Глава 14 Командный дух

В общем после подобной тренировки я был выжат как лимон. В прямом смысле этого слова. И, по-моему, все остальные устали не меньше. Представив себе, что мне предстоит так заниматься целую неделю, я невольно вздрогнул. Но деваться некуда. Как говорится, назвался груздем — полезай в кузов. Да и команда оказалась не особо дружной. Из женской части, если не брать Потемкину, с которой я нормально общался и не понимал, почему Трубецкая назвала ее «снежной королевой». Скорее этот эпитет в свое время больше подходил ее сестре. Но вполне может быть, что Влада так вела себя только со мной. Оставшиеся из команды трое девушек, Ирина Булатова, Валерия Меньшикова и Евгения Багратион, вели себя, честно говоря, как надменные стервы. Давно я не получал столько презрительных взглядов в свою сторону. Интересно, чем это я им насолил, что вызываю у этих двух подобные чувства? Ну мне с ними детей не крестить, так что я просто на это не стал обращать внимания. Потом выясню у Вероники, если надо будет.

В раздевалке я пообщался с Гагариным и Романовым. Ну при более тесном общении, а не так как в тот раз, когда они практически наехали на меня, Иван и Федор оказались весьма неплохими ребятами. Вот еще один парень из нашей команды, который держался надменно, так и не соизволил даже перебросится с нами парой слов.

— Да не переживай ты. Это Илья Горчаков, — сообщил мне Гагарин, — Его отец — министр финансов Российской империи. А сынок еще тот кадр. Держится как будто король мира.

— Точно, — поддержал его Романов — мой дядя вообще ректор… это я должен нос задирать!

— Рискни… — рассмеялся его друг. — ксти его брат на первом курсе учится. алексей Горчаков. ты должен его знать.

Ага, вспомнил. Этот то самый неразговривый надменный парнишка с которым мы сражались за лидерство. теперь понятно в кого он поешл. В своего брата.

— А Меньшикова, Булатова и Багратион? — поинтересовался я, — они-то чего держаться как три королевы? Я тут глянул, обычные аристократические рода. Уж извините, до ваших, ребята, они не дотягивают. К тому же, у нас вроде команда. Вон сегодня Сергей Николаевич долго рассказывал о командном духе и все такое.

Парни переглянулись и дружно рассмеялись.

— Ну, ты скажешь, Веромир. Командный дух — это, конечно хорошо, — серьезным тоном ответил, отсмеявшись, Федор, — но понимаешь ли дело в чем, мы все тут конкуренты друг другу. Уже с первого этапа мы в вполне может встретиться в бою друг с другом. Призы, сам знаешь, в этом турнире очень заманчивые, плюс почет и уважение. Ну и следом за этим авторитет, который нелегко заработать. И бои проводятся смешанные. Нет разделения на женщин или мужчин. Так что, ты для них — конкурент. Как и мы. Насчет родов… ну тут от человека зависит. А если ты стерва, то всегда будешь стервой, вне зависимости того, к какому роду принадлежишь. Мы с Иваном вон тоже не подарок, поверь, но хотя бы стараемся как-то показать этот самый командный дух. А этим трем фиолетово. Забей просто на это. А встретишься в бою — отлупи как следует!

— Ага, — улыбнулся Иван, — только будь осторожнее, — они пусть и стервы, но фехтовальщицы отличные.

— Учту, — кивнул я.

На самом деле, я во время тренировки приглядывался к своим товарищам по команде. На мой взгляд, именно Ирина и Валерия были слабым звеном. Но решил оставить свои выводы при себе. К тому же, я могу ошибаться.

Вышли мы из учебного корпуса вместе. Мои новоиспеченные товарищи по команде покосились на сразу взявших их в коробочку телохранителей.

— Серьезно все у тебя, — заметил Федор. Мне бы вот не по себе было так ходить.

— Ну, что поделать, — пожал я плечами, — выбора — то нет. Ректор распорядился…

— Знаем, — кивнул Иван. Кстати, а ты в «мифы» играешь?

— Да, — я вопросительно посмотрел на него.

— Мы тоже играем. И как успехи? Игровой ник ты конечно не скажешь?

— Не-а, — подтвердил его слова, — сам знаешь.

— Знаю… уровень — то какой?

— Двадцать шестой.

— Неплохо, — хмыкнул Гагарин.

— А у вас? — посмотрел я на них.

— У меня тридцать второй, у Фёдора тридцать четвёртый, — сообщил Иван, мы вообще в клане так-то. Сыны Зевса называется. Между прочим, пятое место в рейтинге занимаем. Можно сказать, ТОП. Если что, обращайся. Примем. Не последние люди там.

— Да пока вроде не собирался, — признался я, — но спасибо за приглашение.

— Ладно, пошли мы, — махнул мне на прощание Гагарин, — на тренировке увидимся.

Распрощавшись с ними, я отправился в свой коттедж. Точнее, поковылял. Увидев в каком состоянии пришел ее господин, Даша развила бурную деятельность. Моя верная служанка сама затащила меня в ванную и сделала массаж… кстати не только эротический, а вполне себе профессиональный лечебный, после чего я почувствовал себя человеком. Поцеловав заботливую девушку, я немного погрыз гранит науки, но осознав, что вряд ли сейчас способен чему-то научится, отправился в капсулу, так как на занятия сил у меня точно не было.

Еще хорошо, что я за последние дни поднажал на учебу и практически сделал все задания, которые были нужны, даже на пятницу. Кстати, тут Пожарская вновь напрашивалась на репетиторство, да еще и вместе Вероникой… но честно признаюсь, что с такими тренировками вряд ли я решусь на подобный подвиг.

Как обычно, у входа на рынок я встретил Геракла. Тот сидел на одной из лавок сквера и меланхолично наблюдал за фонтаном, в котором белокаменный Аполлон лил воду на такую же белокаменную обнажённую грудь какой-то фигуристой девушки.

— Привет! — поднялся он мне навстречу. Пойдем по рынку прошвырнемся. Зелья обновить надо. И расскажешь, что и как. Последние новости из академии.

Мы отправились на рынок. По пути я поведал ему про турнир и первую тренировку чем, по-моему, немного расстроил.

— Знаю я этот турнир. Мне его открывать надо будет, — слегка поморщился император, — речь произносить… мне, кстати, ее уже написали. Пафос один. Но надо… Вы же император, вы должны перед всей Россией показать важность данного мероприятия. — явно передразнил он кого-то, — я вот сам бы в нем поучаствовал, — сообщил мне Иван, — и, наткнувшись на мой скептический взгляд, улыбнулся, — или поболел бы за нашу Академию.

— Ничего, поболеешь еще…

— Кхм… — мой собеседник в ответ только покачал головой.

Пробежавшись по рынку, мы искали не долго — в третьей лавке купили зелий и вернулись в сквер, где уже собралась вся наша группа. После взаимных приветствий, направились к выходу из города. Кстати, как выяснилось, администрация дала всем однотипный ответ в стиле того самого вчерашнего сообщения. Да еще намекнула, мол компенсацию вы получили… что вам еще надо? Не наглейте. Это, кстати, сильно задело Геракла, который на протяжении всего нашего пути по городу не унимался, и заверял всех, что этого он так просто не оставит, и эти клоуны из администрации еще пожалеют. Мне даже стало немного жаль «клоунов» из администрации. Зная Ивана, думаю, что он откладывать в долгий ящик это не будет! У ворот мы телепортировались к лагерю кентавров, так как от него было ближе всего до первого намеченного нами форта.

Однако добраться до него быстро (а по нашим прикидкам это можно было сделать за пару часов) не получилось. Едва мы вышли к нему, как на нас устроили настоящую охоту местные мобы. Вот не понимаю я этого. Что за дебильный принцип: то густо — то пусто? То днем с огнем этих мобов не сыщешь, то со всех сторон лезут.

Хорошо еще, что все они имели уровни сравнимые с нашими, поэтому, выстроившись в классическое построение, мы перемалывали всех этих волков, лис, воронов и медведей, как настоящая машина для убийства. Но все это сильно замедляло наше передвижение и когда показались стены форта, и местная компьютерная живность наконец оставила нас в покое, было уже двенадцать часов ночи. Поэтому мы приняли решение перенести штурм на следующий день. Точнее, на воскресенье. Добравшись до леса, что расположился с правой стороны от форта и не мог похвастаться большой площадью, мы привязались на ближайшей к поляне, и вышли из игры. Выбравшись из капсулы, я добрался до кровати, где практически сразу отрубился.

С утра у меня болело все тело. Если бы не Даша, которая сразу поняла мое состояние и вновь проделала массаж, добавив явно какой-то целебной магии, я бы скончался. Вот не знал, что у нее подобные способности имеются. Когда я удивленно осведомился у нее на этот счет, она ответила, что мол все это не серьезно…

Я решил не мучать ее дальнейшими расспросами, но поставил себе в памяти зарубку о том, что надо поговорить с Ефимом на этот счет. Надо знать какие еще таланты могут появится у моей служанки.

После завтрака, состоялся очередной поход в компании Исидо и моих телохранителей на учебу. Студенты похоже уже привыкли к моему появлению в компании местных секьюрити, и теперь не обращали на меня внимания. Мне уже рассказывала Вероника, что сейчас номер первый всех сплетен в Академии — Веромир Бельский. Да и пофиг.

Вообще — то, пятница оказалась на удивление спокойной. Никто на меня не нападал, все шло чинно и мирно весь день. Вот только практикум по боевой магии становился для меня все скучнее и скучнее. Новых заклинаний нам не давали, и мы тупо отрабатывали уже имеющиеся. А тут ещё Борщ заявил мне, что раз я участвую в Турнире, то мое базовое заклинание должно быть идеальным. И теперь, после традиционной получасовой медитации, мне пришлось все оставшееся время до конца занятия отрабатывать «огненный шар».

На обеде я попытал Веронику насчет Меньшиковой, Булатовой и Багратион. Конечно, та знала о них, но выяснилось, что не особо много. Причем согласилась с моей характеристикой полностью.

— Все трое законченные стервы, тут я с тобой согласна, — фыркнула она. Насколько мне известно, из родов пусть и не таких знатных, но весьма богатых. Меньшиковым вроде московский ипподром принадлежит и ряд казино. Они вообще по игорному бизнесу. Булатовы это фабрики одежды. Модные женские шмотки это к ним. Котируется на уровне с французскими… Багратионы, это производство вина…

— Да, — подтвердила слова Трубецкой Пожарская, — очень стильная одежда от Булатовых. Я слышала, что женскую форму для Академии они делали. Даже тендер выиграли…

— А чего ты о них спросил? — вдруг спохватилась Трубецкая… а точно! — улыбнулась она, — они же в твоей команде! Не повезло тебе! Или ты на них запал? — шутливо нахмурилась она.

— Скажешь тоже… такие стервы не в моем вкусе.

— А кто в твоем вкусе? — сразу задала провокационный вопрос Вероника и за нашим столом наступила тишина. Все ждали моего ответа. Вот же зараза… — я вздохнул. И что отвечать? Ладно сама напросилась.

— Просто не люблю я стерв, — ответил я, бросив ехидный взгляд на Веронику, — девушка должна быть девушкой, а не холодной снежной королевой!

А что? Я сказал истинную правду. Может и есть мужики, которым нравятся стервы, пытающиеся загнать их под каблук… Но это точно не по мне. Хотя, надо признать, что Трубецкие сначала такими и были. Блин покушение это вспомнилось… как же давно это было. Сейчас Вероника совсем другой человек и хочется верить, что это не игра.

— Эй, не спи, — толкнула меня в бок Пожарская, и я вновь вернулся в реальный мир. Мой ответ, судя по всему, всех удовлетворил, кроме Вероники, которая странно посматривала на меня. Ну это ее проблемы. После обеда, выслушав довольно занудный рассказ Мымры про религиозную распрю между католиками и протестантами, закончившуюся грандиозным сражением у деревни Варфоломеевки, после чего именовали Варфоломеевской битвой и в которой из двадцати тысяч солдат и магов с обоих сторон осталось от силы десятая часть, которые заключили мирные соглашения, сохраняющиеся до сих пор, я с трудом выдержал урок химии, после чего отправился домой вместе с Исидо. Японец был на удивление тихим и молчаливым. Я попытался выяснить, что с ним такое, но он отговорился семейными проблемами. Попросил, чтобы я не переживал. Обычное дело.

— Ну, как бы не совсем обычное, — уставился я на него, даже остановившись, — что случилось — то?

— Ну… — замялся он.

— Исидо, я, вообще — то, будущий муж твоей сестры, союзник!

— Да, Веромир, — кивнул тот, — извини. Просто сейчас клану Сузуки объявили войну. Клан Ямато.

— Войну? — я сочувственно посмотрел на своего японского друга, — И это обычное дело? Весело там у вас, — я не стал скрывать сарказм в голосе, — и сколько она будет продолжаться?

— У нас войны между кланами ограничены десятью днями. — сообщил мне Исидо. Старая традиция.

— А как тогда определяют победителей? — не понял я. Все у этих японцев никак у людей.

— Сначала идет позиционная война… диверсии, покушения. Это своеобразная подготовка и обмен ударами перед главным сражением. На девятый день воющие стороны договариваются об этом сражении. Победивший в нем и является победителем в войне.

— И чем это грозит проигравшему? — поинтересовался я.

— Есть соответствующие правила, утвержденные императором, — ответил тот, — но проигравший клан помимо потери авторитета так же теряет большое количество денег и недвижимого имущества. Разорять, конечно, проигравший клан не будут, ослабление кланов не выгодно императору, к тому же мы клан, приближенный к престолу, но людские и материальные потери при поражении мы понесем серьезные.

— И война началась сегодня?

— Она уже идет три дня. В следующую пятницу генеральное сражение. И я на него улетаю. В четверг. С руководством Академии уже все согласовано.

Вот это новость…

— А Наоми?

— Наоми остается. Ей не разрешили участвовать, хотя она и хотела. Так что у меня просьба, Веромир. Присмотри за ней, пожалуйста. Вряд ли Ямато могут пробраться в академию, но на всякий случай.

— То есть, теоретически это возможно? — изумленно уставился я на него.

— Возможно, — хмуро кивнул Исидо, — вы — гайдзины, это не нарушает никакие правила…

— А разве появление ниндзя в императорской академии и похищение из нее девушки не является крайне недружественным шагом по отношению к своему союзнику?

— Веромир… — невесело улыбнулся Исидо, — является. Но в данном случае, Имперская канцелярия закроет на это глаза. Вот если эти самые ниндзя, помимо похищения, покалечат или убьют кого-то из русских аристократов, тогда да. Будут серьезные компенсации, но и японский клан, отправивший таких неумех, будет серьезно наказан императором. Поверь мне, очень серьезно. Поэтому на подобные шаги, насколько я знаю, никто не отваживается уже пару десятков лет. К тому же есть куратор, который должен обеспечить охрану. Но несмотря на это, все равно присмотри за ней. После того как я улечу в четверг, она переедет на мою половину. А потом она отправится вместе с группой поддержки и тобой на турнир. Там уже кончится война, а у нас в Японии не принято махать оружием после схватки.

— А девушки уже выбрали кто поедет?

Вот же. Я и не спросил сегодня Веронику об этом.

— Выбрали. Наоми, Вероника, Анна Голицина и Ирина Вяземская.

— Ясно. Пожарская сильно недовольна наверно.

— Не то слово, — улыбнулся Исидо, — странно, что тебе на обеде об этом не рассказали.

— То есть, она переезжает на одну ночь?

— Именно. В субботу днем вы отправляетесь на турнир. Я так понимаю, сегодня на тренировке должны были это сообщить, но вообще — то уже все знают. Видимо, кроме тебя.

Однако… меня в известность поставить трудно? Ох, поговорю я с Трубецкой…

Тем временем мы уже подошли к коттеджу.

— По поводу войны, — все-таки решил уточнить я, когда мы уже расходились по своим половинам, — какие шансы у Сузуки и Ямато.

— Пятьдесят на пятьдесят, — не задумываясь ответил Исидо, — но мы обязательно победим!

На этой патетической ноте, мы и расстались. Я опустился на диван в гостиной и задумался. Что-то как-то моя жизнь начала ускорятся. Война еще эта. Хотелось, конечно, помочь Исидо, да и по пути я предложил ему помощь, но получил категорический отказ, аргументированный тем, что война между японскими кланами — дело только самих японцев.

— Ладно, — стряхнул с себя невеселые мысли и отправился на кухню. Перед тренировкой надо было немного перекусить.

Отправить