Глава 5

Серьёзно? Опять? Вы что там, все необучаемые землеройки? Вы, конечно же, не знаете, кто, на самом деле, я такой, но попытаться забраться к Архитектору в жилище, которое он построил и обустроил собственными руками? Ну, это явные кандидаты на премию Дарвина.

Я проснулся от того, что кто-то снова шуршал у меня в замочной скважине. Хотя, кое в чём я ошибся: это не тупица управляющий барона Игнатова, это какие-то совершенно другие люди. В принципе, я пока ещё ничего не слышал о втором соседе, графе Родионове. Возможно, это его люди вступили в игру.

Я стоял на втором этаже, и в щёлку из-под штор пытался разглядеть, кто ко мне явился. Жалко, что у меня нет моего теневого зрения — навыка, который я развил в прошлом мире. С ним в мельчайших деталях можно было разглядеть людей при любом освещении. А при достаточной его прокачке любая преграда не являлась проблемой. Удобно было также оценивать далеко стоящего перед тобой человека по сиянию ауры в теневом мире. Вдвойне обидно, что сейчас я попал в мир, который явно заинтересовал теневой план. И этот навык мне бы очень пригодился. С другой стороны, я знаю, как его восстановить, но для этого мне нужно много энергии, очень много. Решим это немножко по-другому.

Окружающие фонари не горели. Похоже, в них прямо сейчас были разбиты лампочки. Зачем магу земли лампочка? Электричество-то там ещё осталось. Я немного изменил свойства и расположение медного провода, идущего к остаткам лампы. Внезапно стоящие под моим домом два фонаря ярко засияли спиралью, разогретой до белого каления пустых патронов. Это явно не понравилось стоящим здесь неудачливым взломщикам. Они засуетились. Кто-то забежал за угол, кто-то спрятался в тень. Один из них, Одарённый, похоже, решил, что это он накосячил. Он пытался погасить мои металлические светильники, но безрезультатно. А впрочем, они мне уже не нужны. Я сам прекратил магические манипуляции, и снова наступила тьма.

За это время я успел подсчитать вторженцев: пять человек, причём, четверо из них — Одарённые. А два из Одарённых — достаточно сильные Одарённые. Подозреваю, что буквально совсем скоро они поймут, что с дверным замком им не справиться, и предпримут более кардинальные меры.

Я босиком спустился по лестнице, про себя улыбнувшись, что шутка про скрип половиц — это не про меня. Каменные лестницы не скрипят.

— Господин, — послышался шёпот. Конечно же, Боря проснулся. Он сейчас стоял в одних семейных трусах и со своим устрашающим дробовиком, ожидая приказов.

— Ты что, с этой дурой спишь?

— Ну, типа того, — почему-то смутился он. — Я знаю, кто за дверью.

— Вот как. И кто же?

— Наёмники. Их командира я тоже знаю, звал меня к себе.

— А чего не пошёл? — поинтересовался я с интересом.

— Да потому что делишки у него были тёмные, а я в этом участвовать не хотел, — ответил он.

— Молодец, Боря, горжусь тобой. А как его потенциал?

— Ну, Рогов — неплохой щитовик с большим армейским опытом. В ближнем бою он никакой, но щитовику и не нужен ближний бой. Зато он с огнестрелом научился отлично обращаться.

— Ага… Ещё что-то?

Про себя я подумал, что огнестрел — это не проблема. Ну, а щиты… Не видел я в своей жизни таких щитов, которые невозможно продавить. Всё зависело от энтузиазма тех, кто пытался это сделать, и доступного количества энергии у того, кто эти самые щиты ставил.

— Помощник у него — физик. Вот он хорош. Профессионально управляется с кинжалами. Я бы его к себе не близко подпускал.

— А остальные?

— Остальных не знаю. Так, отребье какое-то.

— Ладно…

Судя по тому, что за дверью наступила тишина, наступил тот самый момент, когда вторженцы поняли, что они что-то делают не так, и решили поменять свой план.

Лёгкий шелест ног, и крыльцо опустело, а на двери оказался прилепленный кусок пластиковой взрывчатки с воткнутым в него детонатором. У детонатора же есть металлическая часть? Есть. Фокус-покус, и вот уже нету, и взрываться там нечему.

Снова какие-то приглушенные звуки. Кто-то тыкает пальцем в кнопку дистанционного взрывателя. Конечно же, ничего не взрывается.

— Может, нападём первыми? Я думаю, что фактор неожиданности должен дать нам небольшое преимущество, — подал «умную» мысль Боря.

— Да, Борис, — протянул я, — без обид. Я прочитал твоё личное дело… А я ещё удивлялся, почему ты до пенсии в сержантах проходил. А тут вот оно что — оказывается, ты у нас мастер тактики и стратегии.

— Можно подумать! — в полумраке я увидел, как Боря обиженно нахмурился.

— Да ладно, шучу я. В твоём предложении есть определённый смысл. Вот только, прямо в нашей ситуации, это плохая идея. Пускай они пытаются зайти, а им это будет сделать, ой, как сложно.

В общем, следующие несколько минут мы с удовольствием наблюдали, как они ставили сначала один взрыватель, потом второй, и все с одинаковым результатом — они разваливались на атомы.

В итоге, они пошли ва-банк: прилепив ещё один параллелепипед пластика, они отошли в сторону, а затем на крыльцо прикатилась обычная лимонка — уже без кольца. Конечно, взрыватель у неё тоже отказался взрываться. Судя по повышенному тону, походу, у этих ребят заканчивалось терпение.

И вот тут они меня, можно сказать, удивили. Один из вторженцев сформировал на ладони огненный шар и швырнул его в дверь. Огненный шар был так себе, похож на детскую игрушку — это говорило о том, что и Одарённый так себе. Но для детонации пластика этого хватило. Бахнуло знатно!

С радостными воплями вторженцы бросились внутрь, но в образовавшемся дыме и пыли, они чуть было не врезались башкой в дверь.

Да, да! Я же говорил, что при производстве входной двери я постарался повторить, хоть и не в полной точности, но бронебойный сплав из моей прошлой жизни, который даже Высшие Маги не всегда могли пробить. Что тут местная взрывчатка…

Однако кое-чего не рассчитал. Дверь, вместе с косяками, выдержала, а вот стены я не укрепил. Прямо сейчас с левой стороны, там, где раньше были петли, образовалась небольшая дырка, подходящая, чтобы туда пролез человек. Ну, эти тупицы туда и полезли.

— Боря, — положил я руку ему на дробовик, увидев, что он готовится стрелять. — Вот сейчас ничему не удивляйся — это наши!

Я призывно свистнул. Из подвала с радостными воплями выскочили Глиняная Башка и Железяка.

— Яйки!!! Клац-клац! — закричал свой боевой клич Железяка.

Следующим криком был крик того самого слабого Одарённого огня, до которого Железяка добежал и использовал свою угрозу.

Судя по всему, вторженцы имели кое-какой боевой опыт, поэтому они, по крайней мере, не полезли внутрь за первым страдальцем. Однако, похоже, они также не испытывали к нему никаких добрых чувств, потому что в дырку прилетели, одна за другой, четыре гранаты, которые должны были гарантированно прибить их покалеченного друга. Гранаты весело попрыгали по моему каменному полу, откатились к стеночке, ну, и остались там лежать, непригодные к дальнейшему использованию.

Поняв, что их инкогнито раскрыто, снаружи уже ругались трёхэтажным матом, даже не стараясь приглушить голоса. Некоторые услышанные фразы я решил запомнить. Кто знает, может я всё-таки вольюсь в местное высшее общество, и учитывая манеру их общения, мне надо разговаривать с ними на одном языке.

Тем не менее, они не отступали. В дырке появилось несколько стволов.

Клац-клац!

Нет, на этот раз это не был боевой ключ Железяки. Это заклацали их курки, которые безуспешно пытались ударить по капсулю, но не попадали, просто из-за того, что их перекорёжило.

— Да что же там такое, мать его, внутри⁈ — послышался резкий мужской голос.

Вот тут уже я решил вступить в беседу.

— А ты зайди внутрь и посмотри собственными глазами!

— Вавилонский, это ты?

— Ну да! Вавилонский, это я! — засмеялся я.

— Выходи с поднятыми руками, и ты не пострадаешь, обещаю. Мы тебе ничего не сделаем.

— А зачем мне выходить? — искренне удивился я. — Заходите внутрь, правда, вы при этом пострадаете. Но такая у вас работа.

Снаружи снова нецензурно выругались, и тут в щель полез следующий человек.

— Клац-клац! — возрадовался Железяка, бросившись напару с Глиняной Башкой в бой.

Вот только, как они не пытались, они не могли дотронуться до человека. На каком-то небольшом расстоянии от него их клинки останавливались, как будто упираясь во что-то невидимое.

— Что там, Жора? — раздался крик снаружи.

— Не знаю, тут какие-то мелкие твари, — он пытался пнуть ногами Железяку и Глиняную Башку, однако те уворачивались, и с упорством, свойственным лишь големам, пытались дотянуться до его тела.

— Не такие они и маленькие, — рассмеялся я, и вышел из тени лестницы.

Рядом со мной образовался угрюмый Борис в семейных трусах и с голым волосатым торсом.

— Ну-ка, кыш! — крикнул я мелким и отдал приказ Боре. — А вот теперь жахни по нему.

Ну, Боря и жахнул. Аж в ушах у меня зазвенело. Ружье было ОЧЕНЬ ГРОМКИМ. Вражину откинуло и шарахнуло об стену. Что характерно — щит у него сдержался.

— Ну-ка, Боря, шарахни второй раз!

Если я что-то знал о щитовиках, то знал, что даже в тот момент, когда они прикрывают кого-то другого, то тратят свои силы. А если твоя сила тратится на кого-то другого, то в один прекрасный момент может случиться так, что тебе не хватит сил на свою собственную защиту.

Обычно это работало. Сработало и в этот раз. Очевидно, охреневший от ручной артиллерии Бориса, маг решил убрать щит со своего бойца, дабы сберечь энергию для себя. Поэтому после второго залпа человека разорвало буквально на куски.

— Годная штука! — похвалил я Бориса.

— Могу шмальнуть ещё в дырку, — довольный моей похвалой, улыбнулся Борис.

— Не, в дырку не надо, вдруг не попадёшь. Патроны, так понимаю, дорогие.

— Хэндмейдные… В смысле, крафтовые… — Боря немножко смутился. — Блин, ну, как это на нашем… Короче, сам их сделал из магических ингредиентов.

— О, так ты у нас ещё немножко оружейник? Молодец, Борис! Возьму у тебя пару курсов, а то, как ты понимаешь, с огнестрельным оружием я не очень дружу.

— Да, я уже это понял. Удивительно, чему вас в Роду учили?

— Можно я, Боря, не буду говорить, чему нас в Роду учили, — скривился я, вспомнив список современных художников Европы, а также очерёдность подачи блюд при посещении поместья особы императорской крови.

— Выходи, Вавилонский, хуже будет! — снова раздалось снаружи. Кажется, они в тупике.

— На самом деле, хуже становится только вам, а мне тут прикольно. Кстати, я буду кофе делать… Вам заварить?

Опять раздалось неразборчивое рычание, смешанное с отборными матами.

— Вокруг, вообще-то, люди живут, а ещё дети… Вы их плохому научите, — укоряюще сказал я гостям.

Они оказались непонимающими, и очередные маты посыпались с той стороны. Но никто из оставшейся четвёрки внутрь не зашёл.

— Долго будете сиськи мять? — решили подстегнуть я врагов. — Заходите уже или уходите. Я сегодня добрый, так и быть, отпущу вас. Ты же Рогов? Я тогда попозже сам тебя найду, пообщаемся, — сказал я это намеренно, ожидая определённой реакции. И я добился её.

Рогов понимал, беря на меня заказ (я уверен, что он действует не по собственной инициативе, так как я его знать не знал), что он сейчас покусился на жизнь и здоровье аристократа. Даже в заштатном Лихтенштейне закон частично соблюдается. Я вполне мог бы засадить его в тюрьму. Ну, или сделать проще — убить его, и меня, скорее всего, оправдали. В общем, у него был выбор: попытаться захватить меня сейчас или отложить на потом, дав мне время подготовиться.

Как и сказал, Рогов может и был скотиной, но достаточно опытной скотиной. Из двух зол он выбрал меньшее, и в дырку снова полез очередной человек.

— Фас! — крикнул я своим големам.

Они бросились вперёд, размахивая своими руками-кинжалами. Они снова не добились результата, вот только на этот раз по другой причине. Клинки их почти достигали до цели, иногда даже цепляли бронежилет врага. Вот только в данный моменте я видел, что на Одарённом накинут его собственный силовой доспех.

— Тот самый физик? — уточнил я у Бори.

— Он! — сказал Борис.

Одарённый был хорош и быстр. Быстро проскользнув внутрь, он перекатом ушёл от моих големов, и одним стремительным прыжком прыгнул в мою сторону. Я оценил его красоту действий. В принципе, приземлиться он должен был между нами. Клинком в левой руке он должен был убить Бориса, а второй кинжал с развёрнутой рукояткой мою сторону, скорее всего, должен был вырубить меня.

Ну, что тут сказать — он не долетел.

Копья вылетели из незаметных пазов из потолка и пригвоздили его к полу, как букашку в альбоме у энтомолога.

Надо сказать, что щит выдержал первых три касания. Копья скользнули и ушли в сторону. Но дело в том, что я не поскупился, и вылетело двенадцать копий. Ну, кто молодец? Теодор молодец! Четыре из двенадцати копий пробили противника насквозь. Он был Одарённым, поэтому пока не сдох, но сил у него теперь хватит только лежать и орать от боли.

Это должна была быть массированная атака. Враги должны были заходить внутрь, один за другим. Вот только первый должен был отвлечь внимание, а второй — страховать. Но второй, уже наполовину залезший внутрь, увидел страшную картину — прибитого к полу Одарённого и услышал его страшный крик. Почему-то он резко передумал заходить внутрь, и попытался вылезти обратно. Но не тут-то было — Железяка повис у него на ноге, а Глиняная Башка тыкал клинками, куда не попадя. Одарённый от боли тоже заорал.

— Гаси! — дал приказ я Боре.

— Но мелкие… — он кивнул на големов.

— Не ссы! Гаси! — повторил я.

Боря выстрелил. Одарённого, а точнее, то, что от него осталось, вынесло на улицу, словно ветром сдуло. Ну, у Железяки погнулся череп, а Глиняной Башке отстрелило руку.

— Круто!!! — закричал радостный маленький голосок.

И я с удивлением понял, что это заговорил мой глиняный питомец.

— Извини, командир, я предупреждал, — смущённо сказал Борис.

— Да ладно, Боря, всё норм. Смотри — Глиняная Башка заговорил!

— Э-э-э… — Боря всё ещё походу был в шоке от этих маленьких моих големов, и не совсем понимал, в чём дело.

В итоге, я просто хлопнул его по плечу и сказал.

— Ладно, всё в порядке!

Снаружи оставалось два врага — сам Рогов, и его последний боец, не Одарённый, судя по всему. Бойцу очень хотелось убежать, но он боялся своего господина.

— Наш выход, Борис Батькович! — хмыкнул я, и по моему приказу массивная решётка, что закрывала большое окно первого этажа, отцепилась с верхней части и упала на спрятавшегося под подоконником щитовика, уйдя в землю и образовав своего рода клетку-тюрьму.

— Пошли, прикроешь меня, — сказал я Борису.

— Тупица, помоги мне вылезти! — послышалось сбоку.

Последний боец доблестно пытался разогнуть прутья, но хрен бы там он угадал. Каждая их них была с палец толщиной. Да, не из такой стали, из которой я сделал дверь, но обычному человеку не справиться. Да и не всякому Одарённому тоже справиться. По крайней мере, Рогову не удалось.

По моему мысленному желанию замок открылся, и дверь распахнулась, как ни в чём не бывало.

— Кыш! — рявкнул я на простолюдина, который с большим удовольствием рванул отсюда.

Хотя… свидетели мне ни к чему, подумал я. И одинокая арматурина из вновь образовавшегося строительного мусора моих соседей, как копьё, догнала и воткнулась между лопатками убегающего.

— Не я такой, жизнь такая! — зачем-то сказал я вслух, чувствуя лёгкое сожаление. В конце концов, они пришли меня убить. Но в первый раз в этом мире у меня возникла жалость к людям, что были слабее меня, а главное — тупее, потому что они решили, что могут причинить мне вред.

В такие моменты я чувствовал себя своеобразным санитаром леса — освобождал человечество от поколения тупых, чтобы они дальше не размножались.

Я подошёл к Рогову и сел перед ним на корточки. Пока к нему шёл, он вытащил целых три пистолета, ну, кроме тех, которые у него не работали: один из-за пазухи, второй — из-за пояса, и третий — маленький дамский из сапога. Конечно же, ничего из них не выстрелило.

Рогов в отчаянии метнул в меня нож, но получилось так себе. В момент пролёта между прутьями клетки я их намагнитил, поэтому нож примагнитился к пруту и упал на землю.

— Кто ты такой, чёрт подери⁈ — заорал Рогов.

— Я-то? Так я, вроде, представился. Теодор Вавилонский. А вот что тебя привело в моё милое жилище?

— Да пошёл ты… — начал он.

Блин, как я этого не люблю, как в дешёвых фильмах. Все вы заговорите, только для этого нужно приложить дополнительные усилия.

Ну, я и приложил: моя импровизированная клетка начала сжиматься, упёршись в щиты щитовика. Я добавил напряжения. Рогов держал щит. Я решил, что трачу слишком много энергии.

— Так мы до утра будем возиться. Боря, шмальни-ка!

— С большим удовольствием! — сказал он, нажимая на курок.

Громкий выстрел, и раздался вопль Рогова. Нет, пока не от боли. Щит у него ещё стоял, но от выстрела его энергия явно просела.

— Не стреляйте! Не стреляйте! Я всё скажу!

— Ну вот, все всегда всё говорят, — улыбнулся я, подтверждая свои мысли. — Кто тебя нанял?

— Ваши родители…

— Что хотят? — на всякий случай, спросил я, хотя и так знаю.

— Чтобы вас вернули… Мы вернули…

— То есть, они уже знают? — утвердительно спросил я.

— Да, мы продали эту информацию…

— Хорошо, — сказал я.

— Мы не хотели навредить твоему здоровью… Мы хотели просто передать тебя живым…

— Ага, когда кидали гранаты внутрь, тоже не хотели навредить? — погрозил ему пальчиком. — Ай-яй… кто-то у нас врунишка.

— Я заплачу, только отпустите меня живым!

Я повернулся к Боре. Вдали уже выла полицейская сирена, при том, что никого из соседей не было видно во дворе. Все они явно пытались разглядеть в темноте, что у нас происходит. Один умник даже решил включить фонарик, который я тут же погасил — не надо мне лишних глаз. Но времени до приезда полиции оставалось совсем немного.

— Смотри, Боря… У нас моральная дилемма. Что я могу сделать? Могу просто отпустить его — это не вариант. Могу взять у него деньги и отпустить его — это тоже не вариант, ведь он хотел меня убить. Есть ещё один вариант: взять у него деньги и убить. Этот вариант мне нравится больше. Ну, и последний — просто его убить. Ты бы какой выбрал, Борис?

— Четвёртый… — буркнул Боря.

— Молодец! Честь у тебя присутствует. Но есть ещё и пятый вариант, — широко улыбнулся я.

— Это какой? — спросил Боря.

— Следи за пальцами. Убить! — сказал я.

И в этот раз из стены дома вырвались прутья, пробив остатки щитов Одарённого, не оставив ему ни малейшего шанса.

— А уж после этого постараться ограбить, — я протянул руку, и двумя пальцами вытащил у него из кармана телефон и бумажник. — Так мы не пойдём на компромисс с собственной совестью. Не факт, что у нас получится, но, с другой стороны, не мы первые начали.

Мои големчики уже бегали и собирали всё самое ценное с трупов, таща лут внутрь дома. Глиняной Башке было не очень удобно с одной рукой, зато он бегал, повизгивая от восторга.

— Класс, класс, класс, класс! — слышалось от болванчика.

Ну, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.

— У меня к тебе две просьбы, Боря.

— Да, конечно, командир!

Боря смотрел на меня новыми глазами. Видно, что старый вояка впечатлился тем, как я быстро разобрался с сильными врагами.

— Первое — одеться! Не будешь же ты полицию встречать в трусах.

— А, да, конечно, сейчас схожу…

— Погоди, второй вопрос. Ты давно здесь живёшь, знаешь, как с ними общаться? Мне нужно волноваться? Или уже искать адвоката?

— Думаю, что нет, — покачал головой Борис. — Они сами вошли в ваш дом, а жилище священно. Вот только вам мой совет…

— Что?

— Уберите эту клетку. И не показывайте им… как вы их назвали… големов?

— Ну, это само собой.

По мановению моей руки колья втянулись в стену, а решётка разогнулась, сбросила с себя капли крови и встала на место.

— Хмм… — я задумчиво посмотрел на сломанный и пронзённый труп. — Если нас просят, чем мы его так, что ответим?

— Да, зрелище так себе, — согласился Боря. — О, идея!

Он передёрнул затвор и, прежде чем я успел что-то сказать, нажал на курок. Тело Рогова разнесло на кусочки.

— Фу ты, блин! — сказал я, выплёвывая, то ли кусок мяса, то ли кусок кишки. — Предупреждать же надо!

— Извините, но теперь его точно не опознают.

— Его-то не опознают, но тебе теперь мало того, что надо переодеться, так ещё и помыться. Давай бегом! — кивнул я на моего энтузиаста, отметив галочкой в голове, что за ним нужно приглядывать. Мужчина он старательный, и сделал все правильно. Вот только надо было предупреждать — я хотя бы в сторону отошёл. Но он был прав — таким образом вопрос был кардинально решён.

Внутри дома вдруг раздался ещё один выстрел и радостный крик Бори.

— Физика я тоже подготовил к осмотру. Только это… Я тут всё заляпал.

— Ну, Боря, твою мать! — изобразил я фейспалм.

Отправить