Глава 1680

— И что мы здесь делаем, варвар?

Хаджар очнулся. Он стоял посреди широкого коридора. Руки — по локоть в крови, меч из синего окрасился в багрянец. У его ног лежало трое рассеченных эльфов, а сколько было тел позади — генерал даже не брался считать.

— Что…

— Это я хотел спросить у тебя — что, ко всем демонам, случилось? — Шакх вытер сабли о лежавшие на полу тела. — После того, как ты вынес терной ворота, то, словно слепой демон, помчался прямо сюда, по дороге успевая кромсать всех, кто попадался под руку.

Хаджар посмотрел за окно.

Сумерки окрасились огнем пылающего замка. Требушеты, подойдя едва не вплотную к замковой стене, обрушивали огненные камни на оборонявшихся. Армия морем встала у подножия, постепенно стекаясь внутрь через узкое горлышко ворот.

Стены пылали. Несколько башен бесконечными порталами впускали на парапеты все новых и новых нападающих. Эльфы кричали и бились насмерть, но их только она и ждала — смерть.

Замок пал. В клубах черного дыма, пылающий рыжим пламенем, он доживал свои последние часы.

 — Еще раз спрошу — что с тобой случилось? — прищурился Шакх. — Просто это мне пришлось прикрывать твою безумную задницу, пока ты тут скакал как пустынный кролик.

— Не знаю, — прошептал Хаджар, а потом вспомнил про цветок вишни, лежащий у него за пазухой. — но догадываюсь…

— Ну так может посвятишь меня в свои догадки? Мы тут, если ты не в курсе, в восточном крыле жилой части замка. И пропускаем все исторические события, которые должны произойти в западной. Там, в скором времени, Король должен казн…

— Замочи, — перебил Шакха Хаджар. Он смотрел на дверь, ведущую в покои, около которой и пришел в сознание.

Уже зная, что будет по ту сторону, он легким толчком ладони распахнул двери.

Что-то холодное, маленькое и острое вонзилось ему в правое бедро. Шакх замахнулся было саблями, но Хаджар накрыл собой маленькое, испуганное создание. Хотя, стоит отметить, не такое маленькое, как спустя сотни эпох.

Хаджар, будучи весьма старым, по меркам смертных, человеком, не видел в своей жизни ребенка, который был бы красивее этой маленькой девочки. Как фарфоровая кукла, с белоснежной, без единого изъяна, кожей. Прекрасными волосами цвета белого золота, румяными щеками, маленьким, хрупким носиком и чарующими, огромными зелеными глазами.

Она была одета в ночную рубашку, а на голове лежал мерцающий венок из волшебных цветов. Над ним порхало несколько изумрудных бабочек.

 — Здравствуй, Фрея, — улыбнулся Хаджар и прикрыл полой плаща клинок, всаженный в ногу. Он не хотел напугать ребенка фонтаном крови.

Его одежды вновь превратились в простые кожаные доспехи и серый плащ поверх них.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — спросила девочка-фея.

— Это очень долгая история, — даже не соврал Хаджар. — но если коротко — твоя мама попросила за тобой присмотреть.

— Мама? — страха в глазах ребенка резко поубавилось, но он не исчез полностью.

— Проклятье, варвар! — воскликнула появившийся из-за спины Шакх и юная Фрея спряталась за спиной Хаджара. — Пока я тут пытаюсь вытащить наши задницы, ты успел заключить сделка с королевой местных фейри? Вечерние Звезды, за сотню лет ты никак не изменился?! Ты ведь понимаешь, что вот прямо сейчас её родителей казня…

— Замолчи! — выкрикнул Хаджар, но было поздно.

Девочка выскользнула из-за его спины и, взмахнув крыльями, полетела по коридору прямо к западному крылу.

— Высокое Небо, Шакх…

Все частички головоломки встали на свои места.

* * *

— Держите девчонку! — скомандовал Король.

Фрея, вырываясь, плача, что-то кричала, но её крепко держали старшие офицеры Его Величества. Хаджар и Шакх, стоя за их спинами, не могли даже пошевелиться. Их крепко держали волшебные путы самодовольно ухмыляющегося Горшечника.

Только в тот момент, когда Фрея ускользнула из их рук, Хаджар все понял. Понял, что вовсе не Горшечник призвал их в это время. Вовсе не он стал причиной, почему в Книге Тысяче оказалась запись о Пустынном Мираже и Ветре Северных Долин.

Все дело в ней.

Сидящая на коленях, под скрещенными клинками воинов, застыла неподвижная королева Эглхен. Пусть и королева, но… мать. И как любая мать, все, чего она желала в момент опасности — чтобы выжило и спаслось её дитя. И это желание оказалось столь сильно и глубоко, что смогло проникнуть сквозь время и пространство.

— Князь Радужных Фей! — теперь Хаджар мог рассмотреть Короля Прошлого во всей красе и, признаться, в нем не было ни единого сходства с Шенси. Пусть Хаджар и не видел лица правителя, но одного только роста и размаха плеч хватало, чтобы отбросить все неуместные подозрения.

Высоченный, больше двух метров, гигант. У его бедра на цепях висели ножны с тяжелым двуручником, который, на фоне Короля, выглядел простым полуторником. Сам же воин — закованный в глухие доспехи с острыми шипами и хищного вида пластинами в сочленениях. На голове покатый шлем без украшений, но с низким, литым забралом. За спиной стальной воротник, из которого струился белый плащ-шкура.

  Перед ним, так же, как и жена — на коленях сидел князь эльфов. Избитый, раздетый, с переломленными руками и залитый кровью.

— Я просил тебя о помощи, когда мои люди голодали, когда случился неурожай, — короля обнажил клинок. Фрея плакала и пыталась вырваться из рук державших её воинов, но не могла. — Я просил тебя о помощи, когда простым крестьянам требовалось укрытие во время войны. Я просил тебя о помощи, когда наши реки отравила неизвестная хворь. Я просил тебя о помощи столько раз, что уже и не упомнить. И знаешь каков был твой неизменный ответ?

Князь поднял взгляд изумрудных глаз на Короля, но вместо ответа лишь самодовольно усмехнулся.

— Нет, проклятый ты черв…

Его голова покатилась по полу, а корона, звеня, отскочила под ноги королевы.

— Зато помню я, — закончил Король, вернувший меч обратно в ножны. — А теперь ты — Эглхен.

Король направился к пленной, а Хаджар уже знал, что произойдет дальше.

— Перед тем, как ты отправишься следом за своим мужем, я, пожалуй, загляну под эту вуаль, — король откинул прозрачную ткань и застыл. — Любимая? Ты ли это? Но как… я думал ты погибла… неужели… неужели этот нелюдь держал тебя здесь взаперти и… Нет. Это все неважно. Теперь ты снова здесь. Снова рядом. Я снова могу тебя обнять.

Он потянулся к королеве чтобы прижать её к себе. Королеве, только этого и ждущей. Хаджар успел заметить, как ловко оно перекатывала во рту острое лезвие. Вот только её планам не суждено было сбыться.

— Мама!

Фрея все же смогла врываться из хватки воинов. С юных лет она уже была воительницей. И, схватив с пола первое, что попалось ей под руку — корону собственного отца, вонзила её зубцы в шею Королю.

— Маленькая дрянь! — отмахнулся Король и Фрея, куклой, отлетела на кровать. Воин поднялся, обнажил меч и замахнулся. — Поганое отродье фей!

Эглхен, неспособная и пошевелиться, закричала:

— Хаджар Дархан!

И Хаджар Дархан сбросил оковы Горшечника. Не потому, что у него появились на это силы, а потому, что так должно было произойти и так уже происходило. Его Синий Клинок срубил головы двух стражников, и высвобожденная Эглхен начала что-то петь.

— Нет! — выкрикнул Горшечник.

Хаджар же, схватив Фрею, вместе с ней бросился из окна башни.

* * *

— Неплохое появление, брат мой.

Хаджар моргнул глазами. Он стоял на границе разлома внутри пространства. Огромного шрама, протянувшегося по воздуху. Излучая радужную ауру, он застыл, открывая вид на мост сквозь озера хаоса и застывшего на этом мосту, ничего не понимающего Шакха.

Сам же Хаджар оказался прямо рядом с телом великого духа Кенатаина. Тот постепенно превращался в камень и лишь взгляд пока еще ясных глаз свидетельствовал об остатках жизни.

Элегор Горенед держал клинок обнаженным около горла Хаджара, но тот не обращал внимания на фанатика.

— Ты справился, мой юный друг, — прозвучал голос духа в его голове. — ты спас ту девочку, будущую королеву-воительницу… Мне больше нравится её другое имя… Мавери… Эшу было бы без неё плохо… спасибо…

И дух окончательно превратился в спящее каменное изваяние, оставив Хаджара один на один с Горенедом и его армией фанатиков.

Отправить