Среди иностранных связей декабристов (если не считать балов, знакомых послов и смешанных браков) можно условно назвать Императорскую Российско-Американскую торговую компанию, учрежденную еще при Павле I и принадлежащую России. Одним из ее активных руководителей (можно сказать символом) был легендарный граф Резанов, уплывший в Америку на кораблях «Юнона» и «Авось». А вот спустя годы одним из главных по своему значению декабристов был отставной офицер и поэт Кондратий Рылеев.

Рылеев считал, что именно Америка должна стать образцом грядущего преобразования новой России, а в случае успешного переворота предлагал отправить всю «бывшую» царскую фамилию в Форт-Росс, российскую колонию на американском берегу Тихого океана. Попутно планировалось развивать торговые связей между Россией и США, и осваивать Дальний Восток.

Рылеев весной 1824 года получил должность правителя канцелярии главного правления, после чего в доме правления на Мойке, 72, получил квартиру. В этом же доме жил декабрист А. А. Бестужев.

Декабристы называли квартиру Рылеева «сборным местом наших совещаний», в гости к нему заходили многие будущие участники восстания, причем некоторых из них он устраивал на работу. Так, Г. С. Батеньков получил за несколько дней до восстания предложение занять место управляющего русскими колониями в Северной Америке. Также предлагались должности В. И. Штейнгелю и Д. И. Завалишину, намеченному компанией на должность правителя колонии Форт-Росс, и Н. А. Бестужеву и Е. П. Оболенскому.

На службу компании пытались перейти декабристы А. П. Арбузов, братья А. П. и П. П. Беляевы, М. К. Кюхельбекер.

В июне 1825 года в числе акционеров компании были будущие декабристы К. Ф. Рылеев, Д. И. Завалишин, В. И. Штейнгель, каждый из которых имел по пакету из 10 акций, дававшему право голоса на собраниях акционеров. Правом голосовать обладали 180 человек из 650 акционеров компании, поэтому полностью взять под свой контроль компанию декабристы не могли. Впрочем, как и получить в компании средства для полного финансирования своих планов по изменению государственного строя в стране.

Зато с Российско-Американской компанией (в которой не было ни одного американца) связан известный исторический анекдот. Литератор О. М. Сомов занимал должность столоначальника главного правления этого предприятия. После восстания 14 декабря он был арестован по подозрению в причастности к тайному обществу. Император спросил его, где тот служит, Сомов ответил, что в Российско-Американской компании. Николай Павлович язвительно заметил: «Хороша собралась у вас там компания!». Тем не менее ни один декабрист не дал показаний против Сомова, и он был оправдан.

Мифы о декабристах на протяжении почти двух столетий возникали согласно тем тенденциям, которые были востребованы «здесь и сейчас». А как могло быть иначе? Образы героев, «рыцарей без страха и упрека», трансформировались в образы запутавшихся в масонских путах людей, не представляющих последствия своих действий. Декабристы были так разнообразны по своему составу и свойствам личности, что для романов и пьес, конспирологических теорий, а тем более кинофильмов и сериалов можно было выбрать то, что в данный момент казалось и считалось актуальным. Мифы о декабристах успешно пережили как самих декабристов, так их реальные воспоминания.