Глава 5

Времени было немного, поэтому я успел приготовить всего два зелья. Также решил взять с собой все готовые средства. Если чего-то не будет хватать, то там приготовлю. Надеюсь, в этом Владимире можно достать манаросы.

Я надеялся обернуться за день, но всё-таки решил взять с собой сменную одежду и предупредить домашних о поездке.

— Куда ты собрался? — удивился дед, когда я с сумкой спускался со второго этажа.

— Полечу к Ване. У него какие-то проблемы, попросил помочь.

— У Вани проблемы? — встревожилась Лида.

Она показалась из кухни, вытирая влажные руки о вафельное полотенце с желтыми утятами. Даже имея слуг и повариху, она продолжала заниматься домашними делами.

— Ничего опасного. Просто нужно помочь в учёбе, — соврал я.

— К соревнованиям готовится?

— Да, точно, к соревнованиям, — ухватился я за готовую идею.

— Когда вернешься?

— Постараюсь завтра, но могу и задержаться.

— Не нравится мне, что ты пропустишь занятия. Надеюсь, Олег Николаевич замолвит словечко за тебя перед другими преподавателями, — она подошла и, привстав на носочки, чмокнула меня в щеку. — Хорошей дороги, сынок. Обязательно позвони мне, когда долетишь.

— Позвоню, — я забросил спортивную сумку на плечо и двинулся к двери.

— Я тебя провожу, — проговорил дед и двинулся следом.

Уже на улице он ткнул локтем мне в бок и зло прошептал:

— Что ты опять задумал? Какие-такие проблемы?

— Влип Ваня по полной.

— А чего такое? — он сморщил и без того морщинистый лоб.

— Вывез из дома Амулет Лунного Наследия, а его у него украли.

— Да ты что! — ахнул он и приложил руку ко рту. — Это что ж он, обормот, родовые ценности без спроса трогает? Отец его за такое так накажет — Ваня навсегда запомнит.

— Попробуем найти, пока родные не спохватились. Только ты никому об этом не говори, — предупредил я старика.

— За это можешь не беспокоиться, — махнул он рукой.

Мы дошли до ворот, и один из охранников — молодой маг воды, открыл мне калитку в заборе.

— Слушай, Шурик, а может я с тобой полечу?

— Зачем? Сами разберёмся.

— Сами разберёмся, — передразнил он меня. — Сам-то хоть слышишь, что говоришь? Оба ещё сосунки, хоть и совершеннолетние. Короче я лечу с тобой, — решительно заявил он. — Подожди меня здесь, я только за документами и кошельком зайду.

— Ага, щас! Только няньки мне не хватало. Если понадобится помощь — я позвоню, — с нажимом сказал я.

— Ну смотри, если что — сразу звони, понял?

— Да понял я, понял. Похоже зря рассказал тебе, — еле слышно добавил я, но дед услышал.

— И ничего не зря. Кто-то же должен знать, что вы творите, — он задумался, прижав руку ко рту, а потом несмело предложил. — Может, я всё-таки с тобой? Вдвоём как-то сподручнее.

— Я там буду с Ваней. А ты мне только мешать будешь, — я бросил сумку на заднее сиденье.

— Задать бы тебе трёпку за такие разговоры! — вскипятился он. — Собственного деда обузой назвать. Дожили! Вот так растишь детей, растишь, а они тебе…

— Да ладно, — отмахнулся я и сел за руль. — Буду на связи.

Я подъехал к вокзалу за десять минут до окончания посадки. Дирижабль был намного больше того, на котором летал в прошлый раз. И не мудрено, ведь в тот раз я летел от Твери до Петрозаводска, а теперь лечу из самой белокаменной.

Кстати, это словосочетание встречалось мне часто в литературе, но я так и не понял смысла, ведь Москва была по большей части выложена черной брусчаткой, а Кремль и многоквартирные дома рыжие. Белокаменными были только некоторые особняки богатеев, но их было намного меньше, чем остальных строений. Или я чего-то не знаю?

Лететь чуть больше часа, поэтому я успел поесть отварной рис с курицей и запить горячим чаем среднего качества. Нужно подсказать, чтобы закупали чай у нас. Мы его готовим только из отборных листьев.

Как и договаривались, Ваня встретил на вокзале. Увидев меня выходящим из дирижабля, он очень обрадовался. Видимо сомневался, что я прилечу.

— Сашка, как хорошо, что ты приехал. У меня прямо камень с души упал. Вдвоем мы с тобой точно найдёт матушкин Амулет, — он энергично потряс мою руку, крепко сжимая её.

— Я, конечно, помогу, чем смогу. Но твоей уверенности у меня нет. То, что чиновник заинтересовался твоим Амулетом, совсем не значит, что это он его украл. Или у тебя есть другие доказательства его вины?

Мы шли в сторону парковки, где стоял шикарный автомобиль Ивана.

— Доказательств нет, — глубоко вздохнув, кивнул он. — Но я не знаю, кто бы ещё мог сотворить такое. В своих слугах я уверен. Я их из Торжка привез. Они второй год со мной живут: кухарка, старый слуга и садовник.

— Всё равно первым делом поговорим с ними. Вдруг они что-то видели или слышали.

— Я уже разговаривал с ними. Все трое клялись, что реликвию не трогали, и никто посторонний не приходил. Но если ты хочешь, то допроси их еще раз, — дернул он плечом.

— Обязательно. Заодно угощу их вкусным чаем с небольшим секретом, — улыбнулся я и похлопал по своей сумке, в которую положил пару пакетиков с чаями.

— Что за секрет?

— Сыворотка «Правды». Никто не сможет скрыть правду, даже если очень этого захочет. Увидишь.

Ваня с подозрение посмотрел на меня и кивнул. Похоже в существование подобного средства он не верил. Пока не верил. Скоро всё изменится.

Город оказался небольшим и чистым. Мне понравился. Было что-то общее с Торжком. Может, спокойствие и безмятежность, что царила вокруг. Или другое течение жизни. Здесь все двигались неспешно, будто никуда не торопились.

Дороги были пустыми, поэтому мы довольно быстро добрались до дома, который снимал Иван.

Это был одноэтажный дом с террасой и небольшим садом за домом. К нам навстречу вышел пожилой слуга и, приветственно поклонившись, забрал у меня сумку и повёл к комнате для гостей. Умывшись и переодевшись, я вышел в гостиную.

Слуга и повариха накрывали на стол, а Ваня сидел в кресле и, словно завороженный, смотрел на догорающие угли в камине.

— Меня лишат наследства и довольствия, — упавшим голосом сказал он, когда я опустился в соседнее кресло. — Мне придётся бросить академию, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Без хорошего образования я ничего не добьюсь. Настя разочаруется во мне и перестанет со мной общаться. Я умру один в нищете.

— По-моему, ты сильно сгущаешь краски, — усмехнулся я. — Твои родители не откажутся от тебя из-за какого-то амулета, даже если он дорогой.

— Ты не понимаешь, — покачал он головой. — Они разочаруются во мне и сделают главой рода Жорика. А я… Я стану позором рода, который по собственной тупости проморгал ценную вещь, которую столько поколений хранил мой род. Я полный кретин.

Ваня поднялся с кресла, подошёл к камину и принялся кочергой ковыряться в углях.

— И зачем мне понадобился этот монгольский хан? Идиот, — он с досадой ударил по каменной кладке. — Будто я покойников не видел. Короче, если ты откажешься от меня, то я пойму. Никому не хочется иметь в друзьях неудачника.

— Прекрати говорить ерунду. Мы во всём разберёмся.

В это время к нам подошёл слуга и доложил, что стол накрыт. Мы перекусили и разошлись по комнатам. Завтра предстоит насыщенный день, поэтому нужно хорошенько выспаться.

Утром я проснулся от толчка. Ваня стоял у моей кровати и толкал меня в плечо.

— Сашка, уже утро. Вставай.

Я приоткрыл один глаз и недовольно поморщился. Солнечный свет бил прямо в лицо, а у Вани был такой уставший вид, что стало понятно — он совсем не спал.

— Сколько времени? — пробурчал я, спрятавшись под одеяло.

— Шесть ноль три.

— Так я всего часа три поспал. Зачем ты меня так рано разбудил?

— Нет времени на сон. Мы должны найти мой Амулет.

— Никуда он не денется. Я посплю ещё пару часов, — я широко зевнул и устроился поудобнее.

— Вставай, а то оболью тебя холодной водой! Я не шучу… С помощью Амулета можно таких дел наворотить — подумать страшно, — выдавил Ваня.

Пришлось вставать.

За завтраком я шепнул Ване, чтобы тот пригласил за стол всех своих слуг и сказал, что я хочу угостить их особым чаем.

Незаметно капнув в чайник пару капель сыворотки «Правды», я разлил ароматный чай со смородиновыми листьями по фарфоровым чашкам и протянул каждому.

— Если вам понравится, то такой чай можно будет купить в «Туманных пряностях», — улыбнулся я.

Слуги были в замешательстве. Во-первых, их никогда не приглашали за господский стол. Во-вторых, никто из гостей хозяев им не прислуживал. А тут два знаменательных события за один раз.

— Благодарю, господин. Лучше чая я никогда не пробовала. При случае обязательно навещу вашу лавку и подскажу своим друзьям, — проговорила кухарка — полная женщина средних лет с седыми волосами, выбившимися из-под белоснежного поварского колпака.

— Рад, что вам понравилось. Кстати, как вас зовут?

— Нина, господин.

— Хм, Нина — красивое имя. Такое короткое и ёмкое. Вам очень подходит, — сказал я и поймал странный взгляд Вани.

Он будто спрашивал, какого черта я творю.

— Скажите, Нина, приходил ли кто-нибудь посторонний, пока Ивана Владиславовича не было дома? — как бы между прочим спросил я, накалывая на вилку кусок яичницы.

— Не-ет, я посторонних не видела, — подумав, ответила она.

— А не посторонних? Вообще вчера кто-нибудь приходил в этот дом?

— Господин, даже если кто-то и приходил, я ведь из кухни почти не выхожу. Всё стряпаю: варю, жарю, пеку, — развела она руками.

— Вы когда-нибудь подходили к сейфу в кабинете?

— Только когда просила денег на продукты у господина.

— Понял, — я повернулся к старому слуге, который сидел справа от меня и ложкой хлебал горячий чай. — Представьтесь, пожалуйста.

Увидев, что я к нему обращаюсь, слуга даже поперхнулся, поэтому потребовалось время, чтобы он откашлялся, и ответил.

— Гавриил. Носов Гавриил, господин.

— Ага, Гавриил. Старинное имя. Сейчас таких не встретишь, — я как мог пытался казаться радушным, чтобы они не догадались, что подозреваю их и поэтому допрашиваю.

Всё-таки Ване с ними ещё жить, а обиженные слуги — не лучшие помощники. В суп могут плюнуть или, воровать начнут.

— Вы правы. Говорят, сейчас только скот могут так назвать. Часто слышу, что быков Гаврюшами называют, — рассмеялся он, но тут же взял себя в руки и сделал постное лицо.

— А по отчеству вас как величать? — я потянулся и подлил ему ещё чая.

— Егорович я. Только зачем же меня по отчеству звать? Я человек маленький, в отчестве не нуждаюсь, — смущенно проговорил он.

— Гавриил Егорович, вы ведь всех в дом впускаете. Может, видели кого-то вчера, кроме Ивана Владиславовича?

Старый слуга задумался лишь на мгновение, затем решительно замотал головой.

— Никого не видал. Честное слово, не вру! — с жаром заверил он, приложив руку к груди. — Никто не приходил.

— Вы подходили к сейфу, находящемуся в кабинете?

— Зачем? Оно мне без надобности.

— Я вам верю. Возьмите плюшку к чаю. Так будет вкуснее, — я подвинул к нему тарелку с выпечкой и обратился к третьему — садовнику.

Он был парнем лет семнадцати, с заросшими светлыми волосами, лопоухими ушами и большими телячьими глазами.

— А тебя как зовут?

— Паша, сударь. Паша Воробьев. Садовником здеся работаю. Уже второй месяц. А чего такое случилося? — спросил простодушный парнишка.

— У Ивана Владиславовича кое-что пропало. Вот и пытаемся выяснить, кто бы мог украсть. Ты, кстати, что-нибудь видел или слышал? Может кто-то в дом приходил?

— Не-е, в дом никто не приходил. А вот слышать — слышал. Я как раз клумбы полил и хотел пойти лишнюю малины выкопать, когда услышал сначала стук, а потом кто-то выругался.

— Где ты слышал стук? — оживился Ваня.

— Я вот здесь проходил, — он указал на дорожку, виднеющуюся в окне. — А стук услышал из-за угла. Со стороны задней двери.

— А как он выругался?

— О, я такое повторять не буду. Грязная ругань, — поморщился он,

— Когда это было? — оживился Ваня.

— На время не смотрел, но уже после полудня. Часа в два или в три, — он задумчиво посмотрел вверх, вспоминая.

— Паша, ты когда-нибудь что-нибудь брал из сейфа Ивана Владиславовича.

— Нет, ничего не брал. Он сам нас зарплату выдаёт.

Больше мы вопросом не задавали. Слуги допили чай и вернулись к своей работе, а мы с Ваней вышли на улицу и обошли невысокую ограду по кругу, в надежде найти хоть что-то что указывало бы на воришку.

Нашли. В одном месте по ту сторону резной железной ограды трава была сильно смята. Сразу видно: кто-то топтался там.

Присел у самой земли и втянул носом. Я, конечно, и в подмётки не гожусь ищейкам, но тоже след могу взять. Еле уловимый эфир, не имеющий никакого отношения к растениям, что росли вокруг, разложился на составляющие и запечатлелся в мозгу. Теперь я его узнаю, если встречу.

— Что будем делать? — спросил Ваня, когда мы вышли за ворота и медленно двинулись по направлению облачка эфира, но уже через несколько метров он рассеялся.

— Ничего. Я не знаю, кто топтался у твоего забора и как его найти, — с раздражением ответил я.

— А давай чиновника напоим твоим средством? — оживился Ваня.

— Как?

— Приглашу его на встречу поговорить о найденной гробнице.

— Если он украл твою реликвию, то не придёт на встречу. Он может понять, что ты его подозреваешь. Нужно действовать осторожно.

— Что ты предлагаешь? — подавив зевоту спросил он.

— Где хранился Амулет?

— Я же говорил — в сейфе. В кабинете.

— Просто так на полке в сейфе лежал?

— Почему «просто так»? В серебряной шкатулке. Внутри бархатная подстилка, чтобы не разбился.

— Шкатулку тоже украли?

— Нет, она в сейфе.

— Показывай.

Мы вернулись в дом и зашли в кабинет больше похожий на кладовую — такой маленький он был. В комнату влезали только стол, кресло и полка с книгами.

В дальнем углу слева от стола стоял сейф. Ваня был прав, такую громадину одному не поднять. Дверь сейфа была настежь распахнута и виднелась потемневшая от времени серебряная шкатулка, украшенная узорами. В центре бархатной подушки находилась выемка. Артефакт явно раньше лежал там.

Я осторожно вытащил шкатулку и внимательно осмотрел. Примерно тридцать сантиметров в длину и пятнадцать в ширину. Высотой с пол ладони. Незаметно пронести трудновато, вот и оставили.

Втянув носом, я не почувствовал ничего особенного. У реликвии не было эфира. Жаль. Но надо с чего-то начинать.

— Звони этому чиновнику и скажи, что хочешь встретиться и отдать ему на время Амулет, но с условием, что сам будешь присутствовать при вскрытии гробницы.

— И что нам это даст?

— Если он согласится, то Амулета у него нет. А если откажется, то ты ему уже не нужен. Он сам всё откроет.

— Понял, — кивнул он и прижал телефон к уху. — Алло, Борис Тимофеевич, это Иван Савельев. Вам нужен был мой Амулет Лунного Наследия, чтобы…

Он в замешательстве посмотрел на меня.

— Сказал, что его это больше не интересует, и сбросил звонок. Странно. Позавчера он чуть не вырвал его у меня из рук. Еле остановили. Потом большие деньги обещал, но я отказался.

— Что же в той гробнице?

— Никто не знает, но все надеются найти что-то особо ценное. Не зря он закрыт несколькими ведьминскими печатями. Не удивлюсь, если во время зачарования погибли не меньше дюжины ведьм.

— Почему ты так думаешь?

— Сильная магия. Даже за века с ней ничего не стало. Именно поэтому её до сих пор не открыли. Нужен сильный артефакт. Такой как наша реликвия.

— Хм, не думаю, что чиновник так быстро отказался от идеи заполучить то, что спрятано в гробнице. Похоже, ты прав, и это он украл Амулет.

— Надо забрать его обратно. Но как?

— Дождемся ночи и заберемся в его дом.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — засомневался друг.

— У тебя есть другая?

— Нет, — тяжело вздохнув, признал он.

— Тогда показывай, где он живёт.

Мы с Ваней забрались в его машину и поехали к дому чиновника. Он жил в самом центре Владимира в двухэтажном желтом доме с колоннами. Весь день до самого вечера мы следили за тем, что происходит вокруг.

Вернулись домой к ужину и, продумав, как будем действовать, принялись ждать полуночи.

— Если нас поймают? — встревоженно спросил Ваня, когда мы остановились через дорогу от дома чиновника на неосвещенной парковке.

— Можем всё отменить, — предложил я.

— Нет-нет, надо забрать Амулет, — ответил он, но в голосе слышалось сомнение.

Я надел патронташ, и мы вышли из машины. Первым делом нужно было пройти через ворота, потому что перелезть через высокую ограду с острыми шипами у нас точно не получится. Мы всё это обсудили заранее, поэтому уверенно двинулись к воротам.

Когда до ворот оставалось пару метров, я остановился как вкопанный и, втянув носом, резко обернулся.

— Он здесь, — шепотом ответил я, вглядываясь в полутьму.

— Кто? Тот, кто перелезал через мой забор? — шепотом поинтересовался он.

— Нет. Грачёв. Артефактор Платон Грачёв…

Отправить