Глава 22

Распутину было не по себе от того, что он отправляет сына на убийство, но в данном случае только на него мог полагаться. Как оказалось все те, кому он помогал и платил просто огромные деньги, с лёгкостью могли предать.

— Как он работает? — спросил Тимур, вновь взяв в руки артефакт с чёрным кристаллом. Камень был заключен в оправу из тусклого серебра и не отражал свет, падающий на него. Казалось, будто смотришь в чёрную бездну.

— Ничего сложного. Грачёв сказал, что он действует на расстоянии до пятнадцати метров. Работает даже сквозь бетонные стены и железные ворота и убивает любого, кто попадает под его влияние.

— Как? Что конкретно он делает?

— Я точно не знаю, но следов не оставляет. А большего нам и не надо. Когда Филатовых не станет, остальные аптекари присмиреют.

— О чём ты? Их вроде и так не видно, — Тимур невольно поёжился и с трудом оторвал взгляд от чёрной бездны.

— Не скажи. Аптеки филатовских вассалов начали появляться, как грибы после дождя. Если так дальше пойдёт, мы вернёмся к тому, с чего начинали, и все наши труды пойдут по одному месту, — он сурово поджал губы.

— Ты уверен, что нас не обвинят в смерти Филатовых? — мужчина начал сомневаться в том, что хочет делать то, о чём просит его отец.

Тимур на многое готов пойти во благо рода, но убить собственными руками… Почему он должен рисковать, если всё равно главой рода станет его старший брат?

— Никто ничего не докажет. Да и как можно что-то доказать, если артефакт не оставляет следов, а ты даже в дом не зайдёшь. Я уже всё придумал, — воодушевившись потёр он руки. — Значит, слушай сюда…

— Погоди-погоди, отец. Давай сначала обсудим, что я с этого буду иметь?

— В смысле? — Распутин недоуменно посмотрел на сына.

— Ты отправляешь меня на убийство целой семьи. Это очень рискованное дело. Меня могут поймать или кто-то увидит, как я буду облучать артефактом дом Филатовых. Или артефакт не сработает в полную силу. Или Филатовы окажут сопротивление, и я сам пострадаю…

— Что ты хочешь? — холодно спросил Василий Денисович, буравя сына взглядом.

— Хочу стать следующим главой рода, — Тимур решил не ходить вокруг да около.

— Следующим главой станет тот, кого выберет совет. Я не могу тебя назначить.

— Но ты может оставить завещание, в котором выразишь своё желание передать пост главы мне. Ведь так?

Распутин многое бы отдал, чтобы вернуться лет на двадцать назад и хорошенько выпороть своего сынка, но сейчас он мог либо согласиться с его условием, либо найти другого исполнителя.

— Хорошо. Я сделаю это, но после того, как ты выполнишь свою часть уговора и убьёшь Филатовых.

— Договорились, — кивнул Тимур. — Когда выезжать?

— Сейчас. Прибудешь туда ночью. Никуда не заходи, ни с кем не общайся. Никто в городе не должен тебя видеть.

— А машина? На своей ехать?

— Нет, конечно! Я велел водителю пригнать какую-нибудь развалюху, чтобы потом от неё можно было избавиться.

— И что?

— Вон, за воротами стоит.

Тимур подошёл к окну и выглянул на улицу. Возле череды шикарных дорогих автомобилей семьи Распутиных пристроилась серебристая развалюха с ржавыми пятнами на кузове.

— А она доедет?

— Конечно. Помни, тебя никто не должен видеть.

— Не беспокойся. Не увидят.

* * *

Тимур Распутин дал себе слово больше не садиться за руль дешевых старых автомобилей. Машина скрипела, стучала, кряхтела, дёргалась и грозилась заглохнуть прямо посреди дороги.

Весь путь до Торжка мужчина сидел, ссутулившись и крепко сжимая руль, который почему-то часто вёл себя так, как ему вздумается.

Добрался он до Торжка к вечеру. Отец велел действовать ночью, когда город будет спать, поэтому он припарковался у заброшенного гаража, вытащил термос с чаем и пирожки, и принялся ждать.

Пару раз он выходил из машины, чтобы справить малую нужду и размять ноги, но даже в этом безлюдном месте он надвигал кепку на глаза, поднимал воротник и цеплял темные очки на кончик носа, хотя был уже вечер. Короче, делал всё, чтобы его не запомнили и не узнали.

В восемь вечера начали закрываться лавки и магазины, людей на улице становилось всё меньше, а после девяти город вообще замер. Тимур уже собрался действовать, ведь ему хотелось побыстрее закончить с этим делом, но тут его окликнули.

— Эй, служивый!

Резко обернувшись, он увидел, что к нему направляются трое мужчин. По виду нищие. У одного зеленая вязаная шапочка на голове.

— Чего вам? — грубо спросил он.

— Может, помощь нужна? — продолжал мужик в зеленой шапочке.

— Не нужна мне помощь. Да и с чего вы взяли, что я служивый? — Тимур бегло взглянул на себя — черный спортивный костюм, темная крутка, ботинки. Всё без опознавательных знаков.

— Так, мы за вами уже давно наблюдаем. Будто ждёте чего-то. Вы спрашивайте, мы здесь всех знаем.

— Пошли отсюда, отребье! — прикрикнул Тимур. — Только вас мне не хватало.

— Как угодно. Наше дело предложить, — пожал плечами бродяга и кивнул остальным.

Мужчины развернулись и пропали за гаражами. Тимур сплюнул под ноги, с презрением глядя им вслед.

Прождав ещё три часа, он сверился с картой города и медленно поехал в сторону дома Филатовых. Выяснить, где проживают аптекари, не составило большого труда, поэтому он ещё в Москве проложил наиболее близкий маршрут до дома и даже нашёл место, где можно оставить машину и остаться незамеченным — прямо через дорогу от особняка, между двух домов за мусорными баками.

Вскоре он увидел в тени деревьев особняк Филатовых. В темноте дом выглядел очень даже солидно, но вблизи в свете уличных фонарей стало ясно, что теперь это не особняк богатого рода, а хибара с обгоревшими стенами.

В окнах свет уже не горел, поэтому Тимур решил действовать. Чтобы смертоносное влияние артефакта достигло каждого Филатова, он решил облучить особняк со всех сторон. А это возможно только если забраться на территорию.

Убедившись, что на улице никого нет, а в соседних окнах не торчат любопытные носы, Тимур с легкостью перемахнул через ограду и на полусогнутых двинулся к дому.

* * *

Посреди ночи я проснулся от сильного удара по лицу.

— Э-э-э, ты что дерёшься? — недовольно протянул я и спихнул с груди Шустрика.

Именно он ударил меня кисточкой на хвосте. В ответ зверёк встревоженно защебетал.

— С Димой что-то? — вмиг проснулся я.

Шустрик подпрыгнул, телепортировался на подоконник и ударил хвостом по стеклу. Он явно хотел привлечь моё внимание к тому, что происходит на улице.

Я поднялся на ноги, открыл правую створку и выглянул. Ничего. Свет фонарей едва освещает округу, небо заволокли тяжелые темные тучи, сквозь которых не проходил лунный свет.

Прислушавшись, ничего не услышал и уже хотел закрыть окно, но тут заметил у крыльца чью-то тень. Сердце забилось быстрее. Это явно враг.

— Тревога! На нас напали! — закричал я, выхватил патронташ с зельями, что хранил под кроватью, и выбежал в коридор.

Один из магов — тот, что нёс дежурство, встретил меня внизу у лестницы.

— Что случилось? — напрягся он.

— Я видел тень у дома. Кто-то шастает по нашей двору.

В это время показались ещё два мага, которые, как мне иногда казалось, никогда не спали и всегда были наготове.

— Вы идите к задней двери, — велел маг-дежурный, — а я…

Договорить он не успел. Мужчина вдруг замер и невидящим взглядом широко раскрытых глаз уставился перед собой.

— Э-э, Витя, что с тобой? — к нему подошёл второй и также замер.

Но уже через пару секунд оба рухнули на пол как подкошенные, по прежнему глядя перед собой. Они однозначно мертвы.

«Шустрик, найди врага и отвлеки!» — отдал мысленный приказ и рванул к двери.

В это время на улице послышались крики и возня. Я сбежал с крыльца и увидел, как Шустрик бьёт хвостом мужчину, который пытается нацелить на него какой-то артефакт. Даже не зная, что это за штуковина, я мгновенно понял, что именно из-за него два мага, которых я уже считал своими друзьями, теперь лежали мёртвыми в моём доме.

Недолго думая, я вытащил из патронташа пробирку с «Пурпурным отравителем», но не успел открыть пробку. Мужчина заметил меня и нацелил свой артефакт.

— А ну брось! — послышался крик откуда-то справа, рядом со мной пролетел камень и ударил мужчину в грудь.

Тот охнул, но артефакт не выпустил и отвёл руку в сторону. Как раз туда, откуда прилетел камень. Послышался гулкий звук падения. Я же откупорил крышку, в два прыжка оказался рядом и плеснул на него ядовитую жидкость.

Мужчина замертво свалился в траву, а я на всякий случай отбросил в сторону его необычный артефакт с черным камнем.

Началась суматоха. В доме все проснулись и обнаружили погибших магов. Я же подбежал к ограде и увидел уже знакомых бродяг. Двое склонились над третьим. Рядом лежала зелёная шапочка.

Чуть позже приехала полиция и князь Савельев, которого разбудил звонок единственного оставшегося в живых охранника.

— Мы давно его приметили. Несколько часов у гаражей ошивался, а потом сюда поехал. Эдик сразу понял, что беда вам грозит. Ну мы сюда дворами и побежали, — едва сдерживая слёзы, пояснил худощавый Миша полицейскому.

— Спасибо вам. Если бы не вы, я бы здесь не стоял, — я пожал бродягами руки и даже чуть приобнял.

— Это Эдик камень бросил. Молодец он, конечно. Быстро сообразил. Правда, тут же и поплатился, — Лёня прижимал к груди зелёную шапку друга.

В это время ко мне подошёл князь Савельев. В его руках был тот самый артефакт.

— Очень необычная вещь. Никогда не видел ничего подобного.

— Дайте посмотреть, — я забрал артефакт и по обыкновению втянул носом.

Камень магический, напитанный маной, но наверняка не из анобласти Савельевых. А ещё…

— Так это же он! — воскликнул я.

— Кто? — наморщил лоб Владислав Андреевич.

— Тот же самый человек, что создал взрывчатое вещество, которым подорвали шахту дяди Коли!

— Ты уверен? — вмиг напрягся Савельев.

— Конечно, уверен! Я никогда не ошибаюсь. У каждого живого существа есть свой эфир, — ответил я.

— Получается, что за этим стоит один и то же артефактор, — задумчиво проговорил князь.

— Да. И думаю, я знаю, кто это.

— И кто же?

— Платон Грачёв.

— Артефактор из императорской мастерской? Не может быть, — он с сомнением посмотрел на меня.

— Уверен, это он, — твёрдо заявил я.

В это время к нам подошёл полицейский. В его руках было водительское удостоверение.

— Бродяги указали на машину, на которой приехал нападавший. И там мы нашли это, — он показал Савельеву удостоверение.

— Тимур Васильевич Распутин. Сын Василия Распутина, — ошарашенно произнёс Савельев.

— Я так и знал! — послышался сзади голос деда. — Они нас в покое не оставят! Чёрт бы побрал этих лекарей!

Он развернулся и почти бегом двинулся к дому. Явно что-то задумал. Я пошёл следом и нашёл его в кабинете. Он вытащил из своего сейфа револьвер и удрученно покачал головой.

— Всю обойму в прошлый раз выпустил. Надо бы патронов прикупить. Бери своё разрешение и поехали в оружейный магазин, — он засунул револьвер за пояс под пиджак и двинулся к двери, махнув мне рукой.

— Ты что задумал? — насторожился я.

— Поеду Распутина убивать. А что? Им можно, а нам нельзя⁈ — он поднял кулак и потряс им. — Всех сволочей прикончу! Если нет на них управы — я найду.

— Никуда ты не поедешь. Надо предупредить о случившемся Демидова. У местных законников руки слишком коротки.

Я вытащил телефон и набрал номер, который мне продиктовал глава тайной канцелярии на тот случай, если мы что-то вспомним. Демидов ответил настороженно, но когда узнал, кто звонит, спросил, что случилось.

Я рассказал о происшествии.

— А ты уверен, что это сын Распутина? — уточнил он.

— Да. Полиция нашла его водительское удостоверение в машине.

— Хорошо, что сам позвонил. Пока весть прошла бы через все инстанции и добралась до нас, прошло бы пару суток.

Тут ко мне подошёл старик Филатов, который прислушивался к нашему разговору, отобрал телефон и буквально прокричал:

— Делать-то что-то будете, или нам самим всех порешить⁈

— Не волнуйтесь, Григорий Афанасьевич. Я дам распоряжение полиции поставить круглосуточную охрану.

— Уж будьте любезны, а то моё терпение на исходе! — он сбросил звонок, вернул мне телефон и спрятал револьвер в сейф.

Я же не знал, что и думать. Распутин показал себя хладнокровным и опасным человеком, но отправить убивать своего сына — даже для него как-то слишком. Вряд ли у него деньги закончились, и он не может нанять профессионала. Тогда что его сподвигло рисковать собственным ребёнком? Ведь он уже пытался убить нас, но в результате наёмники поплатились своей жизнью. Думаю, именно Распутин нанял Мурада.

Неужели он дошёл до того, что перестал доверять людям? Уж не паника ли это? Очень похоже. Расчётливый, рисковый Распутин находится на грани, а значит, начнёт совершать ошибки. Уже начал. Ну что ж, думаю наше противостояние не за горами. И я не буду бегать за ним, а просто дождусь, когда он сам придёт ко мне.

* * *

Роману Дмитриевичу удалось поспать всего два часа, поэтому с утра он напился крепкого кофе, чтобы взбодриться, и поехал в управление. Сегодня с самого утра у него был назначен допрос Мичурина. К тому же на допросе решил присутствовать сам император, что делало это мероприятие ещё ответственнее.

Он поднялся на второй этаж «Архива» и подозвал сильных боевых магов.

— Привезите сюда графа Распутина. Если будет сопротивляться, покажите этот документ, — он протянул сверток с гербовой печатью Его Величества.

— Антимагические кандалы? — спросил один из магов.

— Не понадобится, он лекарь. Главное отберите все артефакты.

— Будет сделано.

Когда они ушли, Демидов вытащил чистый блокнот, проверил, пишут ли ручки и пошёл в комнату допросов. Император не хотел, чтобы подозреваемые знали, что он рядом, поэтому глава тайной канцелярии ещё вчера распорядился поставить кресло в углу комнаты и закрыть его ширмой.

— Роман Дмитриевич, Его Величество уже прибыл, — доложил молодой маг, показавшись в дверях.

— Хорошо, проводите его сюда.

Государь был здесь впервые, поэтому очень удивился выбранному месту.

— Роман Дмитриевич, я знал, что вы скромный человек, но даже не предполагал, что настолько, — он с удивлением окинул взглядом обшарпанные стены, неровные деревянные полы и старую мебель.

— На то мы и тайная канцелярия, чтобы не светиться, — улыбнулся Демидов. — С момента заселения мы здесь ничего не поменяли. Даже если кто-то случайно поднимется на наш этаж, то ни за что не догадается, что мы не относимся к Архиву.

— Это верно. Я даже сначала подумал, что меня не туда привезли, — кивнул он. — Кого первого выслушаем?

— Мои люди уже везут Мичурина, а сразу после него поговорим с Распутиным. Сегодня ночью кое-что произошло… — глава тайной канцелярии рассказал о звонке Александра Филатова и о том, как он связался с полицией Торжка и удостоверился в правдивости слов молодого человека.

— То есть сын Распутина мёртв. И он сам отправил его на смерть, — задумчиво проговорил император. — Но… зачем всё это?

— Не буду гадать, хотя у меня есть несколько предположений. Мы узнаем об этом, когда он будет здесь и начнёт говорить под влиянием моего менталиста.

— Хорошо.

В это время доложили, что Мичурин с адвокатом уже прибыли. Император зашёл за ширму с одним из своих телохранителей, а Демидов пригласил Мичурина в комнату допросов, куда адвоката не пустили, а дверь заперли.

— Я не понимаю, что здесь делаю? — всплеснул руками лекарь. — Зачем надо было меня в такую рань поднимать и везти в эту… в эту халупу? — он огляделся, даже не пытаясь скрыть отвращение.

— Фёдор Игнатьевич, это не займёт много времени. У нас к вам всего несколько вопросов, — начал Демидов.

— Давайте уже свои вопросы! Я даже не успел позавтракать. Ваши люди совершенно бесцеремонно схватили меня под руки и чуть ли не силой выволокли из дома.

— Мне кажется вы преувеличиваете, — спокойно ответил Роман Дмитриевич.

— Нисколько! Всё так и было! — выпалил он, раскрасневшись от негодования.

— Тогда предлагаю быстро ответить на все мои вопросы и возвращаться домой, пока завтрак не остыл.

— Давайте уже свои вопросы, — он сложил руки на необъятном животе и прищурил и без того маленькие глаза.

— Вы замешаны в покушении на наследника? — спросил Демидов и внимательно посмотрел на лекаря.

Тот опешил.

— Ч-что? — переспросил он и расстегнул ворот рубашки. Ему явно стало не хватать воздуха.

— Вы участвовали в покушении на наследника?

— В каком это смысле? — он сглотнул и вытер рукавом выступившую испарину на лбу.

— Отвечайте на вопрос!

— Я вообще не понимаю, о чём вы спрашиваете. Какое такое покушение?

— Всё ясно… Женя, помоги Фёдору Игнатьевичу вспомнить, — велел Роман Дмитриевич менталисту.

Тот встал позади лекаря и пристально уставился на его затылок.

— Что вы делаете? Я против! Я не давал разрешения рыться в моей голове! — Мичурин вскочил со стула и торопливо двинулся к двери, но тут из-за ширмы показался император и гаркнул так, что все вздрогнули:

— А ну сядь на место! И только попробуй мешать расследованию: на каторге сгниёшь!

Ошарашенный Мичурин побледнел, затем поклонился государю и молча вернулся на стул.

— Женя, продолжай, — велел Демидов.

* * *

Василий Денисович всю ночь не спал, ожидая возвращения сына. Но утром, когда он уже хотел в сотый раз набрать номер, в комнату вошел начальник охраны.

— Чего тебе? — недовольно поинтересовался Распутин. — Тимур ещё не вернулся?

— Ваше Сиятельство, здесь такое дело… новости пришли, — мужчина смотрел на пол, не в силах поднять взгляд на хозяина.

— Что ещё за вести? Говори, не томи! — он был очень раздражён из-за бессонной ночи и потому, что сын не отвечает на звонки с тех самых пор, как добрался до Торжка.

— Позвонили из полицейского отделения Торжка… Тимур погиб, — упавшим голосом оповестил он.

Распутину понадобилось время, чтобы понять смысл сказанного.

— Как… он погиб? Авария? — наконец спросил он.

— Нет. Полицейский сказал, что он напал на Филатовых и в схватке был убит.

— Ясно, — выдохнул он. — А Филатовы?

— Пострадали только два мага из охраны и какой-то бездомный. Остальные…

— ЧТО⁈ Филатовы живы⁈ — Распутин вскочил на ноги и уставился на мужчину безумным взглядом.

— Да. Никто из Филатовых не пострадал. А Тимура убил Александр — сын Дмитрия Филатова.

— Твари! Как же я их ненавижу! — он с силой смахнул всё, что стояло на столе. — Собирайся! Вызывай всех. Мы поедем в Торжок, и я собственными руками сверну шею этому Александру!

— Будет сделано, — кивнул начальник охраны и вышел из комнаты.

Распутин же снял со стены арбалет, раньше использовавшийся только для украшения комнаты, вытащил из шкафа болты к нему и двинулся к выходу. В его груди бушевали ненависть, злоба и ярость. Мысли о сыне ушли на задний план. Теперь он думал только о мести.

Отправить