Алидир присел на корточки у края мерцающей воды и, погрузив руку, вытащил пригоршню кристаллов, составлявших ложе источника. В воде они оставались мягкими, как желе, но затвердевали, стоило им соприкоснуться с воздухом. Содержащейся в одном таком кристалле магии хватило бы, чтобы одним махом перешагнуть континент. Алидир полюбовался угасающим сиянием камней и ссыпал их в мешочек на поясе.

– А ты обленился. – Таллан Тассарион подошел к Алидиру сзади, вернее сверху: он передвигался по потолку в двадцати футах над землей, абсолютно не замечая высоты.

– Источник Найюса – это дар, Таллан. А дар богов отвергать не следует.

Таллан прошел между сталактитами, прошагал вниз по колонне и подошел к Алидиру. С его черного плаща и доспехов стекала вода, бледное лицо и бритая голова, не скрытые маской и капюшоном, будто светились в мягком свете источника, по голому черепу змеилась сложная татуировка – древние письмена некоего народа, жившего на этих землях задолго до эльфов.

– Судя по твоему виду, ты только что из Эдейского океана, от морских жителей. – Алидир двинулся к выходу из отрицающих земные законы пещер в сторону каменных залов Калибана.

На самом деле он в нетерпении ждал от брата новостей, но прикладывал все усилия, чтобы выглядеть хладнокровным перед остальными членами Длани: в конце концов, недаром он был их главой.

– Верно, брат. Однако вести я принес дурные. – Судя по тону, Таллан был этому даже рад. – Морской народ страшно оскорбился, когда я спросил их о кристалле Палдоры. Они заявили, что, если б такой артефакт появился в их владениях, уж они бы об этом знали!

Алидир отвернулся, чтобы Таллан не заметил, как темный эльф хмурится. Дурак! Поверил, что рейнджер и впрямь выбросил остаток кристалла в океан! В тот миг он был слишком опьянен силой, которую источал осколок в отнятом у Эшера кольце, опьянен мечтами о том, как поднесет дар Валанису… А теперь придется объясняться не только перед господином, но и перед всей Дланью. Он хотел приказать Таллану вернуться к морскому народу и потребовать, чтобы они еще раз обыскали океан, но понимал, что русалки говорят правду: Валанис запугал их так, что и через тысячу лет они не посмели бы лгать.

– Я немедленно доложу Валанису, – добавил Таллан, но Алидир развернулся, преграждая ему путь.

– Нет уж, это я ему доложу. Раз я глава – значит, это моя обязанность.

Алидир заметил на лице брата разочарование. Последние сорок лет, с тех пор как Валанис освободился от Янтарных чар, Таллан был главой Длани. Занял же он это место потому, что Алидир за тысячу лет так и не смог найти кристалл Палдоры. Теперь же все вернулось на круги своя: Алидир отобрал кристалл у рейнджера Эшера и вновь по праву возвысился над Талланом.

– Как пожелаешь. – Таллан склонил голову и вновь исчез во тьме пещеры.

Алидир перевел дух, собираясь с мыслями, и устремился в холодные коридоры Калибана. Вскоре он добрался до высоких дверей, ведущих в покои Валаниса. Покои, в которые тот лишь недавно смог снова войти, – если бы не осколок кристалла Палдоры, ему так и пришлось бы оставаться в источнике Найюса.

У дверей Алидир помедлил, подбирая слова. Преподносить подобные вести следовало с умом.

– Входи же, – позвал мелодичный голос. Женский.

Алидир закатил глаза и вошел, зная, кого увидит. И действительно: за дверями его ждала Самандриэль Затья. Она нехорошо ухмыльнулась ему, глянула с вызовом. Стоило ей взять в руки копье с двумя остриями, как она загоралась желанием вызвать его на бой. Из всей Длани она сильнее всех рвалась защищать Валаниса, словно родного отца, поэтому и теперь стояла в пустой комнате, как часовой, охраняя проход на балкон.

– Где господин? – спросил Алидир.

– Любуется рассветом. – Самандриэль бросила быстрый взгляд на дверной проем.

Алидир шагнул было вперед, но сестра преградила ему путь, сверкая золотистыми глазами. Он стиснул зубы: когда уже закончатся эти «семейные» игры!

– Он не желает, чтобы его беспокоили. – Тон Самандриэль не терпел возражений.

– Я, вообще-то, глава Длани…

– Еще шаг, брат, – и лишишься и главы, и длани.

Алидир скосил глаза на кончик ее копья. Настроена она была решительно. Он давно уже задавался вопросом: кто победил бы в их дуэли? Пусть он был коварным противником и изворотливым стратегом, оружием сестра владела куда лучше.

– Пропусти его, Самандриэль, – донес ветер отчетливый шепот Валаниса.

Самандриэль приподняла бровь, но поклонилась, продемонстрировав знакомые татуировки на голове. У Алидира были такие же, но он предпочел спрятать их под густыми черными волосами, когда основал братство наемных убийц, известное всему Иллиану как «аракеши из Полночи». Так было проще скрыть, кому он на самом деле служит.

Дождавшись, пока дверь за ним закроется, Алидир ступил на балкон. Даже в ясную погоду Калибан окружали облака и туманы, не добиравшиеся до башен, но они же делали рассвет прекраснее: солнце поднималось из них как из моря, навечно укрывшего Ледяные долины и Серый камень. Веками это королевство ютилось в тени Калибана, но ни один его король даже не догадывался об обитателях крепости.

Алидир прошел между древними доспехами, несущими караул по обе стороны арки, и вышел наконец на полуразрушенный балкон, нависший над морем облаков. Ледяной, пронизывающий до костей ветер немедленно растрепал его одежды. Алидира холод, впрочем, не беспокоил: боль закалила его, ведь ему пришлось порядком пострадать, пока господин не даровал Алидиру частичку своей божественной силы. Лед и пламя стали его покорными слугами, так стоило ли их бояться?

Он подошел к господину и как никогда остро ощутил потерю второго клинка. Тысячу лет мечи-близнецы везде сопровождали его, направляя в бою, приумножая жажду крови… И все же Алидир не мог позволить этому неудобству проявиться. В присутствии Валаниса надлежало показывать лишь свою силу.

Вестник богов стоял на самом краю разрушенного балкона, у провала, зиявшего между уцелевшими кусками перил.

Его черные одежды, перехваченные на талии поясом, развевались на ветру, капюшон грозил вот-вот слететь, выпустив на свободу длинные светлые волосы. Тело темного эльфа обхватывал подогнанный идеально по фигуре, словно вторая кожа, пластинчатый доспех, на плечах вздымавшийся короткими острыми шипами. Наручи закрывали руки полностью, до кончиков пальцев. Доспех этот был Алидиру незнаком – во всяком случае, во время Темной войны Валанис его не носил. Новый образ господина казался более утонченным, но при этом и более грозным: словно тени обволакивали стройную фигуру.

Стоило Алидиру приблизиться, как по коже побежали мурашки, каждый волосок встал дыбом. Магическая аура, окружавшая господина, пьянила – Алидир рядом с ним начинал чувствовать себя могущественнее.

Валанис лишь несколько недель назад покинул источники Найюса. Под его бронированной перчаткой на пальце покоилось кольцо, усмирявшее магию, готовую поглотить вестника богов. Однако даже Алидир видел, что одного кольца недостаточно: он заметил, как светится лицо господина под капюшоном, заметил золотые вены, пульсирующие под кожей.

– Чего ты страшишься, Алидир? Скажи мне, – не оборачиваясь, потребовал Валанис.

Его голос как будто расслаивался эхом, и Алидиру нравилось думать, что иные голоса в этом хоре принадлежат богам.

– Я боюсь, что осколка вам недостаточно, господин. – Алидир бросил быстрый взгляд в сторону исходящего из капюшона сияния. То, что господин так хорошо знал своего ученика, отрезвляло.

– Я разделяю твой страх, – сказал вдруг Валанис.

Раскрывать свои слабости и страхи было не в его натуре… но Алидир понял: на самом деле в господине говорила абсолютная уверенность. Даже ослабленный приступами, он, вестник богов, оставался сильнейшим.

– Потому я и не покинул Калибан, – продолжил Валанис. – День за днем я стою здесь, глядя на мир у моих ног, и думаю: убьет ли он меня, если шагну за ворота? Если я погибну, воля богов погибнет со мной. Лишь я могу ее исполнить…

Он обернулся к Алидиру, сверкая горящими сиреневыми глазами.

Алидир поклонился, выражая уважение и согласие. Рассказы о будущем, уготованном Верде, были самым прекрасным, что он слышал в жизни. Ради этого стоило выполнить любое желание господина.

– А теперь поведай, что на самом деле тебя беспокоит, – приказал Валанис, не сводя цепкого взгляда с горизонта.

От господина ничто не могло укрыться.

– Таллан вернулся с Сияющего берега, – доложил Алидир.

Сияющим берегом называлась восточная кромка Иллиана. Морской народ любил охотиться там на зазевавшихся рыбаков.

– Кристалл не в Эдейском океане, – перебил Валанис. – Рейнджер тебя обманул.

– Он ведь аракеш, мастер обмана, – сказал Алидир, но тут же исправился, помня, что господин терпеть не может извинений: – Я был ослеплен гордыней и не прошу о помиловании. Молю вас забрать мою жизнь!

Валанис сделал вид, что не услышал этого предложения.

– Рейнджер… Тот самый мальчик, что разделил со мной тысячелетний сон в Элетии… Бессмертный… – Валанис вновь обернулся к облачным просторам. – Очнувшись от Янтарных чар, я много думал о пророчестве. «Эхо Судьбы»… – Он тихонько рассмеялся себе под нос, и смех этот встревожил Алидира. – Достойное название для божественного изречения.

Алидир прекрасно понимал, о чем он, потому что сам тысячу лет назад передал Валанису пророчество, полученное принцессой Наланой Севари от богов незадолго до Янтарных чар.

Впервые за долгое время он задумался об этих словах, и его поразила точность предсказания.

– Я раньше об этом не думал… – признался Алидир. – Но почему из всех эльфов боги выбрали именно Налану Севари? Да, она была принцессой и к тому же драгорном…

– Боги не смогли бы говорить со мной сквозь завесу Янтарных чар и в своей мудрости нашли посланницу, которая смогла обессмертить их слова, чтобы они звучали веками, пока я их не услышу. – Валанис закрыл глаза, подставляя лицо первым теплым лучам солнца, прорвавшимся сквозь облака. – Все мы связаны судьбой, жребием богов. Этот рейнджер, Эшер… Он ведь все еще жив.

Это заявление привело Алидира в замешательство: он обрушил на головы Эшера и принцессы Рейны Севари всю громаду Элетии, древней цитадели эльфов. После такого никто не смог бы выжить!

– Он единственный знает, где находится целый кристалл. Найди его – и найдешь величайший дар Палдоры. Боги желают, чтобы я владел им. – Валанис прогулочным шагом двинулся вдоль перил. – Я не могу здесь больше оставаться. Сорок лет я проспал в этой горе, десятилетиями отправлял тебя, твоих братьев и сестру нести мою волю миру. Но теперь моя сила вернулась.

Он поднял левую руку, рассматривая кольцо с осколком кристалла.

– Я вновь поведу наши войска в бой и одержу победу. Наконец выйду из тени. Пусть мир людей увидит меня и содрогнется! Пусть Иллиан познает истинную силу магии.

Услышав, с какой живостью говорит господин, Алидир воодушевился еще больше. Рядом с Валанисом он чувствовал себя сильным, почти неуязвимым. Тысяча лет прошла – и вот: Темная война вернется, снова охватит всю Верду!

– Сохраняй рассудительность, Алидир. – Всемогущество господина никогда не переставало удивлять. – Даже сила Найюса не сделает нас непобедимыми. Мы должны убедиться, что все пойдет так, как я задумал.

Алидир шел рядом с господином.

– Прямо сейчас три армии темнорожденных движутся по Тракту утопленников.

Этот архипелаг располагался на юге, за Иссушенными землями, за Вратами Сайлы. Единственный безопасный морской путь до Иллиана от Айды, восточного континента, населенного народом эльфов короля Элима Севари.

– К концу месяца они высадятся на Иллиан. Мои разведчики донесли, что Маллиата видели в Малайсае. Без дракона король Элим не сможет открыть драконью стену, его армия прибудет на эти берега без поддержки великих змеев. Мои аракеши победили Серых плащей, в Иллиане их остались единицы.

– Что ж, тебе повезло в этот раз найти осколок, – угрожающе заметил Валанис. – Провали ты и это задание, я велел бы твоим «родичам» казнить тебя за смерть Аделлума. Пусть твои слова несут смерть так же верно, как твой клинок…

Алидир приложил все усилия, чтобы не поморщиться. «Клинок». В единственном числе.

– Потому ты и стоишь во главе Длани. Но не забывай, аракеши на самом деле принадлежат мне.

Алидир вновь поклонился, признавая вину. Он ожидал последствий того, что непреднамеренно стал причиной смерти Аделлума, лишив Длань умелого воина. Поэтому ощутил внезапную признательность за то, что единственное наказание состояло из пары суровых слов и благодарности за кольцо.

– Прошу прощения, господин. Серые плащи разбиты, а через короля Меркариса Тиона вы уже управляете севером. Прикажите – и его армия выдвинется в бой. Когда с юга придут темнорожденные, а с востока эльфы, Иллиан погрузится в хаос и утонет в крови. Когда же земля очистится, боги смогут вернуться!

Валанис ответил не сразу. Он остановился, погруженный в свои мысли. Алидир, знавший, что в такие моменты господина лучше не перебивать, молчал.

– Меркарис давно не бывал у источников, – наконец сказал Валанис.

Он был прав: последние несколько лет Меркарис получал приказы только от Алидира.

В Калибан короля когда-то привели приключения: он потерялся с отрядом в пещерах Венгоры, горной гряды, нависшей над северными землями. Уже тогда он был человеком коварным и развращенным, Валанису не составило труда переманить его на свою сторону.

Длань избавилась от всех спутников Меркариса и отослала его обратно как единственного выжившего после «нападения троллей», а на деле – нового последователя Валаниса, и довольно полезного.

– Пожалуй, я должен нанести ему визит, – продолжил Валанис. – Лично наградить за убийство Мьоригана Мьорго.

Алидир знал, как господин презирает семью Мьорго. Во время Темной войны они тайно служили Валанису, но, когда поражение его стало очевидно, тут же перебежали обратно к Элиму Севари, вымаливая прощение и рассказывая небылицы о том, как Валанис их заколдовал и управлял их волей.

Меркарис убил Мьоригана, когда тот пытался защитить доверенную ему принцессу Рейну. Победить такого сильного мага… то был, пожалуй, настоящий подвиг! Для человека.

– Безопасно ли уходить так далеко, господин? – Алидир понимал, как именно Валанис собирается отправиться в Намдор, столицу Орита и всего севера.

Валанис положил ладонь ему на плечо, как будто по-дружески.

– Ты так обо мне беспокоишься, Алидир. Идем со мной, и ты убедишься в могуществе кристалла Палдоры.

Взмахом руки Валанис открыл в ледяном воздухе черный как ночь портал. Однако прежде чем войти, вытянул руку в сторону цитадели – и древние доспехи у входа затряслись и ближайший шлем влетел в раскрытую ладонь. Воздух задрожал вокруг него, по раскалившейся докрасна стали побежали оранжевые линии. Валанис магией перековывал шлем прямо на месте, и тот на глазах делался прочнее, по его поверхности зазмеились сложные узоры, сплетаясь в скуластую маску-личину, полностью скрывающую лицо.

Валанис откинул капюшон, на мгновение осветив Алидира золотым светом, но стоило темному эльфу надеть шлем, как аура исчезла, лишь сиреневые глаза горели в прорезях маски. Вид господина сделался еще более угрожающим.

– Идем же, – глухо донесся из-под шлема знакомый голос.

Стоило им сделать шаг в черноту портала, как Калибан оказался далеко позади, а они – в четырехстах милях севернее, в Орите. Оглядевшись, Алидир узнал мрачные покои Меркариса. Утреннее солнце едва проникало в щель между тяжелыми портьерами, пылинки танцевали в лучах. Простыни и одеяла в беспорядке валялись на полу, на мягкой кровати спала обнаженная женщина, игрушка короля.

Алидир и Валанис не сговариваясь обернулись к книжному шкафу за спинами. Из-за шкафа доносились тихие вскрики, слышимые лишь эльфийскому уху; сомнений не было: впереди потайная дверь.

Никакого замка Валанис искать не стал и просто распахнул дверь магией. Комната, встретившая его по ту сторону, была еще мрачнее, чем спальня Меркариса: никаких ковров и шкур на полу, стены сплошь увешаны пыточными инструментами и цепями. Лезвия, клинки, вонь застарелой крови, и в каждом углу – глубокие тени от свечей и факелов.

– Умоляю! Умоляю! – все стенал измученный человек, подвешенный за запястья к потолку. Все его обнаженное тело было залито кровью, на ребрах и бедрах не хватало целых кусков мяса, в обезображенное лицо впились крюки, давя на болевые точки. Алидир узнал большинство пыточных техник и решил, что этим приемам Меркариса наверняка научила Самандриэль.

Сам Меркарис стоял перед своей жертвой, не замечая гостей.

– И кто же этот несчастный? – спросил Алидир, наслаждаясь испугом короля.

Меркарис, пораженный, развернулся на месте и упал на одно колено. На нем не было ничего, кроме штанов и окровавленного фартука, золотистые волосы запятнаны кровью.

– Мой повелитель…

– Не я твой повелитель. – Алидир отступил, чтобы ему лучше видно было истинного вестника богов.

Валанис отделился от остальных теней и приблизился к королю. Судя по выражению лица Меркариса, он, даже несмотря на маску, немедленно понял, кто перед ним. Присутствие Валаниса легко мог почувствовать любой, у кого были хоть малейшие способности к магии.

– Валанис! – Меркарис склонил голову и замер, выказывая уважение, но не без страха.

– Поднимись, – прошептал Валанис.

Висящий на цепях мужчина взглянул на него в ужасе: один вид Валаниса явно наводил на мысли о том, какие еще страдания ждут впереди.

Смотреть, как люди дрожат от страха при виде господина, было приятно. За тысячу лет имя Валаниса превратилось в миф, в легенду, но теперь миру пришло время вспомнить, что такое настоящий ужас.

– Вы освободились от своего сна, и пещеры вас более не удерживают. – Меркарис поднялся, не обращая внимания на лужу крови, медленно стекающую в слив под ногами узника.

– Именно так. Готов ли ты занять место рядом со мной и изменить мир? – нежным голосом спросил Валанис.

– Я живу, чтобы служить вам! – Меркарис вновь поклонился.

– И ты мне послужишь. – Валанис обошел комнату, рассматривая инструменты. Алидир решил не вмешиваться в разговор. – Серые плащи разбросаны по Иллиану, их мало, и они уязвимы, но все еще могут испортить нам жизнь. Используй свою монаршую власть, чтобы выловить их и уничтожить окончательно. Самандриэль тебе поможет. Мне все равно, каким образом ты это сделаешь, главное – выполни задание.

– Я исполню все в лучшем виде, мой повелитель! – яро отозвался Меркарис.

Валанис помедлил, не сводя глаз с «экспонатов».

– Сорок лет я изучал историю – все, что произошло за тысячу лет моего пленения. После Войны драконов твои предки разграбили Мертвые острова, не так ли?

Меркарис, не очень понимая, к чему ведет Валанис, лишь кивнул в ответ.

– В те времена люди уже перестали быть единым народом… Полагаю, король Гал Тион составил подробный перечень сокровищ, которые нашел в землях драконов?

Меркарис вновь кивнул. Теперь уже и Алидир не мог понять, на что намекает господин.

– Эти записи все еще у тебя? – как бы между прочим спросил Валанис.

– Они в архивах, милорд. – Меркарис явно начинал нервничать. – Под этой самой крепостью.

– Прекрасно. – Валанис обернулся к нему. – Покажи их мне, немедленно.

С этими словами он коснулся висящего между ними человека, и истерзанное тело начало замерзать, постепенно превращаясь в сплошной кусок льда. Несчастный стонал и кричал, пока его голосовые связки не замерзли, пока весь он не заблестел. Очевидно, Валанис не хотел, чтобы король Орита отвлекался на мелочи.

Меркарис быстро стащил фартук и прошел в свои покои переодеться. Стоило ему выйти за порог, как Алидир заметил, что господин опирается на ближайшую стену, и едва успел подхватить пошатнувшегося Валаниса. Алидир бросил взгляд поверх его плеча – не заметил ли Меркарис.

– Нам нужно возвращаться в Калибан, господин, – тихо, но настойчиво напомнил Алидир.

Валанис глубоко вдохнул и выпрямился, легонько оттолкнув его. Капюшон и маска скрывали лицо, но Алидир знал: господин страдает от боли, несмотря на гордую осанку.

– Возвращайся, – велел Валанис. – Поговори с Накиром.

– Господин? – непонимающе переспросил Алидир.

– Ты ведь знаешь, чем твой брат занимается в Карате?

Алидир кивнул. Он был прекрасно осведомлен о подвигах Накира в Иссушенных землях. Несколько веков назад тот создал в южных городах культ, известный теперь как Новая заря, и с помощью магии и древних знаний убедил правящие семьи Карата, что Валанис – их истинный бог. Через этот культ Накир веками правил Иссушенными землями, дергая за ниточки власть имущих и самого императора, поддерживая работорговлю и подтачивая оборону Врат Сайлы.

– Когда армии темнорожденных прибудут к Вратам Сайлы, Накиру понадобится твоя помощь, чтобы их впустить, – объяснил Валанис. – Люди Иссушенных земель должны присягнуть темнорожденным и пополнить их ряды… Однако Карат все глубже погружается в хаос гражданской войны, рабы бунтуют… Серьезная недоработка со стороны Накира. Он пытается удержать власть, но, боюсь, к тому времени, как темнорожденные прибудут, император уже потеряет свою армию и некому будет присоединяться. Этого нельзя допустить. Отправь аракешей в Карат, помоги Накиру встретить гостей и подавить гражданскую войну в зародыше.

– Но господин, – запротестовал Алидир, – я думаю, что умения аракешей пригодятся в другом месте…

– Однако пошлешь ты их в Карат. Накир ответственен за встречу темнорожденных. Люди Иллиана должны оказаться между ними и армиями севера как между молотом и наковальней. Это ключевая часть моего плана, и она должна быть исполнена идеально.

– Господин, я уже вел дела с Богиней темнорожденных. Не лучше ли будет мне самому заняться…

Он осекся. Темная аура Валаниса окутала его, грозя растворить, стереть с лица земли. Господину даже не пришлось демонстрировать силу.

– Прошу прощения, повелитель. – Алидир отступил, склонившись.

Валанис отвернулся и направился в спальню Меркариса, давая понять, что разговор окончен.

Король севера уже успел одеться, смыл кровь с лица и волос.

– Меркарис… – Алидир взглянул на обнаженную женщину в постели. – Никаких свидетелей.

– О, эта уже давно мертва, – равнодушно бросил Меркарис и вышел из комнаты вслед за Валанисом, даже не взглянув на тело.

Алидир осмотрел женщину внимательнее и заметил неоспоримые признаки смерти. Следовало отдать Меркарису Тиону должное: он оказался еще более извращенным человеком, чем можно было представить.

С помощью маленького кристалла Алидир вернулся в Калибан и вновь задумался о внезапном интересе господина к записям Гал Тиона о Мертвых островах. В разговорах с Дланью он ни разу не упоминал о древней родине драконов, никогда раньше не намекал на ее значимость.

Любопытно…

Алидир попытался найти Накира в ледяных тенетах Калибана, но тщетно. Он уже потянулся было к прорицателю, скрытому в складках белых одежд, как объявился Таллан.

– Где Накир? – спросил Алидир, не переставая думать о внезапном интересе Валаниса.

– Ему пришлось отправиться в Карат, – ответил Таллан. – В городе вот-вот вспыхнет настоящая война.

Гнев забурлил в груди Алидира. Значит, теперь придется открыть портал в Полночь, чтобы приказать Ро Досарну, заменявшему его на троне лидера аракешей, повести убийц в Карат. После чего нужно самому отправиться в столицу и встретиться с Накиром: следить за приготовлениями через прорицатель не выйдет!

Он вновь направился к источникам Найюса. Присматривать за делами в Карате, найти в этом хаосе рейнджера… для этого потребуется больше кристаллов. Алидиру трудно было поверить, что какой-то там человек выжил в рушащейся Элетии, но он был не настолько глуп, чтобы сомневаться в словах своего господина.