Глава 1907

Хаджар привык к белоснежному настилу под ногами, так что когда подошвы его ботинок утонули в высокой траве, а над головой, внезапно, зашуршали кроны высоких лиственных деревьев незнакомой породы, то вкупе с щебетанием птиц и чем-то, напоминающим солнце, застывшим желтым диском на небосводе, затянутым лазурью генералу сперва показалось, что он вернулся обратно в Лидус.

Но это лишь обман.

Очередная иллюзия богов.

Приглядевшись, Хаджар заметил, как под его ногами между стеблей травы стелется все тот же облачный покров, а от деревьев и птиц не исходит ни малейшего ощущения присутствия жизни. Лишь потоки энергии Реки Мира, но немного иной, чем в стране Бессмертных. Там все, что окружало генерала, не просто было пропитано этой энергией, а буквально из неё и состояло. Здесь же…

Здесь, помимо невероятно плотной энергии, присутствовало и нечто иное. Нечто, что и заставило генерала на мгновение усомниться в том, что он все еще на Седьмом Небе. И это нечто — осколки реальности.

Как если бы кто-то взял все, что в его памяти осталось от мира смертных и слепил некое подобие просторное рощи. И даже утоптанная тропинка под ногами не более, чем компиляция чужих воспоминаний.

— Если постараешься, — Мидад сорвал травинку и начал жевать её. — то сможешь так же. Через пару тройку эпох, разумеется. И не в таких масштабах. Здесь, все же, усилия всей деревни.

Хаджар тоже наклонился и сорвал небольшой стебель. И если в Стране Бессмертных он ощущал, что держит в руках плотное скопление энергии Реки Мира, то здесь… это все равно, что после того, как всю жизнь любовался подлинником, вдруг прикоснуться к подделке.

Жалкой и безжизненной.

Отряхнувшись, Хаджар последовал за провожатым. Легионер рассказывал что-то еще. О том, как они все ждут Парад Демонов чтобы сразиться с Духами и Демонами и, может, немного продвинуться в осознании своего Закона.

— Законы ведь, — все не умолкал Мидад. — не имеют какой-то градации силы. Просто одни сильнее, а другие наоборот — слабее. Так что единственный способ выяснить, кто сильнее — сразится в поединки. И не спрашивай меня, почему у Законов нет четких границ силы. Я и сам, в свое время, измучил этим вопросом своего наставника, но тот не знал ответа. А делится догадками… за следующий век ты наслушаешься их вдоволь. Кстати, а какой закон у тебя?

Хаджар, едва заметно, положил ладонь ближе к рукояти Синего Клинка и промолчал. Делиться откровением о том, что он не обладал Законом, когда для успешного Вознесения наличие подобной силы являлось чуть ли не определяющим звеном, как-то не хотелось.

А врать было бессмысленно.

— А, да, — спохватился легионер. — прости… давно я не общался с кем-то из новеньких. Прости, что так грубо полез в твои личные дела. Разумеется, ты можешь не отвечать на этот вопрос.

Мидад немного поутих и оставшийся путь до деревни они проделали в тишине.

В какой-то момент они вышли на широкую опушку, ведущую к низине внутри широкого полевого луга, застывшего посреди океана облаков, виднеющегося вдали. Это, как если бы художник на холсте решил бы раскрасить лишь часть, а все оставшееся оставить в нетронутом, белоснежном виде.

Что же касательно домов, то большинство из них выглядели несколько странно. Вроде и правильные срубы, весьма просторные и богатые. Каждый из них мог бы с легкостью, в смертном мире, принадлежать главе не то что, деревни или поселка, а не очень крупного города.

Но при этом у каждого имелись детали, выдающие в них подделку. У кого-то отсутствовали сени, где-то вместо крыльца — что-то вроде каменной, дворцовой, лестницы; у некоторых вместо дымохода — замковый флюгер; а у других и вовсе перед домом наличествовал ров и самый настоящий барбакан, только миниатюрный.

Всего таких домов Хаджар насчитал порядка трех десятков. И каждый из них, без исключения, обладал либо с виду не сразу опознаваемым изъяном, либо какой-то деталью, резко выбивавшейся из общей антуража.

— Будь с ними поаккуратнее, — шепнул ему на ухо Мидад. — это одна из деревень Потерянных.

— Потерянные?

— Ага, — кивнул легионер. — те боги, которые потеряли смысл своего существования и доживают последние эпохи. Они не пытаются получить больше вишни и постепенно уходят в небытие.

— И много таких деревень?

Мидад сплюнул разжеванную травинку и вытер руки и край плаща.

— Не очень, — ответил он. — Три, может четыре. Не больше. Ну и Потерянных в них порядка сотни. Правда, конечно, когда кто-то из них уходит в Вечность, вскоре приходит новый доживать свое время.

Хаджар, опять же, не был удивлен. С подобным он встречался повсеместно на Пути Развития. Рано или поздно из числа бесчисленного множества рвущихся к вершине всегда находился тот, кто не оступился и не сорвался вниз, проиграв в битве со смертью, но вместо этого он лишь терял смысл, а вместе с ним и волю идти дальше.

Такие встречались и среди простых практикующих, и среди адептов вместе с Бессмертными. Боги, как оказывается, тоже не были исключением.

— И даже деревню поддерживает только старейшина. Без него здесь все бы снова стало облаками, — Мидад нагнулся, пронзил рукой травяной покров и зачерпнул немного белоснежных лоскутов.

Мгновение и на его ладони появился маленькое создание, чем-то напоминающее одновременно ласточку и снегиря. А еще спустя мгновение птица растеклась облачными перьями и вернулась обратно в настил.

— Одно дело создать что-то, — продолжил легионер. — а совсем другое — удерживать. Без силы и воли — это невозможно. Так что такие деревни существуют только за счет своих старейшин.

— Он тоже Потерянный?

— Нет конечно, — покачал головой Мидад. — Я же сказал — Потерянные просто доживают свой безумно длинный срок. Они бы, если бы не старейшины, валялись бы прямо посреди городов, но вместо этого их отводят в такие вот места, где старейшины заботятся о них и позволяют уйти в Вечность тихо и без мучений.

Хаджар мысленно добавил, что, скорее, без того, чтобы отвлекать других богов от дел насущных. Но после оговорки Мидада его заинтересовал совсем другой вопрос.

— И много городов на Седьмом Небе?

— Четыре, — сходу ответил легионер. — Здесь неподалеку Изумрудный. Мы, собственно, с еще двумя легионами, как раз к нему приписаны. Потом, чуть дальше, Рубиновый. Там, в основном, ремесленники и ученые. А затем Хрустальный, но это не город, а, скорее, обобщающее название для десятков дворцов Изначальных. Ну и, разумеется, в центре Седьмого Неба, Яшмовый город. Сам понимаешь, кто там живет и что там находится.

Хаджар кивнул.

— Пойдем, — махнул рукой Мидад. — познакомлю со старейшиной.

Отправить