Глава 4
Сын степей
Секретная лаборатория в Дикой Зоне.
Ближе к Монголии.
Славный воин степи, Солмон Архекбояр спокойно сидел на вершине бархана и пил свой любимый кумыс. Прошло совсем немного времени с тех пор, как его направили на эту точку. Для всех, кто служит в объединенной Монгольской армии великого Хана, это большая честь и признание заслуг.
Он смог получить ранг Высший Архимаг, чем был очень горд, как и вся его многочисленная семья. Не в каждом роду появляется такой сильный воин, и Солмон был именно таким.
Сюда же его отправили защищать самую секретную лабораторию, которая разрабатывает передовые устройства, способные перевесить весы и могущества на сторону Хана, и Монголию вновь начнут уважать!
Сейчас же у Солмона был небольшой перерыв. Он вышел на бархан, чтобы подышать свежим воздухом и насладиться небом.
Все же лаборатория располагалась глубоко под землей, и снаружи находился большой купол выхода, да шатер Мага Высших сил.
Этот человек был подобен богу во плоти, о нем слагали легенды. Именно Хан назначил его сюда, чтобы охранять самый важный объект.
Для всех, кто работал в сфере истребителей, понимали, какая честь просто увидеть Мага Высших сил хотя бы одним глазком. А тут целый один! И прямо под рукой.
— Сегодня спокойно, — раздался голос за спиной Солмона.
Это один из ученых, который трудился в недрах секретной лаборатории.
— Привет, Донравын, у тебя что, перерыв? — поинтересовался маг.
— Ага, — кивнул тот и закурил.
Оба сидели молча на песке и смотрели вдаль. На горизонте, глубже в Дикой Зоне виднелась песчаная буря.
— Эх, красиво, — вздохнул ученый Донравын, выдыхая клубы ароматного дыма.
— Да… — согласился Солмон. — Смертельная красота. Внутри бури наверняка куча монстров. Очень опасное явление, но сука, красивое.
Но их идиллию нарушила тревога.
Оба переглянулись и поняли, что это нихрена не учебная. Ученый быстро ринулся внутрь, а Солмон забежал в оружейную, где уже снаряжался отряд первого реагирования.
Протоколы защиты просты и в тоже время очень эффективны. Тревога предупреждала о надвигающемся враге, а не о монстрах. Это спланированное нападение.
Разумеется, это могла быть только Российская империя. Но как они узнали про лабораторию? Не было никаких причин! Вообще ничего! Даже разведка показывала, что маги-истребители с противоположной стороны и близко не заходили сюда.
Вот только в Дикой Зоне все международные правила не действовали.
— Что там? — спросил Солмон командира первой группы.
— Не знаю, — пожал в ответ плечами маг, запихнув меч за спину. — Из-за бури нихрена не видно! Но это точно нападение. Они уничтожили наши маяки.
— У суки… — погрозил кулаком Солмон. — Стоит предупредить нашего воина? — кивнул головой в сторону шатра Мага Высших сил.
— Не шути так… — прошептал командир. — Если он будет не в духе, то и мы поляжем…
Тут он прав. Люди подобной силы, как их главный защитник, способны на все что угодно, им все сходит с рук. Слишком большая сила и слишком ценный ресурс для государства. Подумаешь, парочка убитых магов? Зато в войнах этот маг стоит тысячи бойцов.
— Ладно, только в экстренных случаях, — согласился Солмон.
Первый отряд состоял из Архимагов и Высших Архимагов. Сильный отряд с передовыми средствами защиты и переговорными устройствами с видеорегистратором.
И в данный момент Солмон находился в охранной рубке на минус первом этаже. Вход в лабораторию забаррикадировали, а купол дополнительно усилили. Такой сможет выдержать практически любую магическую атаку.
Солмон наблюдал, как группа приближалась к песчаной буре. Изображение, прямо скажем, хреновое. Но что взять от китайских разработок? То ли дело Южно-Европейские, они да, хорошие. Но у Монголии имелись военные контракты с производителями Китая, так что приходилось пользоваться этим барахлом.
— Хреново видно, — сказал оператор.
Солмон же стоял у него за спиной и наблюдал за всем.
— Спроси, что они видят, — приказал он.
Оператор повторил слова мага.
— Да ничего пока не видно. Песчаная буря мощная. Явно энергетическая, — раздался дребезжащий голос командира отряда. — Но ни одного монстра нет, да и людей… Стоп, вижу цель! Враг в ста метрах…
— Сколько их! — наклонился ближе Солмон к экрану, пытаясь хоть что-то разглядеть в этой мешанине.
— Один.
— Один? — хором переспросили оператор и Солмон. Остальные за пультом удивленно посмотрели на них.
— Повторяю, враг один, — произнес командир.
Солмон начал быстро перебирать в голове разные варианты и исходы. Кто бы это мог быть? Почему? Зачем?
— Опиши врага! — сказал он в микрофон.
— Какой-то плащ, кудря… — но связь резко оборвалась.
Шипение сменилось криками ужаса и боли. Солмон готов был поклясться, что слышал смех.
Картинка мелькнула, и в кадре появилось более-менее отчетливое изображение.
Кудрявые белые волосы, голубые глаза… и зловещий оскал.
Солмон прищурился и наклонился ближе к экрану, пытаясь разглядеть размытое лицо.
— Что за…
— Есенин, — выдохнул оператор. — Это Есенин!
Многие слышали истории об этом человеке и считали, что это просто сказки, которые ходят вокруг него. Уж слишком они неправдоподобны.
— О, эй! Меня слышно? — раздался голос на русском языке. — Я знаю, вы меня слышите. Я уже почти у вашего порога. Надеюсь, вы меня развлечете, а то будет обидно! Все. Всех обнял, скоро приду вас убивать.
— Собирай всех! — сказал Солмон. — Открыть ворота, мне срочно надо наверх!
Риск слишком велик, поэтому надо было ликвидировать цель как можно быстрее.
Солмон выбежал наружу и рванул к шатру мага вне категорий.
— Приветствую вас, о великий Чингисхан, — склонил голову к земле маг, как только оказался внутри шатра. — Позвольте обратиться за вашей силой и защитой. Враг может быть слишком силен!
На больших подушках восседал невысокий мужчина в просторных одеждах. Он читал книжку, и когда в его покои заглянули, пришлось положить закладку.
— Может быть? — спокойным тоном сказал он. — И ты решил потревожить меня по таким пустякам? Неуверенный сын осла! — он поднял только один палец, и Солмон взлетел к потолку и стал задыхаться. — Скажи, почему я должен делать за вас вашу работу? Моя задача убивать только сильных магов. С остальными вы справитесь сами.
— Это… — хрипел Солмон, пытаясь хоть как-то говорить. — Это… Есенин…
Захват ослаб, и он рухнул на землю, в последний момент все же приземлившись на ноги.
— Как интересно, — на лице мага появилась легкая улыбка и взгляд стал мечтательным. Он открыл небольшой мешочек на груди и высыпал на руку красный порошок. Слизав его, маг продолжил: — Этот сын шакала пришел помериться силами? Болван, даже не знает, куда идет!
Чингисхан встал, поправил одежду и вышел из шатра. Солмон же, чтобы не искушать судьбу, вернулся обратно в лабораторию.
У купола, как и у шатра, имелись камеры наблюдения, и было все прекрасно видно и слышно.
Одинокий мужчина спокойно шел ко входу в лабораторию. За ним следовала буря. Складывалось впечатление, что он мог повелевать ею.
Молниеносным рывком Есенин оказался на площадке перед шатром Чингисхана.
— А ты еще что за усатый таракан? — пренебрежительно сказал Александр.
— Ха, вонючий кусок мяса, я тот, кто еще до твоего рождения уничтожал целые нации! — рассмеялся монгол.
— Что ж, поздравляю, — вздохнул Есенин. — А теперь быстренько запрыгни на своего коня, или что там у вас, и скачи в закат. А мне надо разрушить эту шайтан-лабораторию.
— А ты смешной, — вздохнул Чингисхан и вокруг него начал искриться воздух. — Я слышал о тебе. У вас в Империи говорят, что ты уникум. Маг-гений, который превзошел все пределы.
— Ха, — улыбнулся Александр. — Приятно! Да, я такой!
— Тогда сегодня эта история закончится! — за его спиной появилось энергетическое кольцо.
— Скажи, ты можешь меня хоть на чуть-чуть повеселить? — склонил набок голову Есенин. — А то попадаются какие-то слабаки…
Вместо ответа Чингисхан кинул в него энергетическое копье, а Александр только слегка отклонился. Заряд пролетел мимо и, взорвавшись в нескольких километрах от них, поднял в воздух гриб пыли и песка.
Солмон во все глаза наблюдал за битвой и не мог поверить, как кто-то вообще может держаться против их сильнейшего мага! Но этот Есенин справлялся играючи.
Бой длился недолго, но Солмон понял, что если Чингисхан не победит, то все погибнут.
На экранах постоянно мелькали горящие голубые глаза и радостный смех Есенина. Для него эта битва была наслаждением. Казалось, он только забавлялся и развлекался, не воспринимая ее всерьез.
Хлопнув над головой руками, Чингисхан поднял землю под ногами, чтобы место, где они сражались, взлетело вверх на пару десятков метров.
Сильнейший маг Монголии скрестил пальцы и выставил вперед указательные.
Солмон понял, что сейчас все и закончится. Финальная, сильнейшая техника Чингисхана.
— Ну все, шутки в сторону, прощай, Есенин-младший.
Раздался взрыв, и все камеры накрыло пылью.
Солмон начал бегать вдоль мониторов, проверяя, чтобы хоть один показывал. Но все тщетно.
Когда же пыль опала, он и операторы испытали неописуемый страх. Сперва они увидели силуэт, и страх усиливался, чем ближе он подходил.
Чингисхан стоял на коленях, едва живой и весь в крови. Его за шею держал улыбающийся Есенин. На лице по-прежнему сверкала улыбка. Если раньше она была детской, то теперь он скалился как сумасшедший.
— Как же вы любите болтать, — подтянув монгола ближе к себе, прошипел Александр. — Последнее слово?
Чингисхан плюнул в него, но слюна остановилась на полпути.
— Жаль, — пожал плечами Есенин и свернул шею проигравшему.
Солмон в ужасе отпрянул от мониторов.
— Хех, я знаю, вы смотрите, — повернулся и посмотрел прямо в камеру Александр. — Какие вы забавные! Конечно, я бы хотел с вами повеселиться, но таких мразей, как вы, надо уничтожать под корень. То, что вы создаете, губительно. Жаль, что вам уже это не поможет.
Последнее, что запечатлела камера, была искренняя и лучезарная улыбка Александра Есенина.
* * *
Особняк Рода Кузнецовых.
Очень странное дело. Разве им не занимается Островский? Да и причин для ареста нет. А значит, надо ехать и выяснять причину ареста.
Хорошо еще, что он не решил оказать сопротивление, или не вмешался Валера. Надя его отлично воспитала.
Теперь же мне надо быстро вызволить конюха.
Мы с Надей прыгнули в машину и поехали в отделение, куда должны были доставить Емелю.
По дороге я набрал Островского.
— Алло, Николай Романович, добрый день. Это Кузнецов.
— Да, Миша, узнал. Что случилось? — тут же ответил он.
— Моего конюха Емелю арестовали. Как так получилось? — поинтересовался я. — Вы же говорили, дело плевое? Никто ничего не докажет!
— Видимо, кто-то все же смог, — пояснил Островский. — Хотя зная все, что с тобой происходит, не удивлен.
— Это все оставим на потом, — перебил я его. — Что нам делать?
— Пока выясните, что он в том отделении, а дальше уже будем думать, — сообщил он. — Твои князья имеют хорошие связи.
— Чертовы кретины! Нет бы напасть по-мужски. Нет же! — вздохнул я. — Как действовать? Получится его сегодня вытащить?
— По идее, должны, — сказал Островский. — Но если они подкуплены, будет тяжелее.
— Понял, работаем, — кивнул я и отключился.
До самого отделения мы доехали быстро, а вот внутри нас подвергли досмотру, сославшись на новые протоколы безопасности.
После Надя потребовала привести задержанного. Но нам сказали заполнить бумаги. Потом еще и еще.
Болванчик показал, что его выводят через здание двери, сажают в бобик и увозят в другое место.
— Пошли отсюда, они только гоняют нас, — взяв Надю за руку, я потянул ее к выходу. — Его тут нет.
— То есть как нет? А на кой черт мы заполняли все это? — возмутилась она, даже не стесняясь, что ее услышат.
— Его только что увезли в другое место, — успокоил я ее.
— В какое⁈ — разозлилась Надя и подошла к стойке с жандармом.
После долгих споров и пререканий мы выяснили, что его перевели в соседнюю тюрьму.
И это было отчасти правдой. Его привезли и закинули в клетку.
Мы поехали за ним, и снова салочки повторились — мы к нему, он от нас. И так до четвертого отделения.
Я уже успел поразиться, сколько в столице тюрем! Все же стоит налечь на историю.
И в четвертый раз, когда нам сообщили, что его опять увезли, я не выдержал.
— Лора, проверь всех, кто причастен к этим метаниям. И проследи маршрут автомобиля с заключенным.
И пока она взяла под контроль Болванчика, я решил впервые попробовать применить привилегии альянса с царем.
Возможно, я бы еще долго ездил по тюрьмам. Но Надя уже купила билеты на дирижабль.
Я достал секретный телефон и набрал единственный контакт, помимо адмирала, генерала и царя, который там был.
— Добрый день, Михаил. Мы ждали, что вы позвоните, — раздался спокойный голос. — Я представитель Первой тайной полиции Его Величества. Можете называть меня Константин Николаевич
— Да, здравствуйте, Константин…
— Николаевич, — добавил представитель.
— Константин НИКОЛАЕВИЧ. Тут такое дело… Жандармерия…
— Да, я знаю. Ожидайте.
Через пять минут мне перезвонили.
— Да, Михаил. Емельян ждет вас в отделении… — и он продиктовал мне адрес. — Так что можете забирать.
* * *
Гостиница «4 Сезона»
г. Владивосток.
— То есть как отпустили! — крикнул на весь ресторан Меладзе. — Я за что такие бабки отдал! Его конюх убийца! Пусть гниет в тюрьме! Какого хрена у вас там происходит⁈
— Простите, ваше сиятельство, мы сделали все, что смогли, но сверху позвонили, — спокойно сказал начальник отдела московской жандармерии. — Если мы продолжим этим заниматься, за нас возьмутся.
— Я решаю, кто за вас возьмется! — рявкнул князь и положил трубку.
Леонтьев сидел рядом и прислушивался к разговору.
— Ну что там?
— Представляешь, конюха отпустили! — развел руками Меладзе. — Вообще ничего не способны сделать нормально!
Они могли еще долго спорить, но неожиданно к ним за стол сел ничем не примечательный мужчина в сером и блеклом костюме. Внешность настолько непримечательная, что сразу выветривается из памяти.
— А ты еще что за хрен? — удивился Меладзе такой наглости. — Пошел отсюда, беднота!
— Расслабьтесь, — негромко сказал незнакомец и показал удостоверение.
«Первый тайный отдел полиции при дворце».
— Я просто хочу побеседовать с вами, — продолжил мужчина. — Пока только беседа.
Каждый аристократ знал, что это за отдел — цепные псы, и они подчиняются напрямую царю, минуя и Канцелярию и другие инстанции. И истории о нем — одна хуже другой.
Просто так Первый отдел ни к кому не приходит. А если и приходит, то дела твои плохи. По-другому никак.
— Но мы же… Мы ничего не сделали! — промямлил Леонтьев. — Мы честно трудимся на благо государства.
— Верно, — кивнул мужчина. — И мы бы хотели, чтобы вы и дальше продолжали трудиться. Но вот незадача, — в его руках появилась папочка. — Вы недавно использовали свое положение, дабы усложнить жизнь одному графу. И действовали без объявления официальной войны. Простой подкуп… А это против имперских законов.
Он покачал головой и поцокал языком.
— Что? Какие ваши доказательства⁈ — попробовал оправдаться Меладзе, но товарищ пихнул его в бок.
На стол легла еще одна папка.
— Тут вся цепочка, от записи звонков до фотографий, — мужчина наклонился ближе.
— Вы засиделись на своих должностях, господа. Думаете, мы не знаем про ваши подставные фирмы «Цыганка Сера» или «Танго Мотылька»? Отнюдь. Поэтому настоятельно вам рекомендую оставить Михаила Кузнецова в покое.
— Но ведь… — запротестовал Меладзе, но Леонтьев ударил его локтем в бок.
— Что-то я не помню, чтобы вы объявляли войну графу, а без нее это покушение на убийство, — пожал плечами представитель. — Да и к тому же, для общего развития, считайте это одолжением. Если вы разозлите Михаила, то, поверьте, вы не доживете до следующего дня рождения.
Князья переглянулись.
— Что ж, господа, на этом разрешите вас покинуть, — представитель тайного отдела встал, поклонился и ушел.
— Что это, блин, такое было? — удивился Меладзе.
— Тонкий намек, что нам пора на Сахалин, — вздохнул Леонтьев.
— Хорошо, прикажу прислуге купить билет, — согласился Меладзе. — Но прощальный подарок оставлю…
