Глава 20 Перед учебой

Ну что я могу сказать… Отправились мы вместе на половину Шуйского. М-да… обстановка у него была, конечно, побогаче. Например, на стене висел какой-то изогнутый монитор компьютера размером с мой телевизор. Не знаю, по мне, это уже перебор. Мне лично моего на столе вполне хватает.

Перед экраном компьютера стоял приземистый длинный столик, на котором возвышалась пузатая бутылка коньяка в веревочной оплетке, а рядом стояли два стакана. Из закуски была пока только небольшая вазочка с фруктами. Рядом со столиком расположились два мягких кресла.

— Давай, за начало нового учебного года! — Шуйский собственноручно разлил коньяк и поднял свой бокал. — Этот нектар десятилетней выдержки именно в такие моменты надо пить!

Мы чокнулись и выпили… Да, я аж невольно зажмурился. Действительно, нектар: медовые нотки, а затем приятное тепло, разлившееся по телу.

— Что, понравилось? — улыбнулся Шуйский. — Специально бутылку притащил из родового подвала.

— Понравилось, — не стал скрывать я.

— Тогда садись, посмотрим на списки вместе.

Он устроился в одном из кресел. Я пожал плечами и опустился во второе.

Перед Шуйским появилась клавиатура, и он немного пощелкал мышью. Вскоре я увидел перед собой сайт Академии и список поступивших. Разделение было по рангам. Самая маленькая группа была 5 ранга: один я.

— Вот видишь, ты вообще жжешь: один человек, и на самом верху! Я даже завидовать тебе стал!

— Иван! — Я нахмурился.

— Да ладно тебе глазами-то сверкать! Честно же говорю! Но тобой горжусь все равно!

Блин, какой-то шут, а не Шуйский! Надо же, как это слово схоже с фамилией моего друга. Я вновь вернулся к списку.

В четвертом ранге оказались сам Шуйский, сестры Трубецкие, Елизавета Голицына и Варвара Годунова. Из оставшихся десяти человек четвертого ранга больше я никого не знал, кроме Ольги Демидовой и Кирилла Разумовского, и то о последнем был наслышан из разговора компании, к которой я прибился на банкете у Трубецких: мол, странный парень, всегда особняком, и такого лучше не трогать.

А вот в третьем ранге оказалось больше всего народу, в том числе вторая Голицына. Из известных фамилий — Морозовы и Долгорукие. Но мне имена отпрысков этих родов ни о чем не говорили.

Во втором ранге знакомых не было, а вот первый удивил: как и, пятый, он состоял из одного человека — Ирины Вяземской. Я улыбнулся.

— Что? — Шуйский, разливавший коньяк, заметил мою улыбку.

— Да вот, Ирину Вяземскую увидел. Надо же, не ожидал, что она в первом ранге!

— Да я тоже, честно говоря, не ожидал. Ну, она вообще очень оригинальная девушка. Без комплексов. Правду матку в глаза режет так, что закачаешься!

— С тем, что оригинальная, спорить не стану! — фыркнул я.

— Так ты с ней что, знаком? — удивился Иван. — Ах, да, банкет! Ты мне, кстати, так и не рассказал толком про него. Точнее, вообще не рассказывал.

— Да как-то повода не было…

— Ну, вот сегодня он есть, — безапелляционно заявил Иван. — Давай уже, колись! От девок отбиваться пришлось?

— Не то слово! Видимо, папа сестрам ЦУ дал. К тому же он откуда-то уже знал, что у меня Пятый ранг.

— Откуда!.. — рассмеялся Шуйский. — Абашеев, скорей всего, рассказал. У них с Трубецкими весьма доверительные отношения.

— И все-то ты знаешь! — Я подозрительно посмотрел на него. — Для простого бедного родственника из рода Шуйских ты просто великолепно информирован! Может, признаешься, кто ты?

— Я Иван — Шуйский. — Я почувствовал, как мой друг слегка напрягcя.

А вот это вот странно: с чего это непробиваемый Шуйский так напрягся? Над этим надо поразмыслить.

Но возникшую неловкость нарушили Дарья и Арсений, принесшие еду. Да чтоб я так жил! Перед нами расставили такие деликатесы, что у меня аж слюнки закапали. Чего только стоил ароматный поросенок, фаршированный чем-то аппетитным! Ну, а о салатах и бутербродах с икрой я вообще не говорил…

Явно довольные впечатлением, произведенным на нас их мастерством, наши слуги удалились.

— А ты говорил! — фыркнул Шуйский. — Прекрасно они сработаются! Давай вернемся к нашему курсу. Ты, кстати, знаешь, что тут есть Арена Дуэлей?

— Разве в Академии не запрещены дуэли?

— В Академии запрещено нападать, когда ты находишься на занятиях или в своем личном коттедже, это да. Хотя и это правило периодически обходят: отмороженных всегда хватает. На территории можно найти немало укромных мест, но вот только последствия таких дуэлей могут быть весьма плачевными. Кончено, если один аристократ покалечит или даже убьет другого, его не посадят, максимум — могут исключить. Но тут не надо забывать о мести. А так как большинство из учащихся в Дворянской Академии — дети и наследники знатных родов, то из-за подобного может случиться война. Так что первым делом нормальные родители, отдавая своих детей в Академии, вбивают им в головы, что счеты можно сводить лишь на Арене Дуэлей.

— И что же она из себя представляет? — поинтересовался я. — Что-то я ее не видел.

— Территория Академии огромна. Думаю, что ты еще много чего тут не видел! — рассмеялся Шуйский. — Она на самом краю находится, полностью закрытая, и насколько я знаю, неплохо охраняемая. Вот там можно проводить дуэли с использованием магии… в общем, все ради аристократов, собирающихся надрать друг другу задницу.

— Ну, наверно, это хорошо…

— Хорошо… — Мы разлили коньяк и, чокнувшись, вновь выпили. — Но не совсем. — продолжал Иван. — Я знаю Олега Голицына. Он не успокоится.

— Даже после того, как ему отец мозги промыл? — удивился я.

— Таких идиотов, как Олег, надо учить по-другому. Да, мозги старший Голицын ему промыл, в этом я не сомневаюсь, но только это, как говорили в древности, «как мертвому припарка»! Так что будь готов, что он будет тебе подлянки строить… И, кстати, чтоб ты знал: он испытывает нежные чувства к Елене Трубецкой, которая в открытую с тобой флиртовала.

— Скажешь тоже — флиртовала! — протестующе махнул я рукой. — Потанцевали несколько раз…

— Веромир… — Я увидел, как мой друг сделал жест фейспалм. — Ты вообще не понимаешь, что ли? — Он вновь посмотрел на меня. — То что, произошло на балу, для Голицына, как красная тряпка для быка. А вот Елену я не очень понимаю… такое впечатление, что она это специально сделала, чтобы его позлить. Или, опять же, отец заставил с тобой подружиться.

— Да не похоже, что специально, — скептически ответил я, — если только она не прекрасная актриса. Скорее, действительно отец заставил… Подожди… но если Голицыны и Трубецкие союзники, чего же они Елену за этого Олега-то не выдали?

— Хм… — задумчиво ответил Иван. — А вот этого я не знаю. Надо будет подумать. Просто будь аккуратнее. Завтра покажу тебе Арену Дуэлей, но повторюсь, что Голицын не дурак. Он в любом случае теперь сам не полезет на тебя, учитывая разницу между вами как в мастерстве фехтования, так и в рангах; хотя ты у нас, как сам говорил, номинальный пятый ранг, у тебя вообще не было никаких тренировок, практики никакой. Тебя опытный второй ранг сможет победить, не то что третий. И, да, ты отчасти прав: из-за того, что отец промыл ему мозги, он все будет делать чужими руками. Кстати, чтобы ты особо не надеялся на свои фехтовальные навыки, на Арене Дуэлей проходят смешанные дуэли.

— Что значит смешанные? — не понял я.

— То есть, из холодного оружия это шпага, а вот вдобавок к этому разрешено пользоваться магией. Так что, прежде чем назначить дуэль, сначала все оцени.

— Сложно как-то! — фыркнул я. — А если просто морду набью?

— Можешь, — кивнул Иван, — только вот это минус к твоей репутации. Кулаками только простолюдины дерутся. Хотя это хорошая идея! — вдруг улыбнулся он. — Ладно, давай уже задвинем все это дело. Лучше выпьем.

Мы выпили, потом — еще раз. Шуйский просто поставил фоновую музыку, и мы, наконец, серьёзно занялись коньяком. Кстати, рассказчиком он оказался поистине великолепным, и самое главное — похоже, он вообще знал все обо всех.

Спустя час разговор, как в любой правильной мужской компании, зашел о женщинах.

— Ты не заморачивайся особо с этими бабами с великих родов! — вещал мне изрядно набравшийся Шуйский. К концу подходила вторая бутылка коньяка, и, как ни странно, лично я не чувствовал опьянения. Так, в голове, конечно, шумело, но перебора не было. — Так вот, взгляни лучше на наш курс. Там вполне хватает обычных девчонок из первой сотки рейтинга кланов. Зато они не будут надменными и напыщенными, как, например, те же самые Трубецкие.

Я попытался ему возразить, но он меня остановил.

— Ты что же, думаешь, если Ленка к тебе поприжималась и поулыбалась по указанию своего отца, у ней характер от этого поменялся? Поверь, Веромир, все эти дочки из великих родов еще те мегеры! Хитрые все… Вот, меня тоже хотели свести с одной… и, прикинь, иностранка. Из Германии, принцесса тамошняя, Луиза, кажется. Но слушай, она, вроде, и ничего, приятная на вид блондиночка такая, но ведет себя, словно я ей, блин, по жизни должен. Когда приобнял, чуть скандал не устроила! — Он внезапно осекся и как-то странно посмотрел на меня.

— Ну, продолжай. — История с принцессой меня явно заинтересовала. На языке вертелся один вопрос: как это за не наследного отпрыска Шуйских сватают принцессу Луизу? Я, конечно, не большой знаток королевских семей Европы, но, по-моему, у Фридриха XV, правителя Объединённой Германии, или, как ее называли, Пятого Рейха, было всего две дочери, и Луиза, вроде, была старшей.

— Не обращай внимания! — Мне показалось, что в глазах Ивана проскользнул испуг. — Это меня так, по пьяни, заносит. Сказки рассказываю какие-то. Ты же не поверил? Правда? — Он посмотрел на меня с такой надеждой, что я невольно кивнул ему в ответ.

— Так о чем я?.. — вернулся он к старой теме. — Вот возьмем рода поскромнее. Те же самые Пожарские… Там девчонка….Диана. Очень даже ничего.

— Видел на банкете, — кивнул я, — рыжая такая.

— Во! Возьми на заметку! Да мало ли там… Некрасовы, вон, Скуратовы, там девочки о-го-го! И капризов меньше. — Он мечтательно зажмурился. — Ну, думаю, мы с тобой точно с кем-нибудь более тесно познакомимся. Тем более, ты сейчас станешь в Академии весьма популярной личностью: таинственный маг пятого ранга из почти исчезнувшего рода! А уж после того видео, где ты Голицына разделываешь, все девушки — наши!

— Эй-эй, ты подожди! — осадил я разошедшегося друга. — Хоть я и из старинного рода, но великим тот называется лишь по привычке. Говорил же тебе, нет у нас ни авторитета, ни силы. Ты меня со своим-то родом не сравнивай.

— Да ладно тебе! Главное — ты жив, и народ у тебя прибавляется. Так?

— Так.

— Ну вот, постепенно наберешь. Люди любят силу, а в том, что ты станешь сильным магом, и сомнений нет…

— Это когда-то Бельские были могучи, — покачал я головой, — а сейчас.

И я вновь почувствовал поднимающуюся волну обжигающей ярости. Ярости на Годуновых и на потакавшего им императора, который позволил уничтожить Бельских. И я с трудом контролировал ее. Мне вдруг захотелось кому-то врезать. Меня это уже реально пугало, но ничего поделать с этим я не мог.

— Стоп. — Рука Шуйского легла на мое плечо, и это немного успокоило меня. — Веромир, спокойно. А то у тебя глаза, как у демона, стали. Я аж испугался. Они реально красным огнем загорелись! Что с тобой происходит-то? Расскажи мне как другу.

— Ничего, — хмуро ответил я, почувствовав, что гнев схлынул так же внезапно, как и вспыхнул. — Накатывает иногда.

— Накатывает, — понимающе кивнул Шуйский, — это бывает. Обязательно поднимется твой род! Я в этом абсолютно уверен! А сейчас давай по последней — и спать. — Он взял бутылку, коньяка в которой остался только на дне. — Завтра у нас первый день… неправильно с похмелья приходить. Могут не понять.

— Да ты и так уже точно завтра с похмелья будешь! — усмехнулся я.

— Не скажи… — загадочно улыбнулся Шуйский. — Есть у меня кое-какие секреты, так что завтра буду как огурчик.

— Ну так что, расходимся?

— Думаю, да.

— Слушай, все хотел тебя спросить: как ты думаешь, кто за Таис играет? Ведь, судя по ее словам, она тоже в этом году поступает.

— Да кто угодно может быть! Больше сотни человек. Ты точно не угадаешь. И практически все играют в «Мифы и Легенды». Это ты сейчас, можно сказать, в песочнице. Тут даже толком и кланов нет, на Крите-то. А вот на материке такое месилово — там настоящая жизнь!

— Ты это сейчас к чему? — не понял я.

— К тому, что надо копить деньги и линять с этого острова. Но и с уровнем меньше пятнадцатого туда соваться глупо. К тому же само по себе морское путешествие — это отдельный крутой квест! Весьма опасный. Так что никто не гарантирует, что за свои же уже потраченные деньги ты не вернешься опять в порт.

— То есть?.. — не понял я. — Я думал, просто плывешь и плывешь…

— Ага, сейчас! — фыркнул Шуйский. — Не все так просто, мой друг. Вот смотри, заплатил ты свои кровные двадцать пять тысяч драхм и сел, значит, на корабль. Но, чтобы ты, понимал с тобой так же игроков пятьдесят. И, да, не забывай: привязаться к точке возрождения ты можешь только в Кноссе, в порту. Увы, но это именно так. И вот ты плывешь, значит. Вообще путь до ближайшего города Материка Эфеса занимает порядка недели, но каждый день у тебя появляются определенные квесты — например, отразите нападение пиратов или каких-нибудь морских чудовищ. Да, они обычно с хорошими наградами, но представь, что ты погибнешь! На корабль-то не вернешься, возродишься в порту! И снова плати двадцать пять тысяч. Правда, имеется один плюс: в случае гибели на судне ты ничего не теряешь. Никаких коконов, и, значит, никакого воровства.

— Да это же засада! — вырвалось у меня. — Несправедливо! Нет, что коконы не выпадают, это нормально. А вот деньги…

— О какой ты справедливости говоришь? — весело рассмеялся мой собеседник. Игра, в первую очередь для ее создателей, то, что приносит деньги. И неплохие, надо сказать, деньги. Хочешь уплыть с острова — качайся и развивайся.

М-да, но это же могут специально подставить, — высказался я. — Наймет тот же Олег какого-нибудь козла, он поплывет с нами и, допустим, грохнет в пылу драки Таис… или подставит как-то.

— Может, конечно, — кивнул Шуйский, — вполне себе вариант. Так что нам надо сбивать группу, а она у нас уже более или менее формируется, и нанимать какой-нибудь не особо большой корабль… Но это дела будущего. Все, сейчас — спать. У меня уже глава закрываются.

На этом мы с ним расстались. Добравшись до своей половины, я понял, что не так уж и пьян. Опустившись в одно из кресел в гостиной, я задумался. Черт как то все запутывалось. Этот Голицын еще… поскорее бы дипломат приезжал. Мне явно не хватало помощи в таких вот деликатных вопросах. Шуйский…. С ним я решил все-таки вести себя осторожнее. Что-то я разоткровенничался. И никак не выходили из головы его слова о принцессе. Это не было пьяной болтовней, я в этом был уверен. Кто же ты, Иван Шуйский? Дальний родственник Шуйских? Нет, эта легенда не выдерживала никакой критики. Я не удержался и уселся за компьютер. Включив его, набрал Шуйских. Странно: глава рода уже старик, дети взрослые, наследнику сорок пять лет. И нигде ни одного упоминания об Иване. Не нравится мне это.

Ладно, узнаем со временем. Посоветуемся с тем самым Гвоздевым. Успокоив себя таким образом, я поднялся из-за стола и вдруг понял, что в комнате не один. У двери скромно стояла Даша, одетая в какой-то домашний наряд — спортивные штаны и кофту.

— Веромир… — тихо произнесла она, но по ее взгляду я все понял. Просто подошел и крепко обнял, а потом мы естественным образом переместились в спальню.

Вновь эта страстная девушка меня поразила: меня просто уложили на кровать и обслужили по полной программе, так как коньяк подействовал на меня слишком расслабляюще. Но стараниями Даши я пришел в полную боевую готовность и принял активное участие в этой сладострастной борьбе. Спальня огласилась стонами. В общем, угомонились мы лишь через час, и я заснул крепким сном, прижимая к себе свою любимую служанку.

Отправить