Хорварт командирским шагом расхаживал по внешней стене Западного Феллиона, выкрикивая ободряющие лозунги. Эшер не вслушивался. Ему, чтобы убить человека, не нужно было храбриться и вспоминать о чести. Он волновался за Элайт: к таким битвам девушка была не готова… впрочем, как и половина Серых плащей на этой стене.

Он огляделся и увидел множество юных лиц: некоторым детям, которых еще даже в рыцари не посвятили, просто не повезло тут оказаться. Элайт во время их тренировок показала себя талантливой ученицей, но впереди не экзамен по фехтованию… Эшеру бы спросить себя, почему он так переживает за чужие судьбы, но он давно уже смирился, что такова теперь его жизнь.

– Аракешей не готовили к таким сражениям, – сказал он. – Их доспехи легкие, от стрелы не защитят. Просто цельтесь получше.

Все кивнули, кроме Элайт, неотрывно смотревшей на тьму из аракешей в черной броне.

– На свету они не сильнее вас. Помните о своих преимуществах. – Эшер кивком указал на меч Элайт, напоминая о плюсах длинного клинка. Крупные капли катились по ее щекам. Слезы? Или дождь?

– А ты просто не отходи далеко… – Эшер ощупал подсумки на ремне. – Проклятье…

– Что такое? – слабым голосом спросила Элайт.

– Оставил порошок Тало в седельной сумке.

– Когда я жила в Амираске, мы им разводили огонь на крышах, чтобы греться по ночам, – отозвалась она.

Эшер хотел было спуститься вниз, в конюшни, но Натаниэль поймал его за плечо.

– Почему они не нападают?

– Запугивают. Хотят, чтобы мы как следует прочувствовали опасность.

– Но стены им не пробить, – возразил Натаниэль. – У них ни баллист, ни осадных машин… даже горных великанов не привели.

Эшер заметил, что эльфийки о чем-то тихо, но взволнованно переговариваются, то и дело поглядывая на аракешей.

– Что там? – спросил он.

– Вон тот, в капюшоне, впереди всех, – ответила Фэйлен. – Узнаешь его?

Эшер пригляделся к далекой фигуре, но сквозь дождь его человеческий взгляд различал лишь золотые узоры на черном доспехе.

– Это он напал на нас возле Унмара. Таллан Тассарион…

– Это не Таллан, хоть и тоже из Длани, – мрачно ответила Фэйлен. – Это Аделлум Бово. Видишь его лук?

– Он слишком далеко, что нам его лук! – легкомысленно отозвался Натаниэль.

– Это оружие было даровано ему Валанисом, – объяснила Рейна. – В хрониках Темной войны написано, что стоило Аделлуму выстрелить один раз, как врата Элетии пали.

– Он и есть осадная машина Валаниса. – Фэйлен медленно вынула стрелу из колчана.

Эшер вновь пригляделся к темной фигуре, взглянул на главные ворота, где человек сорок Серых плащей заняли позицию за второй внутренней дверью, между стойл.

– Отзови их! – заорал он, прервав речь Хорварта, и ринулся по стене к воротам. – Пусть отходят от ворот! Живо!

Хорварт удивленно воззрился на него.

– Мы позволили тебе сражаться вместе с нами, но кто давал тебе право…

Закончить фразу он не успел.

Одинокая стрела просвистела через пустошь и, не снижая скорости, врезалась во внешние ворота, силой удара, словно тролль, срывая створки с петель, в щепу разнося ворота внутренние. Вся крепость затряслась.

Ударной волной Эшера отбросило во внутренний дворик-«мышеловку», но ему повезло сперва врезаться в стену – она смягчила падение. Он поднял голову и как сквозь туман увидел отряд, защищавший ворота. Все были мертвы. Стрела Аделлума, выбив створки, вонзилась в камень футах в ста.

Эшер зажмурился, пытаясь прийти в себя. В ушах звенело, крики рыцарей казались тихими и далекими. Каждый вдох отзывался острой болью в ребрах: удар о стену не прошел зря – по меньшей мере он повредил два ребра. Раздражала кровь, стекающая на левый глаз. Он стер ее перчаткой и, заметив знакомое кольцо, напомнил себе, что владеет магией. Осторожно накрыв ребра рукой, рейнджер начал лечить их, но, не сдержавшись, застонал от боли.

– Эшер! – взволнованно крикнул Натаниэль со стены над воротами. – Уходи оттуда! Они идут!

Эшер и сам видел Аделлума, ведущего армию через поле. На каждом – алая повязка, в руках – двойные мечи. Ни факелов, ни фонарей во дворике не было. Исчезло последнее преимущество.

– Держи оборону, аракеш! – заорал Нед Фенник, тащивший обмякшего лорд-маршала, непонятно, живого или нет. – Держи оборону!

– Он не сможет сдержать всех! – возразил Натаниэль. – Нужно больше людей!

Фенник на него даже не взглянул.

– Луки!

Рыцари, стоявшие на стенах, тут же наложили стрелы на тетивы. Фенник потащил свою ношу дальше, вниз.

– Я спускаюсь! – крикнул Натаниэль.

– Нет! – крикнул в ответ Эшер, всматриваясь в стену дождя. – Оставайся с женщинами!

Он вытащил из ножен двуручник и вонзил его в грязь.

– Я справлюсь… – прошептал рейнджер, сжимая замерзшими пальцами мокрую повязку.

Он завязал глаза, и эликсир ночного зрения проснулся, привычно побежал по венам. Теперь Эшер различал каждую каплю дождя, разбивавшуюся о плечо, слышал шорох стрел, выходящих из колчанов. Тысячекратный звон спущенной тетивы накрыл его волной, в нос ударил запах мокрой травы и грязи под ногами аракешей. Он даже почуял, как на конюшне обмочился мальчишка-подросток, от ужаса закопавшийся в сено.

Сердце колотилось в груди, но Эшер заставил его биться ровно. Он скинул с плеч свой зеленый плащ, размял мышцы в предвкушении. Тысяча, больше тысячи стрел просвистели над ним, заложив дугу в ночном небе и обрушившись на аракешей. Эшер мог проследить полет каждой и увидеть просветы между ними…

Если он смог, значит, аракеши тоже.

Старшие, опытные убийцы успели увернуться, отпрыгнуть, бросившись врассыпную. Те же, кто не доверял до конца своим обострившимся чувствам, пали. Таких, к счастью, было много, к тому же аракеши не умели воевать на поле боя как войско.

Думать было некогда: убийцы хлынули во внутренний дворик смертоносной рекой, замешкавшись в узком проходе. Эшер понял, что у него есть лишь одно оружие, способное дать против них преимущество. Дождавшись, пока они подойдут ближе, он вскинул руку, повелев камню отбросить врагов. Волна магической энергии ударила в них как таран, ломая кости и разрывая сухожилия. Но бежавшие с краю смогли устоять на ногах и рванули прямо к нему.

Он только что рассказывал Элайт о преимуществах длинного меча. Пришла пора использовать их самому.

Эшер ударил параллельно земле, одним махом рассекая животы двух аракешей и блокировав клинок третьего. Чтобы закончить дело, он несколько раз врезал ему в лицо шипастым навершием. Аракеш упал и больше не поднялся.

Обострившиеся чувства кричали Эшеру, что со всех сторон на него несутся новые клинки. Сторонний наблюдатель едва ли смог разглядеть его движения – с такой скоростью он уворачивался от ударов, парировал и атаковал тех, кому не повезло замешкаться.

Аракеши валились вокруг как подрубленные деревья, ноздри забил металлический запах чавкающей под ногами кровавой каши. Эшер знал, что часть этой крови – его, чувствовал, что ни единой нетронутой конечности у него не осталось. Он уворачивался от ударов, пригибался, просчитывал каждую контратаку. Дюжина аракешей, отбившись, обогнула его и понеслась дальше в поисках более легкой добычи.

Но Эшер остался.

Натаниэль выпускал стрелу за стрелой в беснующееся внизу войско аракешей. Вынужденные прорываться через единственный вход, они очень удобно выстроились в линию. Рейна, правда, обошла его в меткости и скорости: пока он выпускал одну стрелу, она успевала выпустить две.

– О нет, – произнесла Фэйлен. Ее едва было слышно за шумом дождя.

Натаниэль проследил за ее взглядом и увидел среди аракешей Аделлума Бово. Тот стоял, вскинув руки, и перед ним раскрылись две черные дыры. Фэйлен тут же закинула лук на спину и обнажила скимитар. Натаниэль сперва не понял, что происходит, но заметил, как аракеши забегают в эти самые дыры… а через пару мгновений заорали, заревели рыцари на стенах, обнажая мечи.

– Он открыл порталы! – Рейна отбежала от края и одним прыжком перелетела с внешней стены на внутреннюю: Натаниэль ни за что бы так не смог. С нечеловеческой точностью она разбила отряд выбегающих из портала аракешей, выпуская в них стрелу за стрелой.

– Держитесь ближе к Рейне! – Вскинув меч, Фэйлен пробежала мимо двух суетящихся рыцарей и бросилась на ближайшего аракеша.

Натаниэль с Элайт побежали к мостику. Рейна продолжала снимать аракешей точными выстрелами, Фэйлен танцевала между ними, разя скимитаром направо и налево.

На мостике Натаниэль бросил быстрый взгляд вправо и увидел, что Эшеру действительно удается хоть немного, но сдерживать поток аракешей. Никогда еще Натаниэль не видел, чтобы он так сражался. Повязка не могла скрыть ярость, исказившую лицо, головы и конечности летели во все стороны. Натаниэлю страстно хотелось помочь ему, но он помнил, что для аракешей Рейна – такая же важная цель, и не менее опасная.

Когда они с Элайт добежали до принцессы, в крепости открылись новые порталы, и аракеши с луками принялись охотиться за Серыми плащами, сражавшимися на стенах.

– Прикройте меня! – Рейна указала на аракеша, бегущего к ним по ступенькам. Быстрым движением она выхватила из колчана стрелу и отправила ее точно убийце в глазницу, прежде чем тот смог достать Фэйлен.

– Будем работать сообща, – сказал Натаниэль Элайт. – Те, что пройдут мимо меня, от тебя уйти не должны, поняла?

Элайт сжала рукоять меча и решительно встала перед Рейной.

Вокруг звенела сталь, крики умирающих эхом раздавались по всему форту. Стрелы Аделлума среди этого хаоса различить было легко: несчастные, которым не повезло оказаться на их пути, отлетали вдаль, словно снесенные гигантской дубиной.

Натаниэль выпустил очередную стрелу и, положив лук на камни, схватился за меч, готовясь к битве. На него шли не обычные воины. Нечто неестественно-жуткое было в том, как они двигались: невероятно точно, но не видя его.

Страх разбудил воспоминание об отце, об одном разговоре, случившемся прежде, чем рыцарь в последний раз уехал из Лонгдэйла. Свидания их были редкими, и отец при каждой встрече старался его чему-нибудь научить.

– Страх может быть могучим оружием, сынок, – сказал он однажды. – Уважай его. Прислушивайся к нему. Страх напоминает о благоразумии, когда другие сломя голову кидаются навстречу смерти. Но вот что я тебе скажу. – Отец наклонился и взял его за плечо. – Если вокруг враги и выбор лишь между сражением или смертью, страх перестает иметь значение. В такие моменты он тебе не нужен. Либо ты делаешь все возможное и выживаешь, либо делаешь все возможное и умираешь. Если наступит такой день, помни: главное продержаться дольше, чем они.

– Но как, пап?

– Все получится, если у тебя будет за что сражаться. – Отец ласково взъерошил ему волосы.

Натаниэль быстро обернулся и встретился взглядом с Рейной. Да. Наконец-то ему есть за кого сражаться, кроме себя.

Первый аракеш сразу сделал ошибку, решив, что сможет сбить Натаниэля с толку высоким прыжком. Обычная тактика – противник замешкается, не понимая, пнуть его хотят, ударить или проткнуть клинком. Натаниэль знал, что убийца будет атаковать мечом, поэтому ступил вперед, не боясь удара ногой. Аракеш явно никогда не встречал противника, который так храбро шел бы на него, и не успел вовремя достать мечи. Одним ударом Натаниэль разрубил его от плеча до живота – приземлился аракеш уже мертвым.

Второй ничего не успел сделать: стрела Рейны снесла его со стены. Принцесса явно разрывалась между тем, кого защищать, Натаниэля или наставницу. Фэйлен, однако, ни о чем не задумывалась: легко, словно лань, прыгала между убийцами, и те, кто умудрялся избежать ее клинка, нарывались на сильный кулак.

Натаниэль тем временем занялся своей частью нападающих, перескочив через трупы. Следующая пара убийц двинулась на него с разных сторон, и тут уж стало не до продумывания стратегии: что угодно, лишь бы выжить. Одним пинком он сбил ближайшую костровую чашу, горячие угли раскатились по мокрой стене и вспыхнули, рассеивая тьму за повязкой аракеша. Убийца бестолково замахал мечом, ослепленый, и Натаниэль, недолго думая, насадил его на меч до упора и, пинком стряхнув с клинка, сбросил со стены. Затем, не останавливаясь, развернулся и одним ударом снес другому аракешу голову.

Ему все равно было, кто перед ним – мужчина или женщина, он твердо знал: все они – аракеши, которые отнимут у него Рейну и убьют Элайт, даже не раздумывая.

Впрочем, ему тоже не приходилось раздумывать: навстречу уже бежал очередной аракеш. Он высоко занес меч, желая отрубить наглому рыцарю голову, и Натаниэль увернулся бы… но подошва скользнула по мокрому камню. Он едва успел сгруппироваться, чтобы упасть на одно колено и выставить клинок, блокируя удар. Преимущество теперь было у аракеша: пусть Натаниэль сдерживал один клинок, его легко можно было пронзить вторым…

Но удар так и не последовал.

Убийца завалился назад, из его груди торчал рыцарский меч. Подскочила Элайт, выдернула меч и тут же отбежала на свое место между Натаниэлем и Рейной. Они успели обменяться лишь кивками: «Спасибо», «Не за что».

Натаниэль стер с лица капли дождя и обернулся было к бегущим вниз аракешам… но замер.

Ро Досарн шел по внешней стене, с легкостью прорубаясь сквозь ряды Серых плащей, пытавшихся его сдержать. Натаниэль бросился было к мостику… но остановился. Нужно прикрывать Рейну, нельзя бросать Элайт. Поэтому весь свой гнев на едва не убившего его человека он обрушил на бегущих к нему аракешей.

Ро Досарн подождет.

Джай Хадрок вбежал в портал и выскочил в просторном внутреннем дворе Западного Феллиона. Его глазами Алидир увидел узкий проход между лошадиными стойлами, дворик-«мышеловку», остатки ворот… и Эшера.

Бывший аракеш, старше большинства нападавших, защищал внутренние ворота, разя мечом направо и налево с невероятной точностью. Порой он запускал огненные шары или отбрасывал нападавших волной чистой энергии: вооруженный камнем Палдоры, с повязкой аракеша на глазах, он был опасным противником.

Алидир подумал, не вмешаться ли самому и не убить ли Эшера, забрав кольцо, но, взглянув на руки человеческого тела, которое на время занял, решил, что это будет бесполезно. Ему не угнаться за шинкующим врагов Эшером. К тому же он изначально собирался просто наблюдать за полем боя. Генералом Валаниса он сумел стать потому, что не лез сломя голову в каждую битву. К тому же, рассудил он, рано или поздно рейнджер выдохнется. И когда он падет, Аделлум заберет кристалл.

– Эшер! Уходи оттуда! – крикнула светловолосая эльфийка, стоявшая на внутренней стене над главными воротами.

Принцесса Рейна Севари…

Она пускала во дворик стрелу за стрелой, прореживая поток аракешей, бегущих на Эшера, на стене ее прикрывали двое Серых плащей. Почему бы с ними не повеселиться?

Алидир подбежал к стойлам и, обратившись к ловкости Джая Хадрока, взбежал по угловому столбу на крышу. Оставался еще один маленький прыжок – на внутреннюю стену, к девчонке-рыцарю. Убить ее будет легко, затем – еще один удар в спину мужчине, и принцесса останется одна.

– Натаниэль! – крикнула девчонка, заметив Джая.

– Вали его! – крикнул в ответ мужчина, сдерживавший натиск сразу двух аракешей.

Девчонка, собрав в кулак все свое мужество, спрыгнула на крышу стойл. Алидир нехорошо усмехнулся: победа практически у него в руках, камень тоже. Почему бы не позабавиться?

Девчонка приближалась осторожно, выставив меч. Алидир медленно и спокойно обошел ее, не поднимая клинка: даже в таком теле он легко мог победить это дитя.

«Дитя» бросилось на него, но Алидир быстро разгадал уловку и даже не попытался парировать, зная, что удара не будет. Он просто отошел. Однако, вместо того чтобы напасть снова, девчонка сделала кувырок и спрыгнула с крыши, повиснув на мгновение на самом краю.

Алидир нахмурился, глянул вниз, но никого не увидел. Наверное, она решила забиться в какую-нибудь дыру.

Его внимание привлекли крики аракешей: оказывается, этот рыцарь, Натаниэль, был хорошим бойцом. Для человека, конечно же. У него получалось сдерживать убийц, не давая им подобраться к принцессе. Пусть его неоднократно ранили, но он держался, как и предатель Эшер.

Алидир пробежал по крыше и запрыгнул на внутреннюю стену. Сперва он уничтожит рыцаря, потом перережет горло принцессе. Этот идиот был так занят другими, что точно не ожидал за спиной еще одного врага. Ступая по разбросанным догорающим углям, он предвкушал, как лезвие короткого меча войдет между позвонков…

– Эй!

Алидир резко обернулся, проклиная себя за высокомерие. Девчонка-рыцарь вновь вскарабкалась на стену, сжимая в руках какой-то мешочек. Пришел ее черед неприятно улыбаться.

Он вскинул мечи, намереваясь зарубить ее на месте, но девчонка швырнула мешочек в угли, и тот взорвался ослепительной вспышкой пламени. На мгновение Джай ослеп и оглох, пламя охватило его ноги, лизнуло пояс. Он заметался по стене от боли, и девчонка, воспользовавшись случаем, вонзила меч ему прямо в грудь. Алидир почувствовал, как воздух убегает из легких, как подгибаются колени…

За сотни миль от Западного Феллиона настоящее тело Алидира вышвырнуло из рунического круга. Какое-то время он лежал, схватившись за грудь, все еще переживая ту боль… Эльф тяжело дышал, но был рад, что никто сейчас его не видит.

Отдышавшись, он снова вполз в круг и потянулся к разуму одного из девятнадцати аракешей, чьими глазами все еще мог смотреть.

Казалось, убийцы лезут из портала бесконечно. Фэйлен старалась защищать Серых плащей, но задачей ее было прорубиться к самому порталу.

Она парировала удар справа, швырнула влево огненный шар, послав аракеша в полет со стены, быстро пригнулась и, развернувшись на одном колене, вспорола живот несущейся на нее убийце, без труда разрубив доспех. На энергии удара она проскользила на коленях по мокрому камню прямо к трем аракешам, не ожидавшим такого. Среагировали они, увы, быстро, но это им не помогло: всех троих ждало острие скимитара.

Подпрыгнув и закрутившись, словно лист на ветру, Фэйлен била во все стороны клинком, руками, ногами. Аракеши упали замертво еще до того, как она приземлилась. Серые плащи уставились в восхищении.

– Нужно закрыть портал! За мной! – крикнула она рыцарям.

Они тараном понеслись на выбегающих из портала убийц. В последнюю секунду перед столкновением Фэйлен, оттолкнувшись от контрфорса стены, прыгнула, приземлившись за спинами первой шеренги аракешей. Это их отвлекло. Серые плащи прорвали строй и быстро задавили сопротивление.

Фэйлен чувствовала, что ранена, что для нее это все даром не прошло, но осматривать раны было никогда. Шаровой молнией она отшвырнула аракеша в поле и, бросив скимитар, подняла руки, призывая собственную магию, чтобы закрыть портал.

Серый плащ метнулся перед ней, вонзив меч в грудь другому убийце, пытавшемуся прорваться на стену, но Фэйлен некогда было обращать внимание на него. Магия, с которой приходилось бороться, была так сильна…

С яростным криком она, напрягая все силы, закрыла наконец портал и опустила руки, чувствуя, как кровь течет из носа. В ушах так звенело, что радостные возгласы за спиной казались совсем далекими. Какие-то Серые плащи, мужчина и женщина, помогли ей не упасть и подали скимитар. Со стены она видела другой портал во внутреннем дворе – аракеши сыпались и сыпались оттуда.

«Я закрою и этот», – подумала она. Главное, чтобы ноги послушались…

Рейна танцевала, уворачиваясь от летящих в нее стрел и не забывая стрелять в аракешей, рвавшихся через главные ворота. Ее усилия позволяли Эшеру кое-как держаться, сокращая число его противников.

Никогда еще чужие боевые навыки ее так не впечатляли! В Эландриле она видела лучших воинов своего народа, но ни один из них не смог бы выстоять против такой толпы. Одинокий Эшер, в повязке на глазах, сражался так, словно в него вселился сам бог войны Крайт.

Натаниэль и Элайт храбро сражались за ее спиной, пытаясь сдерживать убийц, но аракеши на внешней стене заметили, что она помогает Эшеру, и шестеро из них ринулись к мостику, соединявшему две стены. Стреляла Рейна с убийственной точностью, но аракеши с их эликсиром ночного зрения смогли увернуться на бегу. Все, кроме одного: он слишком рано вышел из кувырка и получил стрелу прямо в горло.

Рейна выступила им навстречу. Внизу Эшер метался, как зверь в клетке, прыгая и отталкиваясь от стен. Если уж он мог сдерживать стольких противников, то она, эльфийка, точно сумеет одолеть пятерых. Шла она уверенным шагом, смотрела вдаль, чтобы взглядом не выдать своих намерений.

Первый аракеш бросился на нее, но Рейна чуть отклонилась вправо, уходя от удара, и покрепче стиснула лук. Поняв, что окружена, она почувствовала, как знакомое спокойствие наполняет ее тело – как обычно в бою. Да, ее тело знало, что делать, нужно было лишь прислушаться к нему.

С невероятной быстротой она вскинула лук, отбив им два меча, и, наклонившись, резко ударила ногой стоявшего позади аракеша – так, что его грудная клетка вогнулась и несчастный улетел во внутренний дворик, который Эшер добросовестно превращал в братскую могилу. Не останавливаясь, Рейна отклонилась и не менее сильно пнула в грудь стоявшего перед ней аракеша. Тот, перелетев через стену, провалился сквозь крышу стойла.

Вновь и вновь она отбивалась от нападающих луком, раздавая пинки и удары.

Вспомнив прием, который показывала мама, Рейна с силой натянула лук на голову противнику, придушив тетивой, а потом, дернув лук на себя, врезала потерявшему равновесие аракешу кулаком в нос – его шея хрустнула – и отшвырнула его на ближайшую чашу с огнем. Чаша опрокинулась вместе с ним, и убийца заорал, катаясь по камням и безуспешно пытаясь сбить пламя, пока не свалился со стены.

Оставшиеся двое не впечатлилась ее техникой и бросились в атаку. В последний момент Рейна выхватила скимитар из ножен и, уворачиваясь, пролетела между двумя убийцами, развернулась и подсекла мечом их сухожилия. Оба рухнули на колени, подставив беззащитные затылки под смертоносную эльфийскую сталь.

Ее отвлек треск дерева слева: аракеш, провалившийся сквозь крышу, пытался выбраться. Рейна сунула скимитар в ножны и нацелилась на последнего убийцу, как вдруг тот упал, сраженный чужой стрелой. Рейна обернулась и увидела Натаниэля, стоявшего с луком над главными воротами. Судя по взгляду, который он бросил на валявшихся вокруг убийц, сцена его прилично впечатлила. Элайт же устроила для другого аракеша фейерверк из порошка Тало.

– Не стой! Вперед! – крикнула Фэйлен с внешней стены. Она бежала с отрядом Серых плащей ко второму порталу, прорываясь через отряд аракешей.

– Надо помочь Эшеру! – Натаниэль пораженно уставился вниз, во внутренний дворик. – Элайт!

Девушка, ужасно довольная своей победой, побежала к нему.

Рейна разрывалась от противоречивых чувств. Фэйлен была ей как мать, и хотелось ее защитить, но мечом она владела прекрасно, к тому же могла закрыть портал, убив всех на своем пути. Но вот Эшер и ее друзья были в сложном положении. А она, в случае чего, могла их спасти.

Рейна спрыгнула на крышу конюшни, на грязную землю, где лежали убитые стрелой Аделлума. Натаниэль и Элайт тут же последовали за ней, ненадолго остановившись, чтобы прикончить аракеша, имевшего неосторожность на них кинуться.

– У тебя стрелы когда-нибудь кончаются? – Натаниэль бросил взгляд на ее полный колчан.

– Нет. Колчан зачарованный. – Если бы она не устала так сильно и не замерзла под дождем, посмеялась бы над его удивлением.

– Боги всемогущие… – А вот это уже относилось к тому, что происходило внизу, в «мышеловке».

Мертвых аракешей стало так много, что они начали мешать лезущим в проход собратьям. Ручейки дождя, бежавшие между стойлами, были красны от крови. Рейна даже растерялась: а нужна ли Эшеру помощь? Он все еще сохранял невероятную скорость благодаря выносливости и годам тренировок. Его двуручный меч разил, бил, вонзался, уничтожал всякого, кто смел ступить в разрушенные ворота.

Повязка, мокрая от дождя и крови, прилипла к лицу Эшера. Двигаться приходилось все осторожнее, чтобы не запнуться об валяющиеся повсюду тела. Чем дольше длился бой, тем сильнее давали о себе знать раны. Из-за удара, пришедшегося по спине, пришлось сменить стиль – некоторые приемы стали даваться труднее. Рана на левом бедре не позволяла ни бить этой ногой, ни отталкиваться для прыжка.

Он нашел ключ к выживанию в этом бою: каждым ударом меча убивать больше одного аракеша. И уверен был, что к концу боя шипы на навершии меча затупятся, столько скул и челюстей он ими переломал!

Из его плеча, конечно, тоже торчал кинжал, но это потом…

Шквал атак прекратился так же внезапно, как и начался. Мгновение – и ярость аракешей испарилась, они медленно попятились, словно стая гиен, осознавшая, что им не одолеть льва.

– Идите сюда! – заорал Эшер, вне себя от жажды крови.

Но аракеши продолжили пятиться и вдруг разделились, давая кому-то дорогу.

Магическое чутье Эшера сработало прежде телесного. Он понял, что Аделлум Бово идет, еще до того, как тот появился. Пламя, занявшееся во рву, отбрасывало на него зловещие отсветы, из-под капюшона блестели внимательные, живые глаза.

Без предупреждения он вскинул руку и принялся швырять заклинание за заклинанием: огонь, лед, молнии. Но каждое отражалось от Эшера или затухало – так защищал его кристалл Палдоры.

– Ты и есть тот рейнджер! – объявил Аделлум. Он заметил тела, сваленные вокруг, но все его эмоции скрывала маска.

Эшер окинул темную фигуру взглядом и понял, что этому воину он не ровня. Бой вымотал его так сильно, что усталость он начал чувствовать, лишь когда остановился. Раны замедлят его, и эльф позаботится, чтобы их стало больше. Разумеется, если Аделлум решит стрелять, все планы можно будет выкинуть в выгребную яму. Эшеру уже приходилось отбивать стрелы мечом, но стрела, выпущенная из этого лука, разорвет его пополам.

До его слуха донеслось и сердцебиение эльфа, медленное, размеренное и самое громкое, что рейнджер слышал в жизни, – оно было похоже на раскаты грома. Магия, окружавшая темного эльфа, пронизывавшая его, искрила, Эшер чувствовал ее кожей…

Битва на стенах и в глубине крепости все бушевала, лишь собравшиеся во дворике остановились посмотреть на дуэль этих бойцов. Эшер чувствовал за спиной, между стойлами, Рейну, Натаниэля и Элайт. Слышал, как поскрипывает натянутая тетива: они в любой миг готовы были выстрелить в Аделлума.

– Отдай кристалл, и я дарую тебе быструю смерть, – продолжил темный эльф.

– Мертвецам побрякушки не нужны. – Эшер поднял меч и оскалился.

– Как пожелаешь. – Казалось, Аделлума это даже забавляет.

Они одновременно шагнули друг к другу: Эшер – высоко подняв меч, Аделлум – опустив лук. Эшер знал, как именно враг атакует, но сделать ничего не мог, понимая, что не успеет. Аделлум прыгнул и, развернувшись в воздухе, ударил Эшера ногой в грудь.

Эшер не ощутил, в какой момент потерял меч. С уверенностью мог сказать лишь, что когда врезался в стену и перестал катиться, клинка в руке уже не было. Прокатившись по двору, он оставил в кровавой каше длинный след, повязка улетела куда-то, потерялся торчавший из плеча кинжал. Холодный дождь так и бил по лицу, заливая глаза…

– Эшер! – вскрикнула Рейна. Они с Натаниэлем подбежали ближе и подняли его.

Он глянул на Аделлума человеческим зрением и подумал, что так этот тип выглядит еще опаснее. Темный эльф подошел ближе, хладнокровно переступая через своих соратников. Теперь Эшер мог хорошо разглядеть его изогнутый украшенный лук, и увиденное ему совершенно не понравилось: на каждом конце лука торчали небольшие лезвия, значит, он так же хорошо разил в ближнем бою…

Пока Эшер катился, его друзья выстрелили в Аделлума, но тот отбил все легким мановением руки. Памятуя об этом, Эшер оставил лук на земле: этого стрелой не прошибешь.

Но чем тогда? Аделлум приближался, а Эшер понятия не имел, что с ним делать.

– Я заберу кольцо, рейнджер.

Эшер ничего не ответил на удивленные взгляды друзей и сосредоточился на более насущной проблеме: его меч поблескивал под дождем за спиной у темного эльфа. Из ножен на спине Эшер вытащил рунный меч, но луна в этот раз была низко, к тому же за облаками, так что выглядел магический клинок как самый обычный.

Пусть он был короче двуручника, зато в руке лежал привычнее. В конце концов, Эшер десятилетиями орудовал короткими мечами, да и не такими смертоносными.

Во время боя он болтать не любил, так что просто побежал на эльфа. Не успели они сблизиться, как Эшер прыгнул, занес меч высоко над головой клинком вниз, будто скорпион – жало.

В последнее мгновение Аделлум отклонился в сторону, и меч просвистел мимо. Медлить с атакой темный эльф не стал и ударил луком, чтобы наверняка снести врагу голову одним из клинков. Эшер ждал эту контратаку и, перекатившись под луком, вскочил спиной к воротам. Он мог только надеяться, что аракеши не решат вмешаться и предпочтут остаться зрителями.

Аделлум развернулся к нему, подставив беззащитную спину Рейне, Натаниэлю и Элайт. Вчетвером они окружили эльфа и напали разом. К их неудаче, Аделлум был тактиком, планировавшим сражения в десятки раз большие, чем осада Западного Феллиона.

Не дождавшись, пока клинки обрушатся на него, он ударил Элайт, отшвырнув ее в центральный двор. Видно, решил, что девчонка будет просто мешаться под ногами. Натаниэль замедлился и оглянулся в поисках оруженосца, что позволило Аделлуму парировать все атаки. Покончив с ними, он резко крутанулся и врезал Натаниэлю по лицу.

За пару секунд Аделлум избавился от двух нападавших и теперь то парировал луком атаки, то бил им, словно копьем. Клинки его резали дождевые струи так быстро, что Эшер не мог прследить за ударами без повязки. Рейна танцевала вокруг древнего эльфа, пытаясь достать его скимитаром, но Аделлум парировал каждую атаку луком.

Свободной рукой Эшер схватил могучий лук и пригнул к земле, и в тот же миг Рейна ударила Аделлума клинком в плечо. Наплечник ей прорубить не удалось, зато получилось оттолкнуть эльфа, чтобы Эшер смог прыгнуть и изо всех сил садануть Аделлума лбом в переносицу.

Голова его дернулась назад, и Эшер, пользуясь случаем, пнул эльфа в живот. Аделлум, не удержавшись, покатился по земле в сторону большого двора. Рейнджер побежал за ним, не давая передышки. Во дворе Элайт пыталась сесть, помогая себе руками.

Аделлум вскочил на ноги. Капюшон слетел с его головы, упала маска. Эльфийский генерал был бледен как смерть, под белой кожей змеились темные вены, бритая голова расписана древними рунами, что вились даже вокруг заостренных ушей. Ладонью в перчатке он промокнул струйку крови, бегущую из носа, взглянул на алые пятна – внимательно, будто не видел крови уже много лет.

Магические глаза впились в Эшера, но тот все равно атаковал, рубанув по беззащитной правой ноге. Зарычав, Аделлум отбил его меч и добавил ему еще и в челюсть, сбив на землю.

Ослепительная пурпурная молния, вспоров ночь, ударила Аделлума так, что того отбросило – остановился он, лишь поставив магический барьер. Это Рейна, крича от ярости, снова и снова атаковала его. Барьер засиял ярче, уплотняясь, молнии разбивались об него искрами. Медленно, шаг за шагом, Аделлум пошел на принцессу, черный плащ развевался за его спиной.

– Глупая девчонка! – взревел темный эльф, перекрикивая дождь и молнии. – Хочешь камнем свалить гору!

Он швырнул в нее сгусток энергии такой силы, что тот прошел сквозь молнию Рейны и отшвырнул принцессу в арку. Приземлилась она неудачно: ударилась о камень головой и затихла.

– Рейна! – Натаниэль подбежал к ней и упал рядом на колени.

Эшер медленно поднялся, закрывая их от Аделлума. Доспехи генерала исходили паром и дымом, но он не падал, переводя безжалостный взгляд с него на принцессу.

– Зачем ты их защищаешь? Эльфийка тебе чужая, Серые плащи желают твоей смерти. Ты мог бы вести аракешей к бесчисленным победам, а вместо этого барахтаешься в грязи, пытаясь защитить от непобедимого… – Он вновь взглянул на Рейну и Натаниэля. – …побежденных.

– Подойди поближе, и я тебе покажу, кто тут побежденный. – Эшер, не обращая внимания на боль, выпрямил спину и расправил плечи.

– Идиот. – Аделлум вскинул лук… но у самого лица Эшера лезвие врезалось в эльфийский скимитар. Фэйлен, не дожидаясь продолжения, пнула генерала в живот, отбрасывая подальше.

– Уже второй раз я тебя спасаю от решающего удара, – усмехнулась Фэйлен.

Эшер нашел в себе силы улыбнуться в ответ, и вместе они ринулись на Аделлума.

Алидир наблюдал за полем боя из теней, сидя в углу двора на карнизе. В этот раз он занял тело женщины-аракеша, имени которой вспомнить не мог. Все эти люди были для него инструментами Валаниса, не больше.

Серые плащи храбро защищали свой дом от превосходящего противника. Многие бежали за стены цитадели, понимая, какая судьба их ждет. Неважно. Уничтожение Серых плащей было просто приятным дополнением к истинной цели.

Кристалл Палдоры. Всего лишь в нескольких футах.

Эшер и эльфийка Фэйлен атаковали Аделлума с разных сторон, пытаясь нащупать брешь в защите. Его контратаки доставляли им большие неудобства: клинки на луке были способны прорубить любой доспех. Судя по тому, что стрелять Аделлум не пытался, все это его изрядно развлекало. Наконец-то настоящая битва! Слишком долго они прятались в тенях, но теперь Длань Валаниса покажет Иллиану мощь, дарованную Найюсом!

Принцесса, лежавшая в дальнем углу двора, наконец очнулась. Рыцарь поддерживал ее так бережно, что ошибки быть не могло: они близки, даже чересчур.

Аракеши подтягивались на стены вокруг, окружая «героев» Западного Феллиона, удерживая их в закрытом дворике с одним из самых смертоносных воинов Верды. Алидир заметил, что рейнджер смог-таки несколько раз дотянуться до генерала, даже оставить ему серьезную рану на бедре.

Возможно ли… что это не он заперт с Аделлумом, а наоборот?

Натаниэль осторожно обхватил щеки Рейны ладонями, возблагодарив всех богов за то, что она открыла глаза, и, не удержавшись, нежно поцеловал. Рейна села, глядя на него затуманенным взглядом.

– Посиди здесь. – Натаниэль вложил скимитар ей в руки и, убедившись, что она крепко держит оружие, встал.

Десятки аракешей собрались на стенах и в арках, наблюдая за сражением Эшера и Фэйлен с темным эльфом.

Конечно, он должен был им помочь! А с аракешами разберутся в свой черед.

Дождавшись, пока противники разойдутся, он прыгнул на Аделлума, но тот отбил его меч – лезвие просвистело в опасной близости от головы Эшера. На каждый их удар Аделлум отвечал двумя, приходящимися точно в цель. Несколько раз его кулак впечатывался в лицо и грудь Натаниэля, заставляя отступить.

Усталость начинала брать свое. Как Эшер, бывший лет на двадцать старше, вообще выдерживал? Фэйлен же выглядела настолько свежей, словно могла сражаться часами.

– Отдай кольцо, рейнджер! – приказал Аделлум между атаками. – Если отдашь, обещаю даровать им быструю смерть!

У Натаниэля не было времени обдумывать его странное предложение: он лихорадочно пытался найти слабое место…

Элайт нашла его первой.

Она появилась словно из ниоткуда и прыгнула Аделлуму на спину, обхватив ногами, вцепившись как пиявка. Темный эльф пошатнулся, Элайт, недолго думая, выхватила из его колчана стрелу и вонзила в шею до половины.

Аделлум взревел и уронил лук. Эшер тут же ногой отпихнул его подальше и кинулся на эльфа. Аделлум сбросил Элайт, но Эшер успел вонзить меч ему в живот, точно между стальных пластин доспеха. Фэйлен бросилась с другой стороны и ударила скимитаром в грудь.

Аделлум упал на колени, и Натаниэль завершил начатое товарищами: двумя руками вонзил меч ему в грудь и с усилием потянул вниз, распарывая до живота.

На несколько мгновений все затихло, слышался лишь шум дождя.

Аделлум, насаженный на три клинка, затих. Стрела торчала из его шеи, и Натаниэль позволил себе тихую надежду, что они все же победили темного эльфа…

Как вдруг Аделлум рассмеялся.

Это был не последний смех, порожденный предсмертным бредом. Не смех человека, в которого только что воткнули три меча.

Это был смех победителя.

Генерал поднял голову.

– Вы же не думали, что все так просто? Мне даровал силу сам Валанис, вестник богов! Нет оружия, способного убить меня! – взревел он, и магическая энергия хлынула от него во все стороны. Натаниэля и остальных словно взрывом расшвыряло по двору, за ними полетели мечи.

Аделлум медленно поднялся, не переставая смеяться. Но за собственным смехом он не услышал, как натянулась тетива. Натаниэль поднял голову и увидел Рейну, сжимавшую лук Аделлума. Кончик стрелы смотрел прямо ему в грудь.

– А это тебя убить может?

Стрела сорвалась с тетивы, разбивая дождевые капли, и, вонзившись в грудь Аделлума, швырнула его к стене, пришпилив, как бабочку.

Он бессильно царапал грудь, пытаясь вырвать стрелу, но хотя движения его постепенно замедлялись, волны энергии, хлещущие из тела, только усиливались. По стенам от него побежали трещины, самая огромная ширилась на центральной башне, грозя расколоть ее…

Аракеши поняли, что происходит неладное, и ринулись к выходу.

– Он сейчас взорвется! – крикнул Натаниэль сквозь нарастающий гул магических волн.

Арка, ведущая к главным воротам, рухнула, давя аракешей. Вторая, ведущая в глубину крепости, грозила сделать то же самое. Выхода не было.

– Второй портал я открыть уже не смогу… – раздраженно вздохнула Фэйлен.

Западный Феллион разрушался. Что быстрее случится, подумал Натаниэль, башня рухнет или Аделлум взорвется, стерев их с лица земли?

– Эшер… – Фэйлен схватила рейнджера за руку.

– Я не умею этого делать. – Эшер повесил сильвировый клинок обратно на спину.

– Просто подумай, куда хочешь попасть! Нам нужно в Элетию! Подумай о ней и прикажи перенести тебя туда!

Огромные куски камня начали падать во двор. Чтобы защититься от них, пришлось сбиться в кучку.

– Давай!

Волны чистой магической силы, рвущейся из тела Аделлума, заглушали крики темного эльфа. Он обмяк, вены, пульсировавшие под его кожей, засияли красным…

Эшер поднял руку, закрыл глаза. Для силы кристалла не было границ пространства: черная дыра открылась посреди двора, и дождь не мог ее тронуть.

Натаниэль никогда не видел подобного, но, если верить Фэйлен, там, за гранью тьмы, лежала Элетия. Ему не хотелось брать туда Элайт, но сейчас даже зачарованный город был лучше двора-«мышеловки».

– Бежим! – Фэйлен схватила Рейну за руку и потянула в провал за Элайт и Эшером.

Натаниэль в последний раз обернулся на крепость, в которой вырос. Западный Феллион научил его выживать и сражаться, научил быть рыцарем… но так и не стал домом.

Стоило ему вбежать в портал, как тело Аделлума взорвалось, и волна чистой, разрушительной магии Найюса захлестнула весь Западный Феллион, не оставив камня на камне.

Алидир вышел из тела аракеша. Оставаться было бесполезно: Аделлум погиб и забрал с собой весь форт. Эльф в бешенстве вскочил, перевернув стол. Разбился кувшин с водой, свитки полетели в разные стороны.

Длань пострадает от смерти Аделлума, бесспорно. К тому же проклятая принцесса украла его лук. Но куда больше Алидира злило, что кристалл Палдоры уплыл из рук.

И все же надежда на спасение господина оставалась. Наставница принцессы велела рейнджеру открыть портал в Элетию. Они собирались уничтожить Валаниса, но Алидир, тысячу лет изучавший магию, прекрасно знал, что даже всемогущий кристалл не даст рейнджеру опыта, достаточного, чтобы открыть портал в Элетию.

Ни один новичок, впервые открывший портал, не оказался там, где хотел.

Еще не все потеряно.