Глава 7

Пустая до того момента шахматная доска пошла рябью. Фигуры появились на ней, как по мановению руки, сразу же выстроившись для игры, подобно двум армиям, что вот-вот собирались схлестнуться друг с другом.

— Прошу, — улыбнулся Зеркальный, указав рукой на мою сторону доски. — Право первого хода за белыми.

Повертев в руках фигурку короля, поставил его на своё место, а сам пытался вспомнить старые навыки игры, которые когда-то у меня были ещё в школьные времена. Пальцы потянулись к одной из пешек, но, прежде чем я успел коснуться фигуры, меня остановил его голос.

— Ах да, — вдруг произнёс он таким тоном, словно только что вспомнил что-то важное. — Совсем забыл!

Ещё один звучный, как удар кнута, щелчок пальцами, и рядом с доской появились часы с двумя циферблатами.

— Не думал, что мы играем на время, — кисло произнёс я.

— Любая игра, Александр, всегда идёт на время, — менторским голосом проговорил Зеркальный. — Всегда, Александр. Никогда нельзя забывать, что бег времени неумолим. А потому и время нашей с тобой партии будет ограничено. Десятиминутный блиц.

— А разве это имеет смысл? — на всякий случай уточнил я. — Ты же здесь всё равно что бог, нет? И можешь управлять течением этого самого времени. Разве нет?

— А кто сказал, что время важно именно для меня?

Я не видел его лица, но готов был поклясться, что он сейчас улыбается.

— Значит, блиц, — вздохнул я и пробормотал: — Никогда не любил партии на время.

— Неужели? — Кажется, что в этот раз он удивился. — А я вот думал, что это как раз в твоем стиле. Агрессивно и напористо. Прямо как ты любишь…

Так-то оно так, но я не люблю, когда время на меня давит. Впрочем, сейчас это не так уж и важно. Вновь протянув руку, выставил пешку вперёд, после чего нажал на кнопку часов. Стрелки на его циферблате дрогнули и тут же начали свой бег под монотонное тиканье часового механизма.

Зеркальный склонился над доской.

— Пешка на e4, — пробормотал он. — Забавно. Знаешь, я ожидал от тебя… ну не знаю. Большей оригинальности?

С этими словами он уверенным движением ответил мне симметрично, выставив чёрную пешку на е5, и спокойно нажал на кнопку на своей половине часов.

— Не вижу причин ломать то, что работает, — пожал я плечами и быстро выставил вперёд ещё одну пешку, переставив фигуру на f4. — Вряд ли ты бы захотел, чтобы я с «детского мата» начал, ведь так?

От моих слов он расхохотался. Даже картинно за сердце схватился.

— Боже, Александр. Сделай ты так, и я бы счёл это чудовищным оскорблением.

— Ну вот я и решил не испытывать судьбу, — усмехнулся, глядя на доску.

— Решения, принятые без сомнений, Александр, чаще всего оставляют после себя больше всего сожалений, — ответил мой противник. — Но не могу не ответить, что королевский гамбит весьма рискованное… решение.

— Я бы сказал, что это хороший дебют.

— Слишком агрессивный, не находишь?

— Нормально, как по мне. Не любишь гамбиты?

— Не люблю комбинации, которые можно разбить так просто, — парировал он. — Ведь лучший способ опровергнуть чужой гамбит — это принять его.

С этими словами его пальцы переставили чёрную пешку с е5 на f4, съедая мою фигуру.

Он даже не стал убирать её со стола. Просто поставил поверх свою, и моя растаяла белесым туманом, словно её никогда и не существовало.

— Кажется, тебе только что пустили кровь, Александр, — заметил он.

— Да, я заметил, — спокойно отозвался я, стараясь не обращать внимания на раздражающее тиканье часов.

Вместо этого взял своего слона f4 и переместил его на с4.

А вот следующий его ход меня удивил. Зеркальный спокойно взял своего ферзя и выставил его на h4.

— Похоже, что твой король только что потерял свою рокировку, — заметил он.

— Ничего страшного. На f1 ему тоже будет неплохо, — скривился я.

Не тратя время, которого и так было немного, переставил короля, на что Зеркальный ответил своей пешкой на b5, будто бы специально подставляясь под моего слона.

Странный ход. Я даже завис на пару секунд, но постоянно действующее на нервы тиканье часов не давало нормально сосредоточится. Ненавижу блиц.

В итоге я съел подставленную мне пешку, а слон занял её место на b5.

— Ты не следишь за своей пешкой, — подсказал он мне, выставив вперёд коня.

— Нормально всё с ней, — отозвался я и отзеркалил, как бы это смешно ни прозвучало, его ход. В итоге белый конь занял место на f3. Заодно и его чёрный ферзь под угрозой оказался.

Следующий его ход тут же подтвердил правильность моих действий. Чёрный ферзь трусливо сбежал на h6.

— Бежишь? — поинтересовался я.

— Скорее, тактически отступил.

— Бежишь.

— Как тебе будет угодно. В конце концов, это всего лишь игра, разве нет?

— С тобой любая игра как хождение по бритве.

— А разве должно быть иначе, Александр? Ведь каждая игра — это маленькая жизнь. Каждый ход — принятое решение.

— Не, слишком пафосно на мой вкус.

Белая пешка на d3. Сразу же последовал ответ. Чёрный конь двинулся со своей клетки, встав на h5. Как я и думал. Моя пешка на e4 всё равно, что отравлена. Стоит «съесть» её, как другая тут же ударит коня и заберёт его.

Как-то слишком уж осторожно он играет. Забавно, но я ожидал чего-то более… агрессивного, что ли.

Ладно. А если так? Белый конь на h5. Нет. Не вариант. Зеркальный тут же закрылся ферзем на g5. Да только варианты всё равно остаются, ведь так?

— Неплохо, неплохо, Алекснадр, — даже не пытаясь скрыть удовольствие в голосе проговорил Зеркальный наблюдая, как я переместил пресловутого белого коня на f5, где он находился под охраной моей же белой пешки.

Ответ последовал незамедлительно, моментально показав мне ошибочность собственных действий. Чёрная пешка с c7 сделала ход, и теперь мой слон находился в опасности. И я это пропустил. Пришлось скрипя зубами признать ошибку.

— Похоже, что попал в затруднительную ситуацию.

— Я вижу…

— Теперь и твой конь и слон под угрозой…

— Да, спасибо. Я вижу…

— Я просто подсказываю.

— Сам разберусь, давай ты не будешь мне мешать?

Вместо того чтобы пытаться спасти одну из фигур и увести её из-под удара, выставил вперёд ещё одну пешку, поставив её на g4. Либо он его уберёт, либо потеряет и…

Да. Как я и думал, коня он убрал, переставив фигуру на f6. Правда, одна моя пешка всё равно оставалась под угрозой, но я пока готов был с этим мириться.

— Любопытно. — Заменяющая моему противнику лицо зеркальная маска повернулась ко мне. — Вместо того чтобы защитить свои фигуры, ты предпочёл пойти в атаку. Нападение вместо обороны?

— Лучшая защита.

— Только не тогда, когда ты не готов принять свою жертву.

— Как ты там сказал? — вспомнил я. — Тактическое отступление? Считай, что это тактическое нападение…

— А свои дела ты тоже так ведёшь?

Неожиданный вопрос едва не сбил меня с мысли. А ведь и правда. Вместо того чтобы работать от защиты я всегда стараюсь давить сам. Один мой старый преподаватель из университета всегда говорил, что превентивная и агрессивная эскалация всегда будет лучше любой защиты. И в этом плане я был с ним согласен.

Но шахматы…

У меня в голове будто что-то стрельнуло. Нужно ведь думать и о защите тоже. Рука будто сама собой потянулась к правой ладье и сместила её на одну клетку, выставив фигуру на g1…

И я тут же потерял своего слона. Чёрная пешка метнулась на b5, вмиг растворив моего слона белой дымкой.

— Сбился с мысли? — с издевкой спросил Зеркальный.

— Нет, просто этот слон мне изначально не нравился.

Белая пешка на h4. Ферзь делает шаг назад.

— Ещё одно отступление?

В этот раз издёвка звучала уже в моём голосе, на что Зеркальный лишь пожал плечами.

— Просто не хочу жертвовать своей королевой. В отличие от твоего слона, я испытываю к ней очень нежные чувства.

Прекрасно. Значит, усилим давление.

— А если так?

— М-м-м, пешка с h4 на h5. Не хочешь стоять на месте?

— Терпеть этого не могу.

В следующий миг чёрный ферзь опять сделал шаг вперёд, вернувшись на свою позицию на g5. А я понял, что я идиот, глядя, как чёрная королева ворвалась прямо в выстроенные мною белые фигуры. И теперь ни одна из них не могла нанести по ней удар.

— Ты слишком торопишься, Александр. Решил, что если я сделал шаг назад, то буду бежать и дальше? Глупость. Как я и сказал, чрезмерная агрессивность делает тебя уязвимым.

Хотя нет. Не всё так плохо. Конь и одна из двух пешек всё ещё под защитой. Он просто пудрит мне мозги, стараясь запутать.

— Тик-так, Александр, — напомнил мой оппонент. — Время идёт.

Отвечать я не стал. Вместо этого скривил лицо. Никогда не любил играть блиц. Не раздумывая долго, переставил своего ферзя на f3.

— Разве не забавно? — неожиданно сказал Зеркальный, глядя на доску.

— Что именно?

— Шахматы. Такая старая игра, но как же удивительно она похожа на наш мир, — произнес он. — Ход за ходом выстраивают партию, полную жертв, обмана и решений.

— Пф-ф-ф, в жизни шахматные правила не работают, — отозвался я. — Ты ходить будешь?

— А ты куда-то торопишься?

— Ты сам сказал, что время ограничено.

— Я не сказал, что оно ограничено у меня, Александр. Время на свой ход я найду всегда.

С этими словами он переставил чёрного коня. Прыжок, и вражеская фигура моментально отступила назад, вернувшись на свою изначальную позицию на краю шахматной доски.

В ответ мой слон взял его пешку на f4 и попутно прогнал чёрного ферзя на f6. Правильно. Проваливай от моих пешек! Решив ещё больше усилить давление, я сделал ход вторым конём, выставив его на с3. Сразу же после этого чёрный слон, что терпеливо дожидался рядом с королем сделал свой ход, выйдя вперёд.

Глядя, как чёрный слон встал на с5, я с неудовольствием понял, что королевская ладья оказалась под ударом.

— Ну, будешь и дальше действовать всё так же агрессивно? — полюбопытствовал мой противник.

— Не вижу смысла останавливаться на достигнутом.

Мой ход — и белый конь занимает d5, оставляя открытой длинную диагональ к моей пешке. С одной стороны, он не может этого не видеть. Как и то, что теперь с этим ходом мой конь дотягивается до его ферзя.

И выбор у него в этой ситуации только один. Нет. Не один, строго говоря, но…

— Забавно, — протянул Зеркальный. — А знаешь что? Почему бы и нет?

Черный ферзь скользнул по шахматной доске, растоптав мою пешку на b2 в белую пыль.

В ответ белый слон прошёл несколько клеток по диагонали до d6. В ответ слон Зеркального взял королевскую ладью на g1, а я двинул вперёд безобидную на вид пешку.

— А вот и вторая, — воскликнул Зеркальный, и в тот же миг чёрный ферзь взял вторую ладью на a1. — Шах, Александр. Как будешь выпутываться?

И правда. С одной стороны слон, который блокирует короля. С другой ферзь. И что мне делать? Немного подумав, переместил его на е2. Здесь он хотя бы ненадолго, но будет в безопасности.

В этот момент произошло что-то странное. Я почти ждал, что он продолжит нападением ферзем. Учитывая, где он находился, это всё равно, что пустить лису в курятник. Но вместо этого Зеркальный сместил руку и переставил коня с края поля на а6.

Этот странный ход настолько выбивался из общей партии, что я не смог удержаться от вопроса.

— Зачем?

— Что зачем?

— Ты же мог…

— Мог, — кивнул он, моментально поняв на что именно я намекаю. — Но, как я уже говорил, шахматы — это игра о решениях. И последствиях, которые мы за эти решения получаем.

Ничего не понял. Нет, я понимаю, что он опасался двух моих коней и слона, что нацелились на его короля. Желание поставить мат сразу. Без того, чтобы тратить время на лишние ходы. Но он ведь мог парировать это собственной агрессией. А вместо этого опять уходит в защиту. Почему? Не знаю. Ну и ладно. Главное, что у меня открывался теперь простор для своих действий.

Белый конь с f5 ест пешку на g7. В ответ чёрный король делает шаг в сторону. Вот он. Решающий момент!

— О! — весело воскликнул он, заметив, что мои пальцы потянулись к ферзю. — Решил воспользоваться своей королевой?

— Не вижу причин этого не сделать.

— Даже если ты её потеряешь?

Я посмотрел на него.

— Кто сказал, что я её потеряю?

— А кто сказал, что ты будешь её терять? — с иронией спросил он в ответ. — Ты сам ею пожертвуешь. Сделаешь это сознательно. Ради победы.

Наплевав на его подначки, я просто переставил своего ферзя на f6, поставив под угрозу его короля. Оторвав взгляд от доски, я посмотрел на него.

— Шах.

— Неплохо, Александр, неплохо. Но, как я и сказал…

Молниеносный ход конём, и моя королева развеялась белым туманом по доске.

— Видишь? Ты пожертвовал ею. Как я и сказал.

— Ты много чего сказал, — пожал я плечами. — Но…

Только и ждавший этого момента белый слон сделал свой ход. Е7.

— Шах и мат. — Я посмотрел на Зеркального.

— Ты пожертвовал своей королевой, — заметил он. — Всё так, как я и говорил.

— Я лишь использовал её для того, чтобы победить, — бросил я. — И победил.

Ладно. Признаю. В этот момент я ощущал себя чертовски большим Умником. Вот прямо с большой буквы. Если бы не его ошибка с конём, то я бы не смог добиться победы через жертву ферзя. Но сейчас мне было как-то всё равно. С довольной улыбкой на лице я в последний раз нажал на переключатель часов.

Только вот тиканье стрелок почему-то не остановилось. Присмотревшись, я вдруг с удивлением для себя обнаружил, что с самого начала партии стрелки даже не сдвинулись с места…

— Что за бред.

— Видишь ли, Александр, — вдруг произнёс Зеркальный, сбив меня с мысли. — Ты почему-то ошибочно считаешь, что потеря чёрного короля — это поражение.

Эти слова меня смутили.

— А может быть иначе?

— Конечно. Потеря чёрного короля — это всего лишь потеря одной из фигур. В конце концов, тебе не стоит забывать, кто на самом деле выигрывает и проигрывает в шахматах.

С этими словами он протянул руку и коснулся кончиком пальца своего короля. Одно короткое движение — и фигура завалилась набок, постепенно растворяясь чёрной дымкой. А вслед за ней стали пропадать и другие черные фигуры, пока поле окончательно не осталось за белыми.

— Ну вот. Поздравляю, ты победил, Александр.

В его голосе отчетливо звучала радость. Я бы даже назвал это восторгом, если бы у самого не было так погано на душе. Вроде и выиграл, но ощущение складывалось такое, будто меня разгромили в пух и прах.

— Ну чего ты? Не вешай нос! Мат за двадцать три хода, да ещё и такой красивый — это вполне достойный результат. И ведь у нас ещё столько времени в запасе осталось!

Бросив взгляд на часы, заметил, что стрелки всё ещё стояли на своих местах, а часы продолжали ритмично и размеренно тикать дальше.

Бред какой-то. Не могли же они стоять на месте. Я ведь был уверен, что они двигались…

— Ну что же. — Зеркальный хлопнул в ладоши, и шахматная доска растворилась в воздухе вместе со столиком, на котором она стояла. — Ты победил. Молодец. Как я и обещал, я готов выполнить условие и помочь тебе…

* * *

Моргнул. Ещё раз. Опустил взгляд и посмотрел на игральную карту, которую всё ещё держал в руке. Всё тот же туз пик. Огляделся по сторонам и окончательно осознал, что вновь стою в своей комнате. В том самом месте, где находился после того, как закрыл дверь за Викой и…

Меня вдруг дёрнуло, как от удара током. Я сорвался с места и бросился к своей куртке. Пошарив по карманам, нашёл мобильник и включил дисплей.

Часы показывали, что с того момента, как я пришёл в «Ласточку», прошло не больше пятнадцати минут. То есть наш разговор и вся партия в реальности что, заняли не больше нескольких секунд? Выходит, что он опять сжал время, и…

И меня снова дёрнуло.

Забыв обо всём, я открыл список контактов и нашёл тот, который закрепил в телефонной книжке за Меньшиковым. Нажал на кнопку вызова и стал ждать, терпеливо слушая доносящиеся из трубки гудки.

— Да? — послышался из динамика напряженный голос князя.

— Ваше Высочество, я знаю, где Андрей. Он в порту и…

— Покорнейше благодарю, Рахманов, но я и сам это прекрасно знаю, — холодным и напряжённым голосом перебил меня Меньшиков. — Думаю, что в сложившейся обстановке твоя информация мне без надобности. А теперь будь добр, не мешай нам делать свою работу.

Звонок прервался, а я ещё несколько секунд стоял и смотрел на экран своего телефона.

Он повесил трубку, даже не дослушав меня. Какого чёрта он так сделал⁈

Не тратя время на глупые мысли, я вырвался из комнаты. Точнее, попытался, с ходу налетел на дверь плечом, когда та абсолютно не пожелала открываться. Вспомнив, что после визита Вики закрыл её на замок, торопливо открыл его и, выскочив в коридор, рванул к лестнице. Быстро спустившись, вбежал в зал бара.

— Ксюша!

— А? Чего?

Сестра стояла за стойкой и как раз готовила коктейль в шейкере, когда мой крик заставил её вздрогнуть и просыпать лёд на пол.

— Ты чего кричишь⁈ — возмутилась она. — Я чуть…

— Где Князь? — перебил я её, подскочив к стойке.

— Что?

— Ксюша, где…

— Да откуда я знаю⁈ Он не приходил ещё. Ты сам всего пятнадцать минут назад вернулся.

Тихо выругавшись сквозь зубы, я рванул обратно в помещения для персонала. На проходе дёрнул ручку двери, которая вела в кабинет дяди, но та ожидаемо оказалась заперта. Даже попытался дозвониться до него, но он не взял трубку.

— Дерьмо… — пробормотал я и подавил желание ударить или пнуть дверь кабинета. Во-первых, без толку. Во-вторых, руку жалко. Как и ногу.

А затем мне в голову пришла другая идея. Развернувшись, направился в сторону комнаты отдыха. Нет, не той, которую девчонки превратили в свою гримёрку. Другую. Ту, что пропахла табаком и где от сальных шуточек краска со стен уже слезала. Он ведь сейчас должен быть здесь. В зале его не было, значит…

Открыв дверь, заглянул внутрь, заметив нужного мне человека, который лежал на диване и храпел.

— Рота, подъём, — сказал я, скинув с его лица какой-то спортивный журнал, видимо, прикрывающий его от света горящих в комнате ламп. — Михалыч, вставай!

— А? — До этого момента дрыхнущий громила, вздрогнув, проснулся. — Что? Где пожар?

— Не здесь, — успокоил я его. — Машина есть?

— Ну есть, — сонно пробормотал он. — А на кой-тебе она?

— Поехали. Нам нужно в порт.

— Парень, я тут вообще-то делом занят и…

— Вижу я, каким ты тут делом занят, — огрызнулся в ответ. — Поднимай задницу. Нам срочно нужно в порт!

— Да нифига оно нам…

— Андрей сейчас там.

Стоило мне это сказать, как из его эмоций исчезло любое легкомыслие. Вообще доселе я не встречал такого. Чтобы эмоции вот так моментально перестроились. Его словно по щелчку сменили. Одно мгновение — и передо мной был зверь, готовый броситься в бой по первому же приказу.

— Ты знаешь, где тот говнюк, который едва Мари не прихлопнул?

— Да. Но нужно ехать прямо сейчас. Времени нет, а до Князя я не могу дозвониться…

— Пять минут, — сказал он, подрываясь с дивана.

На самом деле на то, чтобы собраться, ему потребовалось всего три. На четвёртой мы уже шли по коридору к чёрному выходу из здания, что располагался с другой стороны и вёл к небольшому двору, где Князь и остальные парковали свои машины.

И шли мы не одни. Рядом с Михалычем шагали ещё двое парней из охраны бара, которых он выдернул из зала. Больше, сказал, взять нельзя, чтобы дом не оголять.

Да я с ним и не спорил. Если я прав, то даже эти нам не потребуются. Было у меня отвратительное чувство, что мы опоздаем.

Сев в машину, Михалыч быстро завёл двигатель. Я сел справа от него, а двое парней из охраны забрались сзади. Оружия я особо не заметил. Разве что у Михалыча из-под куртки торчала рукоять то ли большого пистолета, то ли небольшого автомата.

Пока ехали, я попытался ещё раз дозвониться до Меньшикова, но тот, как назло, не брал трубку. Подавив желание выругаться, я откинулся на кресло и стал просто смотреть перед собой в лобовое стекло.

— Так, значит, он там? — спросил Михалыч, когда мы остановились на светофоре.

— Да, — кивнул я, больше занятый своими мыслями.

— И на него там сейчас облаву устроят?

— Да, — снова кивнул я. — Только проблема не в этом.

— А в чём тогда? Если от него сейчас избавятся, то…

— Михалыч, он знает о том, что произойдёт, — перебил я его. — Андрей ждёт их.

— Опаньки, — только и пробормотал он.

Зеркальный так и сказал. Он знает о том, что случится. Даже более того — брат ждал, что именно так всё и произойдёт.

И это не давало мне покоя. Андрей не мог не понимать, что именно должно было произойти и кто придёт по его душу. Делать из себя подсадную утку в такой ситуации казалось мне форменным безумием. Вполне возможно, что я бы подумал точно так же, как и Михалыч. Если всё складывается настолько удачно, то почему бы не отдать его на милость Его Высочества. Пусть разбираются, если такие умные.

Но вот последние слова не давали мне покоя.

— Он знает, что они придут за ним, Александр, — произнёс Зеркальный. — И скажу тебе больше. Он будет их ждать. С нетерпением.

То, каким воодушевленным тоном это было сказано, вызвало у меня крайне паршивые предчувствия.

Мы добирались до порта больше двадцати минут. Почти полчаса, которые показались мне чуть ли не вечностью. И в тот момент, когда перед нами показались первые здания портовой инфраструктуры, Михалыч указал рукой в дальнюю сторону порта.

— Если ты прав, то засранец должен быть где-то там…

Договорить он не успел. Его прервал взметнувшийся в небо столб пламени. Яркого настолько, что стало больно глазам.

Михалыч ударил по тормозам так резко, что меня едва не швырнуло вперёд. Наверное, и через лобовуху бы выкинуло, если бы не ремень.

— Твою же мать… — прошептал он, глядя, как огромный огненный смерч охватил огромный кран и принялся уничтожать стоящие рядом портовые строения.

А до меня окончательно дошло, что мы опоздали.

Отправить