Глава 7 Главное это подготовка

На следующий день…. А что на следующий день? Вроде, все вошло в спокойное русло, как и должно было быть в нормальном учебном заведении. Время до пятницы пролетело практически незаметно. Никто нападать на наследника престола не собирался, меня на дуэль тоже никто не вызывал. Трубецкие пока успокоились и после той моей беседы с Вероникой не предпринимали больше никаких шагов к сближению. Днем учусь, вечером в игре фарм, фарм и еще раз фарм. Квестов больше Геракл не раздобыл, так что мы крутились в окрестностях Кносса. Четыре часа вечером геноцида мобов. И надо сказать, количество драхм у меня росло, как на дрожжах, как и опыт. Я уже достиг восемнадцатого уровня, так что к нашему отплытию планировал стать двадцатым. Да-да, именно к отплытию, так как Геракл при молчаливом одобрении всего нашего отряда, заявил, что уже забронировал через неделю, в понедельник, пять мест в одной из флотилий, отправлявшихся на материк. Как оказалось, сами флотилии отправлялись в разное время. Часть из них плыла днем, часть — ночью.

Та флотилия, что выбрал Геракл, плыла по ночам, днем становясь на стоянку в открытом море. Итак, пять дней. Ну, понятно, почему админы сделали такой график, учитывая, что в «Мифы и Легенды» играло большое количество студентов, и они днем, естественно, были заняты. Конечно, у создателей игры и мысли не могло возникнуть о том, чтобы мешать платежеспособным клиентам играть.

Так что несколько дней — практически идиллия! Правда, один раз её все-таки нарушили, и это был звонок в весьма странное время — в пятницу, во время перерыва между первыми двумя уроками, когда мы направлялись на практикум по Боевой магии. А перед этим я поймал на себе какие-то странные взгляды Трубецких. Но, посмотрев, кто меня вызывает, понял, к чему эти взгляды. Звонил их отец. Время, значит, подгадали.

— Да, — ответил я, немного отстав от нашей группы. Мой маневр был замечен Шуйским, и тот с любопытством посмотрел на меня. Я же сделал вид что не заметил его взгляда, и ответил на вызов.

— Веромир! — Голос моего «союзника» был бархатным и предупредительным. — Я, наверно помешал, ты же на занятиях?

— Здравствуйте, Сергей Ильич. Сейчас у нас перерыв, так что минут десять у меня есть. Что-то случилось?

— Ну почему сразу что-то должно случиться? — почти искренне удивился мой собеседник. — Нет, конечно, нет. Просто хотел поинтересоваться, как у вас дела.

— Идут, — хмыкнул я и не удержался от шпильки: — Пока никто не покушался, значит, можно сказать, что все хорошо.

— Хм… — после небольшой паузы ответил Трубецкой. — Об этом я тоже хотел бы поговорить, но вы же понимаете, что это приватный разговор. Я знаю, что в воскресенье у вас прием у Императора, поэтому хотел вас пригласить к себе вечером на ужин. В семейной обстановке. Вы, я и Голицын. Посидим в дружеской обстановке, выпьем и поговорим. Нам есть о чем поговорить, Веромир.

Я задумчиво посмотрел на него. Вот, блин, хотелось бы с Гвоздевым посоветоваться, но с другой стороны, почему бы и не встретиться. Как там говорилось в древней пословице? «Союзники — они и в Африке союзники». К тому же с Гвоздевым…. Но только суббота у меня уже занята. Там Годунов…

— Хорошо, — кивнул я, — против встречи я не против, только вот в субботу, к сожалению, не получится. Я занят.

— Занят? — Трубецкой явно хотел возмутиться, но сдержался.

Ну а что? Ты думал, что я только с тобой могу встречаться, типа, лишь ты и Голицын поддерживаете отношения с Бельскими? Ну уж нет! Князь, конечно, узнает, с кем у меня будет встреча. Ох, интересно мне увидеть его реакцию после нее …Я мысленно ухмыльнулся.

— А не будет ли наглостью с моей стороны все-таки рассмотреть возможность нашей встречи? Она…

— Извините Сергей Ильич, — нахмурился я, — но, к сожалению, вынужден вам оказать: давайте назначим другой день.

— Хорошо, — тяжело вздохнул мой собеседник, которому явно не понравилось, что его перебили. — Раз так, давайте устроим нашу встречу на неделе. Когда вам будит удобно?

— На неделе? — удивился я. — Вообще-то, если помните, я студент академии. Разве я могу не в выходные покинуть ее территорию?

— Вот вы о чем! — хмыкнул Трубецкой. — Не переживайте. Я давно знаю князя Брюса, ректора Академии. Я договорюсь. От вас только нужно подать заявление в ректорат. Когда вам удобно?

Что ж… Я прикинул расписание. Понедельник. На фехтование я могу не ходить, так что, в принципе, это самый удобный день…

— В понедельник.

— Хорошо, — кивнул князь, — давайте в понедельник. В 18.00?

Я кивнул.

— Что ж, тогда буду вас ждать. В понедельник просто зайдите в администрацию Академии и спросите форму № 34. Скажете, что все согласовано с ректором. Я сегодня с ним поговорю. Заполните форму и после уроков можете смело отправляться ко мне. Проблем при выезде из Академии не будет. Вернуться надо будет до полуночи, но это точно не проблема. Если что, мы вас довезем…

— Спасибо, — поблагодарил я, — но, думаю, мы сами справимся. Кстати, вместе со мной будет Павел Гвоздев. Вы, наверно, его знаете? Это мой Глава дипломатического отдела.

— Конечно, знаю, в свое время встречались на переговорах. — Мне показалось, что в голосе моего собеседника проскользнули недовольные нотки… хотя нет, не показалось. Князь явно не ожидал такого поворота. Но надо отдать ему должное: он быстро сориентировался. — Естественно, не возражаю против его присутствия…

— Ну вот и хорошо! — улыбнулся я. — Форма одежды свободная, я так понимаю?

— Конечно! Это дружеский ужин и дружеская встреча, Веромир. — заверил меня Трубецкой.

— Тогда — до встречи, Сергей Ильич!

— До встречи, Веромир! Удачного дня!

За время разговора мы как раз подошли к местному полигону, и, убрав плантел в рюкзак, я посмотрел на Трубецких, которые сейчас делали вид, что не обращают на меня внимания, что-то обсуждая с двумя девчонками с группы. Ладно, еще пообщаемся. Тем временем уже прогудел звонок на занятия.

— Трубецкой? — Ко мне подошел наследник престола.

— Как? — уставился я на него. — Ты как узнал то? Я уже начинаю тебя бояться…

— Не надо меня бояться, — усмехнулся Шуйский. — Все просто: Трубецкие так смотрели на тебя во время разговора… тут любой бы догадался.

— Не знаю, как насчет любого, — возразил я. — Например…

— Отставили разговоры! — Перед нами появился Борщ. Что-что последнее время наш преподаватель открывал все новые и новые стороны своей «многогранной» натуры, и одной из сторон были армейские повадки. Это первые несколько занятий он дал нам привыкнуть. Зато сейчас… Хорошо еще «равняйсь», «смирно» и «вольно» нет. Хотя ко всему привыкаешь…

Вечером вдвоем с Гераклом мы провели три часа фарма в игре, остальные участники нашей дружной группы, к сожалению, оказались заняты. В одиннадцать вечера нас с Дашей забрал Шемякин, и в сопровождении двух флайеров с охраной мы отправились домой.

По пути я поведал своему Главе СБ о приглашении и о том, что принял его.

— Хорошо, что это будет после приема у Императора, — задумчиво ответил тот. — Все удачно складывается. Кстати, Павел рассказывал вам о самом приеме? Что помимо официального приема у Императора, который в общем-то является чисто формальным, будет неофициальная часть?

— Да, рассказывал.

— Сомневаюсь, конечно, но возможно неформальное общение с Владимиром V. Скорей всего, они это понимают и хотели встретиться заранее… Надеюсь, вы не один пойдете в понедельник? — обеспокоенно посмотрел он на меня.

— Гвоздева с собой в любом случае возьму к Трубецким, — пожал я плечами, — так что думаю, смысла переживать по этому поводу нет. Или есть? — Я вопросительно посмотрел на своего собеседника.

— Ну, раз Павел с вами будет, то, конечно нет, — расслабился Шемякин.

— Как там с поместьем? — поинтересовался я.

— Все в порядке, господин. Все по графику, — улыбнулся Шемякин. — Хотите посмотреть стройку? Пока смотреть особо нечего. Там фундамент сейчас делают…

— Нет, смотреть не буду, — хмыкнул я. — Когда более ощутимые результаты появятся, тогда посмотрю…

До дома мы добрались уже ближе к двенадцати. Шемякин проводил меня до квартиры, где нас уже ждал Ефим. Даша сразу дистанционировалась на свое рабочее место — кухню. Мы немного пообщались с Ефимом, который сообщил, что завтра к десяти утра прибудет Гвоздев. Отец Даши переживал из-за намечающейся встречи с Годуновым, по-моему, больше, чем я. Но мне, вроде, удалось его успокоить, а когда он узнал, что на ней я буду не один, то окончательно успокоился.

— Утром ваш костюм будет готов! — заверил меня он.

— Костюм? — переспросил я у него.

— Да, вчера привезли три костюма для вас, господин: один — для приема у Императора приема, два — более демократичные, но, конечно, не такие, которые у вас были. Хотите посмотреть?

— Нет, Ефим, — покачал я головой, — давай завтра утром. Встреча у Трубецких в шесть вечера, времени у нас будет много. Устал я чего-то…

— Конечно, господин.

В общем, на этой оптимистической ноте я отправился на кухню, где Даша напоила меня каким-то странным чаем, по ее словам, очень хорошо успокаивающим, и отправился спать. И действительно чай оказался поистине волшебным. Спал я, как ребенок. А вот утром началась движуха.

Встал я в девять и после всех утренних процедур и завтрака с двумя чашками крепкого кофе был готов к подвигам.

Первым, как и говорил Ефим, меня навестил Гвоздев, с которым мы устроились в моем кабинете. Его, кстати, порадовала предстоящая встреча с Трубецкими.

— Что ж, все правильно, господин, — заметил Павел, когда я рассказал ему о этом самом приглашении. — Наоборот, эта встреча давно назревала.

— Да это, скорей всего, из дочек Трубецких… — предположил я, на что Гвоздев лишь саркастически хмыкнул.

— Не надо считать наших союзников недалекими людьми, господин… — начал он. — Шемякин абсолютно прав. Им надо было встретиться с нами в субботу, и то что вы им отказали, господин, даже хорошо. Мы тоже должны показывать зубы, пусть они у на еще и очень небольшие. Да, несомненно, вопрос о дочерях и покушении будет одним из предметов обсуждения на встрече, но мне кажется, основное — это прием у Императора. Трубецкой и Голицын хотели добиться подтверждения ваших намерений до него. Они прекрасно знают, что нынешний Император отличается своими порой весьма неожиданными решениями. Я бы лично не стал давать однозначный прогноз по поводу того, как все пойдет на приеме. Вы сейчас «темная лошадка», и я не исключаю возможности приватного разговора с Владимиром V и возможных предложений от него, которые могут идти вразрез с планами наших союзников. Учитывая, что вы тесно сошлись с наследником престола, думаю, это становится весьма вероятным.

— Но они не знают, кто такой Шуйский на самом деле… — возразил я.

— Кхм… — улыбнулся мой собеседник, — не должны. Хотя этого я однозначно сказать не могу, но надеюсь, что это так. Но вот в понедельник мы это и узнаем…

— А на приеме у Императора они будут? — вдруг озвучил я пришедшую в голову мысль.

— Будут, но скорей всего, общаться с вами не станут.

— Почему?

— Потому что они не хотят показывать, что как-то связаны с вами. Там же кругом глаза и уши. Выводы сделают быстро.

— Интересно… — Я посмотрел на Гвоздева. — И сколько же они планируют скрывать наши отношения? Насколько я понимаю, господин Скуратов, скорей всего, знает о наших разговорах.

— Даже уверен, что знает, — хмуро кивнул мой собеседник. — и даже уверен, что наши контакты с Трубецким и Голицыным не секрет для Годунова. Но все это так, несерьезно. Никто не знает о подробностях, тем более — высший свет. И чем позже это станет известно, тем лучше. Я уже, вроде, говорил вам, что вся аристократическая тусовка — это яма с ядовитыми змеями. Тут надо смотреть под ноги и очень внимательно делать шаги.

— Не понял, — искренне признался я, — но приглашение на тот самый банкет от Трубецкого, их общение со мной… Вы думаете, никто этого не видел?

— Вы правы, — согласился со мной Павел, — но вы не учитываете некоторые нюансы. Несомненно, банкет у Трубецких, как и ваша беседа с союзниками, все это делалось на публику. Эти двое князей, можно сказать, обозначили намерения. Со стороны это воспринималось достаточно индифферентно. Кто знает, может, все это лишь из-за вежливости, тем более ни Трубецкие, ни Голицыны никогда не были врагами нашему роду. Но несколько встреч — это уже не одна, тем более, повторюсь, в дворце.

— Не понимаю, — заявил я, — вокруг, что, все слепые? Все равно вскроются мои контакты с ними и…

— Личные контакты — это личные контакты, — возразил Павел. — Дворец — это дворец. Так уж повелось, что любой шаг на банкете может быть истолкован не так, как вы сами думаете. Хочешь показать для всех свое отношение к человеку — сделай это на подобном приеме. Так что будьте аккуратнее, господин. Да и я все время буду рядом. Считайте все это вашим первым серьезным экзаменом в жизни, если можно так выразиться.

Чушь какая-то! Совершенно нелогично, на мой взгляд. Но мне оставалось лишь поверить своему Главе дипломатического отдела.

Ну, а дальше мы коротко обсудили предстоящую встречу с Годуновым. Хотя, как оказалось, вводных было мало. Гвоздев сам не совсем понимал, о чем хотел разговаривать Годунов. Коснулись мы и Таис Афинской. Как выяснилось, Гвоздев серьезно озадачился тем, что дочь Годунова играет вместе со мной.

— Я все-таки предполагаю, что об этом известно ее отцу, — сообщил он мне. — Как он на это отреагирует, я даже прогнозировать не могу. Но чего гадать? Все скоро выяснится. И просьба, господин: я буду вести разговор. Не принимайте сразу необдуманных решений. Не обещайте ничего. Это первая встреча, и мы на ней не должны давать никаких обещаний. Слово аристократа — это слово аристократа, и если вы случайно что-то пообещаете, вам придётся это выполнить.

— Ты думаешь, я этому уроду что-то пообещаю? — Я почувствовал раздражение и испугался что меня опять охватит гнев, но, слава Богу, этого не произошло. Но Гвоздев, судя по его напряженному виду, явно что-то почувствовал.

— Конечно, нет, господин. Но вам нужно не показывать ваш гнев. Вы же знаете, что месть…

— … блюдо, которое подают холодным? — продолжил я его фразу.

— Именно так.

— Не переживай, Павел, я буду спокоен.

— Хорошо, — явно с сомнением произнес мой собеседник. — Итак, мы, вроде, наметили нашу позицию в разговоре. Придерживаемся нейтрального отношения ко всему. Вполне возможно, вас будут провоцировать…

— Да, понял. Буду игнорировать я все эти провокации, — успокоил я его, — но если он перегнёт палку…

— Годунов не дурак. — покачал головой Гвоздев. — Помимо вашего статуса Главы рода вы еще и потенциальный маг пятого ранга. Так что вряд ли он будет вас откровенно провоцировать. Император его точно по головке не погладит. А учитывая, что наследник престола у вас в друзьях…

— Все, мы повторяемся! — недовольно констатировал я. — Время уже три часа. Готовь все к отъезду. Мне еще надо будет примерить костюмы, которые ты привез. Где заказывал-то? У Федора Т?

— Да, у него, — признался Гвоздев. — Он, кстати, когда узнал, для кого надо сшить костюм, сделал неплохую скидку. Вы, господин, явно произвели на него впечатление.

Я предпочел не комментировать эти слова.

— Для приема костюм пошит отдельно, — продолжил Павел. — Он более строгий и официальный. Для встречи же более демократичный.

— И где у нас встреча?

— Ресторан «Африканский лев». Весьма престижный в аристократических кругах. Там есть отдельные кабинеты, так что все будет кулуарно.

Что ж, оставшееся до отъезда время я, примерив костюмы, которые, как и ожидалось, сидели на мне идеально, провел за компьютером. Вновь полазил по неофициальным сайтам «Мифам и Легенд».

На них ничего не изменилось. Сплошной негатив и, как это говорится, «срач». Единственное светлое пятно — это описание путешествий с острова на материк. Надо сказать, что я напал на рассказ явно талантливого писателя. Даже зачитался…

— Господин, пора, — заглянул ко мне Гвоздев.

Пора так пора. После того как я оделся и получил одобрение своего внешнего вида у Даши и Павла, мы вместе с Гвоздевым загрузились во флайер и в сопровождении еще двух флайеров СБ под управлением Шемякина отправились на встречу.

Отправить