Глава 662

Хаджар, несмотря на то, что Анис была готова в любой момент обнажить против него свой клинок, сохранял ледяное спокойствие.

— Ты права, — внезапно произнес он.

— Я знаю, что я права и…

Хаджар, перебивая девушку, накрыл её ладонь своею. Та вздрогнула. Ярость исчезла из глаз бывшей старшей наследницы могущественного клана мечников. На смену ей пришла растерянность и некая доля смущения.

— Когда-то давно, очень давно, я знал Безумного Генерала, — произнес Хаджар. — Он был мне щитом от тех бурь, что одолевали мое королевство. И я прятался в его тени.

Анис замолчала. Её глаза слегка расширились от удивления. Не нужно было быть гениям математики, чтобы посчитать, сколько на данный момент должно было быть лет её собеседнику.

А, как известно, никто и ничто не могло обмануть возрастной тест школы “Святого Неба”. Или, во всяком случае, так было известно большей массе населения Дарнаса.

— Но как…

— Сейчас не об этом, — Хаджар убрал ладонь и снова затянулся. Он выдохнул колечко дыма. То, как и прежде, получилось не таким же ровным и красивым, как это выходило у его брата. — Знаешь, однажды, я слышал историю о том, как Безумный Генерал повстречал своего белого котенка.

Будто специально подобрав момент, а может так оно и было, из-за пазухи Хаджара вылезла Азрея. Широко зевнув, она взобралась по одежде и, обвив себя хвостом, устроилась на плече.

Как она там оказалась, учитывая, что еще недавно лакала воду из корыта — очередная загадка.

— В те времена Безумный Генерал был молод, — продолжил Хаджар. — И он встретил старую, мудрую тигрицу. Она попросила его не искать мести, а добиваться справедливости. Генерал её не послушал… не послушал, и едва не сгорел в том пламени, что прежде его поддерживало.

Они вновь на какое-то время замолчали. Хаджар, будто находясь в двух местах одновременно, как наяву видел тот овраг. Он вновь слышал голос Тигрицы, матери Азреи, которая говорила ему такие правильные и мудрые слова.

Жаль, что тогда он не смог её понять.

— И в чем же разница, между местью и справедливостью? — процедила Анис. Она резко отстранилась от Хаджара, разрывая между ними дистанцию на добрый метр.

Хаджар прекрасно понимал, какие сейчас чувства бушевали в сердце девушки. Порой, в моменты медитации, Хаджар иногда страдал от того, что до сих пор слышал предсмертные слова своей матери.

Это было эхо от шрамов. Шрамов на поверхности его души. Того, от чего он будет страдать всю оставшуюся жизнь и что навсегда останется для него грузом, который ему придется нести.

Правильно говорят, что тот, кто не ведает бед, идет по пути развития куда быстрее, чем несчастный. Вот только забывают добавить, что к цели если кто из двоих придет, так это последний.

Хаджар так и не ответил на заданный вопрос. Какое-то время они просидели вместе, а затем Анис, обронив:

— Я думала, что поговорю с Безумным Генералом… — ушла обратно.

Азрея, цапнув Хаджара за щеку, юркнула обратно за пазуху. Наверное, так просто было сказать те слова, которые Анис хотела услышать.

Слова поддержки. Слова о том, что у неё все получится, а дядя заслуживает самую худшую и страшную из кар. Такую, чтобы боги, увидев его страдания, неделю лили кровавые слезы.

Это было бы действительно просто. И, возможно, даже правильно.

Но Хаджар не мог так поступить.

Совсем недавно он поступил как просто. Он сказал слова, которые один Ласканский юноша хотел услышать. Своими же руками Хаджар зажег в его груди пламя мести, которое будет поддерживать Дерека. Давать ему силы.

До тех пор, пока, однажды, им двоим не придется сойтись в битве. Хаджар не станет останавливать своего меча. И он же, теми руками, что подарил мальчишке жизнь, её же и отберет. И это тоже станет его грузом, который он понесет с собой.

Так же, как он несет с собой обручальные браслеты Неро и Серы.

А еще, Хаджар не хотел признаваться в этом самому себе, но, падая с балкона дворца, он видел Примуса. Тот, умирая, лежал на могиле брата — отца Хадажра.

По щекам Братоубийцы текли слезы.

Хаджар не знал, какими именно мотивами руководствовался дядя Анис. И так уж была их судьба похожа. Но одно Хаджар знал точно — месть, это не чувство, которое может помочь воину выжить.

Добиться цели — безусловно. Стать сильнее — разумеется. Но выжить и не потерять себя — нет. Это как костер, который ярко пылает лишь до тех пор, пока в него подбрасывают дрова. А дрова у мести всегда заканчиваются.

И, как однажды сказал ему мудрый Учитель, Хозяин Небес, проведший в заточении многие тысячи веков: “Путая между собой справедливость и месть, ты путаешь лунный и солнечный свет”.

Хаджар очень хотел бы помочь Анис. Он хотел бы ответить на её вопрос, но не знал как. Даже спустя столько лет, он все еще не нашел ответа.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Хаджар у тьмы.

— Путешествую, — прозвучал ответ.

Мрак сгустился, побагровел, а в следующее мгновение рядом с ним оказался Хельмер, Повелитель Ночных Кошмаров. Его, так же как и во все прошлые встречи, сопровождала вереница черных комочков страха.

Он носил все то же пальто с живыми, хищными пасятми-прорезями. Держал в руках истекающую кровью сферу, а серое лицо скрывала широкополая шляпа.

— Неплохо выглядит, — демон щелкнул пальцами по соломенной шляпе — подарку простого смертного фермера, которого Хаджар повстречал по дороге в Даригон.

— Мне нравится, — спокойно ответил Хаджар.

Уже давно прошли те времена, когда он боялся одного лишь воспоминания о демоне. Да, Хельмер, все еще обладал ужасающей силой, но Хаджар убедился в том, что тот, в ближайшее время, не станет убивать своего смертного “союзника”.

— Так что ты, все же, здесь делаешь?

Хельмер наигранно обижено вздохнул. Его глаза слегка сияли в свете полной луны. Комочки страха, крутящиеся около его ног, бросились в свару.

— Не дуйся, Дархан, — он хлопнул Хаджара по плечу. Прикосновение рук Повелителя Ночных Кошмаров было таким же холодным, как и воздух вокруг. — Кто не любит хорошей шутки? Ну, разыграл я тебя немного с Да’Кхасси, в чем беда?

— Пока ни в чем, — согласился Хаджар.

— Ну вот и славно, к тому же…

— Я сказал — пока, — перебил Хаджар. — то, что я не знаю твоих планов, не значит, что я не осознаю их наличия.

— Так тем же и лучше, — неунывающий демон широко улыбнулся. Вечерние Звезды. Оскалом его пасти можно было напугать даже ту мантикору. — У меня к тебе будет одна небольшая просьба, Хаджар.

— От сделок мы перешли к просьбам?

— Сделка — это длинный обряд, — пожал плечами демон. — А просьба, это то, чем друзья, обычно, и занимаются. Или я перепутал с любовниками? Но, ты не обессудь, красивый парень, но я не по этой теме. Дружить еще можно, но вот любовниками…

— Давай уже ближе к делу.

— Главное, что не к телу! — сам пошутил и сам же отсмеялся Хельмер. А затем как-то разом посерьезнел. — Чтобы ты здесь не делал, Хаджар, постарайся выжить.

Хаджар не сразу понял, что именно он услышал, а когда с резким:

— Чего? — повернулся к собеседнику, того уже и след простыл.

Хаджар уже говорил, что он не любит интриги? Так вот — с появлением в Пустошах Хельмера интриги Империи резко перешли на второй план.

Потому как одно лишь упоминание имени демона в очередном приключении Хаджара резко ставило происходящее под вопрос.

Что именно из происходящего?

Да все!

Отправить