Глава 5

Лена вопросительно уставилась на меня, ожидая ответа. Я же мотнул головой и решительно заявил:

— Мы не можем этого сделать.

— Но, почему? — удивилась она. — Если на письме будет наша печать, император обязательно его получит.

— В этом я не сомневаюсь. Дело здесь совсем в другом.

— В чём? Я не понимаю, — возмущенно заявила она.

Наверняка девушка очень воодушевилась, придумав такой план, только она не подумала кое о чём очень важном.

— Что будет с твоим отцом, если император до сих пор не расположен к Филатовым? Если он до сих пор считает, что мой отец хотел убить его единственного сына? — Лена опешила. С этой стороны она явно не смотрела на этот вопрос. — А не посчитает ли он, что Филатовы и Орловы заодно? Не-ет, мы не будем отправлять письмо от имени вашего рода. Это очень опасно, и в первую очередь для вас. У твоего отца должна быть безупречная репутация.

Лена шумно выдохнула и кивнула.

— Ты прав. И как я сама не сообразила? Идея подписать письмо нашим именем казалось мне такой потрясающей, что я не подумала о последствиях… Что же делать? Может, привлечь полицию?

— Пока ничего делать не будем. Отец не в том состоянии, чтобы его тревожили полицейские с их бесконечными вопросами. К тому же это дело не местных законников, а людей с гораздо более высоким статусом. Его хотели убить не придорожные бандиты, а высшие чины империи. Лучше пока никому не знать о том, что мы его нашли, — предупредил я.

— Согласна. Ты не волнуйся, я никому не скажу, — заверила она.

— Я знаю, — улыбнулся я, притянул её к себе и поцеловал.

Мы покатались по городу, съели по мороженому, посидели в кофейне «Кофейный дом», в котором нас обслуживала сама владелица Елизавета Андреевна. А когда я попросил счёт, ответила, что угощает. Я не стал настаивать. Видел, что ей хотелось сделать приятное в благодарность за помощь.

Я подвёз Лену до дома и проводил до ворот.

— Ты уже решил насчёт Москвы?

— Пока нет. Надо сначала разобраться с делами отца, — ответил я и еле слышно добавил. — Никто не уйдёт от возмездия.

Мысленно я уже создал снадобье, которое унесёт жизни наших врагов. Притом умирать они будут долго и мучительно. Я, как никто другой, могу искусно наказывать врагов, исходя из их страхов, болезней и тяжести преступления.

— Осталось совсем немного времени, и мне придётся возвращаться, — печально вздохнула она.

— Мы будем видеться. Обещаю, — я поцеловал её и придержал калитку, пока она заходила.

Когда вернулся домой, все уже поужинали, время было позднее. Меня ждал кусок запеченной рульки и отварные овощи.

— Что-то ты долго, — недовольно протянул дед и посмотрел на меня поверх газеты.

— С Леной ещё погуляли, — ответил я и с аппетитом приступил к вечерней трапезе.

— Ну, рассказывай. Что там в Москве?

— Работники зверинца заразились от манаволка. Ты слышал о таком?

— Про манаволка ничего не знаю. Но к нам часто обращались охотники за средством от укусов насекомых. Места укусов сильно воспаляются и зудят. Было у нас хорошее средство с посеребренной водой, настойкой календулы и маслом мяты… Теперь ничего нет.

— А кого-нибудь кусал маназверь?

— Может и кусал, — пожал он плечами. — Только нам об этом ничего не известно. В таких случаях к лекарям обращаются, а не к аптекарям. Знаю только, что, если увечье связано с аномальной областью, обращаться нужно в лечебницы Распутиных. Распоряжение сверху такое.

— Теперь понятно, почему патриарх Коганов так не хотел, чтобы у него забирали больных. Ведь они вассалы Мичуриных.

— Так и есть. В Главном управлении тех бы за это по голове не погладили. А с твоей помощью они и репутацию сохранили и наверняка выставили огромный счёт имперскому зверинцу. Расскажи-ка, что там у них случилось?

Я вкратце рассказал о том, что стало с пациентами, а также о том, как побывал в ботаническом саду и видел Боткина.

— Терпеть не могу этого Боткина. Всегда нос задирал перед нами. Наверное, больше всех радовался, когда на нас император ополчился.

— Да? А я слышал, что к этому делу руку больше всех Распутин приложил.

— Все они хороши, — махнул он рукой, презрительно скривив губы. — Надеюсь, кара не заставит долго ждать, и всем воздастся.

— Можешь даже не сомневаться, — твёрдо сказал я и склонился над тарелкой.

На следующее утро, после того как Коган ушёл, проделав все необходимые процедуры, я напоил Дмитрия зельем, дарящим спокойный здоровый сон, и пошёл с дедом в лавку.

Хотел придумать ещё несколько сборов, которых спрашивают покупатели. Однако едва мы подъехали к «Туманным пряностям» я увидел недовольную женщину, стоящую у двери.

Горгоново безумие! Я совсем забыл про афродизиак, который собирался сделать, когда пошёл в анобласть за манаросами и столкнулся с наёмником Гордеевым.

— Доброе утро, — приветливо улыбнулся я, когда подошёл к ней.

— Я сильно сомневаюсь, что оно доброе. Во всяком случае не для меня. Я всё ещё жду вашего звонка, — возмущённо проговорила она, затем еле слышно спросила. — Надеюсь, вы не забыли обо мне?

— Конечно, нет! Афродизиаку надо было настояться, — без тени сомнения заявил я.

— Когда же будет готово? — она выпятила нижнюю губу.

— Сегодня. Приходите в наш обеденный перерыв. Я буду вас ждать.

Женщина кивнула и, даже не взглянув на деда, поцокала каблуками по мостовой в сторону центра города.

— До чего же неприятная мадам, — вполголоса проговорил дед.

Я пожал плечами. Ничего неприятного в ней нет. Это я виноват, что не выполнил заказ точно в срок. А всё из-за этого наёмника. Надеюсь, болотные обитатели постарались и от него уже ничего не осталось.

Продиктовав Валере несколько составов сборов, я оставил машину у лавки и пошёл пешком в лабораторию. Когда проходил возле бараков, учуял запах жаренных сосисок, исходящий от того самого сарая, в котором познакомился с бродягами.

— А-а-а, господин, милости просим к нашему столу, — расплылся в улыбке Эдик, увидев меня в окне.

На этот раз он сменил красную шапку на зелёную. Миша с Лёней тоже оживились и быстро нашли мне табурет.

Они рассказали, что на деньги, которые я им дал, они сняли небольшую квартиру, а сюда приходят лишь для того, чтобы на огне пожарить сосиски.

— Видите ли, соседям не нравится, когда мы жарим на балконе. Говорят, в квартирах воняет, — недовольно сказал Миша. — А я думаю, что им просто завидно.

— Скорее всего, они боятся, что вы можете устроить пожар, — предположил я.

— Мы дети малые, что ли? Уж с огнём-то умеем обращаться. Хотите одну? — он протянул мне поджаристую, ещё дымящуюся сосиску.

— Да, буду.

— Господин, вы не думайте, мы зря свой хлеб не едим, — заверил Эдик. — За всем здесь присматриваем. Знаем, куда вы посылочку свою оставляете, и кто её забирает. Следим, чтобы чужие здесь не шастали.

— Это правильно. Чужие нам здесь ни к чему, — откусил горячую сосиску и с удовольствием прожевал.

Сосиска была очень даже ничего: подкопченная, с острым перцем. К тому же я оценил привкус, который даёт живой огонь. Лида постоянно отваривала их, чем только портила это незамысловатое блюдо.

Поблагодарив за угощение, я продолжил путь и вскоре добрался до лаборатории. Шустрик был там, хотя я его не звал. Наверняка отдыхает от Насти, которая с рук его не спускала и каждый день придумывала что-то новое для развития его способности к телепортации.

На изготовление афродизиака ушло совсем немного времени и манаросов, ведь главный ингредиент я всё же прихватил из анобласти.

Когда в карман положил флакон с готовыми духами, опустился на матрас и погрузился в размышления, пытаясь найти способ восстановить магический источник Димы Филатова. Задача не из лёгких. И, снова не придя к решению, двинулся к лавке.

Как и договаривались, женщина пришла в лавку как раз к началу обеда. Покупателей уже не было, а Валеру я отправил в магазин за бумажными пакетами для новых сборов.

— Вот, держите, — я протянул ей флакон с розовой жидкостью. — Это очень сильный афродизиак. Он будет действовать не только на конкретного мужчину, а на всех в округе. Лучше использовать непосредственно рядом с объектом вашего вожделения. Иначе… придётся нанимать охрану, — строго предупредил я.

Это была чистейшая правда. Ни один мужчина не сможет противостоять магнетизму афродизиака, и женщина здесь совсем не при чём. Это может быть убогая беззубая старуха с огромной волосатой бородавкой на носу, но, если она применит моё средство, за ней начнёт таскаться любой красавчик. Ну, пока действие афродизиака не закончится.

Чтобы обезопасить как женщину, так и сходящих с ума мужчин, я сделал средство довольно летучим. Поэтому действие продлится не более трёх часов. Об этом я её тоже предупредил.

— Мне большего и не надо. Как только он обратит внимание, я сделаю всё, чтобы влюбить его в себя, — она с благоговением забрала флакон, осторожно убрала в свою сумочку и протянула конверт. — Надеюсь, этого хватит.

Я раскрыл конверт и увидел солидную пачку десятирублевых купюр. Пересчитывать не стал. И так видно, что не меньше тысячи рублей.

— Хватит, — кивнул я, отдал конверт деду и проводил женщину на выход.

Когда дверь за ней закрылась, дед недовольно покачал головой.

— Ох и неприятная эта мадам. Кому-то сильно не повезёт. Зря ты ей помог в этом деле.

— Это всего лишь афродизиак, — отмахнулся я. — Он просто притягивает внимание. Вот если бы я приготовил любовное снадобье, то бедняга бы не отвертелся. Женился бы без вариантов.

— Шурик, с твоими способностями нужно быть поосторожнее, — предупредил дед. — Ведь не знаешь, против кого твой афродизиак применят. А вдруг эта клуша задумала князя Савельева из семьи увести? Или между Орловыми залезть?

— Я же сказал, что она просто привлечет к себе внимание, — терпеливо пояснил я. — А дальше уже дело второй стороны.

Бурча под нос о навязчивых особах, которые нормальным мужикам только головы пудрят, дед отправился за прилавок. Я же принялся аккуратно расставлять на полки пачки с готовыми сборами, вновь погрузившись в размышления.

Без магического источника Дмитрий Филатов станет обычным человеком. Даже если мы с Коганом сможем полностью вылечить его, он всё равно будет чувствовать недостаток маны, ведь его организм приспособлен к тому, чтобы напитываться энергией. Можно искусственно наполнять его силой с помощью зелий, но это не выход. Как только действие зелья будет проходить, он почувствует неимоверную слабость, и ему будет трудно даже просто ходить.

Я пока не знал, как выйти из этой ситуации, но сдаваться точно не собираюсь. В моей прошлой жизни было много очень опасных и серьёзных проблем, но моя решимость, упертость и ум всегда выручали. И в этот раз я найду выход.

В конце рабочего дня, когда я уже пошёл заводить машину, к лавке подошёл знакомый мужчина. Это был Егор, чья любовница насылала проклятья на его беременную жену.

— Наша доченька Вероника родилась неделю назад, — он просто сиял от счастья. — Такая чудесная! Вся в Олесю.

— Поздравляю! Здоровья малышке, — улыбнулся я.

— Спасибо большое! За всё спасибо, — он протянул мне руку.

— Пожалуйста. Впредь не заводите любовниц. У вас очаровательная жена.

— Согласен. Такого больше не повторится. Но я к вам пришёл с просьбой, — как-то замялся он.

— В чём дело?

— Вы не могли бы посмотреть, не осталось ли ведьминской магии на нашем ребёнке. Я очень переживаю из-за этого. Вдруг Нинка ещё что-нибудь наворожила.

— Не думаю, что у неё хватило сил и умений. Но ради вашего спокойствия могу взглянуть на Веронику.

— Ещё раз большое спасибо! Мы вас будем ждать сегодня на ужин. Мы живём… — он продиктовал адрес, и я пообещал приехать.

Я отвез деда домой и проверил состояние Дмитрия, который уже выглядел намного лучше, чем в день, когда мы его нашли: зажили язвы, ушла синева, пропала мертвецкая бледность, да и дышал он глубоко и размеренно. Возможно, он бы уже очнулся, но я каждый день поил его снотворным, чтобы облегчить боль и сделать процесс восстановления более эффективным.

Предупредив Лиду, что ужинать буду в другом месте, я поехал в гости к новорожденной. Однако сначала заехал в лабораторию и приготовил травяную смесь для купания. Теперь у неё не будет опрелостей, а ссадины и царапины будут быстро заживать.

Молодая семья жила в небольшом доме в другом конце города. Олеся очень обрадовалась, увидев меня, и крепко обняла. Не забыла, что очень приятно. Меня пригласили в спальню, где на белоснежной перинке лежала крошка.

Я приблизился к ней и втянул носом. Светлое облачко эфира защекотало нос.

— Абсолютно здорова, — вынес я вердикт. — Магического воздействия я тоже не обнаружил.

Родители Вероники с облегчением выдохнули и позвали меня на кухню, где прислуга накрывала на стол.

* * *

Москва.

 

Двое мужчин сидели на кухне и неспешно, с хорошей закуской, распивали дорогой коньяк, который один из них привёз из поездки.

— Мы с Лёхой Гордеевым договаривались встретиться. Дело у меня есть для него, — сказал один из них — коренастый мужик с зашитой заячьей губой. — Два дня до него не могу дозвониться. Ты случайно не знаешь, куда он мог подеваться?

— Не-а, самому интересно. Несколько дней назад поехал в Торжок. Заказ у него был. Но с тех пор о нём ни слуху, ни духу, — ответил второй — качок с чёрной татуировкой лебедя на руке. — Мне тоже хороший заказ поступил — припугнуть одного гаврика, который денег задолжал уважаемым людям. Хотел его в долю взять.

— Что ж ты сам с терпилой не справишься? — хохотнул коренастый и захрустел маринованным огурцом.

— Не хочу рисковать понапрасну. Гаврик тоже не из простых. С охраной ездит. Вдвоём было бы сподручнее. А у тебя к Лёхе что за дело?

— Скупщику надо помочь крупную сумму перевезти. К охранным агентствам не хочет обращаться. Они все с полицией связаны. Могут возникнуть вопросы, откуда столько денег у обычного сапожника.

— Сапожника? Ты же сказал, что он скупщик? — нахмурил брови качок.

— Официально он сапожник, чтобы ни у кого вопросы не появились, почему к нему столько народу ходит. А на самом деле он занимается скупкой и продажей краденного. Хочет переехать в более рыбное место, вот и просит с добром помочь. За хорошую премию, конечно… Давай ещё по стопочке.

Они выпили, закусили. Потом опять выпили и вышли на балкон.

— Слышь, Сеня, а вдруг его повязали? — предположил коренастый.

— Кого? — не понял качок.

— Да я всё про Гордеева. Вдруг его взяли на заказе?

— Не знаю, — пожал он плечами.

— У меня есть пару дней. Давай смотаемся в этот Торжок?

— Можно, — кивнул качок по имени Сеня.

— Он что-нибудь говорил про свой заказ?

— Почти ничего. Сказал только, что нужно наняться в отряд охотников, чтобы добраться до объекта… А-а-а, ещё про Сорокиных проворился. Вроде как они его заказчики.

— Ну, тогда они должны знать, куда он подевался. Вызывай такси, поедем Торжок. Мне для дела нужен надёжный напарник. Ты ж отказался…

— Извини, — развел его собеседник руками, — сам же знаешь почему…

— Да понимаю, не парься! А вот Лёха ещё ни разу не подводил. Если выяснится, что его полиция повязала, то придётся другого срочно искать. Но мне кажется, что он просто телефон куда-то просрал. Разбил или утопил.

— Поехали. Только такси дорого. У тебя деньги есть?

— Не особо. Давно заказов не было, — недовольно сморщился коренастый. — Поехали на вокзал. Поезда мимо Торжка регулярно проезжают, успеем за два дня обернуться.

Мужчины вернулись на кухню, допили оставшееся и поехали на вокзал.

Отправить