Глава 9

Неприметный с виду четырёхдверный серый седан остановился у обочины в квартале от портового района Санкт-Петербурга.

Они выехали сюда спустя пятнадцать минут, как только существующая в Российской столице агентурная сеть сообщила, что ИСБ зашевелилась. Галахад мог воистину гордиться тем, насколько сложной и разветвлённой являлась созданная ими сеть информаторов и осведомителей, которые снабжали британскую разведку информацией. Но самое главное заключалось не в этом.

Самым важным являлось то, насколько глубокой являлась сеть, которую создала Британская тайная служба за прошедшие целые десятилетия. Это всегда была работа вдолгую, и сейчас, к восхищённому удовольствию самого Алестера, она сработала просто блестяще.

С самого утра тщательно укрытая в одном из жилых районов города резидентура британской имперской разведки получала сведения о том, что назревает нечто значительное. Нечто такое, ради чего были привлечены дополнительные силы. Кое-какие признаки они заметили ещё ранее. К этому всё шло последние несколько дней. Со стороны это было практически не заметно, но для тех, кто понимал, на что именно следует смотреть, город теперь больше походил на разворошённый улей.

И сейчас вложенные за десятилетия старания оправдались сторицей, когда Галахаду сообщили о том, что Меньшиков начал действовать. Алестер даже позволил себе секундное удовольствие оттого, что представил бы себе лицо этого надутого князя, если бы тот узнал, сколь глубоко на самом деле были осведомлены британские спецслужбы о действиях русских прямо у них дома. Впрочем, Алестер сразу же отогнал пусть и приятные, но крайне глупые мысли.

Единственное, чего они не знали, — точных причин всего происходящего. Но Алестер разумно предполагал, что для того уровня активности, которые они сейчас наблюдали, мог быть лишь один повод. В конце концов, его появление и заранее спланированный разговор с Меньшиковым, на который он рассчитывал, должны были лишний раз подстегнуть их.

Впрочем, будучи человеком умным, Галахад всегда оставлял себе право на ошибку. Так что он решил, что дождётся момента, когда его цель сама обнаружит себя.

Британский аристократ хорошо запомнил их с Меньшиковым беседу. Очень хорошо. А потому те дни, что он провел здесь, в столице Российской Империи, были потрачены им на сборку дополнительной информации. Придворный пёс русского Императора не зря так давил на него. Он не стал бы этого делать, если бы не стремился защитить что-то… или же кого-то.

И Алестеру стало крайне интересно, кого же именно Меньшиков так сильно хотел оградить от возможной угрозы со стороны Британии. Сам Галахад был весьма прямолинеен в том, что касалось его заявлений. Британский трон не потерпит полумер! Только полноценный и прямой ответ на совершённое преступление. Только кровь могла смыть нанесённое оскорбление и пояснить, что никто и никогда не имеет права поднять на них руку.

К сожалению, Алестер являлся достаточно рациональным человеком в том, что касалось реалистичного взгляда на мир. Русский князь прав относительно того, что в случае возможного полномасштабного конфликта Британии придётся, мягко говоря, непросто. Все его слова относительно проблем на «заднем дворе» также являлись чистой правдой.

Но какое вообще значение могут иметь подобные мелочи, когда на кону стоит честь Британской Империи и её Императора?

Правильно. Никакого. Честь всегда стояла и будет стоять на первом месте. Никто не имеет права огрызаться на них и остаться после этого безнаказанным.

— Ваша светлость, похоже, что русские начали действовать.

Чуть повернув голову, Галахад посмотрел на сидящего рядом с ним в машине молодого человека.

Младший сын виконта Сандерленда сидел сейчас с закрытыми глазами, полностью сосредоточившись на управлении собственным даром. Мальчишке исполнилось немногим больше двадцати, но он уже подавал большие надежды на будущее. И всё из-за своей Реликвии, позволяющей владельцу покидать собственное тело и наблюдать происходящее вокруг на весьма значительном отдалении. Конечно же, боевой потенциал подобного дара выглядел не очень большим, но его преимущества на поприще разведки казалось сложно переоценить. Именно поэтому этот молодой человек вот уже два года занимал должность одного из главных оперативных агентов британской разведки в Российской Империи, в то время как его знали не более чем помощником дипломатического атташе.

— Что происходит? — негромко спросил Галахад, стараясь говорить медленно и спокойно, так как знал, что любое эмоциональное напряжение могло нарушить действие реликвии.

— Их люди сейчас окружают восточную часть порта, — хрипло отозвался Сандерленд.

— Цель?

— Они ещё не обнаружили её, — ответил он, не открывая глаз. Алестер видел, как его прикрытые веками глаза мечутся из стороны в сторону.

— Ясно, — пробормотал Галахад. — Если вдруг они…

Яркая вспышка прервала его на полуслове.

Быстро повернув голову к окну, он заметил ослепительное пламя, охватившее верхушку одного из портовых кранов.

Через несколько секунд в то же самое место попал ещё один удар. Тонкий алый луч срезал часть крановой стрелы, и вся конструкция начала разрушаться, обваливаясь вниз, прямо на скопившиеся под ним грузовые контейнеры.

— Что там происходит? — спокойно спросил он.

— Похоже, что кто-то только что попытался застрелить князя Меньшикова. — поморщившись, ответил Сандерленд. Быстрые перемещения собственной проекции всегда давались ему непросто.

— Успешно, надеюсь?

— К сожалению, ваша светлость. Видимо, у него есть защитные амулеты…

— Жаль, — протянул Галахад и задумался.

Если верить тому, что он только что увидел, то, получается, Николай притащил сюда и этого психопата. Британские службы уже трижды пытались избавится от него, когда Браницкий находился за границей, но все три раза попытки оказались провальными. В одном случае слетевший с катушек граф даже настиг и полностью уничтожил их группу. Прискорбно, но Галахад радовался хотя бы тому, что мертвецы уже никогда и никому не смогут рассказать, на кого именно они работали.

— Продолжай следить за ними, — приказал Алестер, открывая дверь машины. — Если обнаружишь наши цели, то сообщи мне. Или если кому-нибудь посчастливится избавиться от этой змеи, Меньшикова. Это стало бы прекрасным завершением дня.

— Как прикажете, Ваша светлость, — негромко проговорил Сандерленд и кивнул головой, не открывая глаз. — А вы?

— Я пойду вперёд, — произнёс он, выходя из машины, прихватив с собой лишь узкие чёрные ножны с фамильным мечом. — Связь будем держать по рации.

— Да, ваша светлость…

Но Галахад этих слов уже не слышал. Он закрыл дверь машины и посмотрел в собственное отражение в тонированном стекле. После чего положил на него ладонь, будто желая коснуться собственного отражения…

…и растворился в нём, оставив после себя лишь пустые следы на грязном снегу.

Переулок был пуст, и никто не заметил происходящего. Но если бы кто-то в этот момент все-таки подошёл к машине, то увидел в отражении стекла странную картину того, как высокий мужчина в дорогом кашемировом пальто по ту сторону стекла уходил прочь…

* * *

— Твою же мать… — пробормотал Михалыч, и я был с ним полностью согласен.

Огромный и объятый пламенем портовый кран начал разваливаться прямо на наших глазах.

— Пошли, — приказал я.

Здоровяк посмотрел на меня, и выражение на его лице сказало мне куда больше, чем можно было бы подумать.

— Слушай, парень, ты, видимо, не понимаешь, но… стой! Да подожди ты!

Даже не став его слушать, я просто открыл дверь машины и вышел на улицу. Разумеется, Михалыч тут же выскочил наружу вслед за мной.

— Саша! — крикнул он. — Да куда ты собрался⁈ Стой, бесы тебя раздери!

— Куда надо, — отозвался я. — Я собираюсь найти своего брата, пока Меньшиков его не прикончил. Или пока Андрей не прикончил Меньшикова. Или ещё что…

— Ты совсем сдурел⁈ Посмотри, что там творится!

— Ага, уже видел, — бросил я через плечо. — Михалыч, если не хочешь, то можешь тут оставаться. Я сам разберусь, а ты свяжись с Князем и сообщи ему, что здесь происходит.

Ещё бы узнать, куда его унесло в такой важный момент.

В спину мне полетели ругательства пополам с проклятиями, и не то чтобы я на них сильно обиделся. Заслуженно, чего уж там. Но просто так сидеть в машине и ждать, чем разрешится эта ситуация, я не мог. Да и не хотел.

Я не ожидал, что Меньшиков найдёт Андрея так быстро. Вспоминая его характер, не думаю, что он обойдётся полумерами. Тут у нашего князя на уме может быть только одно решение. Особенно я в этом убедился после увиденного. Видимо, Меньшиков решил притащить с собой ещё и Браницкого, потому что я не знал больше никого, кто устроил бы подобное красочное шоу. А раз так, то либо брат сделает отсюда ноги, либо в самом недалёком будущем их протянет.

Либо так, либо так, и не думаю, что его высочество решит пустить дело на самотёк и дать Андрею шанс на то, чтобы сбежать из своих цепких лап. Уж точно не после того, что я увидел в замке Браницкого. После той самой сцены, когда Меньшиков готов был избавиться от детей только потому, что в каком-то отдалённом будущем они могут представлять из себя некую угрозу, я уже не питал лишних иллюзий.

Андрею и Ольге уже заготовили место на кладбище. Тут к гадалке не ходи. После всего того, что они сделали, никто просто так их не отпустит.

Могло ли всё быть иначе? Вспоминая о том, какую разрывающую сердце боль я ощущал в душе Князя после случившегося с Марией, поверить в это казалось крайне сложным. Осознание того, что племянник, которого Князь знал ещё ребёнком, превратился в самую настоящую и опасную угрозу всем вокруг, буквально разбивало его изнутри. Умом он понимал, что после всего случившегося есть только один способ решить ситуацию так, чтобы пострадало как можно меньше людей. Способ, которому один прагматичный князь несомненно поаплодировал бы.

Только вот я боюсь, что если всё это произойдёт, то в Князе что-то окончательно сломается. То, что надломилось в тот момент, когда Мария едва не погибла из-за него, попав в руки Браницкому. И плевать, что теперь лично я считал, что граф вряд ли убил бы их. Князь считал по-другому, и кто я такой, чтобы его переубеждать. Тем более, что он знал Браницкого куда лучше меня.

Так что…

— Мелкий засранец, — прошипел Михалыч, догнав меня по дороге.

— Всё-таки решил помочь?

— Решил присмотреть, чтобы тебе голову не оторвали, — проворчал он, глянув под куртку и проверив, что сможет быстро и легко достать оружие. — Иначе Мария меня потом с ботинками сожрёт, когда на ноги встанет. А мне вот это вообще не нужно.

— А, то есть ты о своей шкуре печёшься.

— Конечно! А ты думал, что я настолько больной идиот, чтобы идти туда, где такая срань творится? Ещё и добровольно? Нет уж, уволь меня.

Видимо, желая подтвердить свои слова, он указал рукой в сторону всё ещё полыхающего портового крана.

— Не, ну ты видел, а⁈ Видел?

— Да видел я, Михалыч. Видел.

— И мы туда идём вдвоём, между прочим!

Быстро оглянувшись, я понял, что двое его людей остались в машине.

— Что, твои друзья не пошли?

— Ребята они хорошие, но работают они на Князя, а не на тебя или меня, — тут же в укор сказал он мне. — Они сюда-то поехали только из-за меня. Их для охраны бара нанимали, вообще-то. Так что не надо гнать. Тем более, пока мы будем заниматься чёрт его знает чем, они будут сидеть на телефоне и пытаться найти нашего босса…

— Куда он пропал, кстати?

— У меня что, генеральские лычки на плечах, чтобы мне все докладывали? — съязвил он. — Шеф делает то, что считает нужным. И если он нам не сообщил…

— Значит, не счёл нужным, — закончил я за него, быстро переходя дорогу и наплевав на красный свет светофора. — Я тебя понял. И, нет, Михалыч. Ты ошибся. Мы будем не вдвоем.

— Чего…

— Того, — хмыкнул я и, выставив руку вбок, коснулся кольца.

Тотчас же рядом со мной на снегу появился харут в образе овчарки малинуа и с недовольной мордой пнул передней лапой горсть грязного снега, после чего уставился на меня.

— Слушай, Брам, мы с тобой не особо ладим, но сейчас мне нужна твоя помощь, — сказал я, глядя псу в глаза. — Понимаешь?

И, о боже, я готов поклясться, что он фыркнул и закатил глаза после моих слов. Правда, уже в следующую секунду зверь потрусил вперёд, прошлёпал лапами метров пять, после чего остановился и посмотрел в мою сторону с видом, мол: ну вы идёте или нет?

Умная тварина. Понял, что у нас есть работа. Такой подход мы одобряем.

— Пошли, — сказал я Михалычу и направился следом за псом.

Для того, чтобы добраться до границ порта, нам потребовалось немного времени. Всего несколько минут быстрой ходьбы. И чем ближе мы подходили, тем сильнее у меня создавалось впечатление, что творящийся на территории хаос становился всё больше и больше.

Над портовыми районами уже во всю гудели пожарные сирены. Прямо на наших глазах люди в состоянии близком к панике спешно покидали территорию порта, стараясь убраться подальше от неожиданной опасности. Гвалт вокруг царил такой, что уши закладывало. А вот для нас это, как ни странно, оказалось полезно. Даже удивительно, что при наличии охраны порта мы с Михалычем так спокойно смогли пройти через пропускной пункт. В нашу сторону даже никто не посмотрел, что, признаюсь, выглядело в какой-то мере даже удивительно. В потоке желающих убраться подальше людей мы, кажется, были единственными, кто, наоборот, шёл в сторону полыхающего пламени.

— Ты всё ещё считаешь это хорошей идеей? — даже не пытаясь скрыть своего сарказма поинтересовался Михалыч, оттолкнув со своего пути какого-то работягу. Тот так торопился пройти мимо, что едва не врезался в громилу. В итоге оказался отброшен в сторону могучей рукой и разразился проклятиями. Правда, внимания на него мы обращать не стали. Я просто старался двигаться следом за Михалычем, который продвигался вперёд через толпу работников порта подобно ледокол через замёрзший в лёд океан. А я просто следовал за ним по пятам и старался не отставать, периодически теряя харута из вида. Животина ловко сновала между ног людей и пробиралась вперёд вместе с нами.

— Я с самого начала считал, что эта идея дерьмовая, — честно признался я. — У тебя есть другая?

— Да. Свалить отсюда и оставить их разборки. Пусть сами друг с другом проблемы решают и не впутывают нас в это дело.

— Лаконичен, как всегда.

— Краткость — сестра таланта, — хмыкнул здоровяк, сворачивая в сторону крупного контейнерного терминала. — Ты хоть задумывался о том, как мы собираемся их искать?

Отличный вопрос. К счастью, ответ на него у меня имелся, за что, к слову, стоило сказать спасибо Лару.

— Нож дай, — попросил я его, чем спровоцировал довольно недоумевающий взгляд.

— Чё, своего нет?

— Михалыч, я адвокат, а не…

— Кто?

— Ты понял. У тебя есть или нет?

— Ну, допустим, есть.

— Ну, допустим, дай сюда и прекрати дурные вопросы задавать. Время не резиновое.

Тихо проворчав себе что-то под нос, он достал откуда-то из-под куртки складной нож и щелчком пальца открыл довольно крупное и угрожающе выглядящее лезвие.

— Спасибо.

— Верни только. Этот мой любимый.

Не став ждать, я зажмурился, мысленно подготавливаясь к тому, что собирался сделать. В кино у главных героев это всегда выглядело так просто. Провёл ножиком и сделал порез на руке. Вот и всё. Угу, всё, конечно. Переусердствовать я не стал и просто провел кончиком отточенного лезвия по подушечке безымянного пальца на левой руке. Счёл его, так сказать, наиболее меньшей жертвой. И почти сразу понял, что недооценил страсть и усердие Михалыча в полировке собственного клинка. То, что задумывалось мной, как небольшая царапина, почти сразу же превратилось в глубокий порез.

— Блин, парень, ты что творишь…

— Отвали, — сдавленно зашипел я и тихо выругался сквозь зубы. Подавил желание потрясти рукой или сунуть порезанный палец в рот. Вместо этого свистнул и жестом подозвал к себе пса.

То, что харут был куда умнее обычной дворняги, я и так знал уже давно. Вопрос только в том, насколько он в действительности умён. Вот где крылась загвоздка. Лар проконсультировал меня относительно этой зверюги. Альфары создали их как охотничьих псов. Гончих, способных преследовать добычу по одной единственной капли крови и никогда не сбиться со следа. Вопрос только в том, сможет ли он найти моего брата? Отец у нас один, так что родственная связь имеется. Вот я и спросил Лара, сработает ли это.

Он ответил мне честно — не знает. Альфарская химерология никогда не была его коньком. Но учитывая, как его предки поработали над этими зверушками, попробовать стоит. Вот я и пробовал. Прямо сейчас.

— Иди сюда, — махнул я целой рукой и отдал нож обратно Михалычу. — Есть работа, блохастый.

Брам наклонил голову и подошёл ко мне. Прищурил глаза и принюхался к ладони, по которой из порезанного пальца текла кровь. Даже лизнул её.

— Мне нужно, чтобы ты нашёл моего брата, — сказал я ему. — Понимаешь?

— Уф?

Пёс наклонил голову в бок и с недоумением уставился на меня.

— Не уфкай, — пожурил я его. — Давай, мне нужно найти его, и всё, что у меня есть для этой задачи, это твой нос. Так что не криви морду и…

— Эй! Вы кто ещё такие⁈

Обернувшись, я заметил идущего в нашу сторону мужчину в форме охранника порта. Тёмно-синяя спецовка. Соответствующий бейдж. Пояс с рацией и дубинкой и злое выражение на лице.

— Мы тут мимо проходили, — бросил ему Михалыч. — Сейчас уже уходим.

Честно говоря, я был не до конца уверен в том, что это вообще хоть как-то сработает. Уж слишком взвинченными были эмоции этого человека. Так тут ещё и откуда-то со стороны прилетел звучный и басовитый хлопок взрыва, от которого все мы вздрогнули. Ну ладно. Вздрогнули только я и охранник, а вот Михалыч деловито повернул голову в сторону звука и оценивающе хмыкнул.

— Хорошо рвануло где-то, — пробормотал он.

Через миг, словно отдавая должное его словам, бахнуло ещё раз. Второй взрыв стал для охранника последней каплей.

— Так, я понятия не имею, кто вы такие, — заявил он, снимая дубинку с ремня. — Но я хочу, чтобы вы…

— Ты ничего не хочешь, — произнёс я, глядя ему в глаза. — Ты хочешь вывести отсюда как можно больше людей и уйти сам. Мы тебя не интересуем.

— Вы меня не интересуете, — отстраненно проговорил он и, развернувшись, пошёл прочь в сторону выхода из порта.

— Хороший трюк, — одобрительно заметил здоровяк.

— Мы не те дройды, которых он ищет, — пожал я плечами, провожая взглядом удаляющегося охранника.

— Кто?

— Да не важно, Михалыч. Забудь уже. Из фильма старого вспомнилось…

— Я уж думал, что придётся его…

— Только не говори, что собрался его убить.

— Да побойся Бога, парень! Так, вырубил бы, чтобы под ногами не путался.

Даже отвечать на это ничего не стал. Вместо этого повернулся к псу.

— Ну что? — спросил я его. — Поможешь?

Брам посмотрел на меня. Затем на кровь на ладони. Затем снова на меня. И только после этого несколько ещё раз принюхался к руке и лизнул мои пальцы своим шершавым языком.

— Уф.

— Уф, в смысле он понял, что от него надо? Или просто уф?

— Откуда мне знать, — уже не скрывая собственного раздражения в голосе, взмолился я. — Я по-собачьи не понимаю. Он вообще…

Брам развернулся. Принюхался. И затрусил в сторону контейнерного терминала. Как раз в ту сторону, где всё ещё дымил разрушенный портовый кран.

— Ну, похоже, что путь он нашёл, — вздохнул я.

— Или сучку учуял, — пожал плечами Михалыч. — Держи.

С этими словами он извлёк из-под куртки небольшой чёрный пистолет и протянул его мне.

— Пользоваться умеешь?

Я по началу думал отказаться, сославшись на то, что у меня есть свой, но потом передумал и взял оружие. Чёрт его знает, что нас ждёт. Два ствола лучше, чем один.

— Умею.

Спрятав оружие, мы с Михалычем побежали следом за виляющим хвостом псом.

Отправить