Глава 18
Горгоново безумие! Она же сейчас сожрёт меня!
Так-так, что же делать? У меня с собой пилюли-ловушки, зелье «Исцеления», охотничий нож и револьвер. Правда, нож и револьвер лежат в рюкзаке, а пантера с огромной скоростью летит прямо на меня, не оставляя шанса выжить… Ну что ж, пришло время воспользоваться умениями из прошлой жизни.
Я приготовился, глядя в приближающиеся жёлтые хищные глаза, и в последний момент дернулся в сторону. Пантера проскочила мимо, но вовремя среагировала и не влетела в дерево, а вновь бросилась за мной. Я же, не теряя времени, ринулся в лес, резко меняя направление и на ходу расстёгивая рюкзак.
Револьверу я не доверял, а вот ножу вполне. Благо имелся большой опыт владения им в прошлой жизни. Острое лезвие никогда меня не подводило и становилось продолжением руки.
Свернув в очередной густой кустарник, я пригнулся к земле и приготовился. Пантера не заставила себя ждать, через пару секунд оказалась рядом, но не сразу увидела меня. Этой заминки хватило.
Я прыгнул ей на спину и вонзил нож между лопаток. Хищница взревела и попыталась сбросить меня, но я крепко держался за рукоять ножа и сжимал ногами её тело. Не так-то легко от меня избавиться, хотя пантера была в два раза больше обычной. А всё благодаря Эдику, который даже в сорок лет держал своё тело в отличном состоянии.
Я решил, что обязательно приготовлю ему какое-нибудь полезное снадобье, но только после того, как он выпьет зелье, стирающее кратковременную память. Только так он не удивится, когда ему будут напоминать о сегодняшнем рейде. Свалит всё на потерю памяти.
Пантера ревела и металась по густым зарослям, пока я наконец не изловчился вытащить нож и воткнуть ей за ухом. Она дёрнулась и, обмякнув, замертво свалилась на землю. Я в последний момент успел отпрыгнуть в сторону, чтобы не оказаться придавленным.
В своих зельях и эликсирах мне частенько приходилось использовать внутренности зверей, поэтому я умел убивать одним ударом. Правда для этого требовалась хорошая сноровка и быстрая реакция, поэтому я частенько катался на тех, кого потом разделывал.
Вот и сейчас я решил, что не следует пропадать добру, поэтому занялся разделкой. Однако не успел спустить лишнюю кровь, как услышал вдали крик Вани.
— Саша, ты где⁈ СА-ША!
Какого дьявола он зовёт меня настоящим именем⁈ Он же выдаст меня!
Я поспешил к нему навстречу. Когда впереди показался встревоженный друг, я махнул ему рукой.
— Иди сюда!
— Куда ты пропал⁈ — возмутился он и пошёл навстречу, опасливо поглядывая по сторонам и сжимая в руках карабин. — Я же сказал не отходить от отряда!
— Я не виноват. На меня напала пантера.
— Ага, так я тебе и поверил, — недоверчиво посмотрел он на меня. — Если бы на тебя напала пантера, ты бы здесь не стоял.
— Не хочешь — не верь, — пожал я плечами и снова двинулся вглубь леса.
— Куда это ты собрался?
— Нужно доделать начатое. Жалко, если столько добра пропадёт.
Мы дошли до туши, и друг удивлённо уставился на меня.
— Это ещё что такое? — выдавил он, ткнув пальцем в мёртвую хищницу.
— Пантера. Сам не видишь, что ли? — я склонился над тушей с ножом в руке.
— Но… как ты убил её?
— Вот этим ножом. Не стой, помогай, — велел я.
— Не ожидал от тебя такого, — изумленно уставился он на меня, — раньше таких талантов я что-то у тебя не замечал.
— Пантер не было, — улыбнулся я и подмигнул ему. — Я тебя ещё не раз удивлю.
— Да уж… Но всё же, как? — он никак не мог поверить, хотя видел на пантере смертельную рану.
— Просто надо знать строение тела животных. Тогда будешь также легко расправляться с ними.
— Удивил, конечно… Впрочем, в последнее время ты делаешь это довольно часто.
Ваня опустился рядом и под моим чутким руководством помог мне снять шкуру. Внутренности я ему не доверил и справился сам.
Вдвоём мы гораздо быстрее справились, и я отдал шкуру Ване, а себе забрал внутренности зверя, которые пригодятся для создания сложный зелий. Правда, мы немного подзадержались из-за того, что на запах крови сначала налетели зелёные мухи размером со шмеля, а затем прибежал громадный шакал, но Ванин карабин и мой револьвер отогнали непрошенного гостя.
— Нужно возвращаться к отряду, — сказал Ваня, когда скрутил шкуру, перевязал верёвкой и прикрепил к своему рюкзаку.
— Хорошо, но мне нужно собрать образцы.
Пока возвращались к скале, я срывал и складывал в рюкзак листья, ягоды, семена и орехи всех растений, попадающихся на пути. Несколько раз я пробовал листья на вкус, пытаясь хоть так определить свойства растений, но всё было тщетно. Осталось только надеяться, что, когда эффект зелья пропадёт, моя способность вернётся.
Вскоре мы дошли до скалы и сразу за ней увидели пещеру, уходящую вниз под землю. Возле пещеры лежало несколько обгоревших тел грызунов размером с упитанного хряка и с острыми жёлтыми резцами. От них воняло палённой шерстью.
— Внутри ещё десяток таких уродцев, — сказал Ваня. — Долго возиться не пришлось. Никита Костов — маг огня, как и Эдик. Он просто пустил в пещеру огненный вихрь. В лесу их магия опасна — может вызвать пожар, а вот пещеры они зачищают хорошо.
Я обратился к своему источнику и подумал, что с моим уровнем маны Эдик не смог бы создать даже обычный огненный шар.
Мы зашли в пещеру. Света было достаточно благодаря светящемуся белому мху, покрывающему пол и стены. Я, конечно же, засунул в рюкзак пучок такого мха.
Вскоре послышались голоса, и за поворотом я увидел охотников, выковыривающих из стены зелёные камни. Они аккуратно складывали их в контейнеры с отсеками. Увидев нас, дядя Коля нахмурился.
— Где вы ходите⁈ Мы здесь по делу, а не на прогулке!
— Эдик пантеру убил, — ответил Ваня.
— Надо же… — покачал он головой, осматривая шкуру поверженного зверя. — Значит не так уж и ослаб, коли такую зверюгу завалил. Молодец! Тогда, Эдик, ты стой на входе. Если что-то увидишь, сразу кричи. А ты Ваня, приступай к работе.
Мы с Ваней переглянулись и я, прихватив один камень с пола и засунув его в карман, вернулся к выходу. Меня это очень даже устраивало. Пока охотники занимаются кристаллами, я соберу побольше образцов. Но, понятное дело, осторожно и не отходя далеко от входа в пещеру. Всё же поручение мне дали серьёзное.
Однако не успел я отойти от пещеры даже на несколько шагов, как увидел жёлтую змею длиной метров пять, не меньше. Она выползла из кустов и, высовывая ярко-красный раздвоенный язык, ползла к трупам грызунов.
На этот раз я решил воспользоваться револьвером и одним выстрелом прострелил ей голову. Предупредив охотников в пещере явно встревоженных выстрелом, что все нормально, вернулся к змее, забрал ядовитые железы, печень и снял кожу. Всё это может пригодиться в будущем, поэтому нужно будет позаботиться о сохранности.
Пока я возился со змеёй, охотники заполнили контейнеры и вышли из пещеры. Командир отряда велел змею и грызунов загрузить в кузов грузовика, а также найти и притащить пантеру, но как оказалось, от неё остались лишь ошмётки. Кто-то очень большой съел её с вместе костями.
Когда мы двинулись в обратный путь, водитель грузовика — тот самый Никита Костров, который поджарил грызунов, резко остановился и указал в небо.
— Стервятник! Приготовиться!
Ваня распахнул дверь кабины, спрыгнул на землю и прокричал магам, сидящим в кузове.
— Готовьте пулемёт! Сюда летит стервятник!
Вездеход, едущий впереди, тоже остановился, и мужчины подбежали к грузовику. Я же не понимал, отчего все так встревожились. Высоко в небе, прямо под куполом, неспешно летела птица. Да, она была просто гигантская, даже больше того тетерева, которого я видел, когда подходил к стене, но она не выказывала никакой враждебности и будто совсем нас не замечала.
Чтобы не привлекать лишнее внимание, я тоже вышел из кабины грузовика и встал рядом с магами, напряжённо наблюдающими за птицей. Я хотел сказать, что мы бы уже за это время успели добраться до ворот, как вдруг птица сложила крылья и камнем бросилась вниз, явно направляясь к нам.
Послышались выстрелы. Никита Костров запустил в птицу огненным копьём, а Ваня и дядя Коля отправили ей навстречу воздушные лезвия. Птица пронзительно закричала, когда копьё угодило ей в грудь, и на землю полетели перья. Резко распахнув крылья, она попыталась уйти от атаки, но тут до неё добрались воздушные лезвия и искромсали одно крыло.
Однако это будто только разозлило её, поэтому тварь вновь издала пронзительный крик и, выставив клюв, снова ринулась на нас.
— Эдик, ты чего стоишь⁈ — закричал командир отряда, вновь создавая воздушные лезвия.
Мне ничего не оставалось, как попробовать использовать на деле способность Эдика. Я вытянул руку и отправил в неё ману. В середине ладони начало теплеть, и следом появилось небольшое пляшущее пламя. Ого! Мне ещё не доводилось превращаться в мага огня, только в тролля, в чёрного рыцаря, в служанку герцогини-убийцы и в различных животных и тварей.
Ну что ж, это даже интересно. Усилием воли я создал огненный шар и запустил в птицу. Шар ударился о серо-коричневые перья и разлетелся на искры. Однако мутант даже не заметил его. Я запустил следующим шаром, но на этот раз он даже не долетел стервятника и рассыпался прямо на лету. Кислота раствори это ограничение на ману!
Чтобы хоть как-то помочь охотникам, я вытащил револьвер и выпустил в птицу несколько патронов. Правда, и от него толку мало. Ведь даже пулемёт не мог пробить защиту из усиленных маной перьев. Теперь я понял, почему они так всполошились. Эту бестию не так-то легко победить.
В это время Ваня с дядей создали мощный порыв ветра, который откинул птицу в сторону, а Никита запустил ещё одно копьё и угодил ей в грудь в то самое место, где часть перьев уже отсутствовала. Птица закричала, но снова ринулась на нас. У меня оставался последний патрон, поэтому я прицелился прямо в распахнутый клюв кричащего стервятника и нажал на курок. Мутант-переросток дёрнулся и с треском свалился в лес. Все с облегчением выдохнули, но ненадолго.
Дядя Коля сердито зыркнул на меня.
— Какого хрена ты делал? На кой-чёрт с пукалкой пошёл на Стервятника?
— Но именно «пукалка» его и убила, — ответил я, выдержав его взгляд.
В разговор вмешался Ваня.
— Эдик жаловался, что всё ещё слаб после травмы, — он многозначительно посмотрел на меня.
— Да, виноват. Думал, что готов, но ошибся, — кивнул я.
Дядя Коля шумно выдохнул и махнул остальным рукой.
— По коням! С птицей завтра разберёмся. Всё равно для добычи места не осталось, кузов почти полный.
Едва мы с Ваней и Никитой забрались в кабину грузовика, как я почувствовал покалывание во всём теле. Горгоново безумие! Это проклятое зелье перестаёт действовать!
— Я превращаюсь, — шепнул я Ване и показал руку, которая на глазах менялась.
— Сейчас? — ужаснулся он. — Рано.
— Процесс не остановить, — мотнул я головой.
— О чём вы там шепчетесь? — спросил Никита, бросая на нас заинтересованный взгляд.
— Эдик ещё от травмы не отошёл. Отвезу его сразу в лечебницу, — пояснил Ваня.
Я же молчал, ведь стал уже самим собой, а значит, голос тоже изменился. Всё-таки хорошо, что мы в масках и в защитном снаряжении, поэтому Никита ничего не заметил.
Вскоре мы выехали из ворот и остановились у поста охраны. Ваня сказал дяде, что отвезёт меня в лечебницу, и мы забрались в его машину, где я с облегчением снял маску.
Когда мы отъехали от анобласти, я первым делом распахнул клапан рюкзака и с наслаждением втянул носом. Разнообразие эфиров защекотало нос, рассказывая о свойствах манаросов и маназверей.
Ваня подвёз меня прямо к складу, чтобы я не попался с полным рюкзаком «запрещёнки». Я поблагодарил его за помощь и сказал, что у него в долгу, но он лишь отмахнулся, сказав, что это он был мне должен после той истории с ядом.
Оставив рюкзак в холодильном шкафу, я пошёл в лавку. В ней никого не было, кроме деда.
Старик Филатов быстро закрыл дверь изнутри, бросился ко мне и взволнованно чуть ли не ощупал всего с ног до головы. Лишь после этого он успокоился.
— Цел! Слава богам! Ну, как всё прошло?
— Всё хорошо. Правда, зелье перестало действовать раньше, чем я ожидал, — пожаловался ему.
Дед встревоженно уставился на меня.
— Никто ничего не заметил, — успокоил я его. — Открывай лавку! Потом поговорим.
— И то верно, — вздохнул тот и пошел открывать дверь, в которую уже стучались.
Я встал за прилавок. После того как очередные покупатели ушли, унося с собой острую ароматную приправу для запекания курицы, на прилавке завибрировал телефон деда.
— Это Женька. Он уже два раза звонил. Ответь ему, — сказал он.
Я взял телефон и пошёл в подсобку.
— Слушаю.
— Саша, это ты? — я узнал голос бывшего советника императора.
— Да, Евгений Фёдорович.
— Я всё вижу! Зрение вернулось! — радостно воскликнул он. — Твоё лекарство помогло! Я так тебе благодарен! Проси всё что хочешь. У меня есть кое-какие сбережения, поэтому…
— Нет-нет, деньги мне не нужны. Я хочу попросить об услуге.
— Конечно! Сделаю всё, что смогу, — с готовностью ответил он.
— Узнайте, что именно лекари наговорили про отца. Чтобы опровергнуть их ложь, я должен знать, о чём шёл разговор.
— Хм, есть у меня один должник лекарь, — задумчиво проговорил бывший советник. — Возможно, мне удастся узнать подробности.
Мы попрощались, я сбросил звонок и вернулся к прилавку. Был уже вечер, но поток покупателей не убывал. Большинство людей брали те самые сборы, перечень которых я расширил, и теперь можно было купить состав от подагры, кровоточивости дёсен, повышенной кислотности желудочного сока и других напастей.
Мне не терпелось вернуться в лабораторию и изучить то, что удалось собрать в анобласти, но я решил сначала помочь деду, который весь день работал один. За полчаса до закрытия в лавку зашла Огнева с мужчиной. Мужчина был среднего роста, среднего телосложения с совершенно обыкновенным, ничем не примечательным лицом.
— Здравствуйте, Григорий Афанасьевич, — мужчина протянул руку деду и кивнул мне.
— Здравствуй, Максим, — тот пожал его руку и кивнул торговке.
— Мы к вашему внуку, — продолжал мужчина и показал на коричневый чемодан в руке. — Нотариус всё подготовил.
— Хорошо. Идите за мной, — сказал я, показавшись из-за полок.
Мы прошли внутрь лавки и, пока супруги настороженно смотрели на меня, я изучал договор. В принципе мне всё понравилось, но я не нашёл одного пункта, поэтому внёс его на полях и дал подписать Максиму Огневу, а затем расписался сам.
В этом пункте говорилось, что всё, что они изготовляют, сначала я должен испытать на себе и только после этого дать разрешение на производство и продажу.
После того, как с бумажной волокитой было покончено, я написал пять рецептов косметических средств и протянул Максиму.
— Сделайте пока эти и принесите мне на пробу.
— Но… вы сами будете испытывать средство от нежелательных волос и лосьон от бородавок? — с сомнением спросил он.
— Да, именно так. Иначе как я могу гарантировать, что они сработают? Если бы эти средства изготовил я собственноручно, то был бы уверен в их качестве. Но, так как это будете делать вы, то лучше проконтролировать, — строго сказал я.
— Я понял. Когда будет готово, свяжусь с вами.
Мы попрощались, и супруги ушли. Я помог деду прибрать лавку и пошёл в свою лабораторию. Однако, когда проходил мимо бараков, заметил неряшливо одетого мужчину в грязной поношенной одежде. Типичный бродяга, но взгляд… Снова этот внимательный изучающий взгляд.
Я хотел подойти к нему, но бродяга быстро скрылся в одном из бараков. На всякий случай я поплутал между складов, прежде чем подошёл к своему.
Запершись в лаборатории, я вытащил рюкзак из холодильной камеры и принялся внимательно изучать каждый листик, каждую ягоду. Мне не нужно было записывать их свойства. Достаточно вдохнуть эфир, чтобы он навсегда запечатлелся в моей голове и с лёгкостью восстанавливался в памяти, как только я создавал очередное зелье.
С помощью своей способности во время инициации следующего алхимика, я передам ему все эти знания…
После того как изучил собранные растения, создал специальный раствор и погрузил в него внутренности маназверей. Таким образом они сохранят свои свойства и не испортятся.
Вообще я был очень доволен тем, что нашел в анобласти. В манаросах были почти все нужные мне свойства, но я взял лишь по небольшому образцу, поэтому мне во что бы то ни стало нужно получить разрешение на вход в анобласть. Единственная возможность это сделать — договориться с отцом Вани, ведь именно он отвечает за эту аномалию.
Я позвонил Ване, и тот сказал, что отец уже вернулся из командировки, и они готовятся к ужину.
— Отлично! Я сейчас к вам приеду, — оживился я и вышел из лаборатории.
— Зачем? Что ты снова задумал? — напрягся он.
— Хочу получить разрешение на вход в аномальную область.
— Бесполезно. Отец на это никогда не пойдёт.
— Ну это мы ещё посмотрим.
Через двадцать минут я уже поднимался по высокому крыльцу особняка к двери, где меня ждал Ваня.
— Я сказал отцу, что ты хочешь с ним поговорить. Он ждёт тебя в кабинете, — сообщил он мне.
— Хорошо.
Мы прошли в кабинет, где за громоздким столом из красного дерева сидел представительного вида мужчина в очках и в дорогом деловом костюме. Из воспоминаний Шурика я знал, как выглядит отец Вани, поэтому подошёл и протянул руку.
Мы поздоровались, и князь указал мне на кресло напротив себя.
— Давно не виделись. Как Григорий Афанасьевич поживает? Как твоя матушка? — спросил он, снял очки и потёр уставшие глаза.
— Всё хорошо. Все живы-здоровы, — я опустился куда было указано, а Ваня встал у камина, прислушиваясь к нашему разговору.
— А ты изменился. Возмужал, — он окинул меня изучающим взглядом. — Ваня сказал, что ты хочешь поговорить со мной.
— Да. Владислав Андреевич, разрешите мне заходить в анобласть.
Савельев удивлённо приподнял бровь.
— Ты же знаешь, что это невозможно. Там очень опасно. Ваня наверняка рассказывал тебе о том, что там видел.
— Я знаю, что там опасно. Но будьте уверены, я смогу защитить себя, — твёрдо заявил я.
— Хм, каким это образом?
— Возьмите меня с собой в рейд и сами всё увидите.
— Нет. Если с тобой что-нибудь случится, то ответственность будет на мне. Я не могу рисковать твоей жизнью и своей репутацией.
— Хочу вам кое-что продемонстрировать, — я поднялся с кресла, встал напротив камина и вытащил из кармана несколько пробирок. — Ваня, отойди подальше. Не хочу, чтобы ты пострадал.
— Что ты задумал? — вполголоса спросил Ваня, но от камина отошёл. Он уже понял, что от меня можно ожидать чего угодно.
— Сейчас увидишь, — улыбнулся я и запустил в холодный камин пробирку с янтарной жидкостью.
Ударившись о кирпичи, пробирка со звоном разлетелась, и в ту же секунду вспыхнуло яркое пламя, от которого в комнату хлынул сильный жар. Его почувствовал даже князь, сидящий за столом в пяти метрах от камина.
— Саша, что это такое? — заинтересовался он, встал из-за стола и подошёл ко мне.
— Это зелье «Пирсида». Пламя держится до двух минут и горит даже на воде. От хищника останется лишь пепел. Но и это ещё не всё, — я бросил в камин следующую пробирку с синей мерцающей жидкостью.
Зелье тут же погасило огонь, и камин внутри покрылся толстым слоем инея, который распространялся всё дальше и дальше, пока не выполз в комнату и не накрыл журнальный столик и кресло-качалку с пледом. Температура в комнате тут же упала.
— Ух ты… впечатляет, — с восхищением посмотрел на меня Ваня и зябко поёжился.
— Остальное я могу продемонстрировать только на живом существе. Вот это зелье называется «Оковы», — я показал Владиславу Андреевичу оставшиеся две пробирки. Одну с мутной серебристой жидкостью, а вторую с почти прозрачной с зелёными крапинками. — Оно обездвиживает и может даже убить, если доберется до сердца. А второе — сильнейший яд, вызывающий разрыв внутренних органов. Теперь вы понимаете, что я смогу себя защитить? — я выжидательно уставился на князя.
— Но как… как ты смог сделать всё это? — спросил изумлённый Савельев.
— Неважно, — отмахнулся я. — Ну так что? Разрешите заходить в анобласть?
Прошло несколько минут, прежде чем старший Савельев ответил:
— Хорошо. Завтра мы с Колей и Ваней идём за Стервятником, которого они сегодня завалили. Пойдёшь с нами, но будешь делать то, что я говорю. Никакой самодеятельности. Понял?
— Понял. Спасибо, Владислав Андреевич. Увидимся завтра, — я встал и вышел из кабинета.
