Глава 9
Мероприятия под литерой «Э»
Важным, по своему значению для успешных действий советских войск на фронте, направлением работы военной контрразведки во время Великой Отечественной войны были т. н. радиоигры с немецкими разведорганами. Суть их была проста: задержанные с поличным (в данном случае — с портативной радиостанцией, предназначенной для приема и передачи сообщений на коротких волнах) немецкие агенты под контролем военных чекистов передавали своему руководству дезинформацию. Передаваемые за линию фронта сведенья не должны были вызывать подозрения у противника, поэтому требовался тонкий, аккуратный подбор ложных сведений, чередовавшихся с правдивыми. Такие же игры проводили и немцы, и союзники СССР — англичане.
Отметим, что советская военная контрразведка начала проводить радиоигры с первых месяцев Великой Отечественной войны. К моменту создания «Смерша» весной-летом 1943 года у нее был накоплен значительный опыт в этой сфере. Почему это важно? Фактически УКР «Смерш» НКО, а только он мог после мая 1943 года заниматься организацией и проведением радиоигр, использовал наработки и кадры предшественника.
В течение первых трех лет войны органы военной контрразведки использовали для радиоигр с противником «152 «захваченных агента… Например, в период подготовки наступления в районе Курской дуги дезинформационные материалы и замыслы советского командования на этом участке фронта передавались противнику по радиостанциям, дислоцированным в гг. Ливны, Елец, Шигры, Касторное, Тамбов, Уральск».
Другой пример. Для дезинформации противника о планируемой в январе 1945 года Висло-Одерской операции — в ходе ее реализации была освобождена территория Польши к западу от Вислы и захвачен плацдарм на левом берегу Одера, использованный впоследствии при наступлении на Берлин, — использовались 24 агентурных радиостанции. Они находились в различных городах: Москве, Ленинграде, Риге, Одессе и даже в Новосибирске.
В апреле 1943 года НКВД направило в ГКО спецсообще-ние «Об использовании в радиоиграх захваченных немецких радиостанций». Вот текст этого документа:
«По Вашим указаниям с 1 мая 1942 г. в целях пресечения активности германских разведывательных органов, создания видимости работы переброшенных шпионских групп и агентов-одиночек, в интересах Главного командования Красной Армии было начато использование захваченных немецких радиостанций.
Из 225 захваченных за это время радиостанций использовались в целях дезинформации 76. Часть станций по причине истощения батарей питания раций и невозможности их дальнейшей работы в интересах Главного командования Красной Армии связь с немцами прекратила.
В настоящее время радиоигру с противником ведут 17 станций, находящихся в следующих городах: Вологде, Ярославле, Солигаличе, Волоколамске, Москве, Люберцах, Рязани, Тамбове, Воронеже, Куйбышеве, Пугачеве, Горьком, Свердловске, Уфе, Уральске и Новосибирске.
С 1 мая по 1 августа 1942 г. по утвержденным Ставкой планам, а в последующем по указаниям начальника Генерального штаба Красной Армии тов. Василевского проводилось систематическое выявление ложных группировок наших войск, усиленные переброски в нужных направлениях войсковых резервов и техники. Противнику были выявлены ложные группировки в составе: 225 стрелковых дивизий, 3 танковых армий, 6 танковых корпусов, 53 танковых бригад, 80 артполков, 6 дивизий и 3 армейских штабов.
В январе 1943 г. в г. Горьком выявлено формирование резервной армии. Через северные порты показаны разгрузка и проследование через Волгу до 1300 самолетов и 2000 танков.
Наряду с передачей дезинформационных сведений по радиостанциям проводились агентурные комбинации по подставе германской разведке нашей проверенной агентуры, вызову агентов-связников и др.
Приобретенный опыт работы по использованию радиостанций противника позволяет сделать следующие положительные для нас выводы.
Проводимой нами радиоигре противник верит, дорожит этим источником информации и передаваемые ему сведения в какой-то степени учитывает в своих оперативных планах. Это положение подтверждается следующим.
С июня 1942 г. к 13 перевербованным немецким радистам германская разведка на подставленные явочные адреса направила 15 агентов-связников с документами, деньгами и батареями (все агенты-связники арестованы).
По станциям, находящимся в городах Волоколамске, Люберцах, Горьком, Рязани, Пугачеве, в настоящее время ожидается приход новых агентов-связников.
Восьми используемым станциям немецкая разведка для продолжения их работы с самолетов на парашютах выбросила посылки с фиктивными документами, крупными суммами денег, продуктами, одеждой и батареями для питания раций.
Две радиостанции ожидают получения аналогичных посылок. Кроме того, пятью разведывательными группами получены извещения, что за проделанную работу они награждены противником боевыми орденами.
Наиболее яркими фактами, подтверждающими, что наша дезинформация противника достигла своей цели, являются следующие.
1. Радиостанция «Неон», ст. Подборовье Северной железной дороги, выполняя задачу скрытия концентрации наших войск на Волховском направлении, в декабре 1942 г. и январе сего года систематически питала противника преуменьшенными данными о перевозках войск и техники на города Тихвин и Волхов.
20 января в связи с переданным нами сообщением о болезни радиста и необходимости его лечения в госпитале из Псковского радиоцентра получена следующая радиограмма: «Очень сожалеем. Пока продолжайте работать. В начале февраля возвращайтесь к нам обратно. Обдумайте план. Перед переходом рацию спрячьте или уничтожьте. Вы работали недостаточно бдительно и проворонили скопление второй ударной армии».
2. Генштабом Красной Армии с целью сковывания сил противника на севере через группу захваченных станций в городах Пудоже, Ярославле, Вологде, Москве и на ст. Обозерской Северной железной дороги в течение января сего года были переданы дезинформационные сведения о концентрации наших войск и техники на Карельском фронте.
Противнику был показан подвоз на Карельский фронт 70 эшелонов с войсками и 8 эшелонов с артиллерией, причем эти сведения в основном из г. Вологды и подтверждались соответствующими передачами по другим станциям.
В связи с проведенной нами дезинформацией Главным разведывательным управлением Красной Армии из Женевы 3 и 10 февраля сего года получены следующие телеграммы.
«26 января сего года из Тронхеймского резерва вышли торпедные и зенитные катера в Нарвик. С 26 января ОКБ — главное немецкое командование — объявило в Линахамари, Киркинесе, Тромсе мобготовность флота. ОКБ получило данные, что с января в города Мурманск и Кандалакшу прибывают новые советские войска и техника».
«С 22 января главное немецкое командование имеег данные о накоплении новых советских войск и техники в Мурманске и Кандалакше. Главное немецкое командование ожидает советское наступление на Лапландию с целью окружения армий Дитля».
После того как осенью 1942 г. были исчерпаны составленные Генштабом Красной Армии специальные планы дезинформации противника, утвержденные Ставкой, получение новых военных дезинформационных сведений стало чрезвычайно затруднительным.
Отсутствие в Генштабе Красной Армии специально выделенных лиц или отдела, ведающего вопросами дезинформации, приводит к тому, что получаемые НКВД СССР в настоящее время сведения не способствуют укреплению доверия противника к работающим станциям и ведут к провалу настоящей и прошлой работы по игре с противником.
Между тем использование захваченных радиостанций противника может стать одним из серьезных средств Главного командования Красной Армии в борьбе с немцами. Учитывая необходимость передачи немцам дезинформации не только по общевойсковым вопросам, но и по вопросам авиации, морского флота, ПВО, экономики и политики, желательно, чтобы в составе дезинформационного отдела при Генштабе Красной Армии были представители указанных ведомств».
В реальности все было гораздо сложнее, чем описано в этом документе.
В период с 22 июня 1941 года по 1 июня 1943 года «органами контрразведки «Смерш», НКВД и НКГБ арестовано 1040 германских шпионов-парашютистов, переброшенных противником на нашу сторону, из которых 464 разведчика явились в наши органы добровольно с повинной». 263 шпиона-парашютиста были снабжены портативными коротковолновыми приемопередающими радиостанциями, замаскированными в чемоданах и противогазных сумках.
«После перевербовки некоторой части агентов-парашютистов нашими органами было включено в радиоигру с противником 89 изъятых радиостанций.
Из этого количества 65 раций были в разное время из игры выведены из-за потери к ним противником оперативного интереса, опасности провала наших мероприятий вследствие длительного срока работы станций и по техническим причинам.
Остальные 24 радиостанции работают по настоящее время [1 июня 1943 года. — Прим. авт.] и размещены в разных местах Советского Союза, так как при переброске разведчиков на нашу сторону немцы указывали им пункты для оседания.
8 работающих ныне станций функционируют с 1942 г., а остальные — с 1943 г., причем 2 начали работать с февраля сего года, 2 — с марта и 12 — с мая 1943 г.
С помощью работающих радиостанций ГУКР «Смерш» осуществляет мероприятия по вызову агентуры противника на нашу сторону для ее перехвата и в этих же целях передает немцам дезинформацию военного характера, которая согласовывается с Генеральным штабом Красной Армии».
По официальным данным, за время Великой отечественной войны было проведено 193 радиоигры. На нашу сторону было выведено и арестовано более 400 официальных сотрудников и агентов спецслужб противника. Много это или мало?
Много, если учесть, что всего в советском тылу за годы Великой Отечественной войны было задержано или явились с повинной 1854 агента-парашютиста противника (в т. ч. 631 радист). И каждый из них представлял реальную угрозу. Большинство парашютистов Берлин планировал использовать для проведения разведывательных и диверсионных акций в тылу Красной Армии достаточно длительное время — на протяжении нескольких месяцев. В противном случае затраты на их подготовку и заброску не оправдывали себя. Так что получается, что каждый пятый «парашютист» был задержан благодаря радиоиграм. Военные чекисты заранее знали место и время их выброски с самолета и организовывали засаду на месте приземления или на конспиративной квартире, куда должен был прийти немецкий агент.
Мало, если учесть, что большинство немецких шпионов были «нерадифицированы» и забрасывались в прифронтовую зону на непродолжительное время пешим способом. Согласно данным, приведенным в «Сообщении НКВД СССР № 1407/Б в ГКО и ЦК ВКП (б) об итогах борьбы с агентурой немецкой военной разведки», с 22 июня 1941 года по 1 августа 1942 года НКВД арестовало 11765 агентов противника. В период с 1 января по 1 августа арестовано 7755 агентов противника, из них только 222 парашютиста. Из тех, кто пересек линию фронта на самолете, добровольно явились с повинной 76 человек, убито при задержании 74. У «десантников» изъято 74 радиостанции, из которых только 31 использовалась для дезинформации немецкой разведки.
Если с помощью радиоигр было нейтрализовано так мало немецких агентов, то почему рассказ об этом оперативном мероприятии выделен в отдельную главу книги? Основная ценность радиоигр заключалась не в количестве нейтрализованных в ходе ее проведения немецких шпионов, а в возможности снабжения дезинформацией противника. В ситуации с «нерадифицироваными» агентами такая возможность была минимальной. По двум причинам.
Во-первых, информация, собранная «нерадифицирован-ным» агентом, в большинстве случаев устаревала и теряла практическую ценность для немецкого командования. Просто агент не успевал оперативно добыть нужные сведенья и благополучно пересечь линию фронта. К тому же всегда существовал риск его гибели, например, на минном поле или во время артобстрела при пересечении нейтральной полосы.
Во-вторых, звучит цинично, но чекистам было проще проконтролировать степень искренности агента, который находился под их круглосуточным присмотром, чем того, кого они перевербовали и отправили в тыл противника. И это очень важно при проведении мероприятий по дезинформации противника. Ведь если командование Вермахта узнает, что сообщенная немецким агентом информация о местах дислокации основных сил Красной Армии ложная, а на самом деле подразделения дислоцируются в другом месте, то Берлин предпримет все для того, чтобы узнать истинное место расположения противника. Более того, немцы сделают все, чтобы Москва поверила в успех проведенной ее операции по дезинформации.
Справедливости ради отметим, что «нерадифицированных» агентов военные чекисты тоже активно и успешно использовали. Например, в качестве агентов — опознавателей своих бывших сокурсников по разведшколе. Впрочем, это тема для отдельной книги, посвященной деятельности советской контрразведки в годы Великой Отечественной войны.
Вернемся к теме радиоигр. По мнению отдельных отечественных историков, самая успешная операция по дезинформации противника во время Великой Отечественной войны была проведена осенью 1944 года. В тот момент советская разведка получила информацию о подготовке немцами контрудара на Западном фронте. И по заданию Иосифа Сталина было сделано все, чтобы убедить германское командование в правильности разработанного им плана.
С помощью нескольких десятков немецких агентурных групп, захваченных и перевербованных военными чекистами, немцам была передана дезинформация о том, что Красная армия измотана, и ее наступление предстоящей зимой не планируется. В итоге Вермахт начал известное наступление в Арденнах и в боях с англо-американскими войсками понес внушительные потери. Не меньшие потери понесли союзники, и их наступление на восток практически приостановилось. А британский премьер Уинстон Черчилль был вынужден просить своего советского коллегу как можно скорее перейти в наступление в Польше.
По утверждению начальника Управления военной контрразведки ФСБ РФ генерал-лейтенанта Александра Безверхнего, «дезинформация сопутствовала успеху Курской битвы, Белорусской, Ясско-Кишиневской, Прибалтийской и Висло-Одерской операций».
С конца 1941 года по сентябрь 1943 года под контролем военных чекистов работало 80 агентов — радистов противника. При помощи 24 агентурных радиостанций военные контрразведчики смогли убедить немецкое командование, что Красная Армия не будет наступать в Польше и в Восточной Пруссии. В отдельные моменты времени проводилось до 70 радиоигр противника.
Процитируем один из отчетов руководства «Смерша» об использование перевербованных немецких агентов в оперативных играх с противником. Документ подготовлен в марте 1944 года.
«За время войны германская военная разведка с целью создания повстанческих формирований и бандитизма для дезорганизации тыла Красной Армии и нарушения коммуникаций, связывающих фронт с глубоким тылом, забрасывает специально подготовленную агентуру в районы, где, по данным немцев, имелись административно ссыльные, дезертиры, банды и антисоветско-националистическое подполье.
Исходя из этих задач, германская военная разведка забрасывала группы своих агентов, главным образом, в лесистые местности Ярославской, Тамбовской, Вологодской и Архангельской областей, а также в Закавказье, Казахстан и Мордовскую АССР.
Забрасываемые группы агентов снабжались оружием, большим количеством взрывчатых веществ, крупными денежными суммами, фиктивными документами и антисоветской литературой.
Для связи с немецкими разведорганами эти группы имели коротковолновые приемо-передающие радиостанции.
После приземления группы агентов противника должны были по заданию немцев устанавливать связь с дезертирами, бандитами, антисоветским и националистическим элементом, с последующим использованием их для повстанческой, шпионской и диверсионной работы.
В последние месяцы немцы стали давать указания выброшенным ими группам устанавливать расположение лагерей военнопленных, бывших военнослужащих германской армии, с тем, чтобы организовать освобождение этих пленных, сформировать из них вооруженные отряды, которые должны действовать совместно с дезертирами и бандами.
Для вооружения завербованных немецкими агентами бандитов я дезертиров противник сбрасывает оружие, боеприпасы и взрывчатые вещества. В помощь действующим группам германская военная разведка направляет других агентов и подготавливает выброску эмиссаров.
В целях предотвращения подрывной работы германской военной разведки по созданию повстанческих формирований и дезертирских групп, а также для вызова от немцев на нашу сторону друтих активных агентов и эмиссаров, с последующим их арестом, Главное управление «Смерш», перевербовав ряд немецких агентов, использует их для создания перед противником видимости успешного развертывания их работы по созданию повстанческих групп и проведению диверсионных актов.
Так, по перевербованной нами группе германских агентов, именуемой «Лесники», перед немцами легендируется связь с дезертирами, скрывающимися якобы в Чухломских лесах, и создание опорных пунктов в гг. Галич, Ярославль и Кострома для установления связей с антисоветским элементом и привлечения его для шпионско-диверсионной работы.
По перевербованным нами группам немецких агентов, условно именуемым «Подрывники» (Вологодская и Архангельская области), «Бурса» (Тамбовская область) и «Дезертиры» (Мордовская АССР), перед противником легендируется работа по привлечению антисоветского элемента, осуществлению диверсионных актов, а также установлению связи с немцами, находящимися в лагерях военнопленных.
По группам немецких агентов «Тростники» (Казахстан), «Разгром» и «Подполье» (Грузинская ССР) легендируется установление связи с националистическим элементом и бандами, а также подготовка повстанческих групп.
Противник работе перевербованных нами групп его агентов верит и считает, что они «обеспечивают развертывание подрывной работы» в намеченных немцами тыловых районах СССР.
Подтверждением этого является то, что германская военная разведка в результате проведенных нами агентурных мероприятий систематически оказывает помощь этим группам, сбросив за вторую половину 1943 года и первые два месяца сего года на подставленные нами места 29 активных шпионов-диверсантов, 4 пулемета, 21 ППШ, 44 винтовки и револьвера, 500 кг взрывчатых веществ, ящик противотанковых мин, 55 гранат, 12 680 патронов, 1300 капсюлей и детонаторов и 5 бухт бикфордова шнура.
Кроме того, им же сброшено 8 радиостанций с запасом питания 1 506700 рублей советских денег, большое количество фиктивных документов, печатей и штампов военного и гражданского образца, а также антисоветская литература (газеты, журналы, листовки).
Все 29 немецких агентов арестованы органами «Смерш», а сброшенное вооружение, боеприпасы, деньги, документы и другое имущество изъяты.
В последнее время немцы сообщили перевербованным нами группам агентов германской разведки о подготовке им дополнительных выбросок людского пополнения и груза.
Так, группам германских агентов, именуемым «Разгром», «Тростники» и «Подрывники», противник готовит в ближайшее время переброску новых агентов, а группам «Лесники», «Бурса» и «Подполье» — значительного количества груза с вооружением и взрывчатым веществом.
Нами проводятся дальнейшие мероприятия, направленные к вызову на нашу сторону и аресту других активных шпионов и диверсантов германской военной разведки.
В этих целях перед немцами легендируем «активную работу» перевербованных органами «Смерш» групп германских агентов в части:
1. Расширения связей среди дезертиров, бандитов в лесистых местностях и антисоветского элемента в населенных пунктах для организации из них, якобы, повстанческих групп;
2. Проведения диверсионных актов в районе «действия» этих групп, сбора ими разведывательных данных военного характера, приобретения явочных квартир и организации «потайных складов» хранения оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, получаемых от немцев;
3. Установления связи с военнопленными, бывшими военнослужащими германской армии, содержащимися в лагерях, и подготовки их освобождения с вызовом для этой цели других агентов и получения от противника необходимого оружия и боеприпасов;
4. Расширения связи с якобы существующим националистическим элементом в Казахстане и Грузии с целью вызова на нашу сторону эмиссаров».
Арестованный в мае 1945 года бывший руководитель Абвер-3 генерал-лейтенант Франц фон Бентивеньи на допросе в «Смерше» так оценил эффективность работы своих противников, ссылаясь на данные Абвера:
«Почти ни один заброшенный в тыл Красной Армии немецкий агент не избежал контроля со стороны советских органов, и в основной массе немецкая агентура была русскими арестована, а если возвращалась обратно, то зачастую снабженная дезинформационным материалом».
Высока вероятность того, что в Москве разработали шаблон справки, которую заполняли сотрудники подразделения военной контрразведки на каждую радиоигру. Мы восстановили ее на основе Справки УКР «Смерш» Закавказского фронта по радиоигре «Разгром» от 28 июля 1943 г.:
«1. Состав разведывательной группы.
Первый радист:
а) фамилия, имя и отчество;
б) кличка: немецкая, наша;
в) год и место рождения, национальность:
Второй радист:
а) фамилия, имя и отчество;
б) кличка: немецкая, наша;
в) год и место рождения, национальность:
[…]
Старший группы:
а) фамилия, имя и отчество;
б) кличка: немецкая, наша;
в) год и место рождения, национальность.
2. Когда и с какого аэродрома выброшены в наш тыл, район и время приземления.
3. С кем совместно летели на самолете [не только другие парашютисты, но экипаж самолета: пилот, штурман, бортмеханик, стрелок-радист и инструктор парашютного дела, он же второй стрелок].
4. Какой получен инструктаж от немецкой разведки о поведении после приземления (что делать с парашютом, аппаратурой, направление движения, сроил передачи первой радиограммы).
5. Действительное поведение разведчиков после приземления (подробно обстоятельства задержания или добровольной явки).
6. Какой получен инструктаж на случай задержания органами НКВД.
7. Передавались ли радиограммы разведчиками самостоятельно, до включения их в радиоигру.
8. Полученное задание по сбору разведданных и подробное изложение рекомендованных методов его выполнения.
9. Указанный срок действия в тылу Красной Армии.
10. Чем снабжена разведывательная группа и как экипированы разведчики (радиоаппаратура, деньги, оружие, продукты, личные вещи, обмундирование).
11. Перечень и сроки полученных каждым разведчиком документов, рекомендованные методы пользования документами по устройству на жительство, работу, при получении продуктов по военным аттестатам. Сроки проживания в данном населенном пункте на подобранных квартирах.
12. Рекомендованный порядок организации радиосвязи.
A. Установленное расписание связи.
Б. Порядок вступления в связь (кто первый дает позывные, продолжительность дачи позывных).
B. Как часто должны вступать в связь и продолжительность сеансов.
Г. Что должен делать радист с радиограммами, в приеме которых от противника получена квитанция.
Д. Что должен делать радист при неполучении квитанции на переданную противнику радиограмму (хранить ли до следующего сеанса, запрашивать ли квитанцию и передавать ли эту телеграмму вторично).
Е. Должен ли радист передавать радиограммы «вслепую» и при каких обстоятельствах.
Ж. Действия разведгруппы при потере связи.
13. Порядок составления текстов радиограмм.
A. Максимальное количество знаков.
Б. Сущность разведывательных данных о железнодорожных перевозках (чтоуказывается, количество вагонов или эшелонов).
B. Что должно быть обязательно отражено в тексте, кроме сущности разведданных (дата, время наблюдения, кем добыты сведения, чья подпись).
Г. Нужно ли указывать названия пунктов действия группы.
Д. Рекомендовано ли разведчикам употреблять союзы и предлоги.
14. Дата установления связи с противником, кем санкционирована игра.
15. Как организована работа рации.
A. Оперсостав, осуществляющий руководство работой точки.
Б. Откуда организуются сеансы связи.
B. Где хранится радиоаппаратура.
Г. Установленный порядок контроля за работой радиста на ключе.
Д. Условия и порядок содержания разведчиков.
16. Что и когда легендировано по делу.
A. Адреса местожительства разведчиков.
Б. Места работы их и должность.
B. Связи с военнослужащими и гражданским населением.
17. Какой получен инструктаж по вызову агентов-связников и посылок с документами, батареями, деньгами.
18. Какая имеется условность для встречи с агентами-связниками.
19. Когда и каким путем прибыли агенты-связники, какие доставлены посылки, и чем был легендирован их вызов.
20. Наличие фактов, указывающих на недоверие противника к радиостанции.
21. Технические данные радиостанции.
A. Позывные: центра —…, корреспондента —…
Б. Время работы:
B. Длины волн: центра дневная —…, вечерняя —…, корреспондента — то же самое.
Г. Частоты кварцев рации корреспондента.
Д. Шифровальный лозунг.
Е. Условности: на случай самостоятельной работы и под диктовку органов контрразведки.
Ж. Тип переговорного кода (международный, Красной Армии, комбинированный и т. д.).
3. Запас батарейного питания».
Вот как описываются в ведомственной монографии, посвященной истории КГБ, отдельные элементы проведения таких радиоигр:
«К участию в радиоиграх привлекались задержанные и перевербованные немецкие агенты-радисты, а также агенты органов госбезопасности, внедренные в германские разведорганы и переброшенные затем противником на советскую территорию с радиостанциями.
Органы госбезопасности тщательно следили за тем, как реагирует противник на передаваемые ему сообщения. При малейших признаках недоверия с его стороны в радиоигру вносились соответствующие изменения.
Сеансы радиосвязи, как правило, проводились из того района, где согласно заданию немецкой разведки, должен был находиться ее агент. Перед сеансом радиосвязи с вражеским разведцентром, радист инструктировался о том, как он должен вести переговоры” .
Одну из первых удачных радиоигр провели сотрудники Особого отдела НКВД Северо-западного фронта в сентябре 1941 года. В результате удалось арестовать 10 немецких агентов.
Хотя не все оперативные мероприятия заканчивались так удачно. Вот пример неудачной попытки, о которой рассказал на одном из допросов руководитель подотдела 2А (диверсионно-террористические действия против СССР) Абвер-2 полковник Эрвин Штольц:
«Большая группа агентов-инспираторов была выброшена на парашютах в районе Ленинграда. Главной целью операции было поднятие восстания среди эвакуированных русскими властями в Корский район литовцев и латышей.
Рижское отделение Абвера «Остланд» произвело выброску группы агентов северо-восточнее Ленинграда, где в лагерях беженцев проживали интересовавшие нас прибалты…
Во время первого сеанса радиосвязи поступило сообщение о том, что десантирование прошло успешно, но руководитель группы якобы склонял агентов перейти на сторону русских и сдаться в плен, поэтому он и два его приспешника были разоружены и ликвидированы. Агенты просили прислать подкрепление и оружие. Руководители операции сразу же заподозрили что-то неладное и какое-то время ограничивались уклончивыми ответами. Впоследствии в Ригу был вызван инструктор радиодела, обучавший агентов в разведшколе, который указал на отсутствие оговоренных кодовых знаков при передаче шифровки и изменение почерка радиста. Руководство Абвер-2 пришло к выводу, что группа арестована, и теперь советская контрразведка пытается наладить радиоигру, требуя новых агентов, оружия и боеприпасов. В силу вышеизложенных причин операция была приостановлена».
Другой пример. В ночь на 12 февраля 1942 года из населенного пункта Клягинский Ульяновского района Орловской области, примерно в 25 километрах к северо-западу от Волхова, гитлеровцы перебросили через линию фронта в расположение частей Советской Армии шпионскую группу в количестве 22 человек на шести санных повозках. Согласно легенде, отряд являлся командой связи, выполнявшей специальное задание штаба ПВО 50-й советской армии. Легенда подкреплялась соответствующими фиктивными документами.
Перед группой была поставлена задача: пройти по специальному маршруту и установить наличие штабов, крупных частей и соединений Красной Армии, складов оружия, боеприпасов и материального обеспечения, наблюдать за передвижением воинских частей, идущих к линии фронта и т. п. В группе находилось два радиста, которые должны были передавать информацию немцам.
В середине февраля 1942 года разведывательное подразделение было захвачено в районе города Волхова. Начальник отдела П.П. Тимофеев и начальник отделения В. Я. Барышников вышли с предложением к руководству Наркомата о включении рации в работу под контролем нашей контрразведки с использованием одного из радистов.
План операции советских контрразведчиков предусматривал использование одного из радистов и имитацию существования группы, которая должна была действовать в тылу Красной Армии в районе города Калуги. Вместо немецких агентов решили использовать бойцов войск НКВД и пограничников. Командиром отряда назначили майора Богданчикова.
Операция сорвалась из-за длительного радиомолчания (более 20 суток) и отказа группы перейти сразу через линию фронта.
С конца 1941 года по сентябрь 1943 года в оперативных играх было задействовано 80 захваченных вражеских агентов с рациями, работавшими под диктовку органов госбезопасности. Число радиоигр увеличивалось. Например, если в марте 1942 года было задействовано 7 радиоточек, то через месяц их число возросло до девяти, а в мае их насчитывалось уже десять. К концу 1943 года было задействовано 56 радиостанций, изъятых у заброшенных на территорию СССР шпионских групп. В период с 1942 по 1943 год началась работа 83 новых радиоточек.
В результате с 1 мая по 1 августа 1942 года советская военная контрразведка передала вражеским разведорганам ложные сведения о сосредоточении на различных направлениях советско-германского фронта 255 стрелковых дивизий, 3 танковых армий, 6 танковых корпусов, 53 танковых бригад, 80 артиллерийских полков, 6 кавалерийских дивизий и 3 армейских штабов. В декабре 1942 года были успешно завершены мероприятия по дезинформации Абвера о концентрации наших войск на волховском направлении. В течение декабря 1942 — января 1943 года чекисты передавали в разведывательные центры противника дезинформационные сведения о перевозке советских войск и техники в районы Тихвина и Волхова. Ложные сообщения поступали к противнику из Вологды, Бологого, Ярославля, Рыбинска, Калинина и других городов.
После апреля 1943 года
С момента образования УКР «Смерш» НКО в его 3-м отделе было создано подразделение радиоконтрразведки под руководством подполковника (затем полковника) Владимира Яковлевича Барышникова, в 1944 году ставшего начальником отдела. В его ведение были переданы все радиоигры, кроме игр «Монастырь» и «Курьеры», проводившихся 4-м управлением НКВД — НКГБ СССР.
Радиоконтрразведка «Смерш» была усилена личным составом спецотделения по радиоиграм (8 человек), переданным из 2-го отдела 2-го контрразведывательного управления НКВД. Начальником отделения ранее был Николай Михайлович Ендаков, в прошлом служивший в органах военной контрразведки ВВС РККА, участник гражданской войны в Испании (был комиссаром авиации республиканской армии). После перевода отделения по радиоиграм в «Смерш» его начальником вместо направленного на руководящую работу в территориальные органы НКГБ Ендакова был назначен майор Дмитрий Петрович Тарасов. Вместе с Барышниковым и Тарасовым проведением радиоигр занимались сотрудники 3-го отдела майоры Сергей Елин, Владимир Фролов, капитаны Григорий Григоренко и Иван Лебедев.
Тематика радиоигр была разнообразна. Ведущее направление принадлежало, конечно, военно-стратегической дезинформации, передававшейся немцам с целью обеспечить успешное ведение боевых операций Красной Армии. Здесь, естественно, нельзя было обойтись без сотрудничества с Генштабом РККА (начальники — генерал армии А. М. Василевский, с 1945 года — генерал армии А. И. Антонов), его оперативным управлением (начальник генерал-полковник С. М. Штеменко) и Разведупром РККА (начальник генерал-лейтенант Ф.Ф. Кузнецов). Результатом стали радиоигры «Бурса», «Двина», «Знакомые», «Развод», «Танкист», «Узел», «Явка» и др., внесшие свой вклад в успех Курской битвы (1943), Белорусской и Ясско-Кишиневской операций (1944) и другие.
