Глава 1956

— Ну наконец-то, Хаджи!

Хаджар мотнул головой и протер глаза. Он сидел верхом на лошади во главе армии. Там, перед ним, простерлись сверкающие купола гигантского дворца, которым, по сути, и являлся Яшмовый Город.

И все, что отделяло генерала от его цели — высокие стены и восьмидесятитысячное войско, часть которого стояла перед воротами.

— Надо возвращаться обратно, — сказала сидевшая рядом Лэтэя.

Хаджар не понимал, что происходит, ведь только что…

Нет, почему только что. Пару дней назад они отправились расследовать, что произошло с разведчиками. В итоге они выяснили, что дело было в железных големах, которые наводнили Лес Теней. Они с Хельмером еще спорили почему и как так получилось, что этот жуткий лес, пришедший из легенд про Пепла оказался здесь, на Седьмом Небе.

Хельмер пришел к выводу, что это было как-то связано с Парадом Демонов и тем, что тот стер границы между их мирами.

В лесу они обнаружили мерзких тварей, с которыми вступили в бой. Сперва они никак не могли пробить их непроницаемые доспехи, а учитывая внешний вид монстров, у которых в качестве каждой конечности выступала часть того или иного зверя, да еще и отравленные шипы, то битва вырисовывалась совсем не простая.

В какой-то момент Хаджар заметил, что на груди одного монстров присутствует элемент, присущий големам. С этого момента чаша удачи в сражении качнулась в их пользу.

Когда с первой партией монстров было покончено, Хаджар собирался двигаться дальше — им было необходимо отыскать тех, кто управлял големами. Но Лэтэя оказалась ранена и парализована. А позже и Хельмер, когда им пришлось убегать от тварей.

Им повезло наткнуться на небольшую пещеру, в которой и оказался источник управления големами — не более, чем артефакт, в котором был заперт отголосок разума их создателя. Хаджар разрушил этот артефакт и…

Он повернулся к Лэтэе и Хельмеру, ехавшим рядом с ним.

Он не помнил… не помнил, как он добыл противоядие для своих товарищей.

В то время, пока Огнешь, ехавший позади, отдавал команды армии разворачивать порядки, генерал все пытался восстановить цепочку минувших событий.

Это оказалось сродни попыткам сложить мозаику, когда не хватало доброй половины её частей. Картина перед глазами все же складывалась, можно было даже понять общий её смысл, но вот мелкие детали ускользали и никак не хотели поддаваться осмыслению.

— Лэтэя, — генерал повернулся к воительнице.

Она была облачена в полный боевой доспех. Черная латная кираса закрывала торс, покатые наплечники словно пожирали лучи солнца, а за спиной развевался белоснежный, обшитый серебренной каймой. Из-под шлема струились светящиеся пламенем волоса, а глаза-звезды взирали вперед без всяких сомнений и замешательства.

Левой рукой она держала поводья боевого коня. Так же одетый в сталь, с шипами на голове, он бил копытами землю и шумно дышал ноздрями. В правой воительница сжимала копье, жалом направленное на противника.

— Да, генерал? — произнесла она словно не своим голосом.

А может и своим. А может Хаджару лишь показалось. Так же, как ему показалось, что он испытал ощущение дежавю.

— Что случилось в Лесу Теней? — спросила он.

— В Лесу Теней? — удивилась Падающая Звезда. — Все в порядке, Хаджар? Мы были в топях Ухаша. Если бы не ты — нас бы с Хельмером отправил к праотцам яд химер.

Топи… да, точно. Топи Ухаша. Территория, находящаяся на границе империи Алого Феникса. Хаджар бывал там вместе с Парисом и Шакуром в период их пятилетнего, совместного странствия.

В этих топях водились мерзкие химеры, порождения мастеров Алого Феникса, славящихся не големами, а химерами. А причем здесь големы? Странно, что он подумал про них сейчас.

Хаджар повернулся к Хельмеру. В своем излюбленном сером пальто и шляпе, он сидел на сером коне и спокойно поправлял лямки на кожаной броне. В перевязях на поясе покоились два длинных, изогнутых кинжала. Грудь пересекали ремешки, в которых оказались закреплен десяток, по пять с каждой стороны, метательных ножей бедра опоясывали дротики.

И снова дежавю…

— Хельмер. Как мы спаслись от яда?

— Хаджи, дружище, — усмехнулся кривыми клыками демон. -если ты словил мандраж в самый последний момент, то так и скажи. Встанем на привал. Соберем офицеров. Придумаем какой-нибудь очередной безумный план.

Хаджар повернулся обратно к Яшмовому городу. Огромной крепости, куда больше Изумрудной. Там, позади неё, простерлись объятья бескрайней бездны, дно которой — облака. Видимо именно здесь и заканчивались границы Законы Хаджара.

А перед стенами стояли лучшие войска Седьмого Неба. Во всяком случае их часть. На вид, среди моря шлемов, стали, коней и штандартов, насчитывалось порядка шестидесяти тысяч воинов. На крепостных же стенах уже хищным оскалом скалили сопла пушки, щерились стрелами позиции лучников и были взведены баллисты.

Впереди же, на острие, на громадном, шестиногом коне, с булавой в одной руке и топором в другой, безо всякой брони — лишь в одних только легких штанах, с босыми ногами, стянутыми в тугой хвост волосами, покрытый бесчисленным множеством шрамов, сидел тот, кого нельзя было не узнать. Его бронзовая кожа отливала благородным металлом. Его мышцы бугрились валунами и каждая жила перетягивала тело крепко стянутым канатом. В его глазах сияла чистая, искренняя радость и предвкушение битвы.

Это был Дергер.

Бог Войны.

И он ждал своих детей чтобы открыть перед ними кровавые объятья и бросится в лютую сечу. Ведь только для этого он и жил.

— Он мой, Хаджар, — внезапно твердо, без лишних эмоций, произнес Хельмер. — чтобы не произошло в следующие часы. Дергер мой. И только мой.

Хаджар кивнул.

Он догадывался…

— Генерал, — до его плеча дотронулась Лэтэя. — Воины ждут. Тебе, все же, надо им что-то сказать. Возможно, для многих это станут последние слова, которые они услышат.

Хаджар повернулся к своей армии — сорока тысячам солдат. И все их взгляды были устремлены вовсе не на стены дворца Императора богов, а на своего генерала. На того, кто привел их сюда.

Хаджар вздохнул.

Он не любил и не умел говорить пылких и жарких речей. Конь, почувствовав сомнения, зафырчал и генерал тут же пожалел, что не может обойтись без лошади.

Он наклонился и похлопал коня по шее.

— Не бойся, — прошептал он ему на ухо. — мы уже почти закончили.

Выпрямившись, на миг Хаджар увидел собственное отражение в отблеске щита одного из солдат. За прошедшие дни его тело изрядно состарилось. Ему уже, на вид, было за сорок. Лицо пересекало несколько шрамов. Они, каким-то чудным образом, сочетались с той простой кольчужной рубахой, которую он надел поверх нехитрых одежд, а поверх — кожаная куртка, какую носили охотники.

Генерал не мог фехтовать в тяжелой броне — попросту не умел. Так что легкий, конический шлем с полумаской вместо забрала; куртка, кольчуга, кожаные штаны со вставкам; красный, от крови богов, кушак — вот и все снаряжение генерала.

Он не взял плаща, потому что тот мог стеснить двежения. Не надел перчаток, потому что иначе хуже чувствовал свой меч. А вместо тяжелых сапог, надел простые с тонкой подошвой, чтобы «слышать» землю каждым шагом.

Мастер всегда говорил, что именно земля и окружающий мир должны стать его вторым оружием и…

Странно, опять дежавю.

— Хаджар, — напомнила Лэтэя. — солдаты ждут.

— Да.

Генерал сжал бока коня и выехал перед своей армией.

Отправить