его назвал?

— Брам.

— Посадим Брама в машину. И пусть ребята его возят по городу. Будем сужать его по спирали…

— И если он почует Андрея, то мы его найдём, — закончил я и Князь удовлетворенно кивнул. Правда даже я увидел дыру в этом плане. — Только времени это сожрёт уйму.

— У тебя есть варианты получше? Всяко лучше, чем сидеть и ничего не делать. А так получаем ещё один вариант добраться до него. Одним больше. Вдруг сработает?

— Угу, — задумчиво кивнул я и вдруг задумался. Мысль, которая пришла Князю в голову не была какой-то невероятной. Обычная практичность. Да, долго. Да муторно и может не повезти. Но! Может ведь и повезти, ведь так?

И отсюда у меня появился вопрос.

— Слушай, а насколько такие животные редки?

— В каком смысле?

— В прямом. Если до такого варианта додумались мы, то я уверен, что у Меншикова сейчас должен целый автопарк по городу кататься в поисках Андрея с этими ребятами на поводке. Нет?

— Ты забываешь, что главная причина по которой Харут может его найти — это ты, — напомнил мне Князь. — Эти зверюги могут чувствовать магию, а единственный, так сказать, образец для взятия следа это ты.

— Справедливо.

Спорить я не стал. Но, всё равно. Слишком уж это было… странно. Допустим Меньшиков нашел Андрея один раз. Может ли он найти его снова? Да конечно же может! Я в этом даже не сомневался. У этого хитрого мерзавца ресурсы буквально стремятся к бесконечности, если то, что мне рассказывал о нём Князь — правда. И я должен поверить в то, что такой вот человек до сих пор не нашёл столь большую угрозу Империи?

Чёт как-то слабо вериться.

Видимо эти мысли отразились у меня на лице.

— О чём задумался?

— Да так, пытаюсь понять, почему Меншиков всё ещё не… решил вопрос, скажем так. Уверен, что ресурсы у него поболее наших.

— Поболее, — не стал спорить Князь. — Но… Саша, я предупреждал тебя раньше. Предупрежу и сейчас. Не стоит тебе с ним сближаться. Поверь мне. Этот человек, он крайне опасен.

— Потому, что предан государству?

— Именно поэтому. Всё остальное для него будет вторично. Империя превыше всего. Вот родовой девиз Меньшиковых. И это не пустые слова.

— Ясно. Ладно. Вернёмся к нашим баранам. Допустим, что мы нашли Андрея, — я указал в сторону футляра. — Что дальше?

Князь посмотрел на шкатулку и вздохнул.

— А дальше, мы должны воткнуть эту штуку ему в сердце. Это лишит его силы. По крайней мере так это должно сработать.

— То есть, мы убьём его.

— Если другого выбора не останется…

Тут я не выдержал.

— Князь! Какой к чёрту другой выбор! Я тебе ещё раз говорю — у него крыша поехала. Он сумасшедший! Понимаешь? Его не спасти… блин, да там нечего спасать!

В кабинете повисла тишина. Сидящий напротив меня мужчина сосредоточено посмотрел на лежащий перед ним футляр, но я чувствовал, что в этот момент его мысли находятся где-то далеко-далеко отсюда. Даже более того, я мог примерно представить себе о чём именно он сейчас думал.

Если шизофреническое помешательство Андрея вызвано его даром, то лишив его, мы исключим этот фактор из уравнения. Мне даже эмоции его читать не нужно было, чтобы понять простую истину. Князь всё ещё надеется спасти Андрея.

У меня таких иллюзий уже не было.

— Ладно, — вздохнул я, вставая с кресла. — Надо разобраться с этим поскорее, потому, что у меня своих дел невпроворот и…

— Они часом не связаны с неожиданным появлением родителей одной из моих сотрудниц? — как бы невзначай поинтересовался Князь, на что я лишь пожал плечами. — И тем, что она сегодня ходит с лицом на половину замазанным тональником?

— Ты сам знаешь ответ. Так что нужно…

Меня прервал резкий, почти что панический стук в дверь.

— Саша? Князь⁈ У нас проблемы!

Сделав пару шагов, я раскрыл дверь и увидел стоящую за ней сестру.

— Что случилось.

— Там пришёл…

— РАХМАНОВ!

О, знакомый голос. Да чтоб тебя, я надеялся на то, что он будет дольше в клинике валяться. Ладно. Я ведь ждал, что это произойдёт, ведь так? Пора поменять нас с ним местами.

— Там, что? — Князь удивлённо посмотрел на дверь, из которой донёсся крик. — Браницкий припёрся?

— Похоже, — вздохнул я, вставая с кресла. — Если честно, то я наделся на то, что он подольше проваляется.

Выйдя в коридор, направился по коридору к двери, которая вела в бар. Правда не дошёл. Дверь резко распахнулась внутрь и в коридор влетел один из охранников бара с разбитым лицом.

— РАХМАНОВ!

От прокатившегося по коридору крика чуть ли стены не задрожали.

— Чего орёшь, болезный? — поинтересовался я у стоящего в дверном проёме мужчины.

Граф Константин Браницкий представлял из себя одновременно забавное и пугающее зрелище. Одетый лишь в больничную рубаху и штаны, он медленно шёл в мою сторону с таким видом, словно намеревался сделать эту встречу последней. И взгляд его прямо кричал, что сейчас перед ним была всего одна цель — я.

— Ты, хоть знаешь, что сделал⁈ — прорыдал он, надвигаясь на меня по коридору, на ходу переступив через скрючившегося на полу охранника «Ласточки».

— Я смотрю, твоя реликвия снова действует, — вместо того, чтобы бежать отсюда со всех ног поинтересовался я, поднимая правую руку.

— Да, мелкий ты говнюк! Действует! Из-за того, что ты не позволил мне там сдохнуть она теперь снова…

От выстрела в узком пространстве коридора у меня заложило уши. Где-то за моей спиной закричала Ксюша, спрятавшаяся в кабинете Князя. Но мне уже было как-то всё равно.

Константин дёрнулся и замер. Поднял правую руку и коснулся дыры в своей груди.

— Ах ты мелкий…

Особо разглагольствовать я не стал и вместо лишних слов просто выпустил в него весь оставшийся барабан. Все пять пуль. Прямо в грудь.

Браницкий завалился назад и упал спиной на пол с остекленевшим взглядом.

— Саша! Ты что творишь⁈ — заорал на меня Князь, но его голос звучал приглушённо, будто пробивался через водную толщу. Ещё и этот мерзкий писк в ушах.

— То, что давно ещё надо было сделать, — проворчал я.

Убрав опустошённый револьвер обратно в кольцо, пошёл к лежащему на полу коридора «трупу». Оружие всё равно бесполезно. Я его даже перезарядить не успею. Вон, раны на его теле уже начали затягиваться с крошечными язычками пламени. Ещё секунду пять и он придёт в себя.

Подойдя ближе, я наклонился и посмотрел ему в глаза. Как раз в тот момент, когда он окончательно пришёл в себя и уставился на меня, мягко говоря, очень и очень злым взглядом.

— Вот ведь говнюк, — оскалился он и в этот раз я услышал нотки веселья в его голосе.

— Если ты успокоился, — произнёс я, глядя на него. — То я предлагаю поговорить…

Отправить