Глава 12

Запершись в лаборатории, я выложил на стол всё, что мне может пригодиться для изготовления зелья. Шустрик с любопытством следил за мной, перемещаясь по складу с яблоком в лапах.

— Так, вроде всё есть, — я окинул взглядом стол, на котором стояли сосуды с настойками, коробки с высушенными манаросами и замороженные внутренности маназверей. — Ну что ж, приступим.

Я знал, что задуманное зелье может навредить мне, если что-то не учту или переборщу с эфирами, и вместо того, чтобы увеличить магический источник, просто сожгу его. Тогда придётся навсегда распрощаться с алхимией. Этого я допустить не мог, поэтому приготовил несколько пипеток, мерный стакан и высокоточные весы.

Я, конечно же, и без этих приборов мог отмерить эфиры, но всё же решил перестраховаться. Без своей прежней силы не стоит полностью полагаться на себя. К тому же чужое тело могло подвести.

Я полностью окунулся в алхимический процесс, нисколько не заботясь о времени. Тонкая полоска солнечного света пробилась из-под двери, когда я, вконец вымотанный и с полностью опустевшим источником, смотрел на разноцветные пузырьки, взметнувшиеся вверх из колбы.

Зелье переливалось всеми цветами радуги, крутясь водоворотом. Оно было готово, но я не торопился пить его. Осталась толика сомнения, поэтому для начала я должен попробовать всего лишь каплю и, если мне что-то не понравится, вывести эфир из своего тела. Но для этого нужна была мана, а её совсем не осталось.

Зажав подмышкой артефакт «Поглощения», я вышел из склада и двинулся к лесу. Утренняя прохлада заставила поежиться, а от росы намокли кроссовки и штанины, но все же я нашёл несколько манаросов и заполнил немного источник. Этого мне вполне хватит, чтобы, если что, избавиться от эфира зелья.

Возвращаясь к лаборатории, издали увидел, что у склада стоит старик Филатов и колотит дверь.

— Эй, дед, ты чего? — окликнул я его.

Тот резко повернулся и, заметив меня, с облегчением выдохнул. Но тут же грозно сдвинул брови и рявкнул.

— Где ты шастал всю ночь? И почему телефон с собой не взял? Лида вся на нервах! Испереживалась вся!

— А что за меня переживать? Не маленький уже, — пожал я плечами. — Готовил очень полезное зелье.

Я подошёл к складу и отпер дверь. Мы зашли в лабораторию, в которой царил полнейший хаос после ночного эксперимента.

— Это ещё кто такой? — дед указал на Шустрика, который лежал на матрасе и с довольным видом грыз очередное яблоко.

— Знакомься, это Шустрик. Мой питомец. Вынес его из анобласти, — ответил я и внимательно посмотрел на колбу с зельем, где водоворот уже успокоился и только пузырьки продолжали кружиться.

— Ты в своём уме? Он же может быть опасен! — дед подобрал валяющийся стул и выставил перед собой, защищаясь от зверька, который, кстати, даже не думал нападать, а наслаждался лакомством.

— Он опасен только для моих врагов, — отмахнулся я. — К тому же у него есть очень полезная способность.

— И какая же? — он осторожно поставил стул и медленно двинулся к матрасу, с любопытством рассматривая зверька.

— Шустрик умеет телепортироваться, — ответил я и мысленно велел зверьку переместиться на полку под потолком.

Тот взмахнул хвостом и оказался на указанной точке. Дед вздрогнул от неожиданности.

— Ну и зверь. Неужели слушается тебя? — спросил он, когда я велел Шустрику вернуться на прежнее место.

— А как же! — с довольным видом произнёс я, капнул на ладонь зелье и слизнул его.

Многосоставной алхимический раствор быстро проник в моё тело и побежал по сосудам, распространяясь по всему организму. Закрыв глаза, я прислушался к себе, чтобы прочувствовать, как отзывается моё тело на зелье. Сначала ничего не происходило, но уже через минуту источник всколыхнулся, и импульс побежал по магическим каналам и энергоузлам. Неплохо. Если источник среагировал, я всё правильно сделал.

Эх, была не была. Я поднёс колбу к губам и принялся пить слегка сладковатый состав с горьким послевкусием.

— Шурик, ты что такое в себя заливаешь, а? — встревожился дед. — Что ты опять задумал?

Выпив зелье до последней капли, я невольно поморщился и опёрся руками о стол. Ответить сейчас я просто не мог — едва не взвыл от боли.

Магический источник пульсировал, посылая сигналы по всему телу. Появилось чувство, будто внутрь меня засунули шар и начали надувать. Пальцы рук и ног начало колоть тысячами иголок. Я весь покрылся гусиной кожей, а внутренности будто кто-то размешивал лопатой.

Не в силах больше вынести нестерпимую боль, я заорал во всё горло и упал на пол, ударившись головой о плитку.

— Сашка! Что с тобой⁈ Саша! — послышался голос деда.

Я слышал его приглушённо, будто он был за много метров от меня, но в то же время почувствовал, как он пытается поднять меня с пола. Я бы хотел ему помочь, но не мог. Тело стало ватным, конечности совсем не слушались. Меня посетила заманчивая мысль избавиться от эфира, выгнать средство из своего организма, но я понял, что не следует этого делать. Будь что будет.

Промучившись ещё немного, я просто провалился в темноту, потеряв сознание. Так даже лучше. Не хочу больше чувствовать то, что со мной происходит в эту самую минуту. Если помру, то… огорчусь. Я уже привык к этому телу, к этому миру, и к этим людям. Не хотелось бы оставлять их.

К тому же для них смерть Шурика будет большим потрясением и горем. Хотя мёртв он уже давно, но, кроме меня, этого никто не знает, а я всеми силами стараюсь заменить его.

— Саша, ты меня слышишь? — первое, что я услышал после того, как пришёл в себя.

Приоткрыв правый глаз, увидел деда. По лицу старика стекали слёзы, губы дрожали.

— Слышу, — хрипло ответил я и осмотрелся.

Я по-прежнему был в лаборатории, но лежал не на полу, а на матрасе. Шустрик сидел рядом и с любопытством заглядывал мне в глаза.

— Ну и напугал ты меня, — старик вытер лицо рукавом. — Уже хотел Когану звонить, да ты сам очнулся. Что за дрянь ты выпил?

Больно не было, поэтому я медленно сел, приложил руку к груди и обратился к своему источнику. Он вырос почти вдвое!

— Получилось! — воскликнул я и рассмеялся.

— Что?

— Дед, я увеличил свой магический источник! — выпалил я и вскочил с матраса.

С увеличением источника появились новые энергоузлы и меридианы, по которым сейчас струилась мана. Правда её было очень мало, ведь нужно время на восстановление, но я уже чувствовал, что тело стало сильнее и легче.

— Что за бред ты несёшь? Как это ты увеличил источник? — недоверчиво проговорил дед, поднялся с колен и отряхнул со штанины сор и пыль.

— С помощью своего зелья.

— Ага, так я тебе и поверил, — хмыкнул он. — Смотри, если помрешь от своих «зелий», то с собой мать утянешь. Она и так до сих пор из-за Димы переживает.

— Не помру. Я знаю, что делаю, — отмахнулся и принялся за уборку.

Я видел, что старик мне не поверил, но доказывать ничего не собирался. Не верит — его дело. Главное, что у меня всё получилось, и теперь я могу накапливать в два раза больше маны! Ух! Даже не терпится убедиться в этом!

Старик помог прибраться и поторопился открывать лавку. Я же пошёл домой. Во-первых, надо успокоить Лиду. Не стоит заставлять женщину переживать за меня. А, во-вторых, нужно выспаться и проверить мою гипотезу насчёт увеличения количества маны за счёт расширения магического источника. Всё-таки я не до конца уверен, что правильно понял ситуацию с имперским запретом.

Лида, встретила меня вся в слезах. Увидев меня в дверях, она бросила на пол кухонное полотенце и крепко обняла.

— Сынок, ты испугал меня. Ночью проснулась воды попить, а у тебя дверь нараспашку и постель пустая.

— Не стоит за меня так волноваться. Я был в своей лаборатории, — пояснил я и отстранил её от себя.

— В следующий раз возьми с собой телефон.

— Обязательно. А сейчас пойду спать. Устал, — я двинулся к лестнице.

— А как же завтрак? — бросила она мне вслед.

— Съем в обед, — ответил я, поднялся вверх по лестнице и зашёл в свою комнату.

Спать не хотелось, зелье придавало сил, но я должен был убедиться, что не оплошал и всё правильно сделал, ведь мана быстрее всего накапливалась во время сна.

Приняв душ, забрался под одеяло и быстро заснул. Мне приснились глаза. Больше жёлтые глаза с темными прожилками.

* * *

Проснулся я только к вечеру и с удовольствием отметил, что источник заполнился до прежнего уровня, только вот сейчас он в два раза больше, а значит, и маны тоже в два раза больше!

В приподнятом настроении я спустился вниз и увидел деда, который как раз заходил домой.

— Ох и устал я сегодня. За целый день ни разу не удалось присесть, — пожаловался он, опустился на скамейку и с трудом снял ботинки. — А ты как себя чувствуешь? Угробишь себя своими экспериментами.

— Всё хорошо, — мотнул головой и предложил. — Слушай, а может нанять тебе кого-нибудь в помощники или вообще поставить продавца, да и всё? Будешь ходить в лавку раз в день за выручкой.

— Не-е-е, я свою лавку никому не доверю. А насчёт помощника — хорошая идея. А то ты вечно где-то ходишь, помощи от тебя не дождёшься, — проворчал он. — Есть хорошие ребята из отряда филатовских собиральщиков. Думаю, не откажутся подработать.

— Отряд филатовских собиральщиков? — усмехнулся я

— Да. Они сами так решили называться, — улыбнулся он.

В это время Лида позвала нас за стол. Не успели мы с дедом дойти до гостиной, как в дверь постучали. Время было уже позднее, поэтому мы все невольно напряглись.

— Ты манаросы в дом не притащил? — шёпотом спросил дед.

— Нет. Всё чисто.

— Хорошо, — он открыл дверь и расплылся в улыбке. — Добрый вечер, баронесса. Какими судьбами?

На пороге стояла обворожительная Завьялова. Мой эликсир «Вечной молодости» работал на славу. Кажется, она стала ещё красивее.

— Здравствуйте, Григорий Афанасьевич и Александр, — улыбнулась она, обнажив ряд белоснежных зубов. Никто бы не догадался, что на самом деле она древняя старуха. — Мы к вам по делу.

Она немного сдвинулась вбок, и мы увидели женщину лет шестидесяти. Она выглядела встревоженной и мяла носовой платок в руках.

— Добрый вечер. Проходите, пожалуйста, — пригласил дед.

Мы все прошли в гостиную, баронесса представила нам свою подругу. Её звали Жакина Елизавета Андреевна. Она была владелицей самой старой кофейни в городе. Я несколько раз проходил мимо этой кофейни и улавливал восхитительный аромат кофе, но так и не нашёл времени зайти и насладиться напитком.

— Елизавета поделилась со мной своей бедой, и мне сразу пришло в голову обратиться к вам, — баронесса повернулась ко мне. — Уверена, вы сможете ей помочь.

— А в чём дело? — уточнил я.

Елизавета тяжело вздохнула и начала свой рассказа:

— Наш «Кофейный дом» основал ещё мой дед. Я с детства подрабатывала в кофейне, а когда отец умер, то «Кофейный дом» перешёл ко мне. Я всегда старалась привнести что-то новое, но потом поняла, что нет ничего лучше старых добрых рецептов, испытанных десятилетиями, — тут её голос дрогнул, и женщине понадобилось время, чтобы совладать с эмоциями. Никто её не торопил, все терпеливо ждали продолжения истории.

— Первый случай произошёл несколько месяцев назад. К нам пришёл завсегдатай и обвинил в том, что мы что-то подмешиваем в его кофе. Когда стали выяснять, что же случилось, оказалось, что после нашего кофе ему мерещатся чудовища.

— Почему он так уверен, что именно из-за кофе? — уточнил я.

— Да мы сами в этом убедились. Угостили его чашечкой, и через несколько минут он начал кричать от страха и прятаться под столом. Пришлось лекарей вызывать.

— Может, только у него такая реакция на кофе. Мало ли какие проблемы могут быть… — начал было дед, но Жакина прервала его.

— Это было только начало. К нам начали приходить с жалобами и другие посетители кофейни. У одних тоже начались видения, у других была временная потеря памяти, а кто-то слышал несуществующие звуки.

— Что за звуки? — спросила заинтересовавшаяся Настя.

— Разные. Будто на них поезд едет или кто-то рычит под кроватью… Мы сначала подумали на кофейные зёрна, хотя покупаем их у проверенного поставщика. Закупили новые, в других местах, но жалобы продолжались. Пришлось закрыть кофейню, пока никто не пострадал. Не знаю, что и делать, — слезливо добавила она.

— Сами вы свой кофе пьёте? — спросил я.

— Нет. У меня проблемы с желудком, плохо становится.

— А ваши работники пили кофе?

— Только Артём. Кладовщиком у нас несколько лет работал. Он тоже сказал, что после чашки кофе ушёл с работы и забыл, где живет. Хорошо, что знакомый по дороге встретился и проводил до дома. Утром память восстановилась, — она снова тяжело вздохнула и принялась теребить в руках носовой платок.

— Ну так что, поможете Елизавете? — спросила баронесса, прервав затянувшееся молчание.

— Как мы можем помочь? — развёл руками дед. — Лучше полицию привлечь. Пусть экспертизы делают, работников и поставщиков проверяют.

— Вот этого не хотелось бы. Репортёры тут же разнесут весть об этом, и тогда кофейню придётся закрывать. Никто к нам больше не придёт, — покачала головой расстроенная Елизавета.

— Пойдёмте в вашу кофейню. Чтобы понять, что происходит, мне нужно самому всё посмотреть, — я встал и решительно двинулся к двери.

Баронесса с Жаковой торопливо пошли следом.

Шикарный автомобиль Завьяловой с водителем за рулём стоял на дороге у ворот, поэтому я не стал заводить свой седан. Вскоре мы подъехали к зданию кофейни и подошли к двери.

— Надеюсь вы мне поможете. Это дело всей моей жизни, поэтому я не могу просто закрыть кофейню, — сказала Елизавета, открывая ключом дверь. — Я бы хотела оставить «Кофейный дом» в наследство своей дочери, но, если к нам никто не будет ходить, она просто разорится.

— Я сделаю всё, что в моих силах. Но дед был прав насчёт полиции. Возможно, кто-то из вашего окружения нарочно вредит вам, — ответил я, осматриваясь.

Здесь было довольно уютно: круглые столики, мягкие стулья, на стенах картины, пол выложен разноцветной плиткой. В воздухе витали ароматы кофе, корицы, карамели и рома. Судя по меню, что висело на стене, здесь также продавали свежую выпечку и различные десерты. Наверняка это место раньше пользовалось популярностью. Во всяком случае я пожалел, что не заходил сюда раньше.

— Покажите мне те зёрна, что используете при приготовлении напитка, — велел я.

— Идите за мной, — Жакина махнула рукой, прошла за стойку и открыла узкую дверь. — Вот здесь у нас всё хранится.

Я прошёл в небольшое помещение, похожее на подсобку в нашей лавке. На полках стояли бутылки с добавками к кофе, ингредиенты для выпечки, различная посуда, а также два мешка с кофейными зёрнами.

Закрыв глаза, я втянул носом и погрузился в мир эфиров. Ароматы приятно защекотали нос: кофе, ваниль, клубника, дроблённые орехи, шоколад, мёд. М-м, мне тут же захотелось чашечку горячего кофе со сливками и ванильным сиропом.

Когда открыл глаза, увидел, что женщины напряжённо всматриваются в моё лицо и в нетерпении ждут вердикта.

— Здесь всё, что вы используете при создании напитка? — на всякий случай уточнил я.

— Да. Больше мы продукты нигде не держим, — заверила она.

Для того, чтобы быть уверенным в себе, я проверил каждую бутылку, коробку и мешок, вдыхая эфиры, но так и не нашёл ничего, что привело бы к галлюцинациям и потере памяти.

— Здесь всё чисто, — наконец ответил я. — С продуктами проблем нет. Значит, вредит кто-то из тех, кто готовит кофе.

— Этого не может быть! — твёрдо заявила она.

— Милая, почему ты так в этом уверена? — уточнила баронесса. — Вдруг среди твоих работников есть…

— Этого не может быть! — повторила она. — Я сама готовлю кофе. Моя дочь работает официанткой, а мой двоюродный племянник Артём помогает с покупками и с уборкой. Я им доверяю как себе.

Я видел, что она уверена в том, что говорит. К тому же если Елизавета сама готовит кофе, то точно знает, что кладёт в него. Не может же она травить своих гостей.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда приготовьте мне кофе так, как обычно это делаете.

— Что-нибудь добавить?

— Нет.

Я развернулся, вышел в зал и занял столик у окна. Баронесса присоединилась ко мне, когда Жакина принялась готовить напиток.

— У вас есть какие-нибудь предположения? — вполголоса спросила она.

— Никаких. Хотя есть подозрения насчёт её дочери. Возможно, она не хочет посвящать свою жизнь работе в кофейне, поэтому намеренно саботирует.

— Не-е-ет, — протянула Завьялова и покачала головой. — Оксаночка чудесная девушка. У неё рано умер отец, поэтому они с Лизой неразлучны и очень любят друг друга. Она бы не стала вредить матери. К тому же никто не заставляет её работать в кофейне. Это полностью её решение.

— Хм, тогда у меня больше нет предположения, — пожал я плечами.

В это время подошла Елизавета и поставила передо мной чашку кофе, от которого поднимался ароматный пар. Я только хотел сделать глоток, как резко дёрнулся и чуть не пролил на себя горячий напиток.

— Что случилось? — встревожилась баронесса.

Вдвоём они настороженно уставились на меня.

— В кофе яд, — спокойным голосом ответил я и посмотрел на опешившую Жакину.

— Не может быть. Там только зёрна и вода. Я же сама делала! — на глазах женщины выступили слёзы.

— Покажите мне весь процесс приготовления, — велел я и со звоном поставил чашку в блюдце.

Мы снова прошли за стойку. Елизавета зачерпнула горсть обжаренных зёрен кофе, насыпала в кофемолку и принялась вручную перемалывать. В это самое время я учуял тот самый эфир яда.

— Откуда у вас эта кофемолка? — спросил я.

— Она принадлежала еще моему деду. Совсем недавно я её нашла на чердаке и решила использовать. Она до сих пор отлично перемалывает. А что?

— Всё дело в ней, — ответил я и принялся её осматривать.

— Но, это же всего лишь…

— А это что такое? — я показал на жирный подтёк на деревянном боку кофемолки.

— Я помню, как дед смазывал механизм каким-то маслом, чтобы ничего не заржавело и хорошо работало. Правда, я так не делаю.

Я наклонился и втянул носом. Всё ясно, ядовитый эфир исходит от масла. Скорее всего, со временем оно испортилось и стало ядовитым. Масло было изготовлено из какого-то манароса.

— Не пользуйтесь этой кофемолкой. Масло превратилось в яд и отравляет ваш кофе, — сказал я.

— Хорошо, поняла, — еле слышно ответила женщина и добавила. — А ведь и правда. Всё началось, когда я достала с чердака эту кофемолку и начала пользоваться. И как я сама не догадалась.

Она покачала головой.

— Выбрасывай эту чёртову штуковину и открывай кофейню. Я буду твоим первым гостем, — Завьялова приобняла подругу.

Женщины поблагодарили меня за помощь, но я отказался брать деньги. Иногда нужно делать добрые дела бескорыстно.

Вернулся я до дому пешком, наслаждаясь вечерней прохладой и звездным небом.

* * *

На следующий день я решил пойти с отрядом в анобласть, поэтому с самого утра занялся изготовлением зелий, которые могут пригодиться. Карабину я не очень доверял, в отличие от своих зелий. Вот они-то меня точно никогда не подводили.

Взяв с собой Шустрика, я подъехал к воротам, где уже собирались другие охотники. Дядя Коля поприветствовал меня и ещё раз поблагодарил за помощь раненному пантерой охотнику. Того осмотрели лекари Когана и отпустили домой, ведь их помощь уже не была нужна.

На этот раз охотники выполняли заказ по шкурам вепрей. Мы проехали совсем немного и разошлись в разные стороны. Охотники пошли на поиски маназверей, я же хотел пополнить запас манаросов, которые потратил на заказ Когана.

Не успел я углубиться в лес, как Шустрик нервно задёргался и защебетал.

«Что случилось? Ты чего-то боишься?»

Зверёк нервно забил хвостом и вдруг пропал. Я хотел вернуть его обратно, но тут услышал сверху шорох. Запрокинув голову, увидел в густой кроне гигантского дерева те самые жёлтые глаза из сна. Они, не моргая смотрели на меня так, будто видели насквозь.

Я уже полез за пробиркой «Пурпурного отравителя», как внезапно почуял эфир и остановился. Это было так неожиданно, что я невольно замер. Даже не предполагал встретить в этом мире такое.

Эфир принадлежал существу с жёлтыми глазами.

Отправить